Глава 10

— В смысле исчез? — переспросил я.

— В прямом. Он бормотал что-то, потом засыпать стал, на лавку укладываться, я хотел подушку ему подложить, отвернулся на секунду, поворачиваюсь, а его нет.

— Что, совсем нет? — снова переспросил я, в тайне надеясь что сейчас Леонид хлопнет меня по плечу, и заржёт, радуясь как ловко всех провёл. Но тот только трясся, бестолково оглядывался, и крутил головой.

— Гадом буду! Исчез Рустамка! — как заведённый, твердил он.

— Что-то случилось? — Из двери выглянула Аня.

— Сейчас, пока здесь побудьте. — не стал я ничего объяснять, и бодро потрусил за Леонидом, но понимая что произошло нечто серьёзное, ни Аня, ни Андрей слушать меня не стали, и прикрыв дверь, побежали следом.

— Что то с Рустамом? — вдогонку кричала Аня. Андрей же зачем-то захватил автомат и судя по щёлканью затвора, готовился к войне.

Расстояние от самолёта до сторожки небольшое, поэтому преодолеваем его достаточно быстро, и так же гурьбой ввалившись внутрь, наконец останавливаемся. Беглый осмотр ничего не даёт. В сторожке никого кроме двоих молодцев с ошарашенными лицами нет. Спрятаться негде; пара лавок, три стула, стол да печка, вот и всё убранство.

— «Как это могло произойти?» «Где Рустам?» и «Что за херня?» — Эти три вопроса прозвучали одновременно, и так же одновременно остались без ответа.

Не зная что предпринять, я зачем-то заглянул под стол, хотя и так было видно что там никого нет.

— А вы что? Видели куда он делся? — повернулся я к мужикам.

— Мы не видели... Он просто был, был, а потом взял, и исчез!.. — озвучил свою версию Иван, Володя же синхронно покачал головой, и выдал содержательное,

— Ну-у...

Мда, с ними каши не сваришь. И я вновь взялся за Леонида.

— Лёня, может вы выходили куда-то? Или дружно отвернулись? Ты вспомни? — честно говоря у меня просто слов не было, я не понимал каким образом человек может пропасть из комнатушки три на четыре метра незаметно для окружающих? Через окно? — Так оно заклеено насмерть, захочешь не отдерешь. Дверь? Но тогда как он мог пройти мимо мужиков? Получается что они сами его куда-то дели, а теперь выкручиваются? Может прибили ненароком, да припрятали? Вон кулаки какие у обоих... Но как быть с Леонидом? Ему я не мог не верить. — Запугали? Или он сам прибил Рустамчика? — Бред какой-то получается...

— Бляха муха Василий! — вспылил Леонид, — я что на дибила похож? Или мы все втроем на дибилов похожи?

Говорить этим здоровенным лбам что таки да, они похожи на дебилов, я не стал, ограничившись повторением вопроса.

— Значит не выходили?

— Подождите. — прервала меня супруга. — На улице снег идёт, если он каким-то образом покинул сторожку, должны следы были остаться. Надо проверить.

И не сговариваясь мы все снова высыпали на улицу.

До машины чуть присыпанный след, и свежая дорожка к самолёту. И всё. Но в машине никого, а от самолета мы только что прибежали сами.

— Значит точно не выходил...

— А я тебе что говорю! — обрадованно воскликнул Леонид, понимая как нелепо выглядят подобные объяснения, он обрадовался когда нашлось реальное подтверждение его словам. Других выходов из сторожки просто не было, и если Рустама не сожрали эти два огромных мужика под предводительством того же Леонида, значит всё правда, и он просто исчез в никуда.

— Так, Лёнь, — подождав когда все немного выговорятся, я отозвал Леонида в сторонку, — тебе надо сходить до Алексеича, и потихоньку ему рассказать о том что произошло. Только так чтобы никто не слышал. Ты понял?

— Я то понял, а мужиков куда? — уточнил он.

— Они пусть здесь пока посторожат, чайник есть, пожрать тоже, — не помрут.

По большому счёту они и не нужны уже, надобность отпала вместе с исчезновением Рустама, но если их сейчас отпустить, максимум через час стоит ждать делегацию армянской диаспоры.

— Как Алексеичу объяснишь всё, возвращайся, друзей своих караулить будешь. — продолжил «напутствие» я.

— Это понятно, но что я им скажу?

— Блин, Лёня, ну придумай что-нибудь, мол место преступления охранять надо, не пускать никого. Ты маленький что ли?

