Глава 9

– Да что ж ты у нас нервная-то такая? – Я сидела на своей кровати, рядом примостился Антон, а по воздуху ко мне летела чашка с очередным отваром. – У всех хозяйки, как хозяйки, а у меня вон чего.

– Я могла умереть? – В сотый раз переспросила я, раскачиваясь туда-сюда.

– Говорю ж тебе, умерла ты, – в руки мне ткнулась чашка, пришлось взять. – У тебя сердце останавливалось и душа из тела уходила. Тебя насильно обратно запихали, потому что ребенок же под сердцем… Чай и там, у высших, свои понятия есть. – Раздраженно поведал нам домовой.

– Он не жилец. Завтра же спрошу у Хозяина разрешение на лишение его жизни. – Снова пробормотал Антон, до сегодняшнего дня не знавший, что со мной было там…, до Мая.

– Да он и не жил никогда. Так, пакостил да воздух коптил. – Раздалось ворчание.

– Но все эти привороты. Я просто не понимаю, зачем? Да и как это вообще происходит? – Мне пришлось выпить отвар, иначе я бы его весь расплескала.

– Да что тут понимать? Он брал от тебя твою же жизнь и делился какими-то крохами, чтобы ты совсем не загнулась. Это же элементарно. А когда умерла, то привязки спали, и ты освободилась от него. Если бы не умерла, то пришлось бы всеми детьми пожертвовать и жизнью своей в который раз. – Ясно пояснил голос домового.

– Не переживай, от него места мокрого не останется. И сухого тоже. – Сообщил Антон.

– А мы пару месяцев с тобой поживем и все восстановим. Я остаточные негативные влияния с тебя сниму и здоровье подправлю тебе и ребенку твоему. – Это Клавдий.

– А потом я тебе его привезу. В наперстке…

– Так, хватит! – Четко распорядилась я и отдала чашку домовому. Хватит хандрить! – Клав, ты где должен отдыхать? – Уточнила у духа.

– Так на кухне. – Бойко сообщил тот.

– Хорошо, – кивнула. – С едой разберешься? Ну, в холодильник поставить, или себе отложить?

– Разберусь, – ответил голос и за ним захлопнулась дверь.

– Теперь ты, – повернулась я к Антону, все решив. – Мне ночью сегодня будет страшно. Ты сможешь остаться в моей комнате? Кровать широкая, я к тебе даже не прикоснусь. – Пообещала.

Антон, не сводя с меня пытливого взгляда, кивнул. Поднялся с кровати, подхватил мою пижаму, лежавшую на стуле, и протянул ее мне.

– Я за дверью подожду. – Мимоходом сообщил он.

Я так быстро в своей жизни никогда не переодевалась. Облачившись в просторные штаны и футболку, я направилась в ванную. Нужно хотя бы зубы почистить. Антон послушно стоял за дверью. Проводил меня взглядом до ванной, но с места не сдвинулся. Возвращаясь, я застала его там же.

– Заходи, – распорядилась.

Парень тут же скользнул внутрь. Я быстренько забралась под одеяло, отвернулась от него и закрыла глаза. Минуты через две услышала шорох одежды и увесистое тело легло на другой край кровати. Матрас ощутимо прогнулся под ним, заставляя меня чувствовать дискомфорт. Но я даже дыхания Антона не услышала, настолько тихо он себя вел. Но я уверена, что он не спал.

– Расскажи что-нибудь о себе. – Попросила, пялясь в потолок.

– Что? – Не понял он.

Блин, нашла, что спрашивать. О чем вообще можно говорить с мужчиной?

– Эмм, расскажи мне, как ты вообще… Как ты вместе с Аллой рос, – придумала.

Антон лег набок и впился в меня пристальным взглядом.

