Глава 16

Агния сидела за столом в нарядном белом платье, с изящным веночком на голове и любовалась букетом из мелких кремовых роз. Альгиза немедля опустилась поближе к своей необычной знакомой.

– А, и ты тут! – сказала девушка радостно. – Прилетела поздравить?

– Поздравить? С чем? – удивилась Альгиза.

– Со свадьбой! – рыжая девушка встала и покрутилась, показывая ладно облегающее фигуру платье с небольшим шлейфом и дюжиной пуговиц на корсаже. Высокий, тонкий, как рыбий плавник, воротник подчеркивал длинную шею, короткие прядки были приподняты и уложены в некое подобие цветка.

– Ты очень красивая! – заверила Альгиза. – Поздравляю со свадьбой! Надеюсь, твой выбор сделает тебя счастливой!

– Спасибо, – зарделась Агния, но через полминуты в ней сработало профессиональное чутье: – Что-то случилось? Ты ведь не просто так тут появилась?

Альгиза смутилась, но задала мучающий ее вопрос:

– Скажи, чем закончился твой разговор с голосом?

– С кем? А, с тем типом, который все хотел нас поменять?

– Да!

– Я устроила ему профессиональную консультацию, – Агния тихонько хихикнула. – Понимаешь, мужчины – они довольно простые. Дали задание – нужно выполнить, несмотря на изменившиеся условия и неправомерность результата.

– Это мужчина? – удивилась Альгиза. Голос был нейтральным, мог принадлежать и мужчине, и женщине. – Как ты это вычислила?

– Ой, да мужскую прямолинейность ни с чем не спутаешь, – отмахнулась Агния, – да и сам себя он иногда в мужском роде называл, особенно когда ругался!

– Значит, ты ему запретила нас менять?

– Я просто указала на неточность его данных, корреляцию двух и более объектов во времени и пространстве. Предложила собрать больше информации и провести тестовые исследования в области его спецификации…

Альгиза потрясла головой и жалобно призналась:

– Прости, я ничего не поняла!

– Ой, прости, – повинилась невеста, – тут все просто. Этот тип – дух какого-то древнего мага, пожелавшего, чтобы в вашем мире все женились только на идеально подходящих им партнершах. Для этого он создал какой-то кристалл, который должен был подбирать идеальные пары по двум сотням параметров. В процессе изготовления он так увлекся, что забывал есть и умер от истощения. Дух, вырвавшись на свободу, так хотел закончить свое дело, что нырнул в кристалл и завершил его. Но активировать изнутри не мог. Оказался в плену, поймал кучу специфических проблем.

Агния махнула рукой на то, что постоянно срывалась на профессиональный жаргон. Альгиза кивала. Понимала не все, но общее течение объяснений все же улавливала.

– В общем, это изделие после смерти мага нашли вместе с записями и положили в сокровищницу, где оно долго лежало. А потом кто-то кристалл разбил и освободил этого почти сошедшего с ума типа!

Альгиза ахнула. Ей почему-то стало жалко мага, много лет просидевшего в ловушке.

– В общем, он, конечно, чокнулся, но память сохранил. Как и желание найти всем идеальные пары. Вот и нашел! Мы с тобой единственные, кто отказался меняться телами, – добавила Агния с легким недоумением.

Девушка и представить не могла, что кто-то добровольно променял жизнь в этом мире на средневековье!

– Значит, он больше не будет пытаться нас поменять? – спросила Альгиза.

– У него обнаружились некоторые специфические проблемы, – вздохнула Агния. Все же беседа с призраком далась ей непросто. – Мы долго говорили, и голос записался на еженедельный прием в течение года, а там посмотрим. Главное, он отказался от своей идеи нас менять. Сказал, что был не прав, и в качестве извинения обещал какие-то подарки. Я не очень поняла, он, знаешь ли, рыдал, и речь была очень смазанная…

– Менять не будет! Замечательная новость! Спасибо тебе! – Альгиза порывисто подлетела к Агнии, обняла ее и даже чмокнула в щеку. Впрочем, прикосновения бестелесного духа были неощутимы. Однако Агния ухитрилась обнять Альгизу в ответ.

