44

Дина

— Я не собираюсь говорить на эту тему, — отвечаю ровным тоном, хотя внутри все содрогается. — Почему мы всё время говорим о Дамире?

— Хочу знать, что ты к нему чувствуешь.

Ухмыляюсь. Закатываю глаза.

— Вот, значит, что тебя волнует. А я-то думала, ты всё проверил. Разве, нет? — Давид молчит и тогда я добавляю: — а, Давид? Я прошла твою проверку? Или её было недостаточно?

На последней фразе я повышаю тон. Злюсь. На него. На себя! Наш разговор ступил на опасную стезю. После всего, что произошло я не обязана давать Давиду какие-либо объяснения.

— Дин, я же сказал, что был пьян. Не знаю, что на меня нашло, но… — вздыхает, тянется рукой к моей ноге, кладет на нее ладонь. — Я очень сожалею. И хочу вернуть всё назад. Хочу, чтобы мы снова были вместе.

Убираю его руку. Отстраняюсь.

— Но это невозможно, — отворачиваюсь к окну и смотрю вдаль; куда угодно, лишь бы не на него. — Для меня недопустим такой формат отношений!

Машина снижает скорость. Перестраивается в правый ряд. Останавливается.

— А какой допустимый? — спрашивает, поворачиваясь ко мне корпусом. — Дин? Неужели ты ко мне ничего не чувствуешь? Как можешь… Так просто. Взять и всё перечеркнуть? Я допустил ошибку, но… Одну. Единственную.

— Давид, — вздыхаю. — Отвези меня на работу. Я опаздываю. Очень сильно.

— Не хочешь говорить, — не спрашивает, а констатирует факт.

Так и есть. Не хочу говорить. Пока что я не готова. Ещё не успокоилась. Ещё больно!

Больше не говорим. Всю дорогу молчим. Давид подвозит меня до самой больницы и, не говоря ни слова, уезжает.

Я смотрю вслед удаляющемуся мерседесу и понимаю, что на этот раз это точно конец!

Не смогу!

Не хочу!

Не выдержу! Нужно обрубать все концы и жить дальше.

Погружаюсь в работу. Сегодня её очень много. К вечеру едва не валюсь с ног. Когда выхожу из больницы на улице уже темно. Бреду к центральным воротам, опустив голову вниз. Никого не вижу, да и не хочу. Я просто иду домой, но…

— Малиновская, — слышится совсем рядом.

Оборачиваюсь.

— Подвезти?

Не могу поверить глазам! Хлопаю ресницами. Дышу быстро, поверхностно, будто минуту назад пробежала настоящий марафон. Дамир стоит напротив, опираясь бёдрами на капот своего авто и дерзко улыбается, сканируя меня с головы до ног.

— Ты?! — брови ползут вверх. Делаю шаг вперёд, навстречу ему. — Что ты здесь делаешь?

— Жду. Тебя, — улыбается. Подходит ко мне, забирает сумку. Открывает в машине дверь с пассажирской стороны: — прошу.

Истерически смеюсь:

— Вы издеваетесь надо мной?

— Ты о чём?

— Ты. Давид. Один отвозит на работу, другой — забирает. Вы опять затеяли какую-то игру? Очередную проверку?

Дамир хмурится, сжимает кулаки:

— Нет. Чтобы ты понимала, я никогда тебя не проверял. И не собираюсь этого делать. Ни сегодня. Ни завтра.

— Да?! А что же тогда было той ночью? Значит, мне показалось?

— Значит, Давид — дебил. А я… Лишь открыл на этот факт тебе глаза. Считай так, — ухмыляется.