Глава 18

Она склонилась еще ниже, и уже хотела приняться за дело, как я резко ее отстранил, схватив за подбородок и заглядывая в глаза:

— Знаешь, на кого ты похожа? зло прошипел, глядя, как серые глаза горели в предвкушении.

— На женщину, которая страстно хочет своего мужчину, — тяжело дыша, прошептала она, при этом сладко прикусывая нижнюю губу.

— На бл*дь, раскинувшую ноги по первому зову, — ответил все в том же тоне и с силой отшвырнул от себя, поднимаясь из кресла и застегивая джинсы.

Хоть я и был подвыпившим, но голова соображала здраво, настолько, чтобы я мог понять, что трахать эту шлюху не собираюсь. Слишком мерзкой она для меня оказалась, а судя по ее ошарашенному и оскорбленному взгляду, Аня не ожидала такой развязки.

— Поднимайся! закричал я, взбешенный ее задержкой.

— Дамир, почему ты так со мной?

— А как с тобой, Аня? Ты мне своими намеками дала понять, что готова лечь под меня по щелчку. Я позвонил тебе, и ты прискакала как сучка, и сразу же упала мне в ноги, — шипел я, схватив ее за ворот платья.

— Я же знаю, что тебе сейчас плохо. Лия тебя бросила и я хочу всего лишь тебя утешить

— Кто тебе сказал, что Лия меня бросила? рванув ее за ворот, поднял на ноги, внимательно смотря в глаза, наполненные страхом.

— Так об этом весь офис говорит, — заикаясь, ответила она, руками схватившись за мою руку, которая уже с силой сжала тонкую шею.

— Офис, значит, говорит. Наверное, я много плачу вам, правда?

— Я случайно в курилке услышала

— А ты что, как стадо: куда все, туда и ты?

— Я нет, нет, Дамир. Отпусти, прошу.

— Ждала, когда я позову, да?

— Ждала, — резко закивала головой, соглашаясь, и вдруг замерла, взглядом блуждая по моему лицу, — Дамир, я же люблю тебя, всем сердцем, всей душой. Прошу, не прогоняй меня.

— Любишь, говоришь?

— Очень-очень.

— Тогда, ответь мне на один вопрос.

— Конечно, спрашивай, что угодно!

— Кто отравил Лию? встряхнул ее еще раз и принялся ждать ответа.

Аня замерла в моих руках, а потом принялась быстро качать головой, открывая и закрывая рот.

— Я-я-я

— Ты?

— Нет, я, Дамир, я не знаю, нет.

— Ты же меня не обманываешь, правда, Анечка?

— Да, я не обманываю. Зачем мне это?

— Умница, хорошая девочка, — злорадно прошептал я и, приблизившись к ее лицу, добавил у самых губ: — Но, запомни: если ты мне соврала пожалеешь. Я превращу твою жизнь в ад!

— Дамирушка, я не знаю, честно-честно!

— Не смей меня так называть! разозлился еще больше, вспоминая, что только Лия могла так нежно ко мне обращаться.

— Да, прости — опустив глаза, произнесла она и всхлипнула, что мне сразу же не понравилось.

— Пошла вон из моего дома, — и оттолкнув ее, развернулся и прошел в кухню.

Остановившись у окна, руками оперся о подоконник и пустым взглядом посмотрел на улицу. Хотелось дождаться, когда из квартиры уберется эта паршивка, а потом отправиться спать, чтобы хоть какое-то время не думать о Лии. Теперь, когда она была далеко, мне меньше всего хотелось вспоминать ее, меньше всего хотелось рвать из-за нее сердце.

Неожиданно я почувствовал руки у себя на животе, а со спины ко мне прильнуло горячее тело.

— Дамир, пожалуйста, не выгоняй меня, я сделаю все, что ты захочешь, — быстро заговорила она, а я лишь обернулся и с силой оторвал от себя ее руки.

— Пошла вон!

