40 глава. Девственник

Выбравшись из ручья, Соиледиаль не нашел своих вещей и стоял глупо хлопая глазами, прикрывая сморщенное от холода мужское достоинство.

— А где моя одежда? — возмущённо пискнул он. Ыркхе, занятая погрузкой баулов на ярка, обернулась и насмешливо сказала:

— На, теперь это твоя одежда, — и швырнула в него чем-то кожаным. Соиледиаль с трудом поймал и быстро отвернулся, рассматривая обновку. Это оказался широкий пояс с пришитыми к нему небольшими кусками кожи, призванные прикрывать то, что спереди и сзади.

— Я не надену это, — строптиво заявил эльф и гневно посмотрел на орчанку.

— Тогда будешь ходить голым, уверена мои воины оценят твой призыв, — усмехнулась Ыркхе, скользя глазами по поджарому молодому телу с едва заметным рисунком мышц.

— Какой призыв? — испугался Соиледиаль.

— Призыв готовности к любви. В моем племени много женщин голодных до мужского тела. Если ты будешь ходить без пояса это значит, что ты не против ублажить какую-нибудь женщину, а то и нескольких, — пряча улыбку, объяснила орчанка, на лице эльфа отразился ужас и он молниеносно завязал пояс на талии, — Раз ты готов, то поехали.

Соиледиаль покорно поплелся к ярку охая и морщась, когда наступал босыми ногами на острые камушки или спрятавшиеся в траве колючки. Молча вскарабкался на ярка и напряжённо застыл, ожидая, когда следом залезет хозяйка. Ыркхе запрыгнула на ярка, поерзала, усаживаясь удобнее и глубоко вдохнула. Мальчишка пах очень завлекательно и смотрелся так, что его сожрать хотелось. Тело гладкое, без намека на растительность, кожа белая, нежная, так и хотелось провести по ней губами. Женщина с беспокойством посмотрела на его белоснежные плечи. Степное солнце безжалостно, надо бы его прикрыть чем-то, иначе пока они доберутся до становища он в головешку превратиться. Немного подумав, орчанка сняла свой плащ и закутала им эльфа. Соиледиаль вздрогнул от неожиданности, но с благодарностью вцепился пальцами в полы плаща на груди. Ыркхе удовлетворённо кивнула, прижала к себе мальчишку и тронула ярка прочь от ручья.

Небольшой отряд орчанок двинулся в путь. Соиледиаль постоянно ловил на себе заинтересованные взгляды женщин и плотнее кутался в плащ, вздрагивая и краснея, стоило очередной женщине плотоядно облизать губы глядя на него. Особенно его пугали взгляды одной орчанки. Она была на голову выше самого Соиледиаля и в два раза шире, от ее горящих глаз по спине шел холодок и эльф невольно крепче вжимался в грудь Ыркхе, в надежде спрятаться от нескромного внимания. Сейчас он был безумно благодарен вождю за предоставленный плащ и не столько, потому что он защищал его от палящего солнца.

Когда отряд преодолел широкое русло пересохшей реки было решено становиться на привал и напоить ярков. По берегу росли редкие деревья и Соиледиаль, как только спрыгнул с ярка, посеменил в благодатную тень.

— Эй, Ыркхе! — раздался зычный голос рослой орчанки, — Дай мальчишку потискать.

Соиледиаль побелел и резко повернулся, ища глазами свою хозяйку. Ыркхе вела под уздцы ярка к ручью, что тек на дне высохшей реки. Она обернулась, посмотрела сначала на орчанку, потом на дрожащего эльфа и пожала плечами.

— Только быстро и смотри не покалечь его, — от ее слов у Соиледиаля душа ушла в пятки, он беспомощно смотрел на приближающуюся гору мышц и чуть не заплакал от ужаса. Крепко сжав дрожащие губы с невероятной ловкостью, которую сам от себя не ожидал, он увернулся от крепких ручищ и рванул к вождю.

— Госпожа, — жалобно заорал он и едва не сшиб Ыркхе с ног, вцепившись в нее мертвой хваткой, — Вы обещали моему отцу вернуть меня целым и невредимым, а после этой женщины я уже невредимым не буду, — жалобно заскулил Соиледиаль, преданно заглядывая в глаза Ыркхе.

— Ты чего несёшь, ушастый? — разозлилась орчанка, претендовавшая на его тело, — Я же тебе не ноги отрывать буду.

— Подожди Кхеде, — тихо сказала Ыркхе пытаясь отодрать от себя трясущегося мальчишку, — Ничего страшного с тобой не случиться, — ласково улыбнулась вождь, хотя ей очень хотелось прибить этого паскудника. Что за представление он тут устроил?!

— Госпожа, смилуйтесь, — зашептал Соиледиаль сползая по ее телу на землю, он стоял на коленях, держался руками за пояс ее юбки и дрожал, как степной заяц, лихорадочно соображая, что бы такого сказать, чтобы отвертеться от унизительной близости, — Я эльф. Это уничтожит мою душу. Я потеряю часть себя и уже никогда не буду прежним. Это убьет меня!

— Ты что девственник? — удивлённо спросила Кхеде.

— Да! — Соиледиаль повыше поднял подбородок, он не стыдился этого, наоборот. Невинность до брака у эльфов ценится не только среди девушек, но и среди мужчин.

— Тьфу, ты! Всегда знала, что вы извращенцы, но не настолько же! — досадливо сплюнула Кхеде и пошла к своему ярку.

— Можешь уже отцепиться, — иронично сказала Ыркхе, она сложила руки под грудью и Соиледиаль вдруг понял, что почти касается носом этих больших и сочных полушарий. Глаза его расширились и он поспешно встал, отворачиваясь и одергивая плащ, — Орчанки не любят девственников, они любят горячих опытных мужчин. Ни один орк не признается во всеуслышание в своей неопытности. А ты молодец, на все племя опозорился, — насмешливо сказала Ыркхе, — а теперь бери ярка и иди пои его.

Соиледиалю было плевать на позор среди орков, главное, чтобы не трогали. Он легко подхватил ярка под уздцы и потащил к ручью, настороженно оглядываясь.

Ыркхе проводила мальчишку взглядом и потеряла переносицу, почему-то заявление эльфа о его неопытности вызвало в душе странное чувство нежности. Она была удивлена его откровенностью. Про уклад жизни эльфов она мало что знала. Доподлинно ей было известно, что они все поголовно высокомерные засранцы и хитрюги, а ещё большие любители обманывать. Обманул ли их сейчас мальчишка? Может быть. Но он может быть спокоен ни одна уважающая себя орчанка к нему и близко теперь не подойдёт. Но почему самой Ыркхе так радостно от этого?