– Нас двух недоношенных детей привезли в Май в очень тяжелом состоянии. Куча неизлечимых заболеваний… Из-за лекарства у нас у каждого развился дар. Я чую ложь и предугадываю события, а Алка, наоборот, видит возможности и подстраивает события под себя. За это ее и прозвали ведьмой. – Принялся объяснять он. – Мы как бы… противоположны друг другу. Я не вижу того, что вытворяет она, она совсем не понимает меня. Поэтому и отношения у нас развились специфические. – В его голосе послышалась улыбка. – К себе нас взяла Рада, приехавшая в город с Алиской. Та еще ведьма. Алка у нее многому научилась. Так же она воспитывала Стаса и его брата. В общем…, там мы почти подружились. Точнее, Алка запала на Стаса несмотря на то, что все мужчины в Мае выбирают себе жену преимущественно по запаху и внутреннему… влечению. – Чуть замялся он. – Ну, она его и предупредила еще в детстве, что тот женится только на ней. А он заявил, что ни за что на свете. А потом, когда повзрослели, Стас на Алку… среагировал, но там уже она взведьмилась. Вот так до сих пор и не могут нормально жить. Сестра ждет что Стас к ней на коленях приползет, а у того гордость, хотя и выламывает всего. – Пояснил он.

– Ясно, – хихикнула я. – Теперь понятно, почему Станислав руки всем новым дамам целует, замену искать пытается.

– Ты бы его видела, когда нам сказали, что Алка якобы погибла. Я думал, что он с собой покончит. Потому он и искал… – Антон ненадолго замолчал, а я вдруг осознала, что его рука лежит на моем плече. Давно уже и так… привычно. – Сейчас Алла вернулась и, боюсь, для Мая это сродни ядерному взрыву. Очень уж она… беспокойная. И со Стасом у них все сложно. Да и ребенок.

– А ты? – Я вдруг поняла, что о себе он сказал совсем мало. – Как ты вообще…? Ну…, – попыталась сформулировать.

– А я неожиданно оказался тем, кого Хозяин может переносить. Кроме того, у меня пониженная чувствительность, и я не испытываю такого дикого чувства страха при виде него. – Пояснил он.

– То есть, ты бесчувственный? – Я даже развернулась и посмотрела на него.

– Я… эмм… спокойный очень. – Он с сожалением вздохнул, когда ему пришлось убрать руку с моего плеча. – И на переговорах полезен, так как сразу выявляю ложь. Николай Николаевич считает меня очень ценным сотрудником. – Пояснил он.

А я вспомнила, какой «спокойный» был Антон, когда приезжал Родион. Как он его за шею хватал… Боюсь представить, что такое беспокойный Антон. Наверное, он просто разнесет все в радиусе километра и камня на камне не оставит. Вот только я его совершенно не боялась. Не было в нем чего-то такого… темного, что было в Родьке.

Я вновь отвернулась от лежащего рядом мужчины.

– А я тебе тоже…, – начала было, но замолчала, не зная, как сформулировать. А вдруг я ему совсем и не нравлюсь, как мне показалось ранее? Что если я себе все придумала?

– Меня привлекает твой запах. – Услышала через минуту и мне на плечо вновь легла его ладонь. Кажется, мое сопение он понял по-своему. – И внешне ты для меня очень привлекательна. Мое тело отзывается на тебя. – Поспешил добавить он.

Я протяжно выдохнула.

– А деньги. У меня есть доля в компании. Небольшая, но все же… – Вдруг дошло до меня. А если и этот – альфонс?

– На деньги мое тело не реагирует. – Сухо ответил он. Кажется, я его все же обидела. – У меня достаточно ресурсов, чтобы я и моя семья ни в чем не нуждались.

– Извини, просто…

– Просто тебе не с кем сравнивать. – Договорил он за меня.

– Да, – согласилась виновато. – Прости.

– Тебя можно понять, – уже мягче сказал он. – И твоей вины в таком взгляде на мужчин нет. Просто… не сравнивай меня с ним. – Вдруг попросил он.

– Не буду. – Кивнула, понимая, что зря я вообще затеяла этот разговор. – Спокойной ночи!

Рука на моем плече немного напряглась, но Антон быстро справился с собой, принимая такой мой выбор.

– Сладких снов!