Я быстрым шагом прошел в прихожую, достал из портмоне двухсотенную купюру и всунул ей в руку, чтобы она могла оплатить проезд. Схватил куртку, также протянул ей, Аня перехватила ее, и принялась обуваться, пока я открывал входную дверь.

— Вот так ты оцениваешь мои старания? обиженно проговорила она и, натянув куртку, посмотрела мне в глаза.

— На такси хватит. Проваливай! грубо отчеканил я, и перед самым ее носом захлопнул дверь.

Идиот, на что я рассчитывал? Думал, нажрусь и будет легче принять какую-то бабу? Да перед глазами стояло лицо моей малышки, и казалось даже, что она с осуждением смотрела на меня. Черт! В кого я превратился с этой долбанной, никому ненужной любовью? Она уже думать забыла обо мне, а я все хожу страдаю, какой-то бред несу. Но, как бы там ни было, понимал, что не могу быть с другой женщиной, — пока не могу. И не хочу. Нужно время, чтобы из памяти выветрилась та, которая пробралась мне не только в голову, но и в сердце.

А Аня повела себя, как дешевая шл*ха, у которой нет никакой морали и принципов. Я позвал, и она, тут как тут прибежала, словно верная собачонка. Но я до сих пор помнил, с какой ненавистью Анна смотрела на Лию. Помнил и то, что я так и не смог найти того урода, посмевшего отравить мою девочку. Возможно, поэтому мне стала так омерзительна моя секретарша. Ведь из ее рук малышка взяла тогда стакан с соком.

Тяжело вздохнув, я снова подумал о том, что любимая могла быть сейчас рядом. Как мы могли нежиться в теплой постели в объятиях друг друга, я бы наслаждался ее запахом, ее смехом, но к сожалению К сожалению, теперь она это делала с Шираевым, который был ей и мил и дорог.

— Как же я его ненавижу, — прошептал в тишину, и выключив везде свет, отправился спать, стараясь хоть немного забыться.

Завтра меня ждал очередной трудный день борьбы с самим собой, а потому необходимо поспать, чтобы снова найти в себе силы. Просто я еще даже представить не мог, что скучать по моей девочке, — это лишь малая доля моих страданий, ведь, самое сложное еще впереди.

Спустя полгода.

— Привет, брат, вижу ты не занят, — в кабинет вошел Кирилл, и целенаправленно подошел ко мне.

— Как ты догадался? съязвил я, продолжая курить и смотреть в окно на голубое небо, удобно развалившись в кресле.

— Мысли прочитал. Ольга Леонидовна меня пропустила, сказав, что ее шеф не в настроении и помочь могу только я.

— Ольга Леонидовна хорошо меня изучила за полгода, — улыбнулся уголками губ и снова затянулся.

После того, как Аня показала мне свое настоящее лицо, я сразу же ее уволил, и мне нашли компетентного секретаря, умную женщину и просто хорошего человека, которого я очень ценил. Ольга никуда не лезла, разговаривала со мной только о работе, и ни разу я не замечал в ней презрительного или недовольного взгляда. Мне нравилось то, что женщина пришла сюда только работать, за что я ей неплохо платил.

— Кофе угостишь?

— Угощайся, заказать знаешь, как. Чего вообще пожаловал?

— Не слишком ты приветлив, — заметил Кирилл и, нажав кнопку коммуникатора, произнес: — Ольга Леонидовна

— Два кофе, Кирилл Тимурович?

— Обожаю вас, — улыбнулся он, смотря на кнопки.

— Пять минут, — ответила женщина, а брат, отключив связь, сразу же уселся на диван.

— Отличная секретарша.

— Какого хрена ты лыбишься? взбесился я, глядя на его довольную улыбку.

— Не знаю, просто отличное настроение, чего не могу сказать про тебя.

— А чему мне радоваться, Кир? усевшись ровно, спросил я, и обернулся к столу, чтобы затушить окурок.

— Ну, хотя бы отличной погоде?