— Нет, не маленький. — махнул он головой, и нахмурившись, спросил, — а где тут преступление то?

— А что, пропажа человека преступлением уже не считается?

По хорошему бы участкового сюда, он дело своё знает, любого вмиг расколет. Но боюсь с его участием всё еще больше запутается.

— Понял, не дурак, дурак бы не понял... — выдав одну из «присказок», Леонид уныло вздохнул, и вернулся к своим товарищам.

Я же подошел к Ане и Андрею.

— Андрюх, не в службу а в дружбу, метнись кабанчиком в ангар, за бочкой, надо масло слить, а я прогрею пойду, пока мотор совсем не застыл, — годится?

С Рустамом конечно непонятки, но текущие дела никто не отменял, я и так уже кучу времени потерял, теперь опять греть, а это лишние литры драгоценного топлива.

— Как скажешь. Только чур без меня не улетайте. — не забыв пошутить, он развернулся, и протаптывая новую цепочку следов, направился к ангару.

Оно конечно можно было бы и ещё кого-то привлечь, как мы обычно и поступали, но опять же, из-за соображений секретности, делать я этого не стал. Сейчас главное масло слить, — зимой это критично, а заправить и проверить можно и потом будет, не горит.

И только мы с Аней направились к самолёту, как из-за угла сторожки вышла молодая женщина с маленьким ребёнком.

— Ты её знаешь? — тихонько спросил я супругу.

Прежде чем ответить, Аня прищурилась, летящий снег слепил глаза, и сказала,

— Знаю, это Катя, поваром в школе работает.

— А какого лешего ей тут надо? — успел проворчать я, до того как женщина подошла к нам.

— Добрый день, вы ведь Василий? — очень вежливо поздоровалась она.

Невысокая, с обветренным от мороза лицом, в вязанной шапке, валенках и короткой куртке, женщина мне кого-то напоминала, но я никак не мог вспомнить кого. В станице есть несколько десятков «изначальных» семей, прямых потомков первых здешних поселенцев, и все они имеют какие-то общие черты; есть поголовно рыжие, — причём кто бы ни приходил в семью, неважно мужчина или женщина, дети так же получаются рыжими. Есть чернявые и носатые, невысокие и кучерявые, длиннорукие и круглоголовые. И эта женщина видимо тоже была одной из «изначальных», поэтому и казалась знакомой.

— Он самый. — кивнул я.

— Меня зовут Катя, я жена Толика Ромашина, он должен был сегодня с вами вернуться, вы не знаете где он? — торопливо «перебирая» слова, испуганно поинтересовалась она.

Толик это тот второй парень с крыши, когда мы зашли в палатку он лежал слева от печки и уже не дышал.

— Знаю. — с трудом заставляя себя не дергаться, выдавил я из себя, — Им пришлось остаться ещё на одну неделю, появились новые обстоятельства.

Женщина тут же поникла и опустила глаза.

— А какие обстоятельства? — так же, не поднимая глаз, спросила она.

— Ничего особенного, просто рабочие моменты, руки нужны. — как мог обтекаемо ответил я.

Женщина поникла ещё сильней.

— У вас что-то случилось? — подключилась Аня.

— Нет, ничего страшного. Просто я подумала что он вернулся...

— Нет, к сожалению. — ответила за меня Аня.

Блин, я так зарапортовался, что чуть было соболезнования не принёс. Никогда не любил сообщать о чём-то плохом, тем более о смерти. Хотя кто это любит?

— А почему вы так подумали? — спросил я, что-то в её словах показалось мне странным, но женщина молчала.

В этот момент Аня обратила внимание на ребенка, и присев перед малышом, протянула ему руку, — Привет, тебя как зовут?

— Петя. — смущённо ответил мальчик.

— А меня Аня. Очень приятно.

— Мне тозе, здлавствуй Аня.

Потом они поговорили о садике, об игрушках, мальчик рассказал про свою домашнюю хрюшку и по секрету сообщил что у него есть черепаха, а папа хочет сварить из нее суп.

Пока они разговаривали, женщина молчала, и только когда Аня поднялась, ответила.

— Не знаю, может я чего-то перепутала, но я позавчера передавала с Сашей для мужа тёплый свитер, — он сказал что в самолете очень холодно, а сегодня, полчаса назад, нашла его на том же месте в шкафу. Ну и решила что он вернулся.

