Глава 4

Когда Кира вышла, наконец, из офиса в холодный осенний вечер, она поняла, что этот длинный день ещё далеко не закончен: припаркованный у здания автомобиль Дениса она теперь узнала бы из тысячи подобных.

— Цветы? — удивлённо спросил Денис вместо приветствия, выходя из машины навстречу Кире. — Кто посмел опередить меня? Неужели Глеб?

Денис взял с сиденья огромный букет и протянул Кире.

— Здравствуй, Денис, — улыбнулась Кира, принимая букет. — Спасибо. Теперь у меня целая охапка цветов.

— Ты вполне можешь выкинуть те, первые, — улыбнулся в ответ Денис. — Хочешь, это сделаю я? С удовольствием, кстати.

— С чего ты решил, что эти цветы от Глеба?

— Потому что я понял: он и есть твой бывший муж, — улыбка сошла с лица Дениса, он нахмурился. — Сам догадался, ведь никто не счёл нужным посвятить меня в подробности. Сопоставил некоторые факты, обрывки фраз и многозначительные переглядывания.

— Если бы это хоть что-то значило для меня, может, и посвятила бы. А сейчас мне меньше всего хочется говорить о Глебе. Если честно, за прошедшую неделю мне до чёртиков надоел и сам Глеб, и всё, что с ним связано.

— И всё-таки нам придётся это обсудить, чтобы закрыть тему раз и навсегда, — Денис распахнул дверцу у переднего пассажирского сиденья, потом забрал у Киры цветы и положил их на заднее. — Предлагаю поужинать в каком-нибудь спокойном месте. Не таком, как ресторан «Санта-Барбара». Ты ведь наверняка голодная?

— Если честно, почти не ела сегодня. Давай поужинаем, только недолго.

— А что так? Куда-то спешишь?

— Домой. Во-первых, завтра я работаю в первую смену, с восьми утра. А во-вторых, я и так отсутствовала дома достаточно долго. Как бы мои кошки совсем не одичали.

— Кошки? То есть, Надежда не шутила, когда говорила, что ты живёшь одна, и при тебе сорок кошек?

— Одна кошка и три кота. Один совсем маленький, я подобрала его на улице на прошлой неделе. И он теперь очень боится снова остаться в одиночестве, без своего человека.

— Договорились, поужинаем быстро, а потом купим пирожное и кошачий корм, и поедем к тебе и к твоим кошкам пить чай.

— Надеюсь, Гаврик не разнесёт дом к твоему приходу, — улыбнулась Кира. — Это тот самый маленький котёнок, мощность и энергия которого многократно превосходят мощность и энергию троих его взрослых товарищей вместе взятых.

— Беспорядком меня не испугать, ты же знаешь. Хоть я и веду сейчас вполне размеренный и оседлый образ жизни. А теперь давай поговорим о Глебе.

— Нет, — продолжая улыбаться, спокойно сказала Кира. — Пока не расскажешь мне о твоей личной жизни, я больше ни слова не скажу о своей.

— Хорошо, начнём с меня. И мы приехали. Цветы оставим в машине? Мы же решили не задерживаться в ресторане надолго.

— Конечно, пусть остаются.

* * *

Кира смотрела в задумчивое и выразительное лицо Дениса, и думала о том, как бывает непредсказуема жизнь.

Расставшись с Денисом девять лет назад на драматической, можно сказать, трагической ноте, Кира была уверена в том, что они никогда больше не встретятся. А если и встретятся, то сделают вид, что не знакомы. Кира строго запрещала себе все воспоминания, связанные с Денисом, а жизнь строила и строит до сих пор полностью по-другому, не так, как жизнь с Денисом.

Только вот было ли успешным это строительство? «Мы строили, строили, и…»

И вот они с Денисом встретились едва ли не как друзья, и зла друг на друга, как выяснилось, давно не держат. Они оба очень изменились, но стоило им встретиться, как взаимное притяжение тут же заявило о себе во весь голос.

Кира никогда не страдала ни самоуверенностью, ни ложной скромностью, потому не делала вид, будто не замечает, как смотрит на неё Денис. Знала Кира и о том, чем закончится сегодняшний вечер.

