Глава 8. Планы, планы и снова планы

Дорога в деревню была уже знакомой, к тому же в этот раз я шла не в одиночестве. Дуся с лёгкостью поспевала за моим шагом, вертясь будто юла, и не смолкала ни на секунду: по всей видимости, новая должность ей нравилась, как и соседство с ведьмой. С другой стороны, какая девчонка в этом возрасте откажется прикоснуться к волшебству, а заодно иметь возможность похвастаться перед деревенской ребятнёй тем, что у неё в наставницах местная колдунья? Правильно, никакая.

— А вы в корчму сегодня пойдёте, тётенька ведьма? И если пойдёте, то какую кашу закажете? А правда корчмарь похож на поросёнка? Я видела поросят: у Фёклы дома недавно свинья опоросилась. А если староста опять напился и вас ждать не будет, вы его превратите в лягушку? Или в змею? Я, кстати, под половицей нашла одну дохлую утром — она там специально лежала? А то я выбросила, но запомнила куда. Хотите, верну как вечером домой воротимся?

— Умолкни, егоза, — беззлобно шикнула я, потрепав девочку по макушке. — Нам нужно всего-то дойти до офиса вашего старосты и пообщаться с ним. Только постарайся сидеть там тихо, ладно?

Дуся кивнула с важным видом. А после уточнила:

— А что такое «офис»?

Именно в тот момент я поймала себя на мысли, что тяжёлые вздохи удаются мне в последнее время всё лучше и лучше. А помощницу лучше оставить у колодца. Пускай там сплетни собирает, раз уж так мастерски это умеет.

Общинный дом изнутри выглядел как обычная изба. Разве что лавок в ней было больше, чем в стандартных жилых помещениях, да квадратура впечатляла. Создавалось впечатление, что это здание является подобием церкви в фэнтезийных, да и не только, мирах — эдакая точка схода, где в случае необходимости собирается вся деревня. Староста действительно был на месте, к тому же трезвый. То ли день для возлияний сегодня неподходящий, то ли в пользу здорового образа жизни сыграла перспектива близкой встречи с местной ведьмой.

— Дорого дня вам, госпожа ведьма.

Староста поднялся на ноги и поздоровался уважительно, однако видно было, что больше не испытывает вчерашнего суеверного страха. Очень может быть, что трезвый он куда как смелее. Ну или успел узнать после моего утреннего паломничества клиентов, что теперь местная ведьма ведёт себя миролюбиво, как и обещала.

— И тебе не хворать, — хмыкнула я, усаживаясь за стол на место самого главы. — Да ты не стой просто так — в ногах правды нет, а разговор предстоит длинный.

Мужик осмотрелся по сторонам, а после уселся на ближайшую лавку, опять припоминая, кто же здесь является строгой особой, умеющей накладывать порчу. Конечно, принижать чужой авторитет не хотелось. Но лучше пусть селяне боятся ведьму и хотя бы поэтому слушаются, чем показывают норов — очень уж хотелось выполнить задуманное и максимально сэкономить время.

Почти с минуту мы с главой просто смотрели друг на друга. Я — открыто и сердито, а он — с опаской и исподлобья. И именно мужчина первым прервал молчание.

— У колодца поговаривают, госпожа, что вы себе в ученицы взяли кузнеца нашего приёмыша, — сказал он. — А накануне говорили, что больше ворожить не станете…

— Я себе Дусю не в ученицы взяла, а в помощницы на побегушках, — пожимаю плечами. — Да и как взяла? Сейчас вот девчонка домой побежала, пока мы с тобой важные разговоры ведём. Но ворожбе я её учить не собиралась, да и сама колдовать не стану. Говорила же, видение мне было. А этой ночью пришло ещё одно.

Староста почесал в затылке. Мало ли, что могло взбрести в голову своенравной ведьме, повадившейся смотреть вещие сны. Почему-то то, что ведунья может и обмануть, никому в деревне в голову не приходило. Тоже неплохо, ведь наивность местных жителей вполне сыграть мне на руку.

— Если кратко — хочешь быть главой самой передовой деревни в округе? — без обиняков спросила я.

— Ну так-то оно неплохо… — протянул староста. — Да больно уж хлопотно.

Хотелось мысленно взвыть. Первое лицо деревни оказался тем ещё лентяем с отсутствием амбиций. Ну что за тюфяк!

— Такому главе, между прочим, полагаются помощники, на которых можно будет свалить основную массу дел. И весомая доплата за старания.

Я сообщила это словно бы вскользь, и даже не глядя на задумавшегося мужичка. Потом на всякий случай сделала паузу, позволяя оценить все преимущества открывавшихся перспектив. Пауза пришлась к месту, потому как староста целых две минуты взвешивал все «за» и «против». И только после этого наконец рискнул заискивающе уточнить:

— Так что там за видение вас посетило, госпожа ведьма?

