Глава 37

— Куда мы едем?

Я рассеянно смотрела в окно. Мы проезжали мимо ресторана, где вчера отмечали день рождения отца Дамира. Тогда я думала, что почти наладила отношения со всеми его родственниками. А вот сегодня, словно побитая собака, уезжала.

— Я сниму номер в гостинице, — Дамир сжал мою руку, — а потом мы с Рустамом вернёмся.

— Вернётесь? — я встрепенулась, косясь на Рустама, который сидел за рулём минивэна. — Что значит, вернётесь? Ты оставишь меня в гостинице, а сам?

— Милана, так надо.

— Знаешь, что мне на самом деле сейчас надо? Чтобы ты был со мной. После всего, что случилось я нуждаюсь в тебе.

— Я знаю, но…

— Милана, — остановившись у входа в отель, брат Дамира развернулся к нам, — пойми, нам надо вернуться. Нельзя спустить такое на тормозах. Хабиба надо наказать. Во-первых, он посягнул на честь женщины. Руку на тебя поднял. А, во-вторых, ты жена его брата. Он семью опозорил.

— И что вы собираетесь делать? Вы же не убьёте его?

— Нет, что с ним делать, решат дед и отец.

— Это же и меня касается, разве нет? — я взяла Дамира за руку. — Почему ты увёз меня, словно это я виновата в том, что произошло? Зачем мы вообще уехали? А если он, если все поверят ему?

— Не поверят, — Рустам зло поджал губы, — это не единственный раз, когда он… На вашей помолвке… если бы не мой отец и не его знакомства, Хабиба бы упекли минимум на пятнадцать суток. И никто не считает, что ты виновата, нет. Мы хотим защитить тебя, оградить ото всего.

— Къуш, давай не будем терять время. Я сейчас сниму номер, закажу тебе обед и горячий чай. А ты примешь душ, поешь, и будешь ждать меня. Хорошо?

— Я подумаю.

Всё, чего хотелось на самом деле, это вернуться домой. Забраться в постель, укрыться с головой одеялом, и лежать.

На стойке регистрации я первой успела схватить ключ от номера и свой паспорт. Постаралась проигнорировать усмешку Дамира и пошла к лифту, не оставляя ему иного выбора, кроме того, как взять чемодан и шагать за мной.

— Милана, — едва переступив порог комнаты, Дамир взял меня за руку и потянул на себя, — я же могу рассчитывать на тебя и твоё благоразумие? Пожалуйста, не делай глупостей.

Обида разъедала уголки глаз. Да, возможно, эгоистичное желание, но плевать мне было на Хабиба и всю семью Исматовых. Мне прямо сейчас был необходим Дамир и его объятия. И слова утешения, что всё будет хорошо. Я выдернула руку из цепкой хватки и отошла на пару шагов.

— И что, никакой подстраховки с твоей стороны?

— В смысле?

— Ты же мастер накачивать меня успокоительными. Так давай! Может, вот именно сейчас они мне необходимы, чтобы забыть всё, отключиться.

— Нет, пташка, — ему хватило одного шага, чтобы сократить расстояние между нами. Дамир взял в ладони моё лицо, и смотрел так нежно и заботливо, — только душ, чай и сон. Я люблю тебя. И я постараюсь всё уладить как можно быстрее.

Он ушёл. А я схватила с дивана маленькую подушку и пульнула в закрытую дверь.

— Пошёл ты к чёрту! Не делать глупости и быть благоразумной? Как? Как это сделать, когда ты нужен мне здесь?

Размазывая слёзы, я вкатила чемодан в спальню и, бросив его на кровать, стала рыться в аккуратно сложенных вещах. К чёрту обед и горячий чай. К чёрту Дамира и его семью. У меня была идея получше: спуститься в бар и заказать себе коктейль покрепче. И не один. И к чёрту платье, много чести этому городу и отелю, я решила, что пойду так, в джинсах и толстовке.

Не утруждая себя тем, чтобы навести порядок в чемодане, я схватила свой маленький рюкзачок, сунула в него паспорт и кошелек с наличкой и кредиткой. Привела себя в порядок, а после этого решительно вышла из номера. И спина к спине столкнулась с Юлькой. Кто ж знал, что наши номера окажутся напротив?