— Как я уже говорил, семьи у меня по-прежнему нет, — Денис вышел из задумчивости. — Наша с Настей семейная жизнь продлилась три месяца. К счастью, Настя тогда была ещё очень молода и меньше всего мечтала стать матерью. Однако слишком сильные обида и боль помешали мне признать свою неправоту и попробовать вернуть тебя.

— Тогда бы я тебя точно не приняла, — покачала головой Кира. — Если бы ты пришёл ко мне тогда, сделал бы только хуже.

— А теперь?

— Скажу позже. А сейчас хочу послушать о том, как ты жил всё это время.

— С байкерской жизнью завязал сразу после развода с Настей, байк продал. Уехал в Питер, жил и учился там в течение четырёх лет. Потом несколько лет жил у родителей, которые давно уехали за границу. Работал, ещё учился. Потом понял, что очень хочу вернуться сюда, и вот уже три года я здесь. Полностью сам сделал ремонт в квартире родителей, которую они переписали на меня. Где работаю — ты знаешь, Ренат рассказывал. Кроме того, выполняю частные заказы. Вот и всё. Теперь-то ты расскажешь мне о Глебе?

…- Мдааа, — тягостно вздохнул Денис, выслушав рассказ Киры. — Что касается ваших «высоких отношений» — тут пока даже без комментариев, нужно это переварить как-то и усвоить. Ты всегда была странной, Кира, не такой, как все, с собственной системой ценностей и приоритетов. Наверно, потому я так и не смог всерьёз и надолго увлечься кем-то другим. Но вот в чём я оказался полностью прав, Кира, так это в том, что не вышло у тебя «правильной» и предсказуемой семейной жизни. Ты променяла нашу любовь на нечто несуществующее, на химеру. И всё из-за твоей трусости. Я знаю, что ты любила меня даже тогда, когда отказала, потому и не могла простить. И я очень долго не мог простить именно твою трусость. Даже сейчас не знаю, простил ли.

— Если бы ты знал, как я жалею о том, что сделала тогда, — опустив глаза, тихо призналась Кира. — О том, что своими руками оттолкнула тебя.

— А сейчас, — Денис взял руку Киры в свои ладони. — Сейчас ты готова начать всё заново со мной?

— Готова, — не задумываясь, ответила Кира и посмотрела прямо в глаза Дениса. — Я знаю, что у меня и не получится ни с кем другим, кроме тебя.

* * *

…Глядя в окно на то, как ленивое осеннее утро, медленно раскачиваясь, пытается дать миру хоть немного тусклого света, Кира готовила завтрак и вспоминала прошедшую ночь.

Ночь, будто в противовес занимающемуся унылому дню, стала самой яркой и счастливой за прошедшие годы. Несмотря на то, что Кира почти не спала, она была полна сил и впервые за долгое время находилась в совершенной гармонии с самой собой.

— Ты кто? — раздался из комнаты удивлённый и сонный голос Дениса. — А, вспомнил!

Заглянув в комнату, Кира увидела Гаврика, сидящего на груди Дениса. Котёнок деловито обнюхивал лицо мужчины.

— Эй, хорош меня своими усами щекотать! И вообще, отпусти меня в туалет.

Денис чихнул, и недовольный Гаврош спрыгнул с него. Через десять минут, выйдя из душевой, Денис вновь забрался в кровать.

— Эй, серый, ты где? — позвал он. — Иди сюда, продолжим разговор.

— Гаврош завтракает, — сообщила из кухни Кира. — Чего и тебе желает. Хватит валяться, Денис, вставай. Ты же ещё хотел заехать к себе перед работой.

— Но сначала я отвезу тебя в твой офис, — потянувшись, Денис хотел встать, но остался лежать.

— Надеюсь, сегодня мне позвонят уже из сервиса, — вздохнула Кира. — Так надоело без машины.

— Иди сюда, Кира, — позвал Денис.

— Вставай и иди завтракать.

— Нет, сначала ты иди сюда. Обещаю не приставать, только что-то скажу.

— На минуточку, не дольше. Я серьёзно, Денис!

Кира подошла и села на кровать, но Денис тут же затащил её под одеяло и прижал к себе.

— Вот, слушай внимательно, — прошептал он. — Помнишь, как ты сказала вчера о том, что готова начать со мной сначала?

— Помню конечно, — Кира быстро поцеловала Дениса в подбородок.

