Глава 18

Близко подойти мы не смогли, но при желании докричаться можно было и отсюда, что Леонид и продемонстрировал.

— Сла-авик! Это дядя-я Лёня-я! Ты слышишь меня?! — рупором сложив ладони, прокричал он несколько раз.

Сначала никто не отвечал, и только через минуту громко, но как то приглушенно, из дома заорали.

— Слышу! Какой дядя Лёня?

— Ну точно он. И голос его! Обрадовался Леонид, и едва не выскочил из укрытия.

— Ты чего?! С ума сошёл? — ухватил я его за рукав.

— Крышкин! Крышкин с девятой улицы! — недовольно покосившись на меня, выкрикнул Леонид.

Славик снова замолчал, и ответил лишь после долгой паузы

— Брод на четвертой знаешь?

— Какой там брод? Ты спятил Славка? Брод на шестой!

Снова молчание и очередной вопрос с подковыркой. Леонид ответил, но недоверчивый недоросль не унимался, придумывая всё новые и новые шарады. Это действо может быть и закончилось бы в итоге, но мне надоело, и воспользовавшись паузой, я громко и матерно расписал что будет, если он не выйдет к нам прямо сейчас.

— Блин, Васёк! Ну нахрена? — возмутился Леонид, но доругать не успел, каким-то образом моё выступление подействовало, и крикнув что выходит, паренёк появился в дверях подъезда. Он был один и без оружия.

Вышел, постоял секунд десять, и осознав что убивать его не собираются, перебежал к нашему укрытию.

— Мужики, там раненые, помочь надо! — плюхнувшись рядом с Леонидом, с ходу заявил он, и видя что мы никак не реагируем, добавил, — Я за аптечкой в машину сбегаю?

— Беги. Много раненых то?

— Все. — уже убегая, обернулся Славик.

Внезапно раздался выстрел.

Я вздрогнул, а ещё не успевший отбежать Славик, с ходу нырнул в присыпанную снегом яму.

— Олег стрелял. Не бзди. — успокоил Леонид. — Вон, погляди.

Я проследил за его взглядом. В нескольких метрах от уаза, ничком лежал человек.

— Походу за машинами отсиживался, а когда понял что дядя Лёня шутить не станет, решил свалить по тихой. — объяснил он, и прикрикнул, обращаясь к парню, — Беги Славик! Беги! Не бойся, это свои!

Тот встал, и с сомнением посмотрев по сторонам, уже не так быстро, явно опасаясь стать жертвой невидимого снайпера, продолжил свой путь.

— По хорошему бы прошерстить тут всё. Может ещё кто-то прячется. — озвучил Леонид.

— Опасно. — не согласился я. — Для полной зачистки нас мало, а вдвоем тут можно неделю гонять, и никого не найти.

Мне вообще выходить из-за стены не хотелось, не то что зачищать. Дело это конечно нужное, даже необходимое, но не вдвоем, и не с бухты-барахты.

— Согласен. — не стал тот спорить. — Сначала поглядим с кем там Славик ошивается... Да и трофеи пособирать не мешало. Машинки опять же...

— Я думал ты раненым помочь хочешь. Нет?

— Хочу, наверное. — неопределенно покачал он головой. — Поглядеть нужно. Может там упыри какие?

— Думаешь?

— Не знаю. Прикрой лучше, вон, Славка обратно уже бежит.

И он, перекрестившись, покинул укрытие.

Я никогда по настоящему не верил в бога. Допускал существование какого-то вселенского, высшего разума, но принять его таким, каким трактует библия, почему-то не мог. Может быть виновато время, в которое я родился, — на закате союза, может быть воспитание, но креститься, как только что сделал это Леонид — с твердой уверенностью что поможет, — не мог.

Поэтому и сейчас, дёрнулся было, но не стал, и перехватив поудобнее автомат, просто побежал следом.

Обычный заваленный снегом подъезд, те кто заходили сюда, явно ничего не чистили, открыли дверь на сколько это было возможно, да так и бросили.

Планировка этажей напоминала общажную; длинный коридор в обе стороны, и ряды одинаковых дверей.

Первый раненый нашёлся прямо в коридоре, он сидел облокотившись на стену, и прижимал к животу руки. Раны в живот самые тяжёлые, особенно если поблизости нет операционной. А в этом случае даже если бы и была; его ладони, одежда, и пол вокруг, так обильно залиты кровью, что удивительно как он вообще ещё дышит.