К моему огорчению, спустя полчаса, я все так же сверлила взглядом темную стену. Антон тоже не шевелился, наверное, боясь меня спугнуть. Наконец, он рвано выдохнул, крадучись, перелег ближе ко мне, и его рука мягко скользнула мне на талию. Спиной я ощутила прижавшееся ко мне тело, обволакивающее теплом. Минуты не прошло, как сон сморил меня.

Утром я проснулась одна. То ли Антон просто сбежал, испугавшись, то ли дал мне время на то, чтобы прийти в себя. На самом деле, я даже предположить не могла, что буду спать когда-нибудь в обнимку с привлекательным молодым мужчиной. Это при моем-то прошлом… Однако, на удивление, я очень хорошо выспалась. Мне даже кошмары сегодня не снились. Видимо правы были те, кто говорил, что клин клином вышибают. Но раньше мне было вообще не до клиньев, да и кто бы на меня посмотрел в инвалидной коляске. Это сейчас я выгляжу куда лучше, да и чувствую себя великолепно. Хмм, неужели я могу действительно понравится Антону? Ведь зачем-то он же ходит вокруг меня.

Хмыкнула от собственной глупости. Ну, кому я нужна? Точно знаю, что Фимке. А остальные… Как-нибудь переживу. Вера с Вероникой уже взрослые и мне достаточно знать о том, что у них все хорошо. А о мужчинах и думать нечего. Вот только я сама вчера заставила одного спать со мной на одной кровати. Дура!

– Доброе утро! – На кухне меня ждал Фимка. Ну и домовой, конечно, потому как по воздуху вновь носилась кухонная утварь.

– А Антон где? – Я зачем-то заглянула за холодильник. Не спрятался же он от меня.

– Час назад уехал куда-то. Собирался быстро, как на пожар. Видать, начальство вызвало. – Отчитался Клавдий. – Садись, хозяйка, сейчас завтракать будешь. Откармливать тебя нужно, здоровье поправлять.

Я послушно села за стол. Передо мной тут же нарисовался завтрак: овощной салат, завернутый в лепешку и травяной чай.

– Спасибо, – кивнула.

Хмм, и почему мне никогда и в голову не приходило такое себе на завтрак готовить? Вкусно же. И полезно. И…, вон Ефим тоже уплетает какую-то питу, и разве что не урчит от удовольствия. А я ему все бутерброды строгала.

Антон приехал к концу завтрака с еще одной сумкой.

– Остальные вещи привез. – Коротко пояснил он, появившись в дверях кухни.

Следом за ним в помещение вошла Вера.

– Привет, – она подошла к брату, чмокнула его в вихрастую макушку. Мне достался поцелуй в щеку. – Ну, показывайте этого вашего домашнего духа. – Потребовала она.

Половник и тарелка замерли в воздухе на несколько секунд, затем с грохотом упали на пол и мимо меня что-то со свистом пролетело.

– Эмм, Клавдий? – Позвала я, не понимая, что происходит.

– Хозяйка, это кто? – Пискнул тоненький голос у меня над ухом.

– Это моя дочь. Она хорошая. – Пояснила убедительно. Вера с интересом смотрела на меня.

– Не отдавай меня ей! Я все-все буду делать! И ворчать не буду! И слушаться этого твоего буду! И еды больше буду готовить! И убираться тщательнее… – Заорал голос на всю кухню.

– Эмм, – зависла я на несколько секунд.

– Поразительно, – Вера хлопнула в ладоши.

– Я не буду тебя никому отдавать. Ты же мой домовой, – сказала неуверенно. – И к этому дому привязан. И имя я тебе дала.

– Точно! Имя же! – Радостно воскликнул Клавдий. – А ежели так получается, то она мне ничего сделать уже не может. Хотя…, ежели домик разломает, то меня обратно в пещеру утянет. Силища-то в ей какая! Но ты же меня не бросишь, хозяюшка. Ты же придешь за мной? – Заканючил дух.

– Я не собираюсь дом ломать! – Заверила его Вера.

– Так чего ты тогда пришла? – Недоверчиво спросил Клавдий.

