Глава 6.1.2.

Не выходя из-под защиты густой тропической растительности, Лаэрт внимательно рассматривал корабль и людей, стоящих на палубе. «Черепаха» – прочитал он название на борту. Лаэрт видел его несколько раз в порту. Обычная морская шлюха, ой, то есть шхуна, которую нанимают за деньги для каких-либо дел: торговли, рыбной ловли, путешествий и так далее. И ее капитана Лаэрт тоже знал, доводилось несколько раз сталкиваться, скажем так, по работе. Человек он неплохой, даже в меру честный, что для людей его профессии скорее исключение. Да и дело свое знал хорошо, команда его уважала. Вот только Вантарис не был его основным домашним портом, и в их воды корабль захаживал редко.

Лаэрт напряг и без того зоркое зрение, в несколько раз превышающее человеческое, чтобы внимательнее рассмотреть людей, толпящихся вдоль борта.

Нет, на палубе не было ни отца, ни братьев Исабель. Представителей местной полиции не было тоже. Значит приплыли не по его душу. Это хорошо, о корабле можно пока не беспокоиться. Надо вернуться в лагерь дикарей и проверить как там пленник. Судя по всему, его планируют принести в жертву Богу Солнца. Насколько было известно Лаэрту, такие жертвоприношения проводились на закате, когда огненное светило опускалось за горы, освещая алтарь последним лучом света перед ночной тьмой. Но быть уверенным на сто процентов он не мог; кто знает, что у них на уме? Значит медлить нельзя.

Осторожно обойдя часовых, выставленных вокруг лагеря, Лаэрт, скрываясь в густой тропической растительности подкрался как можно ближе, чтобы рассмотреть пленника повнимательнее. Дикарей в лагере немного, большинство отправилось на отмель ловить скатов. Остались лишь несколько часовых и женщин, которые занимались хозяйством и разделывали рыбу для предстоящего обеда. Пленник сидел привязанным к дереву немного на отшибе. Он уже пришел в себя и поглядывал по сторонам мутным взглядом. Его белая рубашка была разорвана и на оголенной руке хорошо была видна крупная татуировка.

Глаза у Лаэрта округлились от удивления. На загорелом мускулистом плече была изображена птица, летящая сквозь всполохи пламени. Языки огня двигались и постепенно меняли цвет, переходя из оранжевого в багряный, затем темнели до аспидно-черного, а после окрашивались в синий, светло-голубой, зеленый… Лаэрт часто заморгал и тряхнул головой, прогоняя наваждение – татуировка гипнотизировала, вводила в транс. Так вон оно что! Парень-то оказывается маг! Такую татуировку делают детям, получившим магические способности по наследству, еще в младенчестве. Детки, рожденные с золотой ложкой во рту, чистокровные маги.

Теперь понятно, почему его не убили сразу. Бог солнца, по мнению дикарей, будет очень рад такой жертве, смилуется и пошлет своим несчастным последователям несметное количество различных благ.

Пленник, судя по всему, почувствовал взгляд Лаэрта, потому что повернулся в его сторону и стал пристально рассматривать кусты, за которыми прятался полукровка. Тогда Лаэрт, чуть отклонил в сторону ветки, демонстрируя пленнику свое лицо, с приложенным пальцем к губам, давая тому понять, чтобы не шумел.

Лицо пленника на секунду приобрело удивленное выражение, потом в глазах заблестела надежда. Он чуть склонил голову, кивком показывая Лаэрту, что его видит и будет молчать.

«Понятливый. Это хорошо», – подумал Лаэрт. Все-таки лучше, когда пленник к спасению готов и не удивляется, не задает глупых вопросов, а главное – не сопротивляется.

Прежде чем обнаруживать свое присутствие, наемник решил сначала осмотреться. Обошел лагерь по кругу, убедился, что часовые не дремлют, а за пленником отдельно приставлены наблюдать три человека, которые не сводили с него глаз, прекрасно осознавая, что он маг и может быть очень опасен. И если они упустят такой ценный подарок для Бога Солнца, то вечером на закате в жертву принесут их самих.

