Глава 36

— И долго он будет спать?

— Тише, Альберт.

— Пора будить нашу спящую красавицу, и так бока давил всю ночь.

— Альберт, — Вика с укором посмотрела на мужчину, тот лишь закатил глаза к потолку, подошел ближе, приобнял девушку, вглядываясь в лицо брата.

— Надо его поцеловать, в сказке это сработало, только там мордашка у принцессы была посимпатичней.

— Прекрати, — Вика толкнула локтем Альберта в бок, сдерживая смех.

В больничной палате был полумрак, несмотря на то, что уже день, за окном пасмурно и хмуро, дождь лил не переставая, с самого утра.

— Пойду доктора найду, спрошу, когда подавать карету для нашей принцессы.

Альберт вышел, а Вика продолжала стоять и рассматривать лежащего на кровати мужчину. Такой большой, сильный, перебинтованная грудь, на лице несколько швов, синяки. Нерешительно подняла руку и провела кончиками пальцев по синякам на скулах, по разбитой губе, вниз по шее, по груди и бинтам.

Руслан даже во сне был серьезным, не давал себе расслабиться ни на минуту. Гора мышц, которая служила броней для сердца, разорванного в клочья с самого детства. А агрессия — защитой на любое посягательство на свободу.

Рука скользнула ниже, до дорожки темных волос, уходящих в пах. Как любопытная девочка, прикусив губу, Вика слегка приподняла тонкое одеяло, разглядывая, что под ним. Было ужасно стыдно, но интересно. Она ведь видела его уже голым, и не раз, но вот именно сейчас хотелось посмотреть, а еще потрогать.

Руслан боялся пошевелиться и спугнуть девушку. Он давно проснулся, здесь ставили какие-то странные уколы, от которых тело накрывала слабость и голова становилась тяжелой. Фирс, как обычно, шутил, потом ушел, а любопытная Виктория скользила пальчиками по его телу. Хотелось схватить ее за руку, повалить на кровать, придавливая собой, и зацеловать до стонов.

Дыхание участилось, когда Вика потрогала находившийся до этого в спокойном состоянии член. Мышцы пресса сократились, Руслан стал возбуждаться, когда ее нежные пальчики прошлись вниз до яичек.

Эрекция последовала моментально, член налился кровью, а Виктория продолжала нежно касаться самых чувствительных мест, так, что хотелось стонать в голос. Было интересно, что же она будет делать дальше. Руслан молился всем богам, чтоб в палату никто не зашел и не спугнул ее. Она все делала сама, никто не заставлял и не направлял, сам факт именно этого уже будоражил и возбуждал.

Было очень странно вот так самой исследовать и изучать мужчину. Бросила быстрый взгляд на Руслана, тот все еще спал. А рука уже сама сомкнулась на возбужденном увеличившемся члене, оттянула крайнюю плоть, обнажая крупную головку, на рефлексах Вика сглотнула и облизала губы.

Виктория на самом деле открывалась в сексуальном плане. То, чего она даже не ожидала от себя, и что было для нее недопустимым, становилось вполне нормальным. Как сейчас, вот так ласкать член мужчины, уже ставшего ей далеко не безразличным.

В ее руке он увеличился еще больше, под тонкой кожей стали прощупываться вздутые вены, головка побагровела, на ней выступила капля предсемени. Вика сжала основание члена, повела вверх, обвела пальчиками головку, массируя чувствительное место под ней. Снова вниз, сжимая, лаская яички.

Руслан часто дышал, все тело напряглось, он прикусил внутреннюю сторону щеки, готов был выть от удовольствия, просить, чтоб она не останавливалась. Хотел податься бедрами вперед, долго выдержать эту сладкую муку не смог бы ни один мужик.

Так хотелось, чтоб она взяла его в ротик, прошлась язычком, всосала головку, но делать это в больничной палате, когда в любой момент может кто-то зайти, было не совсем прилично. Нельзя было компрометировать девушку, а позволять и дальше мучать себя было подобно смерти.

Мужчина тихо простонал.

Вика вздрогнула, посмотрела в черные глаза Руслана, в них было столько страсти и желания, которое передавалось ей. Сделала, что он просит взглядом, сильнее обхватив толстый ствол члена, рука заходила по нему интенсивней. Так продолжалось какое-то время, но Руслан слишком быстро почувствовал приближение оргазма.

— М-м-м-м-м-м-м-м… дьявол.