— Миланка? Что ты тут?.. Всё в порядке? Я думала, вы сразу в аэропорт.

— А я думала, что вы уехали уже.

— Нет, решили, что в ночь будет лучше. Ребятам после вчерашнего отойти надо, так что…

Я кинулась к подруге, почти задушив её в объятиях:

— Это хорошо, тогда я с вами.

— Ланка, — отстранив меня на расстояние вытянутой руки, Юля насупила брови, — Ну-ка, выкладывай, что случилось? Снова поссорились? Всё из-за его семьи?

— Мы не ссорились, но его семья… Пойдём в бар, а? Обещаю говорить правду, и только правду. Только дай слово, что ничего не расскажешь Ярославу и Денису.

В баре было тихо и спокойно. Малолюдно. Не сговариваясь, мы выбрали столик у окна и стали ждать официанта.

— Ты есть будешь? — я листала меню, убеждаясь в правоте пословицы, что аппетит приходит во время еды. — Я вот думаю мясо заказать.

— Нет, я только какой-нибудь овощной салат.

— Эй! — я посмотрела на подругу поверх раскрытой папки, — я угощаю, поняла?

Официант подоспел как раз вовремя, Юлька ничего возразить не успела.

— Принесите нам самое вкусное мясо, какое только умеет готовить ваш повар. Овощи, что-нибудь ещё из закусок на ваше усмотрение. И, у вас есть вино с завода Исматовых?

— Да, — молодой мужчина кивнул, — есть традиционные сорта, а есть эксклюзивное, авторское.

— Давайте его, — я наклонилась к Юле, — сделаем приятное Илларии? Только ей, не всей семейке.

— Как скажешь. И воду, пожалуйста. Только воду можно побыстрее?

Заказ был сделан, официант удалился. А вот Юля тотчас налетела на меня:

— Давай, рассказывай, что случилось. И не юли, знаю я тебя. Что опять натворил Дамир?

Я вздохнула:

— Не он, Хабиб…

И я выложила подруге всё.

Первые несколько секунд после моего рассказа царила тишина. А потом Юлька пересела ближе ко мне, стиснула в объятиях так, что я едва могла дышать, и выдохнула:

— Ланка, бедная ты моя. Как ты себя чувствуешь?

— По правде, хреново. Сказать, что вывернута на изнанку, не сказать ничего. Я знала, что справлюсь с Хабибом. Но вот его мать… как будто меня в грязи вываляли. Но хуже то, что Дамир, что его нет рядом. А что, если он поверил, что я сама соблазнила?..

— Нет, мне кажется, он в самом деле хочет тебя защитить, от нападок своей мачехи так точно. Я полностью на твоей стороне, но ты и его пойми, каково сейчас ему? Поступить так гнусно, да ещё надеяться, что всё сойдёт с рук?.. Нет, Хабиб избалованный мудак, который очень даже вписывается во все мыслимые стереотипы о кавказцах. Понимаю, что это трудно, только когда Дамир придёт, выслушай его, хорошо?

— Не знаю. Я ведь не такая уж слабая и никчёмная. Почему он не взял меня с собой? Я могла бы постоять за него. И за себя.

— Я это знаю, — Юля хмыкнула, — позволь этот вопрос решить ему самостоятельно.

— Позволю, — я мило улыбнулась официанту, который принёс заказ. — Но мне необходимо выпить. Хочу всё забыть. Знаю я, что ты скажешь, что это временная амнезия с, возможно, печальными последствиями. Вот только мне это надо. И ещё, ты же понимаешь, что ни Ярослав, ни Денис не должны знать об этом? — Юля кивнула. — И, если Дамир не вернётся до вашего отъезда, я поеду с вами.

— Хорошо.

— Напейся со мной, а?

— Не сегодня, — Юлька слабо улыбнулась мне и сделала глоток воды, — как-нибудь в другой раз.

— Тогда хотя бы поешь. Мясо вкусное, а ты одни листья салата уминаешь, — я повернулась к подруге: бледная, почти серого цвета, она снова отпила воды и сделала вдох, прикрывая нос ладонью. — Ты? Ты отравилась вчера? Ты нормально себя чувствуешь? Давай, Дамир осмотрит тебя, как только вернётся.