Славик присел было рядом, но Леонид одёрнул его.

— Ему ты уже не поможешь, показывай где остальные.

Ещё двое обнаружились в комнате рядом. Мужчина средних лет, с сединой в волосах и такой же седой бородкой, стоял возле окна, опираясь при этом на одну ногу, вторая была перетянута куском проволоки выше колена. И девушка, совсем молоденькая, с залитым кровью лицом, и пятнами крови на одежде. Она сидела зажавшись в угол, и похоже, была без сознания. Рядом лежал вымазанный в крови АКСУ.

— Ей помогите... — отмахнулся мужчина, когда Славик подбежал к нему.

Тот кивнул, и засуетившись, присел рядом. Трясущимися руками открыл взятый из пикапа квадратный кожаный кофр, видимо от какой-то фототехники, и принялся копаться в его содержимом.

Оружие седого лежало рядом — это был обмотанный в серую ткань винторез с оптическим прицелом. Я его по прикладу узнал, уж больно он у него характерный. Сам никогда не стрелял из такого, хотя среди захваченного нами оружия тоже имелось пара подобных экземпляров. Мужчина не двигался и никак не угрожал нам, но я чувствовал что если он захочет нас убить, сделает это не моргнув глазом. Не знаю откуда взялась такая уверенность, просто знал и всё.

— Ещё раненые есть? — присев рядом с девушкой, спросил Леонид.

— Есть, но им уже не поможешь. — безразлично ответил седой.

— Кто эти люди? — кивнул я в сторону окна. — Почему они на вас напали?

Седой сморщился, то ли от боли, то ли от нежелания говорить, но спустя несколько секунд, всё же ответил.

— Обычные мародёры. И цели у них мародёрские...

— А вы тогда кто? — подключился Леонид, глядя при этом на Славика.

Тот правда даже внимания не обратил, всецело занятый девушкой. Не знаю чем так её зацепило, но крови было много. Раны на голове вообще кровавые, но тут прямо совсем как-то обильно лилось.

Славик достал бинт, отмотал длинный кусок, свернул его в несколько слоёв, и полив сверху спиртом или чем-то подобным, приложил к ране.

— Мы, люди... — с тем же безразличным выражением ответил седой. — Обычные люди...

— Ладно. — кивнул Леонид. — А у мародеров имена есть? Они вообще откуда?

Но седой говорить больше не пожелал, демонстративно отвернувшись к окну.

— Ну и молчи. То же мне... Партизан...

Славик тем временем закончил перевязывать девушку, и переключился на седого.

— Не надо. — зло остановил его тот.

Славик даже отшатнулся от неожиданности.

— Но командир... Как же...

— Бестолку это. Не поможешь ты мне. Забирай Лерку и уходите.

То что седой не хотел идти с нами, меня не особо волновало, — человек взрослый. Но и оставлять его на верную смерть было как-то неправильно.

— Идите... Чего ждёте... — повторил он, и повернулся, показывая что вся левая сторона его куртки пропитана кровью.

— Понятно. — проследив за моим взглядом, нахмурился Леонид. — Сильно зацепило?

Седой кивнул.

— Нормально...

Я хотел было сказать что у нас есть врач, но в этот момент ноги его подогнулись, и он как стоял, так и рухнул. Никто даже отреагировать не успел.

— Он очень хороший человек! Ему надо помочь! — подскочил Славик, и перевернув седого на спину, подложил ему под голову свою шапку.

— Слав. Ты же видишь что он умирает. Чем мы ему поможем? У нас даже лекарств никаких нет. — попытался я успокоить парня.

— Нет мужики, вы не понимаете! — едва не плача, выкрикнул Славик, — из всех кого я здесь знаю это самый достойный человек! Мы не можем его вот так вот бросить!

— Если это все аргументы, то бери подружку свою, и потопали. — резко оборвал его Леонид.

— Погодите! Вот! — потянувшись к кофру, он сунул в него руку, и достал какие-то ампулы.

— Что это? — потянулся Леонид, подставляя ладонь.

— Морфин! Здесь много!

— Морфинагидрохлорид... — поднеся одну из апмул к глазам, прочитал Леонид.

— Это он и есть, просто в лекарстве! Мы ходили к центру и нашли там заброшенную больницу, все эти ампулы оттуда, там много еще! Там целый склад был!

