Глава 43

Суд начался и закончился, оставляя меня просто в бешенстве. Нет, я был в ярости не из-за того, что Полинка принадлежала теперь только мне и никому больше. Я был зол на Милу, которая при всех заявила, что отказывается от своей родной дочери. – Как вы видите из предоставленных документов, уважаемый судья, я ношу еще одного ребенка, – объясняла она, пока я сжимал в приступе ярости кулаки, – Это будет мальчик, и я хочу построить свою новую семью исключая старые отношения. Моя ярость заливала меня, и я сжимал кулаки, пытаясь сдержать свои эмоции. Как она может так просто отказаться от нашей дочери? Полинка заслуживает обоих родителей, любви и заботы. Я был готов бороться за нее, за ее право иметь обоих родителей в своей жизни. Но моя дочь была достойна лучших родителей, а не такую мать, которая сама отказалась от нее. За это я бороться точно не собираюсь. Судья внимательно слушал аргументы Милы, но я видел, что и ему это не казалось разумным. Тем более, отказ Милы от собственного ребенка вызвал осуждающий шепот в зале суда. Все смотрели на мою теперь бывшую жену с неприязнью. Сам судья выглядел суровым и строгим, и я надеялся, что он примет правильное решение. Не отдавать же ребенка в приют при живом отце и матери? Это была победа, но смешанных чувств. Я был рад, что Полинка останется со мной, но в то же время был огорчен тем, что Мила решила отказаться от нее. Каким образом мать может сделать такой выбор? Наконец, судья принял свой вердикт. – Мать лишается родительских прав в отношении ребенка, Полины. Отец, будет признан единственным опекуном и получит полное право на воспитание и заботу о ребенке. Но… Это НО вызвало в моей душе страх, который я не испытывал, когда выполнял самое сложное и опасное задание. – Андрей Михайлович, вам нужно подтвердить свое постоянное присутствие в жизни ребенка. Насколько я вижу из документов, предоставленных в суд, вы довольно часто отсутствуете дома, что является неотъемлемой частью вашей работы. Для ребенка в столь малом возрасте отсутствие обоих родителей будет сказываться негативно. Поэтому я склоняюсь к тому, что для вашей дочери будет лучше все же какое-то время побыть в приюте, пока вы не решите вопрос с работой. – Я уже решил, ваша честь, – встаю со своего места. Меня даже немного потряхивает от страха за дочь. Чтобы Полинка жила в приюте? Да ни за что! – В ближайшие месяцы я полностью перейду на административную работу и смогу сам быть рядом с дочерью. – Значит, если суд присудит отдать вам ребенка, сегодня вы не сможете забрать его себе? – нахмурился судья. – Почему не смогу, смогу, – горячо закричал я, – У меня есть возможность нанять своей дочери няню. Поверьте, она ни в чем не будет нуждаться! – Это не вариант для ребенка, который только что лишился матери, – перевел взгляд судья на Милу, которая равнодушно сидела и смотрела в окно, – Если бы мать ребенка оставила дочь себе до того момента, как вы сможете сменить работу, вопросов не возникло. – Я не могу, – тут же отозвалась Мила. – Мила, ну пожалуйста, – взмолился я, пытаясь уговорить жену, повременить с лишением родительских прав. – У меня другая семья, Краснов, – зло произнесла Мила, – Ты хотел, чтобы дочь всегда была с тобой, ты этого добился. Слова Милы пронзили меня, словно удар ножом в сердце. – Ты всегда был эгоистом, Краснов, – сказала она, – Никогда не думал о том, что я тоже мечтаю о лучшей жизни. Пока ты мотался по своим заданиям, я была с твоей дочерью! Я ее воспитывала, ухаживала, когда она болела. Теперь это будет твой долг! – Он твоя дочь! – закричал я, желая всем сердцем придушить эту гадину. – И твоя, – спокойно отозвалась Мила, – Я считаю, что тебе полезно подумать о счастье других, а не только о своей шлюшке. – Гражданка Краснова, вы в суде! – возмутился судья. Я снова почувствовал боль и разочарование, которые охватили меня. Я никогда не хотел быть эгоистом, и никогда не хотел причинять боль Миле или нашей дочери. Однако я не мог смириться со своей текущей ситуацией. Я знал, что это может быть единственный шанс найти свое истинное предназначение. – Это на время, у меня последнее задание, иначе трибунал! – Твои проблемы, – поджала губы бывшая жена, – Ни минуты не собираюсь больше думать о твоей работе и вообще о тебе. – Мила, что же ты творишь… – закрыл я лицо руками, но тут же снова посмотрел на судью, – Какой еще вариант у меня есть? – Если ваша дочь останется на время отсутствия в полной семье. Возможно, вы захотите наладить отношения между собой и не придется делить ребенка, – заученно произнес судья, словно вообще не понимал, о чем говорит, – Я объявляю перерыв. Попробуйте найти общий язык и договориться. Милу я поймал в коридоре, где она прохаживалась, разговаривая по телефону. Ее небольшой живот уже был заметен и я в очередной раз поразился, сколько в ней злости ко мне. А главное, откуда? Я всего себя отдавал семье и работе, почему у Милы такая ненависть? – Мила, прошу тебя, возьми Полинку на время, – тронул жену за локоть. – Еще раз дотронешься до меня, без зубов останешься, – зашипела злобно Мила, – Полина всегда была и останется моей дочерью и у меня в сердце, но сейчас я должна заняться своей жизнью. – Я обещаю тебе, что ты больше не увидишь свою дочь, – обозлился я, – Мы с Полинкой все переживем, у нас все будет хорошо, но без тебя! – Вот и отлично, – кивнула Мила и нас снова позвали в зал заседаний. – Вы пришли к соглашению? Мать забирает ребенка на время вашего отсутствия? – Нет, ваша честь, – твердо произнесла Мила, а я сидел, словно из меня выкачали всю жизнь одними этими словами. – Тогда, если нет других вариантов и вы не можете предоставить ребенку полную семью… – начал судья. – Может, он может! – раздался твердый голос в зале. Я удивленно обернулся и вздохнул с облегчением, удовлетворенно слушая, как недалеко от меня скрипит от злости зубами Мила. Ну, конечно, вот она, стоит, смотрит испуганно, но упрямо. Моя счастливая звездочка и надежда! Та, кто спасет меня и мою дочку.