— Радоваться я могу удачно заключенной сделке, — ответил, и закинул руки за голову, сцепляя их в замок на затылке.

— Дамир, ты очень изменился. Я знаю, что и раньше ты за свою работу радовался больше всего, но когда-то у тебя были и другие интересы.

— Другие интересы больше не интересны. Теперь меня волнует только мой бизнес.

— А жить ты, когда собираешься? вспылил брат, яростно прожигая меня взглядом.

— Что ты от меня хочешь, не пойму?

— Я тебя не узнаю: где свора баб, околачивающихся возле тебя?

— Знаешь, Кир, вокруг тебя я тоже никого не наблюдаю!

— Так у меня есть любимая женщина! воскликнул он и, поднявшись с дивана, схватил сигарету из моей пачки, лежавшей на столе.

— И что? Живешь то ты не с ней! заметил я, но осекся, зная, что брату тоже нелегко приходится на любовном фронте.

— Не с ней. Но мне никто другой не нужен, и еще я стараюсь завоевать ее доверие. А если буду гулять налево и направо, то она точно никогда не пустит меня к себе.

В дверь постучали, и в кабинет вошла Ольга Леонидовна, держа в руках поднос с чашками.

— Можно?

— Конечно, — ответил я, и дождавшись, когда она расставит наши чашки с кофе, спросил: — Вы после обеда меня проинспектируете на ближайшие мероприятия?

— Да, Дамир Тимурович, запланировано несколько. Я вам позже подробно расскажу.

— Спасибо. Можете идти, — женщина кивнула и снова оставила нас с братом наедине.

— А что ты скажешь? Что, на счет тебя? спросил Кирилл, внимательно смотря на меня.

— На счет меня- ничего.

— Руслана сказала, что виделась с Лией.

— Мне плевать, пей свой кофе, — строго отчеканил я, не желая слышать это имя.

— Дамир.

— Что такое, Кирилл? Мне хватает новостей от человека, который постоянно за ней следит. Что еще?

— Сколько ты еще будешь страдать?

— Я не страдаю! Она сделала все, чтобы я ее возненавидел, — соврал я, злясь что брат снова завел этот разговор. Пусть радуется жизни с этим ублюдком и рожает ему детей.

— Тогда ты перестань вести себя как дурак! Продолжай жить, радуйся, встречайся с женщинами.

— Может, тебе еще свечку подержать, когда я встречусь с очередной шл*хой?

— Я просто хочу видеть тебя счастливым.

— Я счастлив. У меня куча бабла, отличный бизнес и свобода.

— Ты хотел сказать одиночество?

Я хмыкнул и молча сделал глоток, наблюдая за тем, как Кирилл, наконец-то, подкурил сигарету и выпустил густой дым. Этот человек всегда знал, что со мной творится, говорил я об этом или нет, он чувствовал и поддерживал, даже если мы ругались — всегда поддерживал.

— На благотворительный вечер идешь? вдруг спросил он, и я вскинул взгляд, вспоминая, что через неделю у меня еще одно мероприятие.

— Да, мне необходимо с губернатором встретиться. У него перед выборами совершенно нет времени.

— Всего лишь?

— Ты о чем? непонимающе спросил брата.

— На мероприятии будет Шираев и Лия.

— Этот ублюдок решил раскошелиться на людей, которые нуждаются в помощи? удивился я и, сделав глоток кофе, прикурил новую сигарету.

— Ну, ты же понимаешь, что там собираются люди для новых знакомств.

— Ты поедешь?

— Да, хочу внести свою лепту.

— Хорошо, — ответил я, делая очередную затяжку.

— Ты в курсе, что мама приезжает через пару недель?

— Да, она звонила мне. Сказала, что хочет вернуться на родину.

— Я ее поддерживаю в этом.

Кирилл потушил окурок и одним глотком допил свой кофе. Я сделал то же самое, и снова обернувшись к окну, произнес.

— Я соскучился по ней. И согласен, пусть возвращается, жить есть где. Обеспечим ей счастливую старость, где она ни в чем не будет нуждаться.

