45

Дина

Я ничего не отвечаю.

Дебил? По-моему, они друг друга стоят. Двое из ларца, одинаковы с лица! Ни дать ни взять. Надоели. Осточертели.

Дамир отвозит меня домой. Я выхожу из машины и намереваюсь попрощаться с Шагаевым, но он… Идёт следом за мной. Заходит в подъезд, лифт, а потом и в квартиру. Я в шоке от такой наглости. Даже теряю дар речи. В ступоре.

— Дамир, а ты не обнаглел? — становлюсь поперек его дороги. — Приходишь, как к себе домой. Я тебя даже не приглашала!

Мой голос повышен, а на груди скрещены руки. Что за номер? Дамир снимает кроссовки, становится напротив меня, бережно берёт за плечи и отодвигает в сторону, будто какую-то тумбочку. Идёт в ванную комнату. Тщательно моет руки.

Я становлюсь за его спиной:

— Дамир! Ты наглеешь.

Ухмыляется, поднимает взгляд вверх. Смотрит на меня в зеркальном отражении.

— Я к сыну пришел. Не к тебе. Между прочим, имею право.

Я фыркаю. Громко. Нет слов. Совсем нет!

— Дин, отойди, а? — поворачивается ко мне лицом и пытается выйти из ванной комнаты, но я не позволяю. — Дай пройти.

— Нет. Ты кем себя возомнил? Два с половиной года у ребёнка не было отца. А сейчас… Появляешься ты. Приходишь поздно вечером. Даришь ему эмоции, а я потом не сплю полночи. Не надо, Дамир! Не делай этого. Ты уходишь, а я остаюсь…

— Так в чём проблема? — хмурит лоб, щурит глаза.

— В тебе проблема, — не сдерживаюсь и тычу пальцем в широкую грудь. — Не нужно так часто приходить. И не так поздно! Ты можешь предупреждать о своих планах, а не ставить меня перед фактом, как всегда?

Дамир опускает взгляд на мою руку:

— Я могу не уходить. Только попроси.

Вздрагиваю.

— Попросить?

— Да, — кивает головой. — Одно слово, Дин. Я никуда не уйду. Никогда!

Что? Не верю ушам. Я в шоке от подобной наглости.

— Знаешь, что?! — глотаю смешок. — Оставайся. Играй с сыном. Дари ему эмоции, а потом всю ночь сиди возле его кровати.

Разворачиваюсь и ухожу.

Уже в кухне. Разогреваю ужин. Накрываю стол. Садимся. Я, мама, Дамир, Санька. Молчим все. Санька не слазит с коленей отца. Совсем не ест. Балуется.

Никакой дисциплины! Злюсь. Очень сильно. Если так пойдет дальше, то Дамир сына разбалует окончательно. Папа хороший, замечательный. Играет, разрешает шалить, а я? Цербер, что ли?!

Мама первой встаёт из-за стола. Снова уходит к соседке. Остаёмся наедине. Я мою посуду, а Дамир сидит на полу и играет с сыном. Собирают конструктор.

Произношу, не оборачиваясь:

— Десять часов ночи. Папочка! Может, уложишь сына спать?

— Дин, — отзывается Дамир. — Я остаюсь только на сегодня? Не услышал.

Закатываю глаза. Делаю глубокий вдох. Оборачиваюсь. Порываюсь ответить, но в кармане Дамира звонит телефон.

Шагаев принимает вызов. Молча слушает. Бледнеет с каждой секундой. Завершает разговор. Поднимается на ноги. Целует Саньку и идёт в коридор.

Я следую за ним.

— Что-то случилось?

— Анита. В больнице, — коротко отвечает и в спешке покидает мою квартиру.