49

— Бесхозная девка?

Я лишь упрямо вскидываю голову. Вот же засада, так и хочется от души врезать этому безмозглому идиоту.

Почему именно к нему меня привезли эти двое, не знаю. На моё счастье, в салоне автомобиля работал отопитель. А путь от машины до какой-то непонятой сторожки занял совсем чуть-чуть времени.

Едва успела ощутить на себе все "прелести" морозной погоды. Не сказала бы, что в этой избушке настолько тепло, чтобы можно было хоть немного расслабиться.

Нет. Но горячего воздуха от переносной маленькой печки хватает, чтобы перестать отбивать зубами хаотичную дрожь.

Едва сдерживаюсь, чтобы не вцепиться наглецу в лицо ногтями. Бесхозная? Я что, вещь с блошиного рынка?

Я не в том положении, чтобы диктовать условия. Но будь у меня возможность, посоветовала бы ему держать язык за зубами.

— Вроде, — один из похитителей беззаботно кивает. — Только какого-то Мансура успела позвать. Охранники выскочили, открыли пальбу. За ними ещё один мужик выбежал. Но мы успели уехать и оторвались от них.

— Какого-то? — мужчина, явно старший из этих двоих, сурово сводит брови к переносице. Щека, исполосованная старыми шрамами, нервно дёргается. — Вы чё, олени что-ли? Я сказал, девку привезти тихо, без лишнего шума.

— Она уже получила в табло, — Василий, тот, который вколол мне успокоительное, заметно прищуривается. — Не стрелять же, сука, в неё после этого. Сам сказал, девка нужна живой и невредимой.

— Вы пожалеете, — делаю глубокий вдох. — Мансур приедет за мной.

— Фамилия, — мужчина резко дёргается.

Его пальцы грубо смыкаются на моём горле. Не больно, но ощутимо. Из-за действия успокоительного едва ли могу оценить весь масштаб происходящего.

— Халидов, — губы растягиваются в довольной усмешке. — Мансур Халидов. Он от вас мокрого места не оставит, понятно?

Мужчина дёргается, словно я прокажённая. Окидывает меня внимательным взглядом, хмурится ещё сильнее. Заводит руки за спину, как-то неестественно и нервно выпрямляется.

— Дикий ни слова не сказал, — Олег, второй из похитителей, заискивающе ведёт ладонью по воздуху. — Ты же сам всю инфу знаешь, Крот. Княжна, дочь Князева, без каких-либо проблем. То что Дикого кинула, да, базару ноль.

— Халидов под своё крыло никого не берёт, — Василий с сомнением достаёт пачку сигарет, но почти тут же убирает её обратно. — Я не знаю, как он выглядит, но тот был здоровенный кавказец.

— Халидов, — Крот от перенапряжения сжимает челюсть и скрипит зубами. — Сука, этот нас из-под земли достанет. Блядь, вот это подстава!

С размаху садится на деревянную табуретку, наливает в гранёный стакан водку. Тяжело выдыхает и осушает его одним глотком.

— Если бы я знал, — проводит ладонью по подбородку. — Что она - девка Палача, ни в жизни бы не согласился на эту сделку. А теперь, с одной стороны Халидов, а с другой заказчики. И тот, и те, башку оторвут.

— И чё теперь, Крот? — Василий кивает на меня. — Не повезём же мы её обратно Мансуру? Он тогда нам кишки прострелит.

— Не повезём, — тот с сомнением осматривается. — Везите заказчикам, как и договорились. А чё они с ней делать будут, не наши проблемы. Мы деньги в зубы, и валим куда подальше сегодня же.

Меня подхватывают под руки, ведут в сторону выхода. Я оборачиваюсь на Крота, с снисхождением рассматриваю его поношенный свитер.

— Хоть на луну свалите, — язвительно ухмыляюсь. — А Халидов вас и там достанет.

— Заткнись, чокнутая! — мужчина с явным раздражением начинает на меня шипеть. — Ты наглухо отбитая, раз прикрываешься его именем. Больная мазохистка...

Его дальнейшие ругательства в мою сторону обрываются, стоит хлопнуть входной двери. Я лишь в сомнении выпячиваю нижнюю губу.

Да пошёл он вообще нахер. Колени то трясутся от осознания, что ему на хвост присел Мансур. Понимает же, что Халидов ему не по зубам.

Пусть валит хоть на все четыре стороны. Мансур, если захочет, из-под земли его достанет. И его дружков тоже.

Если захочет, конечно. Вроде как мы чётко и ясно поставили границу в наших отношениях.

Но ведь он отправился вслед за мной, правда? Мне почему-то кажется, что моя судьба ему ещё не совсем безразлична. Невозможно ведь вычеркнуть человека за один день из своей жизни и головы.

Ха, за успокоительное отдельное спасибо. Не знаю, как бы я сейчас себя повела, не будь под действием препарата.

А с другой стороны, вдруг убивать будут, а я и глазом не моргну. Непорядок же. Пусть только попробуют. Что-что, а за свою жизнь буду бороться. Если понадобится, зубами вырву.

— Ты какая-то бедовая, — Василий усаживает меня на заднее сиденье. — Бедолага. Мне тебя даже жаль. С Халидовым, и по собственной воле.

Я только раздражённо фыркаю. Себя пусть пожалеет, болезненный.

— Так по-любому должница, — Олег ловит мой спокойный взгляд через зеркало заднего вида. — Поехавшая малость, но кто сейчас без придурковатости?

— Я не поехавшая, — от усталости прикрываю глаза.

Виски сдавливает тупой ноющей болью. Пытаюсь дышать ровно и размеренно. Засада, куда теперь? К тем самым дружкам Дикого? Вот это "счастье" мне привалило их лицезреть. Всю жизнь мечтала...

— Он садист, — Василий уверенно подхватывает и уже конкретно так начинает раздражать меня своим нравоучительным тоном. — Мы наслышаны, что он жестокий и беспринципный.

Я только рассерженно закатываю глаза. Да когда у меня уже уши в трубочку свернутся или у них языки отсохнут?

Да, Халидов далеко не подарок. Но и не самый худший человек на всей планете. У него всё-таки присутствуют своеобразная забота и симпатия в мою сторону.

И свои положительные качества, которые на удивление имеются, Мансур показывает только определенным людям.

Я, к счастью, вхожу в этот круг. Иметь врага в его лице мне бы не хотелось.

А просто иметь...

Засада, ну какое-то странное успокоительное, честное слово!.. Сомнительные мысли в голову лезут.

— Если нужны деньги, Мансур меня выкупит, — подпираю ладонью подбородок. — Или я сама себя выкуплю. Только назовите сумму.

— Ага, — Олег насмешливо соглашается. — А потом ни денег, ни тебя. И твой ебанутый нам головы оторвёт раньше заказчиков. Не, Княжна. Ты нас за дураков не держи.

— Из-за тебя Дикого в охотничьи угодья увезли, — Василий странно цокает. — Там его и грохнут. А вся вина на тебе полностью. Он сразу сказал, что в случае чего, спрашивать с тебя. Нахуй было сопротивляться и всем жизнь усложнять?..