Эпилог
Осень медленно превращалась в зиму, выпал первый снег, принося не самые приятные воспоминания о царстве ледников под огненным куполом.
Они так и не растаяли после смерти Исаль. Застыли безмолвными острыми пиками, пронзая пространство. На их уничтожение потребовалось три месяца ежедневных вылазок магов пламени.
Нас как учеников брали на несколько таких заданий. Больше ничто не угрожало ничьей жизни. Не возникало страха в груди при виде подобного проявления противоположной стихии.
Но и эти ледники канули в прошлое.
Сейчас же я стояла у окна, всматриваясь в сбросивший листья парк, и улыбалась.
Сегодня я не надела золотой кулон в форме солнца, который выдали всем нам после окончания обучения. Альта очень переживала, что вместе с этим знаком нас заставят срезать волосы.
Но это был напрасный страх. Торрин не требовал ничего подобного.
Он с гордостью надел каждому на шею золотое солнце. Освобождая тем самым нас от статуса учеников и открывая дорогу к званию мага пламени.
И тогда-то и возник тот самый вопрос, который витал в воздухе после гибели Исаль.
— А что дальше, ваше величество? — Тил взял этот груз на себя.
Это случилось с месяц назад.
Тогда мы собрались в зале, где проходили все занятия. Присутствовал и Берт с Эвилией, и Герда. Но на последнюю я все еще опасалась смотреть. Пусть Торрин и раскрыл мне природу ее странного поведения, все равно было не по себе от взгляда провидицы.
— А что дальше? — усмехнулся дракон, посмотрев на своего бывшего ученика.
— Но ведь больше нет той опасности, для которой вы нас готовили. Нам не от кого больше защищать эти земли.
Я тогда затаила дыхание. Потому что именно об этом мы с Торрином говорили несколько вечеров назад.
Сидя в глубоком кресле и греясь в тепле камина, я спросила его об этом. На что получила короткий ответ и протянутый бокал с вином:
— Я скоро обо всем расскажу. Но ты ведь хочешь знать обо всем заранее, Каси?
Каси…
У меня сердце замирало каждый раз, как он называл меня так.
Наши отношения он взял в свои руки. И после всего пережитого это оказалось таким простым… таким естественным. Гулять по городу, не прячась от взглядов прохожих. Обедать у пруда, смеясь над шутками друг друга. А потом, оказавшись один на один, целоваться. Да так, что земля уходила из-под ног, а небо усеивалось звездами.
И вот момент истины настал. Король пламени был готов рассказать о планах всем своим ученикам.
— Я вижу в ваших глазах тревогу, но она безосновательна. Верно, как таковая опасность исчерпала себя. Очень быстро и не так, как я мог предположить даже в своих самых смелых фантазиях. Но тихо все только здесь и сейчас. По миру продолжают рождаться маги пламени — носители дара, которые не в силах справиться со своей магией. И мы можем помочь им.
Торрин замолчал, будто дожидаясь вопросов, но их не последовало. За это время все привыкли выслушивать монарха стихии до конца.
— Потому между мной и королями трех соседствующих королевств был заключен альянс, — произнес дракон то, о чем не знала даже я. — На территории монархии пламени будет возведена школа для магов, которые обладают магией огня. А вам же я могу предложить места младших преподавателей, если, конечно, у вас нет других пожеланий.
— Вы готовы выслушать наши пожелания? — удивился Гил.
— Опасность миновала, — как мантру повторил дракон. — У нас больше нет необходимости содержать здесь большую магически одаренную армию. Но если кто-то из вас пожелает стать именно боевым магом, могу уверить, задачи найдутся и для вас. Так как мне уже поступило несколько предложений с юга, где идет война с восставшими мертвецами.
— Да, у нас есть пожелания, ваше величество, — произнес один из близнецов. — Мы бы хотели просить разрешения на ведение торговли. Хотим вернуться к любимому делу.
— Хорошо, — легко согласился дракон. — Но с одним условием, если мне потребуются маги, вы явитесь в ту же минуту.
— Согласны!
Я видела, как заблестели глаза у обоих. Их мечта исполнилась.
— У меня тоже, ваше величество, есть просьба, — Ливетта выступила вперед. — Скажу прямо, один человек просил моей руки. И я готова ответить ему согласием, если вы позволите.
— Хорошо.
На лицах остальных читалось непонимание. Слишком легко король пламени готов был расстаться со своими учениками. И только я знала причину его доброго настроения.
— Но с таким же условием, — добавил монарх стихии.
— Конечно, — Ливетта почтительно склонила голову, но от моего взгляда не укрылась вспыхнувшая на ее лице счастливая улыбка.
— Что касаемо остальных… — Торрин взглянул на Альту и Мари, которые сравнивали свои амулеты.
Девушки смутились, покраснели.
— Я бы хотела остаться помогать новеньким, — тоненько пропищала Альта.
— И я, — отозвалась Мари.
— И я тоже, — Цинта встала рядом с подругами.
— И никто не желает помочь южанам с нежитью? — с насмешкой протянул монарх стихии. А потом посерьезнел и кивнул. — Хорошо, я услышал вас. И прошу послушать меня. Я тоже хочу сделать свой выбор.
Торрин повернулся ко мне и протянул руку, приглашая подойти.
Я внезапно перестала ощущать ноги, хотя и знала, о чем он хочет всем объявить. О решении, которое мы приняли больше недели назад.
Взвешенно и бескомпромиссно.
И пусть я сомневалась… Нет, не в самом решении! Конечно же, не в нем