Глава 14

— Кто ты? — Синдарин так и пронизывала меня взглядом. — Как тебя зовут?

Я сжала руки: всё равно ведь ответить не смогу! Что делать? Как быть?

Все инстинкты подсказывали: сорваться с места. Бежать — и в то же время я понимала, что уже поздно. Она всё узнала! Снежная королева — первый человек в этом мире, который добрался до правды обо мне!

Так ли это плохо? В любом случае, отступать некуда. Ноги ватные, и это не от волнения. Спасибо хоть голова не кружится. Моя единственная защита сейчас — слова и попытки договориться.

Только как их использовать под чарами?

— Я не могла поверить, — не удовлетворившись моим молчанием, продолжила Синдарин. — Даже когда спросила духов, даже когда они подсказали, что ты… кто ты?

— Как именно вы поняли? — задала я встречный вопрос.

Сомневаюсь, что ей понравилось, но леди вздохнула:

— Почувствовала, как ты брала мою силу. Сначала не придала этому значения, но в день после второго События духи были рассержены. Злы. И я решила узнать причину. Достучалась до них — пара ритуалов, и они туманно ответили, что всё связано с тобой. Не хотели раскрывать больше. Но сегодня… кажется, ты снова задумала влезть в их дела. Вновь их разозлила. И в этот раз они сами пришли ко мне, сказали, что вместо Айли здесь душа из иного мира. Они дали мне вмешаться.

Слишком много информации на мою несчастную голову.

— То есть, вы сейчас просто меня проверяли?

— И убеждала себя, — еле заметно изогнула губы Син.

Чёрт, чёрт.

Но вот парадокс: по крайней мере, сестра короля уже не выглядела злой. В её чертах даже появилось что-то сочувствующее. Пока острый взгляд на скользнул по моей шее.

— Ты ищешь ответы, — кажется, она так и впилась глазами в цепочку на моей груди. — Или пытаешься навязать духам свою волю? Наверное, второе. Что там у тебя? Манок?

— При всё уважении, леди Синдарин, это моё дело, — я отступила на шаг. Снежная королева приподняла брови.

— Кто ты? — повторила она.

— Не могу сказать.

— Почему?

Да потому что не хочу даже! Или всё-таки попытаться? Я раскрыла рот, чтобы подтвердить: ни слова не идёт из моего горла. Знакомая боль, я привычно скривилась.

— О светлые, — поразилась вдруг леди. — Тебя ведь ещё и зачаровали, верно? Как того бедолагу…

Вот теперь и моя злость на неё улетучилась.

— Какого бедолагу? — выпалила я.

— Я видела такое, — Синдарин вдруг шагнула вперёд и коснулась моего предплечья. — Чужую, пришлую душу в теле совсем юного мужчины. О, это было давно. Я тогда говорила с ним. Помню, в какой панике он был, как метался по лаборатории. Потом я читала все древние труды, нашла другое упоминание. Но представить, что сама встречу душу вроде тебя? В собственном доме в качестве гостьи?

Я просто оторопела.

Здесь. Был. Случай до меня?

Здесь есть упоминания?

Я не нашла их. Но то, к чему имеет доступ сестра короля, не сравнится с публичной библиотекой.

— Да, я под чарами, — призналась я… поражая саму себя.

Слова вдруг сорвались с языка. Словно теперь их ничто не сдержало. Потому что сдерживать больше не было смысла — Синдарин обо всём сама догадалась.

Всё моё отношение к ситуации менялось слишком резко.

Я ведь думала рассказать снежной леди о себе при первой встрече. Хотела помощи. Потом был этот подслушанный разговор с Гарленом и тот факт, что она зачем-то решила охотиться за моим даром.

За даром Айли.

— Вы можете мне помочь? — спросила я почти иступлённо.

Синдарин склонила голову к плечу.

— Зависит от того, что именно ты хочешь сделать. Узнать своё предназначение? Получше здесь устроиться? Вернуться туда, откуда пришла?

Да, да и не знаю. Вернуться? В последние дни я уже ни в чём не уверена.

— Мне нужно снять чары, — сказала я резко. — Для начала. И да, понять, зачем я здесь.

Рука снежной королевы скользнула по моей, и миг спустя она сжимала мою ладонь. Прохладные тонкие пальцы.

— Наверное, могу, но есть условия.

— Какие?

Она подарила мне очередной пристальный взгляд.

— Первое, что приходит на ум: перестань что-либо делать сама. Ты просто злишь духов. И если другие люди узнают правду — ничего хорошего не будет. Доверься мне. Я помогала тебе, я могу быть другом.

Стоило больших усилий не рассмеяться ей в лицо.