— Мама это заслужила, — подтвердил Кирилл и мы замолчали на несколько долгих минут.

Почему-то именно сейчас в голове всплыл образ Лии. Я давно стараюсь о ней не думать, но получалось, признаться честно, очень плохо. Но если раньше человек, наблюдавший за ней, докладывал мне каждый день, то теперь я попросил его делать это раз в неделю. Так мне было проще, так хоть немного легче.

— Дамир, — вырвал меня из мыслей брат и я тут же обернулся к нему, — я поеду, нужно еще пару дел проверить, а потом нервы мотать.

— А че ты вообще приезжал? Тебя, наверняка, любимая заждалась.

— Ну да, со сковородкой в руке, только не для того, чтобы ужин мне приготовить, а чтобы отдубасить, — пожаловался он, слегка улыбаясь. А вообще соскучился, вот и приезжал.

— Так я и поверил.

— Все, не умничай. Поехал, — Кирилл пожал мне руку и уже через секунду покинул кабинет.

Я снова остался наедине со своими мыслями, ругая себя за то, что не могу вытравить из головы любимую. Конечно, я ее не ненавидел, просто порой говорил это для того, чтобы внушить самому себе. Оказалось, безумно тяжело любить женщину, которая тебя предала. И, наверное, поэтому я прежде никогда не влюблялся, где-то на уровне подсознания понимая, что меня предадут, обязательно вытрут ноги и оставят самого жрать свои чувства. А мне, до горечи хотелось, наконец-то, забыть о ней, забыть о той, которая больше никогда не будет моей.

Как же меня рвало, когда я узнал, что Лия ездит в больницу, и не просто на какие-то осмотры, а к гинекологу, потому что носит ребенка от этого ублюдка! Черт, как же больно это знать! До сих пор не понимал, за что она так со мной поступила, за что?

Я должен, я просто обязан забыть о ней! Не хочу постоянно вспоминать и чувствовать боль. Она выбрала Шираева, а значит, я должен принять ее выбор, как бы сложно мне это не было. Тяжело вздохнув, руками провел по лицу и, решив, что сегодня в офисе справятся и без меня, я схватил пиджак и телефон, рванул вниз, предупредив Ольгу Леонидовну, что сегодня меня уже не будет. Нужно немного развеяться, а лучший способ, — это позаниматься в зале, там точно не будет времени думать о прошлом.

* * *

Мы стояли в огромном зале, практически до отказа заполненном многочисленными гостями губернатора. Со стороны сцены звучала ненавязчивая классическая музыка — не громко и не тихо, в самую меру. Для того, чтобы создавать пафосную атмосферу, и одновременно с этим, не быть помехой для бесконечных деловых разговоров мужчин.

Сегодня здесь было все, как и на остальных подобных тусовках «великих» мира сего. Мужчины решали деловые вопросы, налаживали полезные связи и находили лучшие компании для выгодных контрактов. В то время, как сопровождающим их дамам, потратившим на свои шикарные туалеты несколько часов кряду, приходилось скучать в гордом одиночестве, стоя рядом с занятыми спутниками, и старательно изображать на своих лицах безудержное счастье.

И я, к сожалению, не являлась исключением. С большим удовольствием осталась бы сегодня дома и полежала на диване перед телевизором, вместо того, чтобы находиться здесь. Ведь в моем положении не совсем легко ходить по залу из угла в угол, и при этом, ни на минуту не присесть. А округлый животик отнимал уже немало сил.

Артем совершенно не замечал меня. На протяжении последних двадцати минут он был занят разговором с седоволосым мужчиной, являющимся одним из самых влиятельных людей нашего города. Не скажу, что была сильно огорчена недостатком внимания со стороны мужа. Скорее, наоборот, я наслаждалась временной передышкой, радуясь тому, что не нужно играть роль счастливой жены, в то время, как мое стонущее от любви к другому сердце буквально захлебывалось от лютой ненависти к собственному мужу. И, пожалуй, не нужно объяснять, почему я его так сильно ненавидела.

