41 глава. Ыдре

В военное становище клана Драха отряд орчанок приехал уже затемно. Соиледиаль никогда не видел орочьих становищ и был несколько ошарашен размером. Несколько сотен огромных шатров расположились недалеко от большого озера, похожего на трещину в земле в окружении густого подлеска. Возле шатров горели костры и слышались громкие голоса мужчин и женщин. Встречные орки поднимали руку со сжатым кулаком, приветствуя своего вождя. Не обошлось и без шуток.

— А что это вождь нашла в степи? — насмешливо спросил какой-то зелёный мордоворот, когда ярк Ыркхе проезжал мимо, — Бледную ушастую лисицу?

— Нет, это бледный ушастый поганец, — в тон ему ответила Ыркхе, — Новый вид грибов. Очень ядовитых.

Со всех сторон раздался хохот, а Соиледиаль мучительно покраснел и натянул плащ на голову. Ему стало неприятно, что орчанка над ним смеётся, хотя пришлось признать, что у нее есть на это право, но все равно было обидно.

Ыркхе остановила своего ярка у огромного шатра, огороженного невысокой глиняной изгородью. Заведя ярка внутрь изгороди, приказала:

— Давай, раб начинай отрабатывать повинность. Ярка разгрузить, распрячь и накормить, — указала рукой на большое корыто и деревянную стойку для седла и упряжи. Возле стойки стояли несколько мешков и большая куча сухой травы. Соиледиаль вздохнул, поджал губы и пошел выполнять поручение. Он уже стащил с ярка тяжеленное седло и готовился закинуть его на стойку, когда рядом раздался старческий голос:

— Это еще что такое? Ыркхе, этот паразит решил стащить наше седло, — в тот же миг раздался странный свистящий звук и ягодицы эльфа обожгло ударом хворостины. Соиледиаль подпрыгнул от неожиданности, выронил седло и рванул в сторону, на ходу обернувшись. За ним гналась престарелая орчанка со странным сооружением из волос на голове и в длинном платье грязно-зеленого цвета.

— Что вы делаете? — завопил эльф, уворачиваясь от хворостины.

— Я тебе покажу, как воровать, — пыхтела бабка. Для своего возраста, а судя по сморщенному лицу и тощим рукам, он был немалый, двигалась она на удивление быстро и ловко.

— Я не вор! — оскорбился бывший наследник владыки Западных лесов, оббегая шатер по кругу, — Госпожа!

— Какая я тебе госпожа? А ну или сюда паскудник, я тебе сейчас руки вырву, — не отставала бабка.

— Ыдре, прекрати пугать моего раба, — смеясь сказала вождь, выйдя из шатра на крики. Соиледиаль проворно забежал ей за спину и прижался грудью к ее спине и обхватил руками за талию, глядя круглыми глазами на запыхавшуюся бабку.

— Ыркхе, ты с ума сошла? Он же эльф. От него толку никакого в хозяйстве. Лучше бы мужика в шатер привела, а не это вот, — Ыдре презрительно махнула рукой, — Долго мы ещё без шамана жить будем?

— Дорогая моя, даже если я приведу в шатер мужика, то не факт, что духи его одобрят. Скоро ночь выбора, может в этом году повезет, — ласково сказала Ыркхе и отцепила от себя прилипшего эльфа, — Знакомься, Соиледиаль, будет помогать тебе в хозяйстве. Соиледиаль это моя пра-пра-пра, и ещё несколько пра, бабушка Ыдре. Ее слушаться, как меня, понял? — эльф закивал, настороженно глядя на старуху. Та выпучила глаза и зашипела:

— Я с ним в одном шатре жить не буду, зачем он тебе? Я и без помощи прекрасно справляюсь.

— Не шуми, справляешься, но помощь тебе все равно лишней не будет, к тому же не так скучно, когда я уезжаю, — примирительно сказала Ыркхе, но бабка не желала уступать.

— Если он тебе так нужен живи с ним сама, я отказываюсь делить шатер с врагом! Эльфы убили моего мужа, детей, внуков, они твоих родителей убили и ты хочешь ввести его в дом? — орала Ыдре, а Соиледиалю стало не по себе. Он ненавидел орков. Считал их варварами, недостойными жизни, но сейчас глядя на эту старую женщину, видя боль в ее старческих глазах, он вдруг понял, что хоть орки и варвары, но у них тоже есть семьи, любимые, которые гибли в войне. Не только эльфы погибали от рук орков, но и орки умирали от рук эльфов. Он раньше не задумывался об этом и смотрел на многолетнюю войну с одного бока. Кажется только сейчас он начал понимать стремление отца поддерживать мир с орками и его уважительное к ним отношение. Они были другими, но такими же живыми. Стыд внезапно окатил его с ног до головы, пока он вспоминал, как вел себя в последнее время. Он раньше искренне считал, что орки недостойны даже рядом с эльфом стоять, верил в свое превосходство, а оказалось, что и нет его превосходства. Он не лучше орка, он хуже. Не смог защитить невесту, хотя мог бы, испугался, наделал глупостей и в итоге попал в рабство.

— Ыдре, милая моя, война давно кончилась и я не намерена затевать новую. Этот мальчик гарант нерушимого мира на ближайший год, если с его головы упадет хоть один волос я вырежу сердце тому, кто посмеет его тронуть, — вождь говорила громко и уверенно, чтобы слышали все, кто грел уши неподалеку.

— Отлично, — старуха всплеснула руками, глядя на внучку, как на сумасшедшую, — Хочешь с ним нянчиться? Пожалуйста, но без меня. Пока это ушастое недоразумение здесь, ноги моей в твоём шатре не будет, — категорично заявила бабка и пошла собирать свои вещи. Ыркхе беспомощно хлопала глазами глядя в спину удаляющейся упрямицы.

— Госпожа моя, ваша родственница меня боится? — громким шепотом поинтересовался Соиледиаль, он ничего такого в виду не имел, только хотел отомстить за «ушастое недоразумение», но эффект от его слов был не таким, на который он рассчитывал.

— А знаешь? Я передумала, — со сладенькой улыбочкой пропела бабка,-шатер большой, ну что нам троим в нем места не хватит? Я остаюсь, а то этот бледнолицый тебя ещё отравит, что мы тогда без вождя делать будем?

— Что? — пискнул Соиледиаль.

— Он при всем желании не сможет меня отравить, на нем ошейник, — со смехом сказала Ыркхе.

— Так он и не по злому умыслу, а от незнания и безалаберности отравить может, у него же на лбу написано, что он идиот, — оскалилась бабка, а Соиледиаль прищурился.