— Извините, но в последние дни я недоверчива. Ваш племянник меня преследует, и, кажется, вы ему помогаете.

Синдарин застыла. Я вынула руку из её хватки.

— С чего ты взяла?

Странно: она выглядела даже более удивлённой, чем две минуты назад. Может, потому что ко всему сказанному ранее леди уже морально подготовилась? А вот сейчас я застала её врасплох.

— Скажете, что нет?

Ну же. Ответьте, любезная: вы не собираетесь подкладывать меня под князя.

— Я, пожалуй… да, я думала, что Гарлену твоя квелья пригодится, — согласилась Синдарин, поражая меня. — Правда, тогда я и заподозрить не могла, что у духов на тебя особые планы.

— Какие? У вас есть идеи?

Она будто задумалась.

— Твоё положение и дар Айли могут быть связаны. У прошлого юноши… у него тоже была редкая квелья. Я не знаю правды. Когда духи вмешиваются в жизнь смертных, это всегда таинственно, непонятно, но значимо. Потому что им известно больше, чем нам. Они видят другие миры и истину за гранью. Они — высшие силы.

Сейчас она рассуждала как глава секты.

— Я буду звать тебя Айли, — внезапно сказала она. — Если ты не против. А что ты сама думаешь о Гаре?

Я чуть не поперхнулась.

— Он мне не нравится, — призналась, не смягчая. — Простите, но он слишком избалован. Не заботится о других.

Что мне терять?

Синдарин внезапно улыбнулась.

— Испорченный мальчишка без чувства ответственности, — вздохнула, окончательно сбивая меня с толку. — Но он не такой уж… Впрочем, не важно. Интересно, кем ты была там, откуда пришла? Иногда ты мне кажешься очень гордой — вот как сейчас. Может быть, Гарлена такая женщина чему-нибудь бы научила.

— И что вы мне предложите? Помощь, а взамен — отдать дар вашему племяннику?

Её взгляд неожиданно стал глубже.

— Сядь, — кивнула она уже не на стул, а на кресло у стены. И снова взяла меня за руку.

Я не видела смысла противиться — и позволила усадить себя перед низким столом, на котором стояли ваза с сушёными фруктами и графин. Синдарин опустилась рядом.

— Я не настолько порочна, как ты могла бы подумать, — её руки легли на подлокотники ровно и уверенно. Тонкие пальцы казались почти расслабленными, только печальная улыбка что-то выдала. — Я знаю, каково это — быть женщиной. Лучше многих. Ты думаешь, я так могущественна? Я сестра его величества. У меня редкий и сильный дар — как у тебя. Я выбрала мужа, который бы точно у меня его не отобрал, а ещё училась много лет. Но я сижу в этом дворце, устраиваю праздники и даже не прикасаюсь к государственным делам. Я знаю, что выйти за мужчину, к которому нет хотя бы симпатии — неприятная идея. Но для прежней Айли и этот вариант мог оказаться выигрышным. С тобой же… мы можем договориться иначе.

Почему мне в голову снова лезут какие-то заговоры? Её не устраивает собственное положение? И как часто она в этом признаётся?

Что значит “договориться”, зачем ей мой дар?!

— Может, поэтому я не уверена, что смогу защитить тебя, если правда достигнет чужих ушей, — продолжила Синдарин, глядя мне в глаза. — Не уверена, что духи смогут. Как того бедолагу двенадцать лет назад… Я просила Альдрика дать ему нормальную жизнь. Но знаешь, что с ним сделали? Его отправили на опыты и свели с ума, его замучили до смерти.

Я поняла, что сижу с полной грудью воздуха — и мои руки вовсе не так расслаблены, как у снежной леди.

Ногти скребут по обивке.

Лаборатория. Рассказы Эридана. Острый интерес в глазах Хандара — даже у милого мага больше любопытства, чем сочувствия!

Я гадала, что будет, если я обо мне узнают правду? Кажется, вот ответ.

Неужели здесь всё необычное сажают в клетки и истязают?

Замучили до смерти.

А Эридан знает? Об этом? И о том, что случаи вроде меня были? Если да, почему у него не возникло хоть малейшего подозрения на мой счёт?

Может, потому что один случай на двенадцать лет — слишком мало.

Потому что он тогда был не старше Айли.

Или потому что он не хочет представлять для меня такой судьбы.

Тогда зачем я духам?!

Увы, главное было в другом — и я не пропустила смысл мимо ушей. Теперь слова Синдарин действительно походили на угрозу. Завуалированную — но в то же время безумно откровенную и острую, как кинжал у горла.

Она может отправить меня на смерть, если я не подчинюсь.