— Это хорошо, но я очень хочу, чтобы ты стала полностью прежней. Понимаешь?

— Если честно, нет.

— Понимаешь, не той Кирой, которая позволяет собой манипулировать всяким там бывшим и их новым жёнушкам. Ты же никогда не была такой равнодушной и спокойной, такой всепрощающей амёбой.

— Спасибо, Денис, обласкал, — улыбнулась Кира.

— Говорю как есть. Надо вывести тебя из этого состояния. Раньше у тебя был только один страх — страх высоты. Помнишь, как ты тряслась за меня всякий раз, когда я занимался руфингом?

— Он и сейчас есть, Денис. Этот страх. Никуда не делся.

— А кроме него? Страх послать надоедливых людей, страх ответить «нет», страх родить ребёнка без мужа, страх под названием «а что же скажет там княгиня Марья Алексевна»…

— Денис…

— Дослушай, Кира, — Денис быстро поцеловал Киру в нос. — Будем бороться радикальным способом сразу со всеми страхами. И начнём с главного страха, самого страшного.

— Я не полезу на крышу!

— Не на крышу, а на вышку.

— Тем более, Денис!

— Ты слышала когда-нибудь о роуп-джампинге?

Кира во все глаза смотрела на Дениса, не в силах произнести ни слова.

— Завтра я уеду на курсы в Москву и вернусь через десять дней, вечером в субботу на следующей неделе. А в субботу утром ты одна поедешь на мероприятие, которое организуют мои хорошие знакомые. Если ты согласишься, я тебя заранее зарегистрирую. Это роуп-джампинг, прыжки на верёвке с пятидесятиметровой вышки. Организация официальная, экипировка очень надёжная, от лучших производителей. Двойная страховка.

— И я должна буду принять участие в мероприятии? Совершить прыжок?

— Да, — подтвердил Денис. — Следующая суббота у тебя свободна?

— Следующая свободна, — кивнула Кира. — На этой неделе суббота рабочая.

— А вечером в тот же день я вернусь и перевезу тебя к себе вместе со всеми твоими кошками. И Гаврика оставим себе, отдавать не будем. И поженимся в ближайшее время. Ну как, согласна?

Денис видел и чувствовал всю ту борьбу, которая происходила в душе́ Киры в течение нескольких секунд.

— Согласна, — проглотив комок в горле, ответила Кира. — Я считаю твою идею очень плохой и жестокой, Денис, но ради тебя и ради возможности для нас всё начать сначала я согласна. Я полностью отдаю себе отчёт в том, что это — цена за твоё унижение тогда, девять лет назад. Что ж, наверно, ты имеешь на это право. Либо считаешь, что имеешь. И тебе нужны доказательства моей решимости. Знаю я и то, что ты никогда не обманешь меня, сдержишь своё обещание, потому готова заплатить. Я хочу тебя вернуть, это главное. Ради того, чтобы начать с чистого листа вдвоём с тобой, я бы и со скалы прыгнула. Там будет видеосъёмка, я правильно понимаю?

Кира высвободилась из рук Дениса и села в кровати.

— Да, — Денис тут же сел рядом. — Вся подготовка и тем более, все прыжки фиксируются. По поводу цены за моё унижение ты не права. Я подразумевал именно то, что озвучил.

— Ты озвучил чушь, Денис, — легко ответила Кира. — Это выглядит примерно так: «Ты никому не должна давать собой помыкать, и я тебя сейчас от этого вылечу. Иди и прыгни с вышки». Пойдём завтракать. Мне нельзя опаздывать на работу, Денис!

Кира встала и пошла в кухню, и на этот раз Денис, наконец-то, поспешил следом.

— Да, ты почти всё правильно сказала, — громко сказал из комнаты Денис, быстро натягивая джинсы. — Но причинно-следственные связи в твоих выводах полностью нарушены.

Денис появился в кухне, и Кира поставила перед ним две тарелки — с рисовой кашей и с омлетом, — батон, сыр и сливочное масло. Села напротив.

— Именно такое лечение — клин клином, Кира, — продолжал Денис. — Прошу, не изображай меня мелочным мстительным человечишкой. Я не просто требую от тебя чего-то, сам при этом оставаясь на одном месте, как учитель физкультуры со свистком. Я сам всегда так поступаю — пытаюсь преодолеть самые большие страхи, пропуская их через себя, и поверь, после этого становится намного легче: дышишь полной грудью и словно начинаешь жить заново.

