57

Дина

— Ничего себе! — восклицаю, рассматривая детское автокресло. — А папа у нас подготовился.

Улыбаюсь. Подхватываю Саньку на руки и усаживаю в кресло. Дамир тактично отодвигает меня в сторону:

— Мы сами, мамочка. Да, Санёк?! — подмигивает сыну и тот задорно хохочет.

«Мамочка»! Боже, я схожу с ума от этих слов. Нежность и радость наполняют моё сердце приятным волнением. Значит, вот какое оно — счастье!

Я устраиваюсь на пассажирском сиденье впереди. Дамир садится за руль. На короткий миг поворачивает корпус в мою сторону, берет за запястье, подносит к губам:

— Спасибо.

— За что? — удивляюсь я.

— За сына, за твою любовь, — Дамир тяжело вздыхает, и я улавливаю в его глазах подобие грусти: — я буду хорошим отцом и самым лучшим мужем. Ты не пожалеешь.

— Мужем?!

Дамир ухмыляется. Одобрительно кивает головой и тянется к ключу зажигания.

Я в шоке! В ступоре!

Это, что сейчас было?!

Он, как бы, женатый. Разве, нет?

— Я подал на развод, — говорит Дамир, между прочим. — Вопрос нескольких месяцев. Дай бог, быстрее.

— Когда ты успел?

— Неважно, — улыбается, продолжая смотреть на дорогу. — Важно, что рядом со мной самые близкие и родные люди.

Я млею. Последние ледяные стены тают. Я почти сдалась. Больше нет сил держать оборону. Слышать от Дамира подобные слова — дорогого стоит. Он же сам по себе сухой, жёсткий, но сейчас… Будто перевернул весь мир вверх дном. Я даже и мечтать не могла, что когда-нибудь познакомлю отца с сыном, а тут…

Всё вдребезги.

Сначала встреча на дороге. ДТП. Скорая помощь. Потом клуб, а ещё потом… Много чего. Он пытался меня сломать. Думал, я слабая и уйду с его пути. Но я не ушла. Осталась! И всё тайное стало явным.

Значит, всё было не зря. Не напрасно!

Через полчаса Дамир паркует машину напротив одного торгового центра. Я выхожу первой из авто и сразу же бегу к сыну, но… Дамир всё делает сам: расстегивает ремень безопасности, достаёт Саньку, садит себе на плечи.

Сыну нравится. Он улыбается едва не до ушей, крепко держась за шею отца.

Плачу. Тихо-тихо, чтобы никто не видел, не слышал. Смахиваю одинокие слезинки и достаю из кармана телефон, чтобы сделать совместное фото. Подхожу к Дамиру и устраиваюсь рядом, положив голову на сильное плечо. Фотографирую несколько раз. Получается хорошо. Трое счастливых людей. Папа, мама, сын. Все вместе, как и должны быть.

— Я люблю тебя, — шепчет на ухо Дамир и нежно целует в щеку.

Не отвечаю. В спешке сую телефон в карман и быстрым шагом иду вперёд.

Оборачиваюсь:

— Догоняйте.

Дамир стоит на месте, не шевелится:

— Ты не ответишь? — тёмные брови ползут вверх.

Отрицательно киваю головой.

— Шагаев, кажется, ты собирался ухаживать. Передумал?

— Дин, я долго не смогу, — вздыхает.

Я понимаю. Сама не смогу долго, но! Не хочется спешить. Не хочется с разбега и в омут, в болото. Ведь затянет. Не выберусь. Совсем потеряю себя. Опять…

— Я верю в твои способности. Сможешь, — игриво подмигиваю и поворачиваюсь спиной.

В гипермаркете забиваем две тележки до самого верха. Мне даже не верится, что мы способны столько съесть, но Дамиру виднее. Он непростительно сорит деньгами и меня это немного раздражает. Покупает Саньке всё, что не попросит. Сладости, игрушки, соки… Мама дорогая, я за голову берусь, представляя масштабы кариеса, если такие покупки войдут в привычку.

Уже на кассе я тактично забираю шоколадные яйца и кладу их обратно, на полку.

— Дамир, — шиплю сквозь плотно сжатые зубы. — Не ведись на поводу. Завтра Санька попросит машину и, что?

— Значит, куплю машину.

Я закатываю глаза, выдыхаю.

— Нет, Шагаев, так дело не пойдёт.

— Поговорим дома, — шепчет на ухо.

Сдерживаюсь. Он прав. Поговорим наедине, но тогда пусть готовится!

Забив багажник пакетами, продолжаем путь. Санька по дороге засыпает. Я смотрю на спящего сына и ощущаю, как быстро стучит сердце. Внутренний голос бьет тревогу. Волнуюсь. Машина сворачивает с главной дороги. Заезжает в дачный поселок. За окном мелькают невысокие дома, пожелтевшие деревья.

Автомобиль останавливается напротив ворот. Я, с интересом оглянувшись по сторонам, выхожу из машины. Дамир подходит сзади. Обнимает за талию, притягивает к себе. Прижимается к моим ягодицам.

Тысячи мурашек бегут по спине. По телу проносятся знакомые спазмы. Воздух накаляется… Я откидываю голову на его плечо и позволяю себе немного помечтать.

— Ну, наконец-то! — произносит незнакомый мужской голос, и я вздрагиваю, распахивая глаза.

Высокий, подтянутый мужчина. Тёмные волосы покрыты первой проседью. Глаза большие, добрые, цвета виски, как и у Саньки, Дамира.

Задыхаюсь. Хлопаю ресницами.

Мужчина подходит ближе. Здоровается с Дамиром за руку, а затем устремляет взгляд на меня. Смотрит долго, пронзительно. Щурится.

Я глотаю в горле ком. Он узнал меня. Точно узнал. Я — копия мамы, точь-в-точь!

Дамир нарушает тишину:

— Папа, это моя Дина.