Вдруг подумалось: отдать Мечту племяннику — это, конечно, хорошо. Но того придётся контролировать, а обуздать Гарлена не так-то просто. А что если вместо этого можно держать когти на моём горле?

— О чём знает Эридан? — спросила Синдарин. — Он ведь помогает тебе, но вслепую?

— Да, — соврала я, больше не упоминая чары. Как будто это могло спасти.

— Тебе очень повезло, что я узнала первой. Послушай меня. Я могу тебя выручить — но ты не должна ничего предпринимать сама, для твоего же собственного блага.

Разумеется, для моего.

— Нужно делать, что вы скажете?

— Да, — кивнула Синдарин, и её взгляд вновь коснулся цепочки на моей шее. — Отдай мне то, чем ты взволновала духов сегодня, Айли.

Вот уж чего мне делать совершенно не хотелось.

Я остро, резко пожалела, что не засунула ловушку в самое неприметное место в комнате. Казалось бы, держи самое ценное при себе — ан нет. И можно отпираться, но разве я обману женщину, которая всю жизнь посвятила магии духов?

— Это манок, — решила я действовать смелее. Не представляла, что такое “манок”, но звучало лучше, чем “ловушка”. — Мне дал его лорд Эридан. Если вы отберёте у меня эту штуку, он просто потребует её обратно или достанет новую.

— Эридан, — повторила снежная королева. — Хочешь рассказать ему всё?

Я уставилась в её холодные глаза.

— Скажете, он тоже отправит меня на опыты?

Ответа почему-то ждала с замиранием сердца. Нет. Даже если она выльет на инквизитора бочонок грязи, если скажет, что он запирал в лаборатори младенцев — не поверю ни единому слову.

— Не думаю, — вздохнула Синдарин. — Эр обозлён на мир, сквернословит и любит бросаться угрозами, но внутри он лучше, чем снаружи. Скорее дело в другом.

Драматическая пауза заставила меня скрипеть зубами.

— В чём?

— Какую правду ты ему скажешь? Что ты использовала его потому что хочешь вернуться домой?

— Использовала?!

— А как ещё это назвать? Он нравится тебе? Потому что люди могут болтать что угодно, но сложно не заметить, как он на тебя смотрит. Он спорил с Гаром из-за тебя, вызвал Деймара на поединок. Не знаю, как тебе это удалось — но ты запала ему в душу.

Почему от её слов у меня не тепло в груди, а комок в горле?

— Мне жаль, что я не могу расспросить о тебе, — продолжила Синдарин. — О твоём мире. Столько белых пятен… как ты жила, что чувствовала, когда попала сюда? Как у тебя в принципе получилось освоиться? Но я могу сказать многое о людях вокруг. Я поздно вышла замуж — положение позволяло, а необходимость выбрать человека, который сберёжёт мой дар, заставила. И мы с Эром были в отношениях одно время. Ты знаешь это?

Я замерла.

Что? Эридан и эта… ледяная статуя?

— Так что я знаю его лучше многих, — Синдарин снисходительно улыбнулась, и последние крохи симпатии к ней почему-то сгорели в ярком пламени. — Он разучился доверять людям — из-за своего дара, из-за того, как с ним поступил мой брат и остальные. У нас ничего не вышло, потому что…

Нас прервал шум за дверью.

Я прислушалась — и узнала голос инквизитора.

“Лёгок на помине”, - заметил недавно Сокол. Синдарин подарила мне удивлённый взгляд, а в дверь уже стучали. Немного суматохи, и Эридан возник на пороге.

— Позволь узнать, по какой причине ты опять врываешься в мой кабинет? — снежная королева ахнула от возмущения.

— Позволь узнать, с чего мою невесту вдруг вечером уводит охранник?

Взгляд инквизитора застыл на мне. Тёмный, настороженный, и вся поза — как у готового к драке хищника. Мне резко захотелось вскочить и пойти к нему. Точнее, ещё минуту назад я не желала ничего другого. А теперь…

— Лорд Эридан, простите, — пробормотала я. — Я немного неправильно поняла ситуацию, но леди Синдарин всего лишь вежливо со мной разговаривает.

По крайней мере, убивать не собирается. Пока.

— Точно?

Мой слабый кивок.

— Подожду в приёмной.

— Очень любезно с твоей стороны, — кинула Син ему в след.

А когда инквизитор ушёл, я снова смотрела на неё — то ли разгневанную, то ли больше заинтересованную.

— И после этого ты скажешь, что не пользуешься его расположением?

Я сжала руки.

— Извините. Вы не договорили — почему вы расстались?