— Хорошо, я верю тебе, — кивнула Кира. — Ешь.

Денис понял, что Кира не до конца поверила, но решил не испытывать её терпение, а также терпение её руководства, потому вернулся к разговору только в машине.

— Больше мы к этой теме возвращаться не будем, Кира. И давить я на тебя не стану. Просто поверь, что тебе самой это нужно больше, чем мне. Ты мне сама же скажешь это после прыжка, вот увидишь. А пока не будем даже созваниваться. Я не хочу влиять на тебя, ты должна принять решение полностью сама. Уеду завтра утром и вернусь вечером через десять дней. Постарайся к тому времени собрать максимум своих вещей. Ну если не получится, не страшно, — я приеду и помогу тебе собраться. По поводу машины, Кира. Вдруг твою сегодня ещё не сделают?

— Значит, буду надеяться на то, что сделают завтра.

— Мне совсем не нравятся твои поездки в переполненном общественном транспорте. Давай арендую для тебя машину и подгоню сегодня?

— Нет, — твёрдо сказала Кира. — Поездки в казённой машине ничем не лучше поездок в автобусе. Некоторые люди всегда ездят в общественном транспорте, и ничего, прекрасно себя чувствуют. И мы ездили когда-то.

— В какой сервис ты отдала машину? Я позвоню, узнаю, на какой стадии ремонт. Ты же сама всё равно не позвонишь и не напомнишь о себе, даже через год.

…Из автосервиса позвонили в этот же день после обеда, а вечером Кира забрала машину. Кира старалась не думать о том, что сказал мастерам Денис. Что ж, жизнь потихоньку налаживается. Правда, Денис, ярко появившись, вновь исчез из жизни Киры, но десять дней — это не девять лет, как справедливо рассудила Кира.

* * *

Первая неделя разлуки пролетела достаточно быстро. У Киры был только один выходной — воскресенье, — и она собиралась просто побыть дома, даже в магазин не выходить, но неожиданно в гости приехала сестра Маша, привезла племянников.

Мальчики до вечера радостно возились с кошками, были в восторге. Кира не стала ничего рассказывать о случайно подслушанном однажды разговоре, хоть Маша и пыталась вызвать сестру на откровенность.

Племянники уговаривали маму взять котёнка домой, но Кира, представив вечно недовольное лицо зятя, соврала, что уже пообещала отдать Гаврика другому человеку. В любом случае, даже если с Денисом у них ничего не получится, Кира твёрдо решила, что котёнок останется с ней.

Ведь именно с того момента, как она нашла на улице дрожащего серого малыша, её жизнь кардинально изменилась. Точнее, не столько жизнь, сколько ощущение этой жизни, отношение к ней самой Киры.

Вечером приехала Надя с бутылкой вина, и девушки просидели почти до ночи за душевной беседой. Кажется, Надя была готова расстаться со своей свободой, которой очень дорожила. Ренат полностью покорил женщину своей серьёзностью, зрелостью и заботой.

— Знаешь, чувствую себя не так, будто мне тридцать три, а ему двадцать семь, а наоборот, — счастливо улыбаясь, говорила подруга. — Он, кстати, был женат, но в разводе с этого лета. Они с Денисом и приехали в «Пилигрим» отметить развод Рената. Думали, что оттянутся там с какими-нибудь весёлыми девчатами, а тут мы. С другой стороны, разве мы не весёлые девчата?

— Ещё какие весёлые-то! Одна Каролина чего сто́ит, — улыбнулась Кира.

— Ага! — рассмеялась Надя. — «Я пьяная такая дурочка!» Надеюсь, Глебу до старости скучать не придётся.

— А Ренат почему развёлся? — спросила Кира. — Рассказывал?

— Банально, поймал жену на измене. Сразу ушёл и простить не смог, несмотря на то, что бывшая жена всячески пыталась уговорить его, а потом затягивала процесс развода и раздела имущества. Даже пыталась перетянуть на свою сторону родных Рената. Вот она, наверно, локти-то кусала из-за того, что не успела Ренату наследника родить! Точнее, не хотела, всё причины искала, хотя Ренат мечтал о ребёнке. А я от него рожу, Кира, сразу, даже если вместе мы по итогу не останемся. Я чувствую, что такого мужчину больше не встречу, и мне на всё плевать — и на разницу в возрасте, и на семейные традиции его родных.

