Глава 46

Марта

В такси я чуть не называю адрес Федора, но вовремя исправляюсь. Да, мне придется заново учиться жить одной, снова быть сильной и надеяться только на себя.

А, может, и не придется… Потому что возле своей двери в квартиру я вижу помятого, нахмуренного даже во сне, Андрея. Он обнял себя, сидит на ступеньке и спит, прислонившись плечом к моей двери. Но на звук закрывшихся дверей лифта он встрепенулся, просыпается и медленно распахивает глаза, сфокусировав на мне взгляд.

– Марта… – шепчет мой Соловей. Он пытается встать, но болезненно кривится, очевидно, что мышцы затекли от долгого сидения на лестнице.

– Давно сидишь? – боже, что за чушь я несу?! Видно же, что не один час, но я просто не знаю, что еще ему сказать.

– Неважно. Я и в ад бы прыгнул, если бы это помогло мне вернуть тебя. Я хотел тебя встретить, но…не знал конкретно, когда ты прилетаешь. Федор сказал, что мне лучше не спешить…но я не смог…

Я ничего ему не отвечаю, лишь оглядываю с головы до ног, словно решаю, верить ему или нет. Неопределенно пожав плечами, открываю входную дверь и прохожу в квартиру.

Я больше полугода не жила здесь, поэтому ожидаемо, что по всем уголкам клоками гуляет пыль и стоит затхлый запах. Морщусь, прохожу прямо в обуви и в каждой комнате настежь открываю окна, запуская свежий воздух.

Андрей в это время стоит на пороге гостиной и мнется, смущенный от того, что не знает, что делать. А я и сама не знаю. Единственное, в чем я уверена на данный момент, так это в том, что я хочу спать. Ночной перелет был длительным и не из легких.

Поэтому я иду в спальню, сбрасываю покрывало прямо на пол, достаю новое постельное белье из комода и начинаю застилать постель. Андрей молча начинает помогать, словно это для него в порядке вещей, а мы – простая семейная пара.

– Я больше не могу засыпать одна, не оставляй меня, – шепчу, глядя ему в глаза. – Мне было херово без твоих рук и сильных объятий, Андрей. Все пять лет.

– Я не оставлю тебя. Можешь даже не надеяться. Я без тебя дышать не мог все эти пять лет, а сейчас мне словно подключили кислород, и от этого безумно кружится голова, – он отвечает мне, подходя настолько близко, что я ощущаю его дыхание на своей щеке и слышу, как часто бьется его сердце.

– Уложи меня спать и расскажи мне сказку о счастливом будущем, Соловей.

Андрей, не отрывая взгляда, стаскивает с меня водолазку и переходит к пуговице на джинсах.

– Что ты делаешь? – шепчу я, задыхаясь от его горячих прикосновений.

– Раздеваю тебя. Потому что в нашей постели не будет никаких преград. Особенно в виде одежды, – последнее он произносит, стягивая джинсы по моим ногам, заставив переступить через них. Я остаюсь в одном белье. Которое минутой позже отправляется в кучу к остальной одежде.

Я стою совершенно обнаженная не только телом, но и душой и вижу, как огонь страсти загорается в глазах Андрея. Он быстро, словно от этого зависит его жизнь, раздевается, скидывая одежду к моей, представая передо мной тоже полностью обнаженным, с возбужденным, большим, с ярко-фиолетовой головкой и бугрящимися венами, членом. От увиденного я тяжело сглатываю, сон тут же как ветром сдувает.

– Я слышу, о чем ты думаешь, малышка. Поэтому сразу скажу: не сейчас, – усмехаясь, Андрей разбивает все мои намерения. – Сейчас тебе надо отдохнуть. А потом все будет, я обещаю.

– По-моему, твой нижний мозг с тобой не согласен, – со смешком парирую я, указывая кивком головы на ту часть, которая стремится оказаться внутри меня.

– Переживет. А теперь ложись.

Я уверена, что через каких-то пять минут Андрей сам поймет, что глупо попытаться уснуть с каменным стояком, поэтому безропотно ложусь в постель. Андрей ложится рядом, обнимает меня, прижимая к себе, а я удобно устраиваю голову на его плече. Так удобно и уютно, как в кольце этих сильных рук, мне не было даже с Федором.

Неприятное чувство вины кольнуло мое сердце, но я быстро отгоняю его. Потому что понимаю, что Федор прав – счастливы мы будем только по отдельности.

– Так что насчет сказки, Соловей?

– Я же говорил тебе, что меня бесит, когда называют по фамилии. Не прекратишь – отшлепаю.

– Сколько раз мне надо ее произнести, чтобы ты наконец привел свою угрозу в действие? – улыбаясь, смотрю в лицо этому мужчине.

– Спи давай.

