28 глава. Отречение

— С дурными помыслами ты пришел Истраэль сын Диэраля, — прошелестело тихое многоголосье. Владыка стиснул зубы, он ненавидел, когда его имя ставили рядом с именем прошлого правителя Западных лесов. Он ненавидел, когда его с ним сравнивали. Он просто ненавидел этого эльфа всеми фибрами своей души, потому что даже после смерти Диэраль всё ещё имел огромное влияние на его жизнь, — Ты знаешь, что союз скреплённый в святилище нерушим?

— Знаю, но мой союз с Алерисиль Весенний дождь не был закреплён, как полагается. Она не была непорочной девой и не окропила девственной кровью алтарь, — спокойно сказал владыка.

— Но, однако же, сына она тебе родила. Отрекаясь от жены, ты отречешься и от сына, — шептали духи пытаясь побороть его решимость освободиться от оков.

— Даже если и так, Соиледиаль всё равно останется моим сыном, плоть от плоти моей, я не перестану любить его, — в этом Истраэль был уверен, — а отрекшись от него я, возможно продлю его жизнь. Отреченные не могут наследовать трон.

— Ты хочешь нового наследника?

— Да.

— И уже жену себе присмотрел? — шепот звучал насмешливо.

— Да.

— Но, что если ты не сможешь как полагается скрепить с ней союз? Ты и от нее отречешься?

— Нет. Этот союз будет нерушимым.

— Но ведь опять это будет не твой выбор, а лишь необходимость скрыть позор, обрушившийся на твой род из-за глупости твоего же отпрыска, — духи откровенно насмехались над ним.

— Это неважно, союз будет нерушимым, я готов принести клятву, — Истраэль давно научился жертвовать личным в угоду блага государства. Сейчас он был твердо уверен, что его союз с невестой сына лучшее, что можно сделать, чтобы спасти девушку от позора, и не разрушить отношения с Восточными лесами. Галадриэль горяч, он и войну объявить может, чтобы отомстить за честь дочери.

— Клятвы будет маловато, да и дары ты принес несоразмерные твоей просьбе, ну да ладно, все же ты существо непростое и от тебя зависит сохранение мира, не будем придираться к мелочам, но тебе все равно придется заплатить свою цену за отречение.

Истраэль смиренно ждал, пока духи озвучат ему свое условие.

— За отречение от союза и нарушение принесенных клятв ты будешь лишён магии до тех пор, пока не возложишь на алтарь деву, которую выберет твое сердце, — прошелестели голоса. Истраэль закрыл глаза и сжал губы. Для любого эльфа лишится магии, значит потерять часть себя, а для владыки это означает верную смерть. Он будет совершенно беззащитен и останется уповать только на преданность его стражей, а с учётом того, что будущая жена скорее всего уже не дева, магии он лишится навсегда. Готов ли он заплатить такую цену за свободу от цепей прошлого, за прочный союз с Восточными лесами, за мирное сосуществование с соседями, за надежду, что сможет дожить, хотя бы до рождения нового наследника?

— Я готов заплатить такую цену, — уверенно сказал владыка. Если он будет осторожен никто и не догадается, что он лишился магии, но тогда придется приложить все возможные силы, чтобы выловить и устранить всех предателей, жаждущих власти. Причем ловить придется очень быстро и очень тайно, ему не нужна война внутри страны.

— Дотронься до алтаря, Истраэль Лёгкий бриз владыка Западных лесов, — Истраэль без колебаний положил руку на алтарь, — Отрекайся.

— Я, Истраэль Лёгкий бриз Владыка западных лесов отрекаюсь от порочного союза с Алерисиль дочерью рода Весенний дождь, отрекаюсь от горьких лет прожитых в навязанном браке, отрекаюсь от плодов его взрощенных из моего семени. Отрекаюсь от унижения. Отрекаюсь от позора. Отрекаюсь от стыда. Отрекаюсь на веки вечные, — с каждым словом владыка чувствовал, что ледяной ком в груди, сжимавший его сердце последние семьдесят лет медленно тает. И вместе с тем Истраэль чувствовал, как его тело покидает часть его самого, то, что делает эльфа эльфом. Его магия. Слезы, непрошенные, горькие навернулись на глаза, когда последняя капля впиталась в алтарь. Владыка опустил голову, сжимая руку в кулак. Он поступил правильно. Нельзя давать врагам надежды. Он единоличный держатель власти. Так было и так будет, теперь он об этом позаботится.

— Иди, владыка Западных лесов. Жрец проведет обряд и освободит тебя от гнета прошлого, — прошелестели голоса, — Духи приняли твою жертву.

Истраэль поднялся и пошел прочь из святилища.

— Но подумай хорошенько, прежде чем принять окончательное решение кого положить на алтарь. Второго отречения не будет, — зловещий шепот ударил ему в спину. Истраэль усмехнулся. У него выбора в принципе нет. Любил ли он хоть одну женщину в своей жизни, кроме матери? Нет. И уже сомневается, что полюбит. Возможно с Диаросаль его отношения будут теплее, чем с почти бывшей женой, но сможет ли он полюбить ее? Сможет ли его сердце выбрать ее? Он будет надеется. Все же девушка она хорошо воспитанная и образованная. Истраэль ее видел один раз, когда она была ещё маленькая. В памяти всплыл образ очаровательной малышки с огромными голубыми глазами и изящными манерами. Он как раз прибыл в Восточные леса с намерением восстановить союз, для начала экономический, про военный он тогда не думал. Ему хватило ужасов войны и он всеми возможными способами старался поддерживать мир с орками. Сам собой возник разговор, что возобновленный союз неплохо было бы скрепить узами покрепче, чем договор на бумаге. Тогда у него и возникла идея женить сына на старшей дочери Галадриэля. Тот был не против, при условии, что жених и невеста понравятся друг другу. Понравились. Соиледиаль вдохновенно ухаживал за Диаросаль семь лет, пока Истраэль не намекнул ему, что пора бы уже скрепить союз. Может не стоило торопиться и дать сыну ещё немного времени укрепить чувства? Владыка печально вздохнул. Теперь уже поздно сокрушаться. В том, что Диаросаль примет его предложение о браке, Истраэль не сомневался. Бедная девочка. То, что с ней случилось и врагу не пожелаешь. В этом есть и его вина, он должен искупить поступок своего сына, окружить ее заботой и вниманием, чтобы она поскорее забыла все ужасы орочьего плена. А потом, возможно, и чувства проснутся.