— Погоди ты, горячая голова, не делай скоропалительных выводов, — улыбнулась Кира. — Почему-то я верю в то, что всё у вас сложится прекрасно, а том числе, с роднёй Рената.

— Твои бы слова, да Богу в уши, Кира! С другой стороны, должен же когда-то и на нашей улице перевернуться грузовик с апельсинами. Кстати, а ты почему молчишь? Так и не собираешься рассказать о том, что у вас с Денисом за отношения? Между вами буквально искрило. Я даже у Рената спрашивала, но он не знает ничего, Денис не говорит.

Лгать Кире не хотелось, но и рассказать всю правду она не была готова, потому сказала Наде, что раньше, ещё до знакомства с Глебом, встречалась с Денисом, но им пришлось расстаться. Зная подругу, Надя понимала, что больше подробностей не дождётся.

— А сейчас-то как? Надеюсь, у вас будет новая попытка?

— Не знаю, Надя. Сейчас Денис в отъезде. А что будет потом — даже представить себе не могу.

— А я всё же надеюсь и верю, подруга, — стала серьёзной Надя. — Просто вы с Денисом себя со стороны не видели, а я видела вас.

О предстоящем прыжке Кира, разумеется, подруге не рассказала, — решила не испытывать на прочность нервную систему Нади и не рисковать собственным здоровьем. Если Надя пощадила её в прошлый раз, то в этот — точно прибила бы.

* * *

Денис зарегистрировал Киру в группе, посвящённой роуп-джампингу, ещё до отъезда. Оформил заявку на имя Киры, внёс оплату. Дальше Кира контактировала с организаторами сама и даже ездила на собрание для новичков за два дня до мероприятия, проходила подробный инструктаж.

О само́м предстоящем прыжке Кира старалась не думать; она сказала себе, что нужно полностью положиться на судьбу, строго следовать инструкциям и… просто всё пережить.

В пятницу, накануне поездки за город, ей вдруг позвонил Денис. Когда он отправлялся на курсы, они с Кирой твёрдо договорились о том, что совсем не будут общаться до приезда Дениса, — никаких звонков, никаких сообщений. И тут, вернувшись с работы домой, Кира обнаружила от Дениса несколько пропущенных и сообщение: «Кира, срочно перезвони мне».

Переписываться Денис и раньше не был горазд, всегда предпочитал разговор, желательно, личный. У него и профилей в социальных сетях никогда не было, потому Кира ничего не знала о нём в течение прошедших девяти лет.

Отключив звук у телефона, Кира не стала звонить Денису. Уговор есть уговор. Если Денис хочет узнать о том, собрала ли она вещи, — ей его порадовать нечем. Кира всегда была очень суеверной и впереди паровоза сейчас бежать не хотела. Как только Денис за ней приедет, так она вещи и начнёт собирать. Пусть помогает, обещал ведь!

Денис звонил ей в течение нескольких часов, и несколько раз Кира порывалась ответить, но что-то сдерживало её. Она была уверена в том, что с Денисом всё в порядке. Просто его, кажется, посетила очередная идея, — он всегда отличался богатой фантазией.

В конце концов, эта уверенность подтвердилась, когда Кира получила от Дениса ещё одно сообщение: «Кира, позвони или напиши Даниле и всё отмени, чёрт с ними, с деньгами! Я пытался, но поскольку заявка оформлена на твоё имя, а ты совершеннолетняя, отказаться от прыжка можешь только ты сама».

Данила — это руководитель группы по роуп-джампингу, тот самый, который отвечает за всех участников мероприятия, хороший знакомый Дениса. Именно он проводил собрание и инструктаж.

С какой стати Кира должна звонить и отказываться? Что за ерунда?

Через час, видимо, поняв, что Кира его ослушалась, Денис прислал ещё одно сообщение: «Я запрещаю тебе прыгать, слышишь, Кира? Не смей! Просто останься дома, не езди никуда в субботу, жди меня».

Денис передумал? Странно. Этот человек практически никогда не менял своих решений. Что случилось на этот раз?