— С Сашей казахом передавали? — уточнил я, отгоняя от себя неприятные образы всплывшие при упоминании его имени.

— Да, — подтвердила женщина, — он накануне заходил, молоко принёс, у них корова хорошая, ну и свитер забрал...

— А не может быть так что вы свитер забыли отдать? — спросила Аня.

— Наверное может. — коротко вздохнула женщина. — Не мог же он без Толика вернуться... Ну я пойду тогда?

— Да-да, идите конечно. — поспешил согласиться я. Тяжело вот так врать, пусть и не со зла. Даже не представляю что будет когда всё вскроется.

Дождавшись когда женщина отойдет подальше, я хотел сказать что-то по поводу её мужа, но Аня прервала меня, и развернувшись, молча побежала к самолёту.

— Ты чего? Стой! — бегать я не любил, летом ладно ещё, а зимой вообще сложно. Обувь неудобная, одежда тяжёлая, потеешь, потом мёрзнешь...

Но Аня только ускорилась, и мне ничего не оставалось как последовать за ней. Снег хрустит, ветер задувает под куртку, но я всё же разогнался, и обогнав её уже перед финишем, встал у двери.

— И так сил нет, а ты тут ещё бегать заставляешь...

— Открывай. — ни на что не обращая внимания, Аня подвинула меня и толкнула примёрзшую уже дверку.

Та неохотно поддалась, и открывшись до половины, остановилась.

— И чего тут? — я повернулся к проёму, и протолкнул дверку дальше.

Мешка с золотом не было. Точнее мешок оставался на месте, но без содержимого.

— Ну ё-моё! Как так то? Мало того этот урод сам сбежал, так он ещё и золото упёр! Говорил я Андрюхе остаться! Ну как так-то?!

Моему отчаянию не было предела. Жалко было не столько само золото, сколько пугала перспектива объясняться. Ведь на слово не поверят, скажут: было золото? — было! Был человек? — был! Тебе доверили? — Тебе! Ну и всё, без разговоров козлом отпущения сделают. И самое главное ни одного следа. — Я быстро огляделся. Не по воздуху же он на самом деле бегает?

Мешки, тряпичная обертка, бечевки...всё на месте. А содержимого нет.

— Отойди ка... — протолкнув меня дальше, в салон поднялась Аня.

Я же продолжал возмущаться, перебирая лежащие на полу тряпки.

— Не пойму только на хрена он распаковал то всё? Это ж долго и неудобно? Он что, идиот?

Сомнений в том что Рустам и есть вор, теперь у меня не было никаких. Притворился «поехавшим», отвлёк как-то Леньку с мужиками, добежал до самолёта, спрятался где-то, может на крыле даже, — там если сверху лечь, не заметно будет. Дождался пока мы уйдём, проник в салон, хотя чего тут проникать, дверь то открыта. Забрал золото и свалил.

— Не просто идиот, а ещё и сильный идиот... — каким то странным голосом объявила Аня.

— Чего? — не понял я.

— Он не только всё золото выпотрошил, он ещё и труп с собой забрал...

— Какой на хрен труп? — обернулся я к ней, и остолбенел...На полу, там где мы оставили Иваныча, лежал лишь кусок брезента.

Слов у меня не было. Если построенная только что версия хоть как-то тянула на правду — пусть и с оговорками, то с исчезновением тела всё опять вставало с ног на голову.

— Бочку ставлю? — откуда-то снаружи донёсся голос Андрея. Он уже вернулся.

Я вышел, и указав место куда ставить ёмкость, снова поднялся на борт и зашел в кабину. Как бы там ни было, а масло сливать надо. Ещё немного и колом встанет, тогда помучатся с придётся.

Но в этот раз мотор капризничать не стал. Чихнул пару раз, фыркнул, и набирая силу подхватился. Стрелки температурных датчиков лежали в крайнем положении, давление показывало немного больше нормы, генератор в зелёной зоне, остальное тоже приемлемо. Минут пять поработает и можно глушить, масло слить хватит.

Естественно я понимал что ни Рустам, ни кто-то другой из ныне живущих не мог вот так запросто вынести полсотни килограмм благородного металла, да ещё и труп с собой прихватить. Причём сделать это быстро, и совершенно бесследно. Как минимум следы должны были остаться. Вот только закостенелый мозг отчаянно цеплялся за любую возможность, лишь бы не верить во всякую ерунду. Ведь это что получается? Если без оглядки на общепринятые догмы? Был человек, и пропал. Из маленькой комнатки с одним выходом исчез, да ещё и прямо из под носа троих стражников. Не чудо ли? Оно самое! Точнее чертовщина.