И вот уже на протяжении последних пяти минут я развлекала себя тем, что блуждала глазами по присутствующим в зале людям, в особенности — по их спутницам. Ничего интересного. Ску-ко-та. Внезапно почувствовала легкое головокружение результат того, что я позволила себе выпить один бокал шампанского. Мысленно попросила у ребенка прощения, но мне сейчас так был необходим этот глоток, иначе бы я просто сошла с ума. А мужа, мое здоровье никогда не интересовало.

Зажмурившись, я сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь совладать с собой. А когда открыла глаза застыла на месте. И сердце вмиг перестало биться. Спустя секунду, птицей сорвалось вниз.

Он. В дверях зала стоял тот, кого душа ждала день и ночь ждала, как спасение. В первую секунду мне даже показалось, что это мираж. Но нет. Он — настоящий. Здесь. Глупое сердце рвалось из груди. Ликовало. Какой же он Господи, какой же он красивый и мощный. Все такой же, как и полгода назад. Невероятно притягательный. Сгусток тестостерона и харизмы. А вот прическа изменилась, волосы стали немного длиннее, чем раньше, но на лице была все такая же легкая щетина. Широкие плечи обтягивала красивая ткань пиджака как всегда, его костюм был сшит у лучшего портного города. Взгляд чистая сталь, а на губах ленивая надменная улыбка. Доминант в чистом виде.

Практически вся женская часть гостей внимательно следила за ним. И неудивительно, он ведь настоящий альфа-самец. Затмит любую мужскую особь одним лишь своим присутствием. А я буквально глазами пожирала его. Но скоро радости моей пришел конец, когда к нему, спустя несколько секунд, со стороны входа подплыла миниатюрная блондинка. Она взяла его под руку, и пара прошла вглубь зала. Блондинка — мысленно фыркнула я от боли, сдавившей мою грудную клетку. Как все банально и предсказуемо: черное коротенькое платьице и красная помада на губах. Льнет к нему, будто кошка, а у меня тошнота в горле, когда я вижу его руку на ее талии.

Отвернувшись, попыталась мысленно привести себя в чувство, но, к сожалению, эта боль была сильнее меня.

«Лия, прекрати! Ты должна держаться. Дамир не должен ничего знать. Иначе, все зря!»

Распахнув глаза, бросила взволнованный взгляд на мужа. Артем был зол. Я поняла это по его напряженной позе. Руки сжаты в кулаки, а нахмуренный взгляд был обращен аккурат на только что вошедшую пару.

«Черт возьми, Дамир, зачем же ты пришел? Ты ведь знал, что здесь будет Артем, а значит, и я! Быть может, ты явился за возмездием?»

Дамир же, как всегда, чувствовал себя вполне расслабленно. Он стоял чуть левее от нас, метрах в пятнадцати, все с той же ленивой улыбкой на губах, переговариваясь с губернатором.

Словно завороженная, я смотрела на его крепкую руку, лежащую на талии спутницы мужчины. А в голове всплывали картинки из прошлого, воспоминания, которые вот уже полгода, как ни старалась, не могу стереть из памяти.

Нет. Я этого не вынесу! Закрыв глаза, попыталась сдержать слезы. Сжала кулаки до боли. Почувствовала треск, и спустя секунду, хрустальный бокал со сломанной пополам ножкой упал к моим ногам, рассыпаясь на мелкие осколки.

Только не это! Взгляды практически всех присутствующих обратились в мою сторону. И я буквально почувствовала, как щеки заливает румянец, а громкие удары сердца заглушают все вокруг. Хочется сжаться в комок, хочется исчезнуть. Но, увы, сегодня был не мой день. Потому что, подняв глаза, я ощутила на себе ЕГО взгляд. Он смотрел на меня в упор. Обжигающе холодно с жестоким равнодушием. Будто и вовсе не знал меня. Будто я пустое место. Всего пару секунд Вот это время, которое он уделил мне. Раз два и его взгляд вернулся к, стоящей рядом с ним, блондинке. Приблизившись к ее лицу, он что-то прошептал, от чего та звонко рассмеялась, а потом его губы коснулись ее виска. Убийственно нежно. Именно так, как когда-то касались моего лица.