Кажется, он до последнего надеялся на то, что Кира откажется от прыжка, а теперь у него почему-то началась паника. Нет, так дело не пойдёт. Если Денис думал, что с Кирой можно так шутить, то ей придётся разочаровать его.

* * *

В субботу, в половине десятого утра, за час до жеребьёвки, Кира была на месте. Добиралась на такси, потому что не была уверена в том, сможет ли нормально управлять машиной на обратном пути.

Самым удивительным Кире показалось то, что, даже перестраховавшись, она приехала не первая из участников. Мозг, как ленивый школьник, всеми силами оттягивающий момент, когда нужно сесть уже за выполнение домашнего задания, цеплялся за какие-то абсолютно не нужные мелочи, лишь бы не концентрироваться на главном.

Организаторы были уже все в сборе, проверяли оборудование и снаряжение. Кира отправилась изучать прилегающую к вышке территорию.

На саму вышку — пятидесятиметрового железного монстра, состоящего из чёрных металлических перекладин, — старалась не смотреть.

— Привет! — из задумчивости Киру вывел подошедший Данила — очень высокий худощавый брюнет с огромными голубыми глазами.

Кира уже знала его, поскольку именно он проводил позавчера собрание и инструктаж.

— Доброе утро, Данила.

— Ну как ты, не передумала? Ты сегодня единственная девушка среди участников, остальные — мужчины.

— Нет, не передумала. Всё в силе.

— А что тогда за кипиш у Дэна? Он весь мозг мне вынес. Сначала сам настаивал на том, чтобы я принял тебя в группу, а вчера, когда звонил, на полном серьёзе пообещал: если я допущу тебя к участию, то я не жилец.

— Надеюсь, у тебя не будет из-за меня неприятностей? — нахмурились Кира.

— Ты про Дэна? Видали и не таких, меня не так просто запугать. Ты совершеннолетняя…

— Давно уже, — кивнула Кира.

— Документы у тебя в полном порядке, страховка есть, согласие ты подписала, медицинских противопоказаний к участию у тебя нет. Не вижу причин отказывать тебе.

— Вот и отлично, тем более…

Кира не успела договорить, потому что раздался приближающийся шум мотора, и на площадку буквально влетел автомобиль Дениса. Кира и Данила переглянулись.

— Ну всё, мне хана, — улыбнулся Данила и пошёл навстречу вновь прибывшему.

Данила преградил путь выскочившему из машины Денису.

— Почему посторонние на площадке? — преувеличено строго спросил он. — Вы, молодой человек, не являетесь участником сегодняшнего мероприятия.

— Где она⁈ — пытаясь оттолкнуть Данилу, крикнул Денис. — Я же тебя предупреждал! Я знаю, что Кира здесь. Её нет дома, хотя машина на парковке у подъезда.

Денис был в таком состоянии, что даже не замечал Киру, стоявшую в нескольких метрах от него. И вот тут Кире стало по-настоящему страшно: она представила, как Денис в таком состоянии добирался из Москвы.

Кажется, они оба заигрались, и ситуация вышла из-под контроля. Они оба не смогли вовремя остановиться: Денис не простил старую обиду, а Кира не простила того, что он не простил.

Все эти фокусы имеют право на существование ровно до того момента, пока касаются их двоих и не угрожают ничьей жизни. Однако из-за упрямства Киры Денис в течение долгих часов подвергал опасности не только себя, но и других участников движения. Она представляла себе, как Денис гнал, чтобы успеть!

А сама Кира из-за временного каприза Дениса готова была по-настоящему рискнуть собственной жизнью, ведь фобия никуда не делась, и прыжок мог обернуться для Киры чем угодно.

Имела ли она на это право? Подставить организаторов? Оставить Дениса один на один с ощущением вины на всю оставшуюся жизнь? А её семья… Какими бы ни были взаимоотношения с родителями и сестрой, родные не заслуживают циничного пренебрежения и равнодушия. А кошки⁈

Кира так гордилась тем, что они с Денисом давно повзрослели и переросли застарелые комплексы… Разве? Они как были двумя безответственными лоботрясами, живущими одним днём, так ими и остались. Прежде, чем начинать новую жизнь, нужно окончательно освободиться от призраков прошлого.

— Денис, я здесь, — Кира, несмотря на огромное волнение, приложила все силы для того, чтобы говорить спокойно. — Отпусти Данилу. Со мной всё нормально.