Да уж, при таком раскладе освободить иностранца будет непросто. Может подождать, пока его не начнет искать команда корабля, стоящего на якоре возле острова? Ведь не случайно матрос так усердно налегал на весла, наверняка, торопился доложить капитану о случившемся. Лаэрт посмотрел на небо. До жертвоприношения времени еще полно, но и подмога с корабля пока не торопится, а вот мужчины, ушедшие на рыбалку, могут в любой момент вернуться в лагерь, и это еще больше осложнит ситуацию. Действовать нужно сейчас, пока никто не ждет нападения, и эффект неожиданности даст ему преимущество.

И хорошо, что пленник - маг. Честно говоря, если бы не это обстоятельство, то Лаэрт вообще не стал бы связываться с этой авантюрой, как с заранее проигрышной. А маг и сам за себя постоит, ему бы только руки освободить и кляп изо рта достать, чтобы мог заклинание прочитать. Ему с тремя охранниками разобраться – раз плюнуть.

Хорошо бы отвлечь чем-нибудь дикарей, чтобы они отвернулись от пленника хоть на несколько секунд… Вот только чем? Лаэрт внимательно осматривал лагерь, обдумывая стратегию и когда его взгляд остановился на горящем костре, возле которого женщины разделывали рыбу, в голове его родилась интересная идея.

Лаэрт достал из кобуры револьвер и вытряхнул из барабана на ладонь два патрона. Пистолет вложил обратно, а сам осторожно пробрался в то место, откуда лучше всего просматривался разложенный посреди лагеря дикарей костер.

Наемник выждал несколько минут, сконцентрировался, собрался, успокоил дыхание, прислушался к стуку своего сердца. Оно билось ровно, не выказывая никакого волнения – наилучшее состояние для серьезных и опасных дел.

«Пора!» – решил Лаэрт и в момент, когда женщины, увлекшиеся разговором, не смотрели по сторонам, хорошенько прицелившись, закинул два патрона в огонь. Сам же в это время кошкой меж ветвей метнулся к привязанному чуть на отшибе пленнику. Он уже был рядом, когда патроны с громким взрывом рванули в костре. Женщины испуганно завизжали и шарахнулись в стороны, мужчины от страха присели, но так как взрывы больше не повторялись, принялись медленными шагами приближаться к костру. Про пленника все забыли. Лаэрту только того и надо было.

Он, уже не таясь, подскочил к магу, выдернул кляп изо рта и принялся резать веревки, связывающие ему запястья. Нож у Лаэрта был внушительных размеров и острый как бритва, но все равно пришлось повозиться несколько секунд. За это время дикари успели обернуться и удивиться представшей перед их глазами картине. Больше они ничего не успели, потому что пленник, как только веревка чуть ослабла, резко выдернул правую руку и быстро прочитав заклинание, метнул под ноги дикарям огненный шар внушительных размеров. Те с криками кинулись врассыпную.

– Отличный бросок, – оценил Лаэрт, – а главное быстрый и зрелищный, то что нужно. Но сюда уже наверняка несутся рыболовы, а против всего племени нам не выстоять. Бежим!

Пленник спорить не стал и, на ходу растирая затекшие руки, вскочил и кинулся в заросли вслед за своим освободителем. Сам он на местности не ориентировался, но справедливо полагал, что молодой человек, спасший его от этих сумасшедших, знает что делает.

Бежать так быстро, как Лаэрт он не мог: не хватало навыков. Поэтому наемнику приходилось время от времени останавливаться и оглядываться, поджидая пока Артур его нагонит.

– Быстрей, быстрей! – подгонял его спаситель. – Дикари скоро очухаются. Это кровожадное и свирепое племя, пощады от них не дождемся.

Пленник не отвечал, чтобы не сбивать дыхание, и бежал так быстро, как только мог.

– На помощь с корабля можно рассчитывать?

– Можно…

Лаэрт удовлетворенно кивнул. Через какое-то время они выбежали на берег аккурат напротив стоящей на якоре шхуны. Достал из кобуры пистолет, выстрелил в воздух и замахал руками. Их заметили и принялись спешно спускать шлюпку на воду, но дожидаться ее было некогда, из чащи раздавались крики преследователей.

– Вплавь! – крикнул наемник и, подавая пример, бросился в воду навстречу плывущей за ними лодки.