Какого черта?! Какого черта меня рвет на куски? Изнутри. Что бы я ни делала, как бы ни пыталась забыть его ничего не выходит. Каждый чертов день для меня сущий ад. Хочется кричать до тошноты, до саднящего горла, до спазмов в груди. Люблю его Несмотря ни на что! Это чувство там, внутри, в груди. Рвет, терзает меня. Мне хочется подбежать к нему и накричать. Ударить. Так, чтобы искры из глаз полетели. Так, чтобы растрепалась его идеальная прическа. Так, чтобы на его безупречном лице пылал красный след от моей ладони. Как? Как он может поступать так со мной?! Как может быть таким жестоким?! Но к ряду моих вопросов, ледяной лавиной обрушилось понимание. Понимание, которое немного остудило мой пыл и гнев. И теперь я осознала, что он никогда меня не простит. Такие, как он, не прощают. А я бы все отдала, чтобы хотя бы еще один раз услышать его ласковое «Моя маленькая Ли».

От мыслей меня отвлекла мужская рука на моей талии. Артем. Как же я могла о нем забыть Он прижал меня к себе так крепко, словно боялся, что я в любой момент могу сбежать. Я снова зажмурилась, но по-прежнему не могла взять себя в руки. Ничего не могла с собой поделать, едва сдерживала дрожь и подступающие к глазам слезы отчаяния. И у меня уж точно не было никакого желания ощущать его прикосновения. Отвратительные, ненавистные до тошноты прикосновения.

— Ты в порядке? прозвучал тихий голос возле уха.

Чертов лицемер! Вздумал сыграть на публику роль заботливого мужа? Нет, уж этого я точно не потерплю.

— У меня разболелась голова, — незаметно стерев пальцами влагу с уголков глаз, произнесла тихим, но твердым тоном. — Попроси портье машину ко входу подогнать, — бросила через плечо, уже будучи на пути к выходу. — Мы уезжаем.

Быстрым шагом я вышла на улицу, и жадно вдохнула свежий воздух. Именно этого мне сейчас и не хватало, потому что видеть, как любимый мужчина нежно касается другой женщины было невыносимо больно. Я знала, что виновата сама в том, что происходит с моей жизнью, но была уверена, что поступила правильно. Ради нас всех. Ради него.

Мой взгляд зацепился за мужчину, который стоял на ступеньках и медленно курил, взглядом блуждая по парковке.

— Николай, — вдруг позвала я, и он сразу же обернулся, услышав мой голос.

— Лия Александровна, здравствуйте, — ответил он и, бросив мимолетный взгляд на мой живот, тут же потушил сигарету, бросая окурок в урну.

— Коля, я, послушай, — быстро глянула назад, убеждаясь в том, что Артем не пошел следом за мной, — у меня к тебе большая просьба. Выполнишь?

— Говорите, что нужно сделать?

Я быстро открыла сумочку, достала из-под подкладки маленькую тонкую штучку и так же быстро сунула ее в руку помощника Дамира.

— Передай это Дамиру, я тебя умоляю, передай, — отчаянно прошептала я и, бросив взгляд на дверь, увидела, как по холлу шел мой ненавистный муж в обществе какого-то мужчины, — только передай, — добавила практически беззвучно.

Пока он не увидел, что я общаюсь с человеком Байера, я отошла в сторону, но Николай, словно поняв мои чувства, тут же ушел, напоследок бросив на меня взгляд. Я мысленно поблагодарила его и выдохнула, понимая, что теперь мне остается только лишь ждать.