— В основном потому что он не мог меня полюбить, — губы Синдарин сложились в странную улыбку, когда она откинулась обратно на спинку кресла. — Потому что всё время подозревал в чём-то… неприятном. До меня у него была другая женщина, Веленира Неукротимое Пламя. Красивая, очаровательная — об их романе знал весь высший свет. Как и о том, что она отказалась от Эра из-за тьмы в нём. Выбрала другого за его спиной.

Я уже ненавидела этот рассказ всем сердцем.

— Так поступали и его друзья. Начинали бояться его, появлялись на его пороге, когда им было что-то нужно, и исчезали после. Собственный отец нашёл замену его матери — говорят, мечтал о новом наследнике. И если он узнает правду о тебе, скорее всего, он подумает то же самое — что ты рядом с ним только ради собственной выгоды.

Мне хочется ударить её. Забыть обо всём — о слабости в теле, о том, что она тут хозяйка и вот-вот поставит каблук мне на шею. Вцепиться в эти холёные серебряные волосы.

— Я не использую его.

— Тогда что ты готова дать ему взамен? За помощь, за хорошее отношение? Например, предложишь ли ты ему свою квелья?

Я набрала воздуха в грудь.

— Сила вообще не моя.

— Возможно, — прищурилась Синдарин. — Но с другой стороны, ты стала её хозяйкой, не прося ни о чём подобном. Где настоящая Айли? Распоряжаешься её даром ты. Впрочем, дело не в этом. Ты оказывала знаки внимания другим мужчинам. Приблизиться к человеку, у которого есть власть и связи, к инквизитору, чтобы решить свои проблемы — очень разумное решение. Что хорошего ты сделала для Эра, чтобы он подумал иначе?

Она же настраивает меня против Эридана. Если ей нужно меня использовать, если она что-то затеяла — лучше стратегии и не выдумать. Лить яд мне в уши, отнять у меня все средства борьбы и превратить в беспомощную марионетку.

Мне хотелось думать именно это — но в груди заскребли когти размером с орлиные.

Что если я просто зла на снежную королеву за то, что сейчас она говорит правду?

Я думала, если Эридан узнает, как всё было, между нами не останется преград. Но. может, он действительно увидит во мне только расчётливость и лицемерие?

Как и раньше.

Особенно если слова о том, что Сокола целовала другая Айли, вообще прозвучат как бред.

— И что вы мне предлагаете?

— Избавься от вашей затеи снять чары. Мягко. Думаю, оказавшись в этом мире, тебе пришлось много бороться, много изворачиваться, — снова это подкупающее сочувствие в голосе. — Выгадай время. А в остальном — живи на празднике и не привлекай внимания. Если тебе потребуется помощь, приходи ко мне. Я же постараюсь узнать, как о тебе позаботиться.

О да.

— Леди Синдарин. Спасибо за помощь и предостережения, — я надеялась, что мой голос звучит хоть немного учтиво. — Но следуя вашим же словам, мне нельзя отдавать манок. Будет странно, если он пропадёт. Я последую советам и постараюсь со всем разобраться осторожно.

Хоть где-то я её уела, да?

Судя по тому, как заледенели глаза Синдарин, действительно уела. Медленное движение ровных плеч.

— Главное — не наделай глупостей, девочка.

— Я очень постараюсь. Спасибо за сегодняшний разговор — он принёс больше нового, чем я могла вообразить.

С последними словами я наконец встала. Снежная королева дала мне ещё пару напутствий, но слушать их не было сил. Я вышла к Эридану, стараясь не показать, насколько потеряна и разбита.

Он ждал. Быстрое движение из кресла вверх, несколько шагов — и инквизитор навис надо мной. Привычный острый взгляд, его тепло рядом показались такими знакомыми, что захотелось обхватить его руками.

Крепко-крепко. Прямо здесь. Прижаться к нему и забыть разговор с Синдарин как страшный сон.

— Что стряслось? — спросил Эридан, выводя меня в коридор. — Зачем она тебя звала?

— Сейчас расскажу.

Наверное. По крайней мере, объясню ему что смогу — что Синдарин узнала о запрещающих чарах, якобы предложила помощь и очень недовольна, что я лезу к духам. Почти узнала про ловушку и просила её отдать.

“Если ты схватишь её тёмными щупальцами, может, ей придётся выдать и кое-что ещё, очень важное”, - мне почти хотелось это сказать. Но чары, конечно, сковывали рот. И я не была уверена, что хотелось так уж сильно.

Я расскажу ему что могу — но чёрт возьми, я действительно не знаю, что дальше.

Беда не только в том, как быть теперь с Синдарин.

Я использую его.

Может быть, он действительно так решит. Может, в этом даже есть правда.

И окончательная правда между нами ничего не исправит, только всё разрушит.