Руслан запрокинул голову, приоткрыл рот, дыхание участилось, удары сердца отдавались в висках, кровь кипела в венах. Он начал кончать, а Виктория не могла отвести глаз от того, как член пульсировал в ее руке, как из отверстия в головке толчками вырывалась белая густая сперма. Она стекала по ее руке, а Вика не останавливаясь, но уже нежнее продолжала наглаживать его член.

Все-таки женщина имеет великую власть над мужчиной, она подчиняет его желания, она может осуществить их, а может оттолкнуть и отвергнуть.

— Ну, как тут наш пациент?

Викторию словно ударило током, она резко убрала руку, накрыв Руслана одеялом, развернулась, заводя ладонь за спину. Лицо горело огнем, стала испуганно переводить глаза с пожилого седого мужчины на Альберта. А тот мужчина чем ближе подходил, тем больше присматривался к ней.

Она помнит его, такой приятный, обходительный, под белым халатом рубашка и бабочка на шее. Ее привозили в эту клинику после всех тех событий месячной давности. Конечно, ее осматривал не он, но все равно было неудобно перед незнакомым человеком.

— Очень рад вас видеть, Виктория, румянец вам к лицу. Как поживаете?

— Спасибо, хорошо.

— А как вы, Руслан?

— Нормально. Можно я уже поеду отсюда?

— Можно. Но предупреждаю вас всех, мальчику нужен покой. Никаких резких движений, постельный режим минимум неделю, все лекарства и график их приема я дам с собой.

— А если мальчик ослушается, то мы привезем его обратно, — Альберт не мог не пошутить.

— Скажите, травмы — они очень серьезны? — Вика спросила то, что хотела, мужчина странно на нее посмотрел, потом на Альберта.

— Нет, они не смертельны, но если они станут систематическими и каждый раз его будут бить по голове до сотрясения, то последствия могут быть более печальными. Любой спорт небезопасен, а тот, что выбрал Руслан, небезопасен вдвойне.

— Спасибо, я поняла.

— А у вас все хорошо, Виктория?

— Да, все хорошо.

Странный был вопрос, словно этот милый пожилой человек с умными глазами у нее что-то выпытывал, пытаясь понять.

— Я очень этому рад, но если возникнут трудности, то вы всегда можете ко мне обратиться.

— Еще раз спасибо, Семён Маркович.

Мужчина вышел, а Альберт кинул сумку с вещами на пол, продолжая молчать и разглядывать их обоих.

— Я что-то пропустил?

— Да, мне ночью предлагали поставить клизму, я отказался, а вот тебе бы понравилось.

— Рус, ты никогда не умел шутить. Белка?

— А что я? Я ничего.

— Ну-ну.

— Надеюсь, одевать тебя не надо? Сам справишься?

— Справлюсь, вали уже.

— Я за выпиской, жду в машине, вечно с тобой нянькаюсь.

Альберт снова ушел, Вика быстро подошла к раковине, чтоб смыть с руки оставшуюся на ней сперму.

— Не обращай на него внимания, он волнуется за тебя. Руслан, я помогу тебе, подожди.

— Ты мне уже помогла.

Девушка подошла обратно, улыбнулась, смущаясь.

— Давай не будем об этом.

— Конечно, будем, мне безумно понравилось.

— Мне тоже.

Руслан садится на кровати, голова слегка кружится, тянет Вику на себя, тут же целуя, нежно и требовательно накрывая ее губы своими. Как же он соскучился по ним, по ней. Поцелуй такой долгий, воздуха не хватает, пальцы Руслана зарываются в волосы, нащупывают что-то твердое.

— Ты надела ее? — говорит в губы.

— Конечно, она такая красивая, даже боюсь представить, сколько она стоит.

— Это неважно, главное, тебе понравилось.

Вике очень понравилось, она и забыла про ту черную бархатную коробочку, что Руслан ей отдал в машине. Потом был бой, встреча с Мироновыми, Антон в загородном клубе, пожар. Но днем, собираясь в больницу, Вика достала ее из кармана пальто. Открыла, да так и села на диванчик в прихожей.

Там была заколка в форме небольшого гребешка из белого металла с рассыпанными по нему прозрачными камешками. Они красиво переливались, Вика даже боялась надевать ее, вдруг потеряет. Ей никто не делал таких подарков. А с заколкой в волосах казалось, что на голове корона.

— Я так и не сказала тебе спасибо.

— Еще как сказала, маленькая.

— Нет, это не считается. Спасибо.

Теперь Виктория целует его сама, обнимая за шею, прижимаясь плотнее, чувствует сильные мужские руки на своей талии и тепло, растекающееся по всему телу.