– На тебя посмотреть. – Похлопала глазами моя дочь.

– Ишь ты, – дух рискнул отлететь от меня. посуда вновь взмыла в воздух, а оставшиеся пятна быстро исчезли с пола. – Ну, садись за стол и смотри. Учти, кормить буду, как и хозяйку. Никаких лишних разносолов. И больше шести блюд на прием пищи я готовить не буду. – Принялся он выдвигать условия.

Вера тут же скользнула за стол и с восторгом принялась следить за тем, как на кухне все само собой делается.

– Изумительно, – выдохнула она, когда через пять минут перед ней был поставлен завтрак.

Антон, усевшийся подле меня, с усмешкой смотрел, как ворчащий дух накладывает ему еду на тарелку.

– Мы сегодня поедем в теплицы? – Уточнила я наши планы.

– Непременно. – Кивнул он.

Вера же принялась пытать домового на предмет того, кто согласится жить в ее доме. Все же Хозяин незаурядная личность, и вся живность его очень боится.

– Это тебе надобно кого-то из старших брать. Они в пещере очень долго живут, и весьма своеобразны в поведении, но кроме них никто не пойдет. Только ты там сразу в пещере сообщи кто, чего и куда. Мы ж не бездушные какие, нам понимать надо. Это мне с хозяйкой повезло, а ежели бы грымза какая попалась? – Принялся вещать домовой.

Вера осталась у нас еще на полчаса, после чего спешно удалилась с возгласом о том, что ей срочно нужно ехать к Алле.

– Лялю Алисе оставь. Нечего девочке в пещерах делать в таком возрасте. – Предупредила я ее. Дочь пообещала так и сделать, только девочку не Алисе увезти, а Раде.

– Туда сегодня Стас приедет. Пусть с ребенком контакт найдет. – Хихикнула она проказливо. Еще одна сводница…

Пока мои мужчины готовились к поездке в теплицы, я сбегала в санаторий. Рядом с Адамом сегодня дежурила Надя, которая тщательно следила за показателями.

– Я его с утра обтерла отваром и питательную капельницу поставила. – Отчиталась передо мной девушка.

– Молодец. – Улыбнулась я. – Продолжай в том же духе. Чуть какие изменения, сразу звони мне. – Попросила.

– Конечно, Марта Мироновна. – Тут же закивала она.

Когда я подошла к воротам санатория, Ефим и Антон уже ждали меня у машины. Погода сегодня радовала. Чуть подморозило и в воздухе искрились редкие и очень пушистые снежинки. Так и хотелось их языком поймать, но при Антоне я не рискнула так делать. И так рядом с ним не слишком адекватно я себя веду.

В теплицах до сегодняшнего дня я была лишь один раз, когда один из работников влез в какие-то опасные растения. Но дальше проходной меня не пустили, а стремительно заживающего парня вытащили из зоны риска.

Сегодня же нас без лишних разговоров проводили внутрь и… мы буквально с первой теплицы оказались в чем-то вроде оранжереи.

– Вам повезло, календула здесь цветет почти круглый год, а вот эхинацея куда реже. Вот здесь, в этой теплице. Далее у нас различные чистотелы, ромашки… Ой, а здесь крапива разных сортов. – Вещал долговязый юноша, вызвавшийся быть нашим экскурсоводом.

– Крапива? – Изумился Фимка. – Она-то зачем нужна?

– В ней очень много железа. В лабораториях из нее и нескольких других трав готовят заменитель крови. – Обстоятельно пояснил юноша. – Там мы выращиваем шалфей, а здесь лаванда, но она зацветет только через пару недель. – Он провел нас через вереницу стеклянных дверей. Только сейчас до меня дошло, что здешние теплицы представляют собой комплекс оранжерей без каких-либо переходов. Лишь стеклянные двери и растения рядом садят такие, чтобы не было возможности переопылиться. – А здесь у нас эксперименты госпожи Хозяйки. Механические пчелы и шмели. В следующей теплице механические бабочки. Они отлично справляются со своей задачей и опыляют растения. В этом году зимой не нужно будет каждый цветок опылять кистью. Повезло нам с Хозяйкой. – Расплылся в улыбке парень и бросил на меня благоговейный взгляд.