Мои руки все еще дрожали от страха быть пойманной, да и мое положение не доставляло мне покоя. Малышка постоянно меняла мое настроение и состояние, но жаловаться кому-либо я не могла, потому что не хотела показывать свою слабость.

— Только свиньи так поступают, как ты, — прошипел Шираев мне на ухо, стоило ему оказаться рядом.

От обидных, но уже привычных за такое долгое время слов, я прикрыла глаза, сглотнула, и нашла в себе силы обернуться к нему, чтобы не дай Бог, этот ненормальный не посмел меня как-то дернуть. Все, о чем я могла переживать это дочка в моем животике, остальное меня не волновало. Потому что сейчас я жила только ради нее, иначе бы точно убила себя.

— Мне нехорошо, — ответила я, поднимая на него взгляд.

— Пошла вон в машину, — ядовито выдавил он, и я на негнущихся ногах осторожно спустилась по ступенькам и, не глядя по сторонам, уселась в авто.

Артем приземлился рядом, и положил свою паршивую руку мне на бедро. Отвернувшись к окну, я скривилась, но промолчала, не желая начинать с ним разговор. У меня внутри и так бушевал ураган, мне было больно видеть Дамира и не касаться его, мне было больно от того, что я постоянно терпела ненавистного мужа. И мне ужасно хотелось, чтобы это все поскорее закончилось.

— Посмотри на меня, — приказал Артем, а я повела подбородком, чтобы понял: у меня нет желания выполнять его приказ.

Но сам мужчина думал иначе, он резко схватил меня за подбородок и повернул к себе: я наткнулась на его яростный взгляд.

— Ты беременна всего пять месяцев, а такое ощущение, что все девять. Из-за этого ублюдка ведешь себя, как ненормальная.

От услышанных слов в сторону ребенка, меня словно ледяной водой окатило, и крепко сжав кулаки, я прошипела ему в лицо:

— Ублюдок это ты! Что ты — он переместил руку мне на горло и сильно сжал, практически лишая меня кислорода.

— Если ты еще раз скажешь подобное, то я убью вас обеих! зло прошипел он и резко отнял руку, а я принялась жадно глотать воздух.

Господи, как же я устала бороться, как же мне было больно и тяжело. Я не знала, что мне делать, а поэтому просто надеялась, что Николай передаст мою просьбу Дамиру. Отдышавшись, я отвернулась к окну, позволив одинокой слезинке скатиться по щеке, и руками накрыв живот, оставшуюся дорогу до «дома» ехала молча. Просто не хотела его слышать. Только безопасность малышки.

— Я даже не успел прийти на вечер, а уже что-то произошло! Объяснись! отчеканил Кирилл, когда он следом влетел в мою квартиру.

— Какого х*ра я вообще туда поперся? заорал я, и найдя в кухне бутылку с коньяком, наполнил два стакана.

— Откуда мне знать, какого х*ра ты туда поперся? в ответ заорал брат и, взяв стакан, сделал глоток алкоголя.

— Стоит рядом с ним, вся такая ох*енная, что слов просто нет! А этот живот ее… бл*дь!

— А чего ты хотел? Думал, будет просто?

— Она от меня должна носить ребенка, понимаешь, от меня?! вспылил я, и махом залил в себя полстакана.

Как больно было видеть Лию с животом, в котором она носит ребенка Шираева. Так адски больно!

Пока мы с ней были вместе, я ни разу не задумывался о наших с ней детях, но теперь, видя ее беременной, я понимал, каким был идиотом. Нужно было говорить с ней на эту тему, и возможно бы, она не посмела уйти от меня с малышом. И хоть мы ни разу не предохранялись, теперь я мог подумать, что она пила таблетки, ведь так и не забеременела от меня. Она все продумала заранее. Она все знала.

— Лия выглядела счастлива в объятиях этого придурка? спросил Кирилл, присев на стул.

— Да откуда мне знать? Ненависть была на ее лице, понимаешь? Стоило ей посмотреть на меня, как ее перекосило, да так, что она рукой ножку бокала раздавила.