– А сказка? – как ребенок заладила я. Но мой расчет прост: от его сексуального голоса с хрипотцой, которым будет говориться даже полнейшая ерунда, я точно успокоюсь и смогу отдохнуть.

– Я – злой сказочник, Марта, поэтому давай просто отдохнем.

Прикрываю глаза и, вопреки моей убежденности, что не смогу уснуть, проваливаюсь в глубокий и безмятежный сон. За последние пять лет я ни разу не засыпала так быстро, какой бы уставшей не была. Наверно, потому что рядом был не тот мужчина, к сожалению.

Когда я просыпаюсь, первые секунды не могу понять, где я, почему так темно, но при этом я чувствую себя отдохнувшей и почему, черт возьми, так жарко?! И только, когда сон окончательно покидает меня, понимаю, что мы с Андреем проспали весь день, сейчас на дворе глубокая ночь, а жарко, потому что он практически подмял меня под себя и обнимает двумя руками и ногу еще сверху положил для верности.

Я стараюсь аккуратно выбраться из-под мужчины, не разбудив его, мне это почти удалось, но я тут же притянута обратно.

– Решила сбежать? – хриплым ото сна голосом спрашивает Андрей на ухо, от чего у меня по телу скачет табун мурашек.

– Ага, на кухню. Воды попить. Потому что от тебя жар исходит, как от печки.

– Это потому, что ты рядом. Заставляешь кровь по венам бежать быстрее раскаленной лавой. Чувствуешь, как я хочу тебя? – и его вновь готовый к подвигам член упирается мне в бедро.

– О, я чувствую.

Коротко взвизгиваю, потому что неожиданно оказываюсь на спине, распластанная сильным телом Андрея. Теперь его член многозначительно упирается мне в живот, а тяжелый взгляд заставляет увлажниться меня внизу живота и дрожать от предвкушения.

Не было никакой прелюдии, Соловей просто накинулся на меня, как мужчина, который очень давно не был с женщиной. Никаких нежностей. Но я и не в обиде, потому что сейчас, на мой скромный взгляд, они неуместны.

Наверно, настолько яростно, отчаянно и самозабвенно могут заниматься любовью два одиночества с жизнью, склеенной по кусочкам, и разбитыми вдребезги мечтами. Он не просто целует меня, нет, он именно трахает мой рот, как в последний раз, словно я – последняя женщина на Земле. Я отвечаю ему взаимностью, в лоскуты, в кровь раздирая ногтями кожу на его спине. Я хочу, таким образом, как яд, просочиться ему под кожу, хочу, чтобы он стал одним целым со мной.

Андрей вбивается внутрь меня, тягуче оттягивается назад, чтобы снова жестко насадить на свой член. Пару таких движений, и я кричу от накатившего оргазма, который похищает мой разум и очищает меня от всего дурного. По пульсации внутри меня чувствую, что Андрей кончает вместе со мной.

Мы лежим потные и обессиленные, выравнивая дыхание. Андрей обнимает меня, прижимая к своему боку, а я слушаю бешеный стук сердца моего мужчины. Тук-тук-тук.

– А помнишь, я загадал желание в свой день рождения, когда задувал свечи на торте, тогда, на крыше? – неожиданно спрашивает Андрей, приподнимаясь и заглядывая мне в лицо.

– Помню, – отвечаю, коротко кивая.

– Знаешь, оно полностью сбылось, – широко улыбаясь, сообщает этот невозможно обаятельный мужчина.

– И что же ты загадал, Соловей?

– Чтобы ты была здорова и счастлива.

Вот так просто. Потратить желание не на себя, а на благополучие другого человека. Просто так. Это ли не есть любовь?

– Потому что я люблю тебя. И, наверно, в тот вечер я глубоко в подсознании знал это. Просто не мог разобраться из-за Наташи. Слишком мало времени прошло, или я не мог ее отпустить, или просто боялся новых отношений… Я не знаю. Но накосячил я тогда жестко. И надеюсь, что ты сможешь меня когда-нибудь простить.

– Я любила тебя все эти пять лет, – в ответ признаюсь я, раз уж у нас ночь откровений. – Была с другим, а любила тебя. Запрещала себе вспоминать, думать, загружала работой, но мое сердце было и остается только твоим. Видимо, действительно ты – моя судьба: как бы я ни старалась, прошло пять лет с момента нашей встречи, но я так и не смогла никуда от тебя деться. Я знаю, что поступила по отношению к Федору по-свински, и я готова потом ответить за свой мерзкий поступок. Но мне представился шанс, благодаря мудрости и благородству Федора, попробовать быть счастливой. Впервые за всю свою жизнь. И я доверяю тебе себя, свое сердце.

Смотрю на него, ничего не ожидая услышать в ответ, но Андрей шепчет, нежно поглаживая мою щеку:

– Будь уверена, я буду беречь его и никогда не сделаю больно. Я обещаю.