А потом в комнату ворвалась толпа мужчин в незнакомой танне форме. Они все поздравляли невесту, вручили ей цветы, какую-то коробку с пышным блестящим бантом и потянули ее вниз, крича, что жениху такую красу просто так не отдадут.

Агния успела лишь помахать Альгизе рукой, и дверь захлопнулась.

Крутанувшись на месте, Альгиза пожелала вернуться домой, к любимому мужу, и тут же проснулась в его объятиях.

Полежала, сладко потягиваясь – рядом с драконом было совсем не холодно, хотя одеяло улетело куда-то почти сразу, как и обрывки теплой фланелевой рубашки. Ощутив ее движения, рядом сонно потянулся Алвар. Притиснул, уткнулся носом в волосы, сладко вздохнул и вдруг яростно почесал левую руку.

У Альгизы тоже зачесалось запястье. Она подняла руку к глазам – не дай Небо завелись в перинах насекомые – и замерла. По белой коже бежала тонкая серебряная вязь! От неожиданности танна даже потерла ее, думая, что где-то испачкалась. От этого движения рядом с узкой серебряной линией нарисовалась алая. Уже две полоски сплелись, побежали выше, выпуская то лист, то бутон.

– Ал, что это? – севшим от испуга голосом спросила Альгиза.

Дракон тотчас гибко повернулся на постели и посмотрел туда, куда смотрела жена. Сглотнул. Протянул свою левую руку с таким же узором.

– Это значит, моя дорогая и любимая жена, что ты моя истинная! – сипло сказал Алвар и бережно погладил рисунок. От этого движения у Альгизы мурашки пробежали от затылка до копчика, и она, вздрогнув, повторила движение мужа, погладив его рисунок.

– А истинным полагается поддерживать узор насыщенным и ярким! – рыжий дракон счастливо рассмеялся и подмял жену под себя: – До завтрака есть время добавить узору красок!

Дракон внутри довольно урчал.

Алвар и Альгиза не стали никому говорить о том, что у них появилась вязь истинных. Хранили свой секрет и тогда, когда Олвен попытался отбить донну Тирну у дона Дэриена. Нашедшие свое счастье видели, что ледяной дракон лжет, и верили в то, что дон Дардар победит. Так оно и случилось.

Когда же выяснилось, что донна и дон тоже обрели вязь истинных и даже ждут малыша, Альгиза открыла свой секрет хозяйке замка.

Одним зимним днем женщины разговаривали в солярии, любуясь густым снегопадом в солнечный день. Альгиза погладила бутон на своей руке, и он вдруг раскрылся. Ахнув, танна испугалась, побледнела и села в кресло, чтобы не упасть – прежде ее вязь так не менялась!

Чувствуя тревогу жены по связи истинных, в солярий очень быстро примчался Алвар. А узнав, что послужило причиной испуга Альгизы, счастливо рассмеялся:

– Цветок! У нас будет Цветок! Девочка!

От счастья Альгиза расплакалась, и донна Дардар вместе с ней. В разгар слезопада в солярий явился дон Дардар и хотел уже рыкнуть, призывая всех к порядку, но Алвар его опередил:

– Дэриен! У нас будет Цветок! Дочь! Ты понимаешь? Дочь!

– Все я понимаю, – буркнул в ответ дон, – а мою беременную жену зачем так волновать? Ей нельзя расстраиваться! Ну же, сладенькая моя, успокойся! Хочешь, прикажу подать вам сюда чего-нибудь вкусненького?

Донна задумалась и согласилась:

– Джем хочу из черной смородины! Черный хлеб и селедку с луком и маслом! И чаю горячего!

Через пять минут все принесли. Уняв слезы, дамы присели к чайному столику и начали вдумчиво собирать бутерброды. Лика намазала хлеб джемом и уложила селедку сверху. Альгиза сделала наоборот – положила соленую рыбку на хлеб и полила кисловатым джемом сверху. Мужчины, глядя на то, с каким аппетитом их жены уплетают закуски, сглотнули и отвернулись.

– И часто донна так? – уточнил тан, сдерживая тошноту.

– Каждый день, – вздохнул дон, – и мне говорят, что еще повезло. Сама ест, меня накормить не пытается.

– И правда… повезло! – согласился Алвар.