— Ну хорошо, — разглядывая ампулы на свет, — только причём тут этот? — кивнул он на седого.

— Только он знает где находятся препараты, — торопливо говорил Славик, — когда мы наткнулись на склад, они с рыжим перепрятали всё что там было!

— А рыжий, это кто? Тот что в коридоре валяется? — так же спокойно уточнил Леонид.

— Да он!

— Заманчиво конечно... — задумался я, но судя по жгуту на ноге, и двух дырках где-то над сердцем, — в куртке отчётливо виднелись пулевые отверстия, мужичок этот явно не жилец.

— Слав, ты послушай... Мы сделать то ничего не можем, он помрёт прежде чем мы его вниз спустим.

— Тогда я тоже остаюсь. — решительно заявил парень. — Уходите!

Такая преданность очень похвальна, но оставлять его мы не могли. Мало ли к кому он попадёт, а рисковать жизнями своих близких я не хотел. Вот только убивать пацана было бы чересчур, поэтому пришлось согласиться.

— Ладно, ладно. Уговорил. — успокоил его я, — Мы сейчас заберем твоего друга и отвезем к нам, у нас есть врач и если что-то можно сделать, она обязательно ему поможет. Ключи от пикапа где?

— Вот. У меня. — засуетился тот. — Вот.

Забрав у него ключи я вышел на улицу, и поёжившись от чувства обнаженности — если кто-то из этих остался, сейчас самый удобный момент для мести, быстрым шагом направился к стоящему в отдалении здоровенному пикапу.

Шильдика нет, но очертания — хоть и смазанные временем, характерны для тойоты. Еще и правый руль. Шикарно.

Дойдя до машины, я внимательно осмотрелся, и не заметив ничего подозрительного, сел за руль.

Первое ощущение — запах. В салоне пахло чем-то кислым, и огурцами. Причём но запах огурцов выделялся особенно сильно. Я огляделся, но никаких огурцов здесь не было. — Тряпки, чьи-то валенки, бутылки с какой-то жидкостью, и старые газеты. Вот и всё убранство.

Вставив ключ, и повернув его в замке, я с удовольствием услышал сытый рык могучего мотора. Не знаю почему, но у машин с числом цилиндров больше четырёх, звук совершенно особенный. Даже объём может быть небольшим, но звучать он всегда будет отлично от четырехцилиндровых.

Ждать, когда прогреется, я не стал, успеет, пока будем грузиться. Движок бензиновый, так что проблем не возникнет.

Тронув ручку акпп, и слегка придавив педальку, я стронул машину с места, и легко пробив наваленный вдоль дома сугроб, тормознул прямо у подъезда.

Глушить не стал, и не задерживаясь, побежал наверх.

Навстречу попались Леонид со Славиком. Подхватив седого под руки, они уже спускались с площадки второго этажа.

Вернувшись к машине, я открыл заднюю дверь, и поскидывав бутылки на пол, побежал за девчонкой.

Сидевший у стены мужик ещё шевелился. — Подумал было пристрелить его, чтоб не мучился, но что-то меня остановило. Как-то сразу не обратил внимания, но вроде я уже встречал его на базаре, ещё в первое посещение города. Так сразу не вспомню где именно, но то, что я его уже видел — могу поклясться. Конечно он тогда одет был иначе, — лето всё-таки, но лицо уж больно приметное: Сочетание рыжих волос, шрама над правой бровью, и татуировки в виде маленького паучка на правой же скуле, забыть невозможно.

Пройдя до конца коридора, я заглянул во все комнаты с левой стороны. В одной из них лежал ещё один человек: Здоровенный мужичина в перепачканном кровью белом маскхалате. Судя по пятнам крови, он получил с десяток осколочных ранений, но ещё дышал. Живучий... Добивать тоже не стал, стрелять громко, а ножом не хотелось. Тем более жить ему оставалось совсем немного. И я, оставив мужика в покое, вернулся к нужной комнате.

Девчонка лежала в том же углу. Бинт на голове уже пропитался кровью, и немного съехал на бок. Хотя возможно что так криво перебинтовали. Примерившись, а росту в ней было всего ничего, — как и весу собственно, я легко поднял её, и подхватив оставленный на окне винтарь, двинулся на выход.

Навстречу уже поднимался Леонид.