Кира подошла и встала рядом со сцепившимися мужчинами.

— Ей нельзя прыгать, понимаешь? — тихо сказал Денис, не отпуская взгляд Данилы. — Я же тебе сказал об этом вчера — нельзя. У Киры фобия, а в медицинской справке об этом ничего нет, потому что Кира скрыла. Человек ты или нет?

— А ты сам-то? — холодно отозвался Данила. — Ты сам — человек? Ведь это ты рекомендовал Киру как участницу, и регистрировал её ты сам. А о фобии ты даже вчера мне ничего не сказал. Мне твоё «нельзя»… Я тебе не собака — при помощи команд со мной общаться.

— Я чудовище, — Денис отпустил, наконец, Данилу и сел прямо на землю.

Данила ушёл — ему нужно было продолжать подготовку и встречать других участников, а Кира села на землю рядом с Денисом.

— Встань, земля холодная, — равнодушно сказал Денис.

— Тогда и ты встань, тебе тоже холодно.

— Я не могу пока, мне нужно посидеть, прийти в себя.

— Вот там деревянная беседка для участников, Денис. Вставай, пойдём туда.

Денис послушно встал, и они с Кирой медленно поплелись к беседке. Устроившись на скамье, Денис посадил Киру к себе на колени и прижался лбом к её плечу.

— Прости меня, Кира, — глухо заговорил он. — Это было ужасно. Больше никаких безумств, Кира. Я поклялся сам себе, что если успею, то никакому экстриму, никаким глупостям больше не будет места в моей жизни.

— Ты подвергал опасности не только свою жизнь, но и жизни окружающих.

— Я был очень сосредоточен и собран, ведь у меня была цель. И уснуть за рулём просто не смог бы от напряжения. Зато сейчас отпустило, готов уснуть прямо тут, и руки — ноги трясутся.

— Прости меня, Денис, — заплакала Кира. — Я ведь поняла, что ты опомнился, но мне хотелось наказать тебя. Как много времени нам ещё понадобится для того, чтобы мы поняли, наконец, насколько до́роги друг другу?

— Мы уже поняли, Кира. Давно, когда впервые встретились. И снова — сейчас, когда увидели друг друга. Оба по горло сыты обидами и местью. Пора взрослеть, Кира. Создавать нормальную семью, рожать детей. Кошки у нас опять же, целых четыре.

— Это ты говоришь, Денис? — улыбнувшись сквозь слёзы, Кира погладила Дениса по колючей щеке.

— Да. Ну как, подхожу я тебе в качестве мужа для создания нормальной семьи? Такой, чтобы ни перед кем не было стыдно?

— Да, подходишь. И эти слова я должна была сказать тебе девять лет назад. А ты? Скажи, что ты только мой.

— Я только твой, и всегда был твоим. Скажи, только честно, а если бы ты прыгнула, и всё обошлось, для тебя было бы это важно? Твой я или нет?

— Не знаю, Денис. Если честно, то просто не знаю.

— Так я и знал. И этот страх был таким же сильным, как страх за тебя.

— Поехали домой, Денис. У нас там кошки, целых четыре. Я машину поведу. Сегодня не будем вещи собирать: накормлю тебя, уложу спать и буду охранять твой сон.

— Да, поехали.

Кира и Денис встали, и, поддерживая друг друга, медленно поковыляли к машине. Данила посмотрел им вслед и улыбнулся своим мыслям.

* * *

Денис и Кира поженились в декабре. Свадьба была традиционная, без экстрима и стилизации: с белым платьем, букетом невесты, поездками по городу и банкетом в ресторане. Букет поймала Надя, что было не удивительно: они с Ренатом тогда уже были помолвлены и даже ждали первенца.

Надя по-прежнему занимается гостиницей для собак, а Ренат ей с удовольствием помогает. Кира и Денис тоже помогают по мере сил, хоть у них, помимо близнецов Ильи и Саввы, родившихся через год после свадьбы, есть ещё и четыре требующих внимания четвероногих друга.

Глеб продолжает подниматься по карьерной лестнице, а Каролина, несмотря на то, что стала матерью очаровательного и бойкого мальчишки, почти сразу вышла на работу, где трепетно и бдительно охраняет своё семейное счастье.