— Не надо Дамира, — Юлька схватила меня за руку, — со мной в порядке, просто… тошнит от запаха мяса. Не обращай внимания, скоро пройдёт.

Достаточно было ещё раз посмотреть на подругу, сложить два и два, и обо всём догадаться. Схватить Юльку за руки и суметь сдержаться и не закричать:

— Так ты?.. Ты от этом хотела со мной поговорить ещё тогда? Господи, это же так здорово! Так круто! А Ярослав, он знает?

— Тише ты, не привлекай внимания. Да, я беременна, а вот твой брат не в курсе пока ещё. Я не знаю, как ему сказать и говорить ли вообще.

— Что значит, «говорить ли вообще»? Юлька, ты же не думаешь?..

— Я не знаю, ничего не знаю. Всё так быстро. А вдруг он решит, что я специально?

— А ты специально?

— Пф, нет, конечно. Это твой брат… мы поссорились недели три назад, крупно, а потом помирились, бурно и без… без презика. А я его предупреждала, а он… «Ничего не будет, малыш, успокойся». И вот.

— Я рада, — мы прижались друг к другу и посмотрели на ребят, — и Ярик, я уверена, будет рад.

— А если нет?

— А если нет, то мы с Денисом надерём ему задницу. Не переживай, тебе нельзя, и всё будет хорошо.

Юля вздохнула:

— А если бы ты?.. Дамир бы обрадовался?

— Думаю, да. Смеяться будешь, но мы на днях говорили о детях, даже имена выбрали, — теперь вздыхать была моя очередь: — Дамиру тридцать. И если у меня всё в порядке с математикой, то у его отца в этом возрасте было уже трое сыновей. Но я выторговала у него год, как минимум год. А там посмотрим. Мы сейчас не об этом, а о тебе. Юлька, это же так… Круто! Ты сумела переключить моё внимание и… И ешь, давай! Зажми нос и навались на мясо, не ради себя. Ради моего племянника или племянницы.

— Нет, неугомонная ты моя, мясо точно не буду, только салат.

— Ну и как хочешь, — я сделала глоток вина и переложила стейк из тарелки подруги в свою, а ей выложила салат и овощи-гриль, — мне больше достанется.

— Конечно, не моё дело, но… А у тебя с циклом всё нормально? Просто, ты ешь за двоих, как не в себя.

— У меня всё нормально, я заедаю двойной стресс. Тебе, как психологу, эта проблема должна быть хорошо известна.

— Двойной стресс, — Юлька многозначительно хмыкнула, — ну-ну.

Странно, что за всё время обеда ни мне, ни Юле никто не позвонил и не написал ни одного сообщения. Ну, ладно, Дамир, он наивно полагал, что может рассчитывать на моё благоразумие. Но Ярик и Дэн, они что, совершенно не волновались о том, куда пропала Юля?

Я вернула официанту папку со счетом, не забыв оставить щедрые чаевые. Впервые в жизни совесть не грызла меня за то, что я расплачивалась картой Дамира.

— Мальчишки в номере?

— Нет, они гуляют по городу, закупаются сувенирами. Обещали ребятам со службы местный колорит привезти, — Юля первой встала из-за стола. — Ланка, ты сейчас куда? К себе в номер?

— Можно я у тебя побуду? Не хочу сейчас оставаться одна.

Хорошо иметь подругу, которая всё понимала. Просто обняла за плечи и вела, ничего не спрашивая.

А вот ребята спросили. Мы встретились с ними у лифта.

— Милана?

— И тебе привет, дорогой братец. Опережая все твои вопросы, скажу, что да, мы с Дамиром немного повздорили, но ничего серьёзного, я на это надеюсь. Что он снял нам, да, нам, номер в гостинице, а сейчас решает кое-какие проблемы со своей семьёй.

— И эти проблемы касаются тебя?

— Отчасти, — вдаваться в подробности не хотелось, — давай не будем об этом. Лучше покажите, что вы там купили?

— Покажем, — Денис подмигнул мне, терпеливо ожидая, пока Юля откроет номер, — выглядишь какой-то усталой. Так что, если ты интересуешься из вежливости, а на самом деле хочешь побыть одна, то…

— Денис, не неси чушь, — Юля пропустила парней, отступив от двери, — если бы Ланка хотела побыть одна, она пошла бы в свой номер. Ей нужна компания. И потом, мы её друзья.