Антон наоборот весь подобрался и недовольно зыркнул в сторону работника теплиц.

– Дальше рассказывай, – процедил он сквозь зубы.

– Конечно, – спохватился тот. – Здесь у нас растет тимьян, у него множество полезных свойств. А вот на основе зверобоя Максиму удалось создать лекарство от онкологии. Нам сказали, что благодаря Вере Родионовне, это лекарство через пару месяцев выйдет на рынок, поэтому у нас им засажены восемь теплиц. И еще около пятидесяти строятся. Оборотни работают…

Экскурсия мне очень понравилась. Теперь я стала больше понимать и дочь, и то, что они с Максимом делают в своей лаборатории. Фимка вообще был в восторге. Он что-то записывал в блокнот и часто переспрашивал непонятные ему вещи.

– Мы скоро будем изучать полезные свойства растений, так нам учительница сказала, так что лучше подготовиться заранее, – пояснил он с восторгом.

К обеду мы поняли, что объять все эти площади нам просто не под силу. Да и проголодались все, так что пришлось поворачивать в сторону выхода. Как ни странно, далеко мы не ушли. Видимо нас водили какими-то зигзагами, потому что буквально через десять минут мы уже оказались на проходной.

– Я есть хочу, – выдохнул Фимка, забираясь в машину.

– У нас дома есть целый домовой, который, наверняка, приготовил нам кучу еды. – Напомнил Антон.

– Это да, – согласился сын. – Он вкусно готовит.

Клавдий действительно наготовил еды на целую толпу. Кажется, Вера утром его достаточно сильно напугала, если он так с нервами пытается справиться. Как бы там ни было, но еда была изумительно вкусной. Вот только стоило мне встать из-за стола, как зазвонил телефон. Надя!

– Марта Мироновна, Адам только что открывал глаза. Буквально на несколько секунд, но все же…

– Бегу, – тут же подхватилась я.

До санатория я добежала в рекордные сроки даже не сразу заметила, что рядом со мной бежит Антон. Я его даже ругать не стала за то, что Фимка один остался. Все же он там с домовым духом…

– Как он? – Едва переодевшись, я поспешила в палату.

– Глаза больше не открывал, но вот… Посмотрите, произошло восстановление деформации черепа, пропорции исправляются. Поминутно это незаметно, но за несколько часов…, – Надежда показала на тоненькие ручки.

– Вижу, – согласилась я. – Сходи до Максима, у него должен быть восстановитель и укрепитель для этого конкретного ребенка.

Девушка быстро выбежала за дверь.

– Нужно позвонить Белову, пусть поторопится с поиском отца мальчика. – Сказал Антон, но напоролся на мой растерянный взгляд.

– Может быть, не стоит его искать? – Тихо спросила я.

– Его отец – оборотень. Ребенку будет плохо без родной крови. – Покачал он головой.

– Но оборотни-дети прекрасно живут в интернате в Березкино. Там нет их родных. – Не согласилась я.

– Это здоровые дети. Более того, все они научились выживать практически на улице. А это домашний ребенок, долго борющийся с неизлечимой болезнью. Ему нужна родная кровь рядом. Он будет быстрее выздоравливать. – Пояснил мне парень.

Я вздохнула и кивнула.

– Если это поможет ребенку…

Антон сделал шаг ко мне, поцеловал в макушку и вышел за дверь, оставив меня наедине с моим маленьким пациентом. А мне стало нестерпимо стыдно за свой эгоизм. Этот ребенок не игрушка, его нельзя просто забрать себе, если у него есть хоть малейший шанс на жизнь рядом с родным человеком.

– Какая я все-таки идиотка, – выдохнула и раздраженно тряхнула головой.