Идею просвещения этот лентяй принял со скрипом, однако всё же согласился. Основная проблема была в том, что селян элементарно некому было обучать этой самой грамоте. Даже те, кто худо-бедно читал по слогам, вряд ли смогли бы передать свои знания кому-то ещё, а уж тем более построить образовательный процесс. Логичным было бы взять дело в свои руки, но тут же в голову приходят разные сомнения. Во-первых, непонятно как жители деревни отнесутся к тому, что их будет учить ведьма-одиночка. Одно дело за припарками к ней прийти, или попросить навести порчу. А вот прилежно учиться — нет уж, увольте. Ну и во-вторых, от педагогики далека была я сама. Своих дочек читать и писать, само собою, научила, но это ни в какое сравнение не идёт с тем, чтобы обучать взрослых людей. В конце концов, если бы умела и хотела это делать, то осталась после универа в аспирантуре, получив в своём возрасте должность кандидата физических наук.

Походив с этими мыслями день, я пришла к единственному выводу: сперва придётся обучать малышей, потому что тех, кто постарше, могут не отпустить, пожалев рабочую силу. Взять пять или шесть ровесников той же Дуси, и научить их хоть каким-то азам. А уже откатав программу, можно пытаться ввести его для молодёжи в виде вечерей школы, с совместными посиделками и прочим. Старики тоже подтянутся, особенно если их как-то замотивировать. И если дело пойдёт хорошо, то через три-четыре месяца каждый житель деревни хоть что-то да сможет прочитать. А значит с большой долей вероятности Барашки не будут сожжены. Теперь дело за малым — создать малышне учебное пособие.

— Дусь, ну-ка придумай какое-нибудь слово на букву «З», — в задумчивости протянула я, покусывая вечный карандаш.

Мы сидели во дворе, наслаждаясь надвигавшимися сумерками и спускавшейся на землю прохладой. Сама я делала наброски будущей азбуки, пока моя маленькая помощница колола найденные в лесу орехи. Одиночные вылазки Евдокии я по официальной версии не поощряла. Но и запрещать что-то ребёнку, который куда как лучше меня ориентируется не только на местности, но и вообще в этой жизни, особого смысла не видела.

— Змея, — пожала плечами малышка, ненароком напоминая о «подарочке» Снежка.

— Фу! Не хочу рисовать змею.

— Рисовать?!

Не то, чтобы я скрывала плоды своих трудов от Дуси — просто юной ученице не было интересно даже через плечо заглядывать. Хотя вот дочки вечно крутились рядом, когда я рисовала, а то и просили что-то накалякать для них. Все дети разные, хотя такое вот удивление в голосе мне казалось странным.

— Ну да, рисовать, — кивнула я. — Делаю азбуку с картинками, чтобы странички получились наглядные и запоминающиеся. Хочешь, покажу?

Дважды Дусю просить не нужно было. Малявка подскочила к мне, глазами впиваясь в нарисованного волка. Притом рассматривала рисунок с таким видом, словно зверь мог выскочить прямиком с листа и таки куснуть девчонку за бочок.

— Да это же волк! — протянула малышка, теперь смотря на меня с не меньшим удивлением, чем до этого на серого хищника. — Волк же, да? Но как он у вас оказался на бумаге, тётенька?

— Я его просто нарисовала. Ты что, рисунков волков никогда не видела?

— Это какое-то колдовство?

Теперь уже настал мой черёд смотреть на помощницу с недоумением. Ну рисунок же! Самая что ни на есть обычная каракуля по бумаге, даже не идеально похожая. Но девочка словно и правда никогда не видела раньше иллюстраций. И ладно книги, но обычные рисунки на камнях или песке дети должны рисовать и сами.

Будто бы в подтверждении своих мыслей, поднимаю с земли тонкую палочку, ступнёй разглаживаю рыхлую поверхность и прямо там нарисую кота. Тем более, натура как раз вылизывалась неподалёку, и срисовать с неё не составляло труда.

— Ого… — восхитилась моя помощница. — На котика похоже. Значит и правда колдовство, да? Я не видела, чтобы кто-то ещё так умел делать.

— Мать вашу, что за дичь выдумала Алиса! — в сердцах выругалась я, забыв, что рядом вообще-то находится ребёнок. — Эй, Снежок! Тут что, никто не умеет рисовать?

— Почём я знаю, женщина? — невозмутимо хмыкнул кот, даже не подумав прерывать свой марафет. — Я ведь животное, откуда мне могут быть известны такие вещи?

Спорить с помощником ведьмы смысла не было — с такого взятки гладки. Но ситуация и правда требовала дальнейшего осмысления, а ещё лучше — мнения со стороны человека, который хотя бы может сам себе нормально вытереть себе сопли. Кажется, завтра опять придётся топать в деревню.

— Мелкая, утром надо будет опять к колодцу сходить, — сообщаю помощнице. — И в общинный дом тоже.

— Как скажете, тётенька ведьма, — послушно кивает Дуся, пряча за щеку ещё один орех. — А вы что, и правда со своим котом разговаривать можете?

— Ну я же ведьма! Все ведьмы это умеют.

— А можете попросить у котика, чтобы он мне мышиных хвостов принёс? — девчонка умоляюще посмотрела на меня, округлив и без того огромные глазки. — Я их впрок буду собирать. Вот вы опять решите ворожить, а у меня уже пучок насушен будет. Правда, здорово?

Я скептически посмотрела на малышку, а после перевела взгляд на кота.

— Сдурели обе?! — едва не взвизгнул тот. — Я вам что, охотничья псина?

— Котик не может принести тебе хвостиков, — меланхолично перевела я. — Говорит, хвосты и попки в мышах — самое вкусное.