А с золотом ещё страньше. Я, когда в дверь постучали, перстенёк один в карман спрятал, тот который разглядывал. Не специально, даже не понял как, на автомате. И уже в сторожке, сунув в карман руку, его там обнаружил.

И вот не могу вспомнить момент когда он исчез. Вроде теребил я его на нервах, потом на что-то отвлёкся, и вроде больше не замечал. И только сейчас, когда мы всё это увидели, стал рыться по карманам, но уже безрезультатно.

— Садись. — показав на кресло, позвал я Аню. Андрей в это время стоял возле оставшихся от золота тряпок, и недоуменно их разглядывал.

— Надевай. — когда супруга заняла место второго пилота, я показал ей на гарнитуру, и щёлкнув тумблером, включил внутреннюю связь.

— Слышишь меня? — спросил я, когда она разобралась с нашей нестандартной поделкой.

Аня поправила шапку, и накинула сверху капюшон, в кабине тоже было не жарко.

— Слышу.

— Я тут когда уходили с Лёнькой в сторожку, перстень в карман машинально сунул. — решил я поделиться.

— И где он? — буднично, как будто зная что я отвечу, спросила Аня.

— Пропал.

— Карманы не дырявые?

Я ещё раз проверил карман на наличие дыр, и убедившись что их там нет, сообщил об этом.

— Вылететь, пока бежали, не мог? — так же буднично допытывалась она.

— Да как он бы вылетел? Во-первых карман глубокий, а во вторых перстёнек сам по себе тяжелый...

— Слушай, а нам не почудилось это всё? — когда она ничего не ответила, я почему-то подумал про галлюцинации. Может и нет всего этого, может мы сожрали чего-то не того, или траванулись чем-то. А сейчас пройдет, схлынет наваждение, и всё устаканится. От этой мысли мне даже похорошело как-то.

— Нет, не почудилось. — покачала она головой, и протянула мне телефон с отрытой галереей.

Трупов тут не было, а вот несколько украшений Аня зафиксировала.

Тут и серьги, и колечки кучкой, и браслет, и даже общий вид всего этого богатства.

— Ну да... Не показалось. А ты как поняла что золото пропало?

Когда Аня побежала к самолету я хотел спросить что она там забыла, да еще так резко, но обнаружив пропажу, забыл обо всём на свете.

— Да просто отвлеклась на секундочку, представила самый невозможный, на наиболее логичный вариант, и всё встало на свои места. — чуть с заминкой, но всё же ответила она.

Я задумался. А какой я вижу логичный вариант? Куда могут средь бела дня исчезать люди?

— Не знаю как, — не дала мне подумать Аня, — но мне кажется что тут произошло тоже самое что с нами весной, они просто перенеслись во времени.

— Нет но...

— Не перебивай пожалуйста, дай я мысль закончу. — остановила меня она. — Люди не первый раз бесследно исчезают, и в самом начале, и позже несколько раз так было. Потом ты рассказывал что в городе появляются вещи всякие, причём происходит это с завидной регулярностью. Над нашим исчезновением скорее всего тоже гадают, и это не один человек, а целая деревня.

— То есть ты хочешь сказать что и Рустам, и золото с телом Иваныча перенеслись во времени?

— Что-то вроде того. Не знаю как, не знаю почему, но это самое логичное объяснение какое я вижу.

— Но почему именно во времени? Могла же быть какая-то пространственная дыра например, или другое измерение?

— Для дыры больно избирательно. В сторожке Рустам, в самолёте труп и золото, в кармане твоем перстень, а в шкафу Кати, наоборот появилась вещь которая не должна была там быть.

— Так она вроде сказала что напутала со свитером?

— Нет, она просто приняла моё предположение, руководствуясь простой формулой — Того чего не может быть, никогда и быть не может. Сама себя уговорила. А ты представь что некто, или нечто, откатил для отдельных личностей время дня на три назад. Ещё до вашего вылета.

— Постой, тогда получается что золото ушло туда откуда его взяли, а свитер вернулся на своё место?

— Ну если всё так, то да, все эти вещи вернулись туда где находились когда-то.

— А мужики как же? Они то куда делись?

— Если следовать этой логике, то тоже должны были откатиться к заданной точке во времени.

— Это значит они сейчас по домам сидят? — наконец дошло до меня.

— Возможно, надо проверять.