— Откуда ты знаешь, что она тебя ненавидит? Может, Лия приревновала тебя к этой блондинистой ш Кстати! Где ты ее взял? Зачем?

— Хотел посмотреть на реакцию малышки, — хмыкнул я, стоя у окна и прикуривая сигарету.

— Малышки. Дамир, ты даже сейчас называешь ее ласково, другой бы на твоем месте выражался иначе.

— На моем месте только я. И это был мой выбор, мои чувства, и я не смею ее оскорблять! Кем я тогда буду, если стану унижать любимую женщину?

— Ты прав. Ты абсолютно прав, только у нее своя семья, и на этом все.

— Как бы не говорил, и чтобы не думал, это не отменяет моей любви к ней.

— Тебе надо научиться хотя бы не реагировать, — произнес Кир, допивая коньяк.

— Возможно, если бы она не носила ребенка Шираева, мне было бы проще.

— Возможно, но она беременна, и ты ничего с этим не сделаешь.

В квартире раздался звонок в дверь, я со злостью отставил стакан на подоконник и, матерясь на незваного гостя, пошел открывать.

— Коля, ты то какого х*ра приперся? зло спросил я, сам ненавидя себя за то, что вечно срываюсь на сотрудниках.

— Я по просьбе Лии Александровны, — спокойно ответил он, а я застыл, не врубаясь, послышалось мне, или правда он произнес ее имя.

— Что?! переспросил, пропуская его в квартиру.

— Лия Александровна попросила

— А с каких пор ты работаешь на Шираевых?

— Я работаю на вас, Дамир Тимурович, — серьезно ответил Коля, не отпуская мой взгляд.

— Раз ты об этом не забыл, тогда свободен, — сказал я и уже развернулся, чтобы вернуться на кухню, откуда уже вышел Кирилл.

— Дамир Тимурович — снова позвал помощник и я, выдохнув, обернулся, — Лия Александровна передала вам вот это и я оставлю здесь, — он положил какую-то х*ень на комод, — дальше вам решать. Доброй ночи!

Дверь закрылась, а я, взглядом застыл на маленькой серебряной полоске, не до конца понимая, что это такое и зачем мне передала ее Лия.

— Что там? спросил Кирилл, смотря за моим взглядом.

— Понятия не имею, — отрезал я и, развернувшись, прошел в кухню, налил коньяк и сделал пару глотков, — горькая жидкость снова обожгла горло.

Как она вообще посмела просить о чем-либо моего помощника, как посмела что-то передавать, зная, что причинила мне боль. Неужели я настолько ошибался, и в ней нет ни капли сострадания? Сколько еще времени она будет меня ранить? Специально решила добить? Но зачем? Что ей это даст? Принесет удовольствие?

— Черт! Черт! Черт!

Я руками три раза саданул по столешнице и с дуру столкнул со стола бутылку и стаканы, которые мгновенно разбились о кафель. Хотелось кого-то убить!

— Знаешь, Дамир, разбирайся на*рен во всем этом. Потому что я больше не могу смотреть как мой взрослый брат страдает от неразделенной любви! Держи, — он положил прямоугольник на стол и, развернувшись к выходу, добавил: — Когда хоть что-то поймешь, позвони, я всегда буду рядом.

В квартире настала тишина, щелчок двери оповестил, что Кирилл ушел, оставив меня наедине разбираться со своими мыслями. Потерев лоб рукой, я на миг закрыл глаза, и, словно решившись, выдохнул и посмотрел на стол. Еще несколько секунд думал, стоит ли вообще прикасаться к тому, что еще недавно держала Лия, стоит ли обжигать свои пальцы об ее отпечатки. Но потом, словно гонимый неведомой силой, я все же схватил маленький предмет, пытаясь понять, что это такое. А когда открыл, застыл, удивленно глядя на то, что было в моих руках, и даже усмехнулся, не представляя, что именно она хотела доказать и зачем передала ее мне.