Из меня получилась очень плохая мать, очень плохая женщина и очень плохой человек. Чем я только думала, когда захотела этого ребенка себе? Решила реабилитироваться перед остальными своими детьми? Показать, что могу быть хорошей? Но так неправильно, нельзя красть жизнь других ради своей, иначе можно стать… Родькой. Но я так не хочу. Значит, придется взрослеть и жить с пониманием, что не все мои хотелки в этой жизни должны непременно сбываться.

С другой стороны, я начала остро ощущать, что Антона я просто недостойна. И пусть у нас разница в возрасте не настолько критична, как я думала раньше, но дело теперь не в этом. Дело в том, что он настолько высокоморален и идеален в моих глазах, что я в его должна быть ниже плинтуса. А я так не смогу. Там я уже была и мне совсем не хочется обратно.

– Мама? – Послышался тихий шепот с кровати.

Я тут же подскочила на месте и склонилась над мальчиком, который растерянно хлопал глазами.

– Что мой хороший? – Тоже тихо спросила я.

– Вы не мама, – услышала невнятное, глаза Адама закрылись, и он задышал ровнее. Уснул.

Я выпрямилась, потерла лоб, на котором выступила испарина и принялась проверять показатели. Нужно будет скоро начинать гимнастику и реабилитацию, а пока нужно сделать хотя бы массаж.

Антон вернулся в палату через полчаса.

– Клавдий куриный бульон передал. – Протянул он мне контейнер. – Для пациента.

– Спасибо, – я сначала нахмурилась. Не знаю, как поведет себя пищеварительная система ребенка, который столько времени пробыл в коме. С другой стороны, лекарство уже очень сильно повлияло на процесс восстановления и малыш должно быть очень голодный. Нужно попробовать покормить его при следующем пробуждении. – Что сказал Станислав по поводу отца ребенка?

– Он прибудет через два дня. – Скупо ответил Антон.

У меня внутри все оборвалось, но я и виду не подала. Этот ребенок имеет право жить с отцом, что бы я там себе не напридумывала.

– Можно будет мне с ним поговорить до его встречи с сыном? – Спросила только.

– Да, конечно. Все равно его сначала в часть привезут и будут тщательно проверять. Думаю, что Николай Николаевич сам поедет посмотреть на этого оборотня. Да и наши порядки ему нужно будет объяснить. – Он мягко обхватил мои плечи своими руками, видя, что я нуждаюсь в поддержке.

Адам очнулся еще через пару часов и мне удалось скормить ему две ложки бульона, после чего мальчик сразу заснул. Я выждала еще пару часов, но никаких негативных действий от еды не возникло, и я успокоилась. Тем более Надя принесла сделанные Максимом лекарства для мальчика.

Сменила меня Зоя, пришедшая на дежурство. Мне пришлось идти домой, хотя из больницы совсем не хотелось уходить.

– У-у, болезная! – Сразу определил домовой мое состояние. – А ну брысь за стол. Это ж надо столько чужой вины на себе носить. Сейчас тебя едой полечим, отваром покормим, глядишь, на женщину похожа станешь.

– Клавдий! – Угрожающе прошипел Антон.

– А ты не шипи, как сода в пироге. Это для тебя она в любом виде потребна, а мне важно душевное равновесие хозяйки. Все же я на ее энергию запитан. – Проворчал дух и улетел на кухню.

– Что-то случилось? – Я даже не заметила, как ко мне подошел Фимка и положил голову на мое плечо.

– Ничего, – я вымученно улыбнулась. – Все хорошо. Устала только немного. – Соврала, чтобы не нервировать ребенка.

– Ладно, – он коротко обнял меня, уселся на другом краю стола и принялся записывать что-то в тетради.

Антон весь вечер не отходил от меня ни на шаг. А ночью мне до жути захотелось на озеро, поэтому он тоже пошел со мной. Мы стояли молча в воде около часа, пока я не поняла, что меня попустило. Я смирилась и это не могло не радовать.

Антон этой ночью снова лег спать рядом со мной, просто обнимая и даря такую нужную мне сейчас поддержку. А у меня не было ни сил, ни желания сейчас отказаться от этого. И от такого мужчины рядом.