43 глава. Ночное купание
Ыркхе разделась и повернулась к эльфу. Было темно, и он мало, что видел, но очень хотел рассмотреть. Он впервые был настолько близко к обнаженной женщине. Сердце долбилось в груди, в ушах шумело и его начало подташнивать от волнения.
— Ты долго там стоять будешь? У меня мало времени, — строго сказала Ыркхе. Соиледиаль вздрогнул и, как зачарованный, пошел к ней, даже не обратив внимания на мелкие камушки, впивающихся ему в стопы. Он подошёл так близко, что почувствовал ее запах, горячий, будоражащий, с нотками костра и выделанной кожи. Ыркхе забрала у него котомку и развернувшись к нему спиной, зашла в озеро, — Снимай пояс и иди сюда, — недовольно буркнула вождь. Недовольна она была собой, потому что близость мальчишки заставила трепетать ее сердце, чего рядом с другими мужчинами никогда не было, а вслед за сердцем откликнулось и тело, что было совсем нехорошо. Испытывать плотский интерес к этому заносчивому эльфу для нее было неприемлемо. Он оскорбил ее. Орки никому не прощают оскорблений. К тому же он сейчас находится в униженном положении, он раб, а Ыркхе считала, что нельзя брать рабов для плотских утех, для тяжёлой работы можно, это нормально. Но стоило увидеть, как он моется сегодня в ручье, как капли воды стекают по его жемчужной коже, светлые волосы мокрыми змеями липнут к спине, а когда он нагнулся и ее жадным глазам предстало его совсем немаленькое достоинство с гладкой кожей и сморщенными от холода безволосыми яйцами, она чуть сознание не потеряла от дикого возбуждения, впору самой было в ручей лезть, чтобы охладиться. И сейчас она позвала его мыться совсем не для того, чтобы облапать, а показать, где можно помыться, он не знаком ещё с укладом жизни орков. Но когда Соиледиаль оказался совсем рядом в воде, вождь невольно вздрогнула, едва не выронила котомку из рук. Он стоял рядом и смотрел ей в глаза. Эльф был немного выше ее ростом и орчанка вдруг почувствовала себя рядом с ним маленькой и слабой, от чего разозлилась на себя ещё больше. Она резко отшатнулась от него, положила котомку на берег и нырнула в воду. Но как бы женщина не злилась, отказать себе в тайном желании облапать мальчишку, она не смогла.
Когда руки Ыркхе коснулись его кожи, размазывая мыльную слизь по груди и рукам, по телу эльфа прошла волна мучительно-сладкой дрожи и он едва не застонал. Член моментально затвердел и стоял колом, пока огрубевшие женские ладони медленно скользили по коже. Когда его груди коснулись большие круглые груди, с крупными затвердевшим сосками, ноги эльфа подкосились и он, чтобы не упасть схватился за плечи женщины. Впиваясь пальцами в гладкую, упругую, мокрую кожу.
Ыркхе теряла голову. Она уже всем телом прижалась к эльфу, его каменный член упирался ей в живот и она уверенно обхватила его рукой. Соиледиаль пискнул и прижался к ней, уткнувшись лицом в крепкое плечо. Он иногда сам ласкал себя, доводя до исступления, но то что происходило сейчас было в сто, нет в тысячу раз лучше. Соиледиаль двинул бедрами, уши уже пылали от стыда и невыносимого удовольствия. Рука орчанки умело ласкала его член, а он дрожал и кусал губы, чтобы не орать в голос.
Ыркхе с ума сходила от его податливости. Крепкое худощавое тело сотрясала неконтролируемая дрожь. Орчанка не помнила, чтобы когда-нибудь в своей жизни испытывала такое дикое возбуждение всего лишь от нескольких почти невинных прикосновений к мужчине. Она лихорадочно гладила его, прижималась к нему, а когда рукой почувствовала гладкую кожу члена у нее окончательно сорвало крышу. Она готова была накинуться на мальчишку и сожрать его, пить его придушенный стоны. Целовать, лизать, удовлетворяя свою неистовую жажду. Ее уже саму начинало трясти. Вождь ухватила мальчишку за затылок с намерением зацеловать его девственные губы. Она чувствовала, что Соиледиаль уже на грани, что ещё пара движений и он достигнет пика удовольствия. Член в ее руке стал ещё больше и начал еле заметно вибрировать. Она до одури хотела доставить ему удовольствие, хотела видеть, как его семя вырывается наружу горячими струями, хотела...
— Фу! Ыркхе, ну на что нам такой немощный раб, даже помыться сам не может,-голос бабки прозвучал резко и неожиданно. Ыркхе отпрыгнула назад, моментально приняв боевую форму, а Соиледиаль не удержался на ногах и плюхнулся с головой в воду, тут же вынырнул, с остервенением отплевываясь и мысленно желая старухе, чтоб ее понос пробрал.
— Ыркхе тебя патруль уже ждёт, а ты тощий иди отсюда или решил подсмотреть, как бабушка купается? — голос Ыдре был полон яда, а эльф представив себе эту картину, выпрыгнул из воды, натянул пояс и отвернулся, дрожа всем телом от омерзения и неудовлетворенного желания.
Ыркхе подозрительно смотрела на довольно скалящуюся бабку. Возбуждение ещё не отпустило, но в голове прояснилось и теперь она была благодарна родственнице за вмешательство. Вождь удивлялась сама себе, пока одевалась на берегу, поглядывая на мальчишку. Он тоже украдкой бросал на нее взгляды, стоял обхватив себя за плечи руками и выглядел одиноким и потерянным. Сердце женщины вновь дрогнуло, но она крепче сжала зубы. Этот мальчик не для нее. Он мало того, что раб, так ещё и сын владыки Западного леса, а ругаться с эльфами она не собирается. Ведь если она попробует его... Сердце невольно застучало быстрее от воспоминаний их совместного купания, и не факт, что через год она сможет отпустить его. Ни один мужчина никогда не вызывал в ней таких чувств, так что от мальчишки нужно держаться подальше и молить духов о милости, чтобы сжалились и одобрили ей наконец мужа. Тогда и глупых мыслей о красивом эльфе у нее не будет.
Доведя Соиледиаля до шатра, она отдала ему котомку, со словами:
— Там есть гребень, — невольно снова залюбовавшись им. Ей очень захотелось самой расчесать его мягкие белые волосы, пропуская просохшие пряди сквозь пальцы, — Это твой мешок, можешь пользоваться.
Соиледиаль дрожащими пальцами взял котомку, у него горели уши, горело лицо, он весь горел и безумно хотел продолжить то, чем они занимались в воде, но вождь не смотрела на него. Она сухо объясняла ему где и что он может делать.
— Ты можешь свободно передвигаться по становищу, тебя никто не тронет, но дальше озера и подлеска уходить нельзя. Ты раб и если уйдешь далеко будешь считаться беглым рабом, тогда тебя накажут, так что будь хорошим мальчиком и слушайся Ыдре. Она хоть и вредная, но добрая, не обижай ее и сам не обижайся.