— Кстати, об этом. Сестрёнка, можно тебя на минутку?

— Конечно.

Мы с братом снова вышли в коридор. Завернули за угол и тут, явно нервничая, Ярик достал из кармана небольшую сувенирную коробочку. Ох, не передо мной он должен был раскрыть её, но.

— Вот, — он протянул мне серебряное кольцо, выполненное дагестанскими ювелирами в народных традициях, — как тебе? Увидел тут в одной лавке и не смог удержаться. Думаю, это то, что нужно. Что скажешь?

— Очень красивое. Но это же не мне?

— Нет, — Ярослав сунул руки в карманы, переминаясь с пятки на носок. Таким взволнованным я своего брата ещё не видела. — Скажешь, рано, да? И она согласится? Я подумал, а чего тянуть-то? Вот только…

— Не рано, — не смогла удержаться и не обнять бедолагу, — и она согласится, я уверена. А тянуть и в самом деле не надо. Поздравляю, — чуть не сказала «папаша», но вовремя прикусила язык, — жених. Теперь я могу тебя дразнить? Тили-тили тесто…

— Подожди ты, а вдруг она откажет? И что?

— А ты спроси, и узнаешь.

— Спрошу, но не сейчас. Сейчас того, это, сувениры, ты же хотела посмотреть.

— Хорошо, идём.

Ребята вывалили покупки прямо на диван в гостиной и хвастали купленными сувенирами, среди которых, слава богу, не было магнитиков на холодильник. Я кивала и даже удивленно вскидывала бровь, вот только мысли мои были далеко. И они не касались радостного секрета, в который я была посвящена. Эх, вот что за несправедливость? Хранить тайну очень трудно, тем более от лучшей подруги, тем более что эта тайна касалась её самой. И Дамиру не расскажешь, потому что он сейчас не со мной. А где?

Каким-то странным образом беспокойство о том, почему Дамир не звонит, переросло в непонятную тревогу. Не о нём. Не о наших отношениях, что странно. Почему-то я была уверена, что у нас всё наладится. Волнение, что колючим инеем забралось под кожу, касалось чего-то другого, но чего именно я понять не могла. И пока Денис примерял на себя образ джигита, нахлобучив папаху и демонстрируя сувенирный кинжал, воспользовалась тем, что Ярик и Юлька угорали над ним, и улизнула.

Ходила по комнате, пытаясь понять, что не так. И почему я не могла ухватить то, что лежало на поверхности? Какую-то очевидную вещь, неоспоримый факт, которого я боялась. Вот произнесу вслух, признаю его наличие и всё, дамоклов меч сорвётся с конского волоса.

— Миланка, ты здесь?

Юлька осторожно сунула нос в дверь номера. И, поняв, что со мной всё в порядке и что я тут одна, выдохнула.

— Здесь, — я плюхнулась на диван, — можешь мне помочь? Всего одна просьба.

— И какая? Организовать твой побег?

— Нет. Ты же делала тест, да? — подруга кивнула, понимая, о чём я спрашиваю. — Может, у тебя остался лишний?

— Ланка, ты?..

— Не знаю. Вроде, да, а, вроде, нет. Мне надо убедиться.

— Кажется, один оставался, я сейчас.

Через минуту Юля протягивала мне картонную коробочку с тем самым дамокловым мечом. И уходить она не собиралась. Но мне нужно было сделать это одной.

— Юлечка, прости, но ты не могла бы… Я хочу одна, сама, понимаешь?

— Понимаю. Но я тут, в номере напротив, помни об этом, хорошо? И я всегда на твоей стороне. Хотя, — от досады она топнула ножкой, — это не честно. И не справедливо. Я от любопытства умру.

— А я от всего остального.

Я действовала точно по инструкции. Вот только смотреть на то, как сработает реактив, не могла.

Выключая свет во всем номере, в том числе и в на удивление просторной ванной, но оставляя дверь в неё открытой, я села на коврик, в самом углу. Подтянула колени к груди и постаралась отключиться ото всего. Ни о чем не думать. Что будет, то и будет. Тест никуда от меня не сбежит, я надежно зажала его в кулаке. Вот только чуточку подожду.

Опуская подбородок на колени, я закрыла глаза. И, кажется, уснула.