— Хорошая машинка. — забрал он мешавшее оружие, — да ещё в шикарном исполнении... Отличный трофей!

— Мужик пока жив. Как помрёт, так и будет трофей. А пока это чужое имущество.

— Да он даже до места не доедет. Там две пули в грудине. Нога капут. Крови много потерял.

— Поглядим. Иди давай вперёд. — поторопил я его. Седой то ладно, не факт что выживет, а вот девочку наверняка ещё можно спасти. Хотя с ней тоже непонятно, — ранение в голову это не шутка. Но череп вроде цел, и возможно всё не так страшно.

Мы вышли из подъезда и подошли к машине.

— Куда её? — на заднем сидении лежал раненый, его не подвинешь, на переднее сажать — неудобно, свалится.

— Давай в кузов, недалеко ехать, не замерзнет. — откидывая полог, предложил Леонид. — Всё равно все не поместимся.

В кузове совсем ничего не было, голый металл, поэтому Славик сел прямо на пол, а девушку положили ему на колени.

— Смотри не встрянь только. — предупредил Леонид, добавляя, — толкать очень не хочется, замерз что-то...

Машина хоть и серьезная: высокая, на «злой» резине, со всевозможными блокировками и прочими внедорожными штучками, но под снегом может быть всё что угодно, так что предупреждению я внял, и поехал выбирая дорогу не так как короче, а ориентируясь на толщину снежного покрова.

Едва тронулись, как снег повалил с новой силой. Видимость совсем упала, метров пятнадцать ещё как-то, а дальше лишь по силуэтам. Всё белое, — непонятно где сугроб, а где низинка, и в какой-то момент пришлось даже из машины выходить, посмотреть как лучше проехать.

Но всё же до дома где сидел Олег, мы доехали достаточно быстро. Я посигналил, и дождавшись когда он займет место в кузове, тронулся дальше. Дорогу я помнил, да и не где тут было заблудиться, поэтому обошлось без приключений. Подъехав прямо к крыльцу, я заглушил мотор. К запаху огурцов добавился запах крови и пороха.

Мы вышли и погрузив на себя раненых, потопали на пятый этаж.

Мужики потащили седого, Олег собрал оружие, а я понёс девушку. Поначалу казавшаяся лёгкой, этажу к третьему она как-то потяжелела, а на пятом и вовсе превратилась в бегемота.

Пройдя в квартиру я занес её в зал — мужики слегка отстали, и уложив возле печки, отошел в сторону. Не задавая вопросов, Аня сразу занялась раненой.

— Там ещё один. — оповестил я супругу. — только он походу того, не жилец.

— Посмотрим. — кивнула она, срезая окровавленный бинт. Маша торопливо ставила воду в кастрюле на печь, а Ольга раскладывала убранный после ночевки картон.

Я отвернулся.

— Куда его? — ввалились мужики.

— Вот, сюда укладывайте. — подскочили женщины. Дети испуганно выглядывали из палатки.

Седого аккуратно положили по другую сторону от печки, и вооружившись ножом, Леонид стал срезать с него куртку.

— Две пули в грудь и одна в ногу. — докладывал он, пока Аня занималась девушкой. Славик же сбегал за своим чемоданом, и едва не наступив на раненого, поставил чемоданчик рядом с Аниным коробом.

— Там лекарства всякие, бинты... Морфин...

Тем временем Леонид избавился от куртки седого.

— Готово. — доложил он.

— Свитер режь, рубашку. До голого тела. Потом штанину убери. — критично оглядев его работу, попросила Аня, и остановив взгляд на мне, добавила, — достань коробочку с иглами, шовный материал, спирт и ватные тампоны.

То что рану на голове девушки надо зашивать, я понял ещё там, на месте. Но сейчас участвовать в этом процессе не хотел. Не нравятся мне такие вещи. Но у жены были другие планы.

— Зашить сможешь? — неожиданно спросила она. Я хоть и частенько помогал ей раньше с животными; уколы ставил, держал когда надо было, но никогда никого не шил. Поэтому даже опешил.

— Не знаю. — честно ответил я.

— Попробуй. Вот иголка, держатель, сильно не тяни только. И не трясись. Не страшно.

Шумно вздохнув — аргументов не было, я посмотрел на супругу, выругался про себя, и покорно взяв из её рук иглу с нанизанной нитью, присел перед девушкой.