Глава 42

Встреча с политиком состоялась перед самым судом, раньше просто не было возможности выцепить его, как сказал Олег. За два дня до суда я все же увидел этого человека, понял сразу, что это он, как только вошел в ресторан, где была назначена встреча. Будущий муж Милы выделялся своим властным взглядом, суровым выражением лица. Этот человек знал себе цену и вряд ли позволит моей бывшей жене наставлять ему рога, как было со мной. Скорее от Милы не останется мокрого места, чем она сможет изменить своему мужу. Взгляд его был проницательным и непреклонным, словно он всегда знал, как добиться своего. Суровые черты лица подчеркивали его характер и решительность. Но и я был непростым человеком, годы военной закалки не прошли даром. Я мог встретить его взгляд и не спасовать, чтобы отстоять свое. Руки пожимать не стали, впрочем, представляться по именам тоже. Я знал его имя, а мое ему было без надобности. – Я готов выслушать вас, – демонстративно кинул взгляд на свои золотые часы политик, – У меня пятнадцать минут, извините, но я буду есть, пока вы говорите. – Вы знаете, кто я? – не думаю, что ему объяснили кто и зачем хочет встретиться, по какому делу. – Мне все равно, мой секретарь сказал, что это по личному поводу, и касается развода моей будущей жены, – мужчина аккуратно ел, не поднимая на меня взгляд. Его ложка бесшумно черпала наваристый борщ. Было время обеда и в ресторане было многолюдно. – Я муж Милы, почти бывший, – усмехнулся, подзывая к себе официанта, делая заказ. Раз уж я здесь, не помешает тоже перекусить. – Вот как, – не отрываясь от еды, произнес политик. Некоторое время за столом царило молчание. Мне принесли солянку, и я тоже принялся есть, бросая короткие взгляды на мужчину. Наконец, он отложил приборы, и официант поставил перед ним чашку черного ароматного кофе. – Вчера ваша жена получила от меня определенные условия нашего будущего союза, – сказал политик, и я отложил свою ложку. – И какие? – Я бы никогда не женился на такой, как ваша жена, – усмехнулся он и я впервые пригляделся к этому человеку, – Но так случилось, что она носит моего ребенка. У меня нет детей, я никогда не был женат. Да и не хотел никогда, но если так случилось, то этого ребенка я буду воспитывать сам. Ваша жена лишь прилагается к нему, мы уже знаем, что это будет сын. – Поздравляю, – произнес я сквозь зубы. – Спасибо, но есть одно, но… Ваша дочь. – Что с ней? – С ней все отлично, но она не вписывается в концепцию моей предвыборной кампании. Моя жена должна быть кристально чистой в плане бывших браков и детей. – Но вы не сможете это сделать? Если меня можно вычеркнуть из жизни Милы, то Полинку точно нет, – где-то внутри рождалось чувство ярости, и я с трудом сдерживал себя, чтобы не дать в морду этому хмырю. – Почему же? – приподнял брови политик, – Ваша жена получила довольно подробные указания для брака со мной. Ваша дочь останется с вами. Она будет полностью под вашей опекой, Мила нигде не будет фигурировать как ее мать. – Мила не пойдет на это, – замотал я головой. Этот человек требовал невозможного. Мать не откажется от своего ребенка. – Она уже согласилась, – произнес мужчина, а я замер. В моей душе расцветало пламя радости и надежды, что все решится так просто и в то же время я не мог поверить тому, что Мила откажется от своей дочери, – На суде моя невеста откажется от прав на ребенка, и по всем документам более не будет являться матерью вашей общей дочери. И, кстати, – мужчина потянулся к внутреннему карману своего пиджака. Достал оттуда конверт и протянул мне: – Ознакомьтесь позже, – кивнул он на конверт, – Это еще одна причина, чтобы отдать ребенка вам. – А куда еще вы могли деть мою дочь? – удивленно произнес я, принимая из его рук документ или что там было в конверте. – Мила предлагала отдать вашу дочь в приют, – произнес политик, вставая из-за стола и вынимая бумажник. – Это невозможно, – тихо произнес я. У меня просто не было слов. Злость моей жены ко мне была настолько сильной, что она предпочла бы отдать Полинку в приют, только бы дочь не была со мной. – Согласен с вами. Ни о каком приюте не может быть и речи, если об этом пронюхают журналисты, будет такой скандал, что сильно навредит моей карьере, – невозмутимо произнес мужчина, – В суде вы получите вашу дочь и надеюсь, что больше вас не увижу. Ни вас, ни вашу дочь. Любые ваши заявления о вашей бывшей жене или желание встреч, будут расцениваться как вмешательство в частную жизнь. Любые ваши разговоры или упоминания моей невесты в социальных сетях, в интервью или где-то еще будут стоить вам судебных разбирательств. Как бы ни было прискорбно, но Милу вы больше не увидите. Забудьте, что она была вашей женой, забудьте о ней навсегда, – он договорил и, кинув на стол несколько купюр, направился к выходу, где его ждала охрана. – С удовольствием забуду, – пробормотал я, все еще пребывая в шоке от этого разговора. У меня просто не укладывалось в голове, как Мила могла так поступить с собственной дочерью. Уже собираясь уходить, я вспомнил про конверт, который все еще лежал на столе. Раскрыл его и достал документ, от которого тут же затряслись мои руки. Волнение за секунду достигло своего пика и пробило меня прямо в грудь. Результат теста ДНК. Хотите узнать, чья дочь Полинка или оставим в тайне?) Если да, буду рада вашим ответам, хотите, чтобы она оказалась дочерью Андрея? И как вам поступок Милы?