Эпилог
Прошло 3 года
Дина
Я вожусь на кухне, готовя праздничный обед. Сегодня мне исполнилось тридцать лет. Много? Не знаю. Но повод подвести итоги и задуматься над будущим — у меня есть. Нарезаю овощи и, пока никто не видит, смахиваю с щеки одинокую слезу. Мне грустно и это нормально. Людям свойственно грустить в день рождения, наверное. На фоне звучит музыка, любимая песня:
“Без тебя бы, как я могла узнать,
Что двоих судьба может так связать?
Что нет лучше и важней
Самых близких моих людей.
До конца с тобой я хочу идти,
В темноте твои узнавать шаги.
И пройдя весь этот путь,
На твоем плече уснуть”.
Улыбаюсь, а слёзы — пустое все, пройдут.
— Мам, — слышится голос.
Оборачиваюсь и наблюдаю весьма забавную картину. Мои дети, все трое. Санька, уже повзрослевший, стоит посередине, держа за руки брата и сестру.
— Это не я, — качает головой Ляйсан, надув губки.
— Она! Это Ляся начала, — повторяет Назим, пытаясь дернуть сестру за хвостик, но у него ничего не выходит — сдерживает Санька.
Я откладываю в сторону нож, поправляю на голове платок и, улыбнувшись, двигаюсь к детям. Ляся и Назим — настоящие сорванцы, погодки, что с них взять? Вечно дерутся, отбирают друг у друга игрушки, конфеты, а Санечка их разнимает.
Опускаюсь перед всей троицей на колени. Хмурю лоб, щурюсь, осуждающе качая головой.
— Мам, — произносит Санька, — они съели торт.
— Весь? — спрашиваю я, пряча улыбку — лица младших детей испачканы кондитерским кремом.
— Нет, — всхлипывает Ляся. — Я только хотела один красненький цветочек, а Назим…
— Ты сама сказала, давай, — оправдывается Назим.
— Так. Стоп! — я останавливаю словесный водопад и направляюсь в гостиную, чтобы посмотреть: осталось ли что-то от торта.
Верхушка торта оказывается съеденной. Ожидаемо, в принципе. Но я не сержусь. Зачем? Это дети, в этом возрасте сдержанность им не свойственна. Три и четыре года — малыши совсем, тем более, сейчас мы переживаем кризис трёх лет у Ляйсан. Поэтому всякое случается, чего уж там.
Я заставляю детей умыться и разойтись по разным комнатам. Благо, дом у нас большой и у каждого из детей своя спальня. Конечно же, это всё заслуга Дамира. Он многого добился и все сам. И я не устану благодарить Аллаха за счастье, которое он даровал.
Возвращаюсь на кухню и продолжаю готовить обед. В дверь звонят. Бросаю взгляд на настенные часы — одиннадцать утра. Значит, это ещё не гости и точно не Дамир, он бы однозначно не звонил, а открыл дверь своим ключом.
Подхожу к входной двери. Поворачиваю замок против часовой стрелки, распахиваю дверь и первое, что вижу перед собой — огромный букет белых роз.
— Шагаева Диана Александровна? — из-за букета выглядывает незнакомый парень и я одобрительно киваю головой. — Курьерская доставка.
Удивляюсь. Цветы? Доставка? Я ставлю подпись в указанном месте в журнале, а курьер, передав мне вязанку роз, достаёт из своей сумки небольшую коробку, обернутую в красивую дизайнерскую бумагу.
— Это тоже вам, — говорит курьер и, попрощавшись, уходит.
Я в замешательстве. Странно все, непонятно. Дамир?
Захожу на кухню и ищу взглядом вазу, чтобы поставить цветы. Ваза оказывается слишком маленькой для такого огромного букета роз, поэтому мне приходится поставить цветы прямо в ведро. Красивые розы. Метровые. И пахнут изумительно.
Взгляд падает на стол. Коробка. Беру ее в руки и аккуратно снимаю упаковочную бумагу, стараясь не порвать. Когда моему взору предстаёт платиновый комплект с бриллиантами, захватывает дух. Серьги и колье. Очень красиво!
Пока я разглядываю украшения, в кармане жужжит мобильный телефон. Тянусь к карману и, достав оттуда мобильник, всматриваюсь в экран. Незнакомый номер.
Нажимаю на зеленую трубку и коротко произношу:
— Алло.
— Привет, — отвечает низкий голос на том конце провода.
Табун мурашек бежит по спине. Дыхание сбивается, а сердце замирает. Я медленно сползаю по стенке вниз и сажусь на пол, прижимая к уху телефон.
— С днем рождения, Дина, — говорит спокойно, но я улавливаю нотки грусти.
— Спасибо.
— Тебе понравился подарок?
Сердце пропускает удар. Я разжимаю ладонь и смотрю на красивые серьги с бриллиантами.
Значит, это все он… Он!
— Как ты узнал, где я живу и мой номер телефона? — спрашиваю охрипшим голосом.
Удивительно! Три года назад мы с семьей переехали в другой город. Уехали за тысячу километров, чтобы начать новую жизнь с чистого листа.
— Я все знаю, — усмехается, — конфетка.
Тело пронзает будто током. Я замолкаю, не зная, что сказать. Страшно? Нет. Я его не боюсь. Просто все так неожиданно и…
Дамир
Загнав машину в гараж, я тянусь к заднему сиденью за подарком и букетом цветов. У Динки сегодня день рождения и я объездил полгорода, чтобы найти осенью тюльпаны. Белые — ее любимые. Выхожу из гаража и двигаюсь к дому с приподнятым настроением, предвкушая сегодняшний день. Последние месяцы я слишком много работаю и приезжаю домой поздно вечером, чаще всего, когда дети уже спят.
Открыв входную дверь, снимаю обувь и, бесшумно ступая, двигаюсь в кухню. Пахнет просто офигенно. Динка занята готовкой и в такие моменты я очень люблю подкрадываться к ней со спины, обнимать за талию и шептать на ушко, как сильно соскучился.
В кухне никого не застаю. Уже собираюсь уходить, как взгляд натыкается на большой букет белых роз. Кто успел раньше меня?
Направляюсь в гостиную и, услышав голос Динки, застываю в дверном проеме. Картинка сидит на полу, прижимая к уху телефон. Она не видит меня в упор, а я глотаю противный ком, подкатывающий к горлу. У любимой девочки на щеке застыла слеза и мне это не кажется.
— Я простила тебя. Давно, — произносит дрожащим голосом.
Хмурюсь, сжимая пальцы в кулаки. Теперь все понятно: розы, слезы и отрешенный взгляд.
— Чувствовала. Ты же знаешь, — говорит Дина и моё сердце пропускает мощный удар, но я по-прежнему ничего не говорю. — Не звони мне больше, ладно? Так будет лучше для всех.
Дина замолкает, а я вижу, как дрожат ее губы, как трясутся руки. Почему она с ним говорит? После всего… Почему?
И тут меня прошибает, будто двести двадцать по оголенным проводам. В голове всплывает последний разговор с Давидом и на душе становится гадко. А он был прав — Дина никогда не была моей. Она всегда наша. Вчера. Сейчас… Ведь после всего, что он сделал, Дина смогла простить! Как? Как такое можно простить, если только не дорогому и любимому человеку.
Заметив меня, Дина кладет трубку и спешит подняться на ноги. Я, сделав вид, что все хорошо, улыбаюсь и шагаю ей навстречу.
Обняв за талию, я поднимаю Динку на руки и, смотря на нее снизу вверх, говорю:
— С днем рождения, любимая девочка.
В ее голубых глазах появляется блеск. Улыбнувшись, Динка обвивает мою шею обеими руками и нежно целует в губы.
— Спасибо, любимый, — отзывается картинка. — Ты сегодня рано приехал.
— Угу, — киваю. — Все ради тебя. А дети где?
— В своих комнатах, — отвечает Динка, а я выгибаю бровь, удивляясь. — Назим и Ляйсан полакомились тортом, — улыбается, — ну в общем, все, как всегда.
— Понятно.
Я опускаю Динку на пол и, взяв за руку, заглядываю в ее глаза.
— Я видел букет роз на кухне, — захожу издалека.
— Курьер доставил час назад.
— От кого?
— Что?
— Цветы от кого? — спрашиваю прямо, хотя ответ, конечно же, знаю.
Мне нужно, чтобы она сказала сама. Нужно убедиться, что между нами нет секретов.
— Ты не поверишь, но цветы от Давида, — наконец-то признается Дина. — Еще подарок. Серьги и колье. Вот.
Динка разжимает ладонь, показывая платиновые украшения.
Вздыхаю, закатив глаза. Он тоже все помнит и до сих пор не может забыть. Злюсь ли я? Конечно же! Но что поделать? Я не могу убить человека просто потому, что он любит мою женщину, как и не могу запретить ему любить. Главное — Динка моя, по паспорту Шагаева. Она со мной, а не с ним. У нас семья, общие дети.
— Не злись, пожалуйста, — Динка обнимает меня за плечи, а затем льнет к груди. — Я тебе кое-что скажу, но ты только не сердись, хорошо?
— Хорошо, — отвечаю я, развязывая на голове Дины платок и распуская длинные волосы.
— Он мне позвонил. Из тюрьмы, представляешь?
— И?
— Поздравил с тридцатилетием.
— И все?
— Нет, конечно же. Но… — отстраняется, смотрит на меня пронзительным взглядом, поджав губы. — Сказал, что ты везунчик.
Я глотаю смешок и сдерживаюсь, чтобы не сказать обидные для Динки слова. Знаю, она любила его когда-то. Даже, если никогда мне в этом не признается, я всегда чувствовал между ними дурацкую связь.
— Мир, я попросила, чтобы он мне больше никогда не звонил. Сказала, что так будет лучше для всех.
— Динка, — вздыхаю, прижимаю любимую девочку к своей груди и шепчу на ухо: — я никогда тебя не отпущу. Ты моя. Любой ценой, понимаешь?
— Не отпускай, — отвечает игривым тоном, — на самом деле всю жизнь я любила и люблю только тебя, Дамир.
Мы сливаемся в страстном поцелуе, и я забываю обо всем. Не было ничего, точнее, забылось, кануло в лету. Анита вышла во второй раз замуж и Аллах даровал ей ребенка. Рената, благополучно избежав брака с Эрнестом, уехала за границу. Давид наказан и отбывает срок в тюрьме. А мы с Динкой самые счастливые: у нас есть двое сыновей и дочь, а в следующем году будет опять пополнение. Картинка снова беременная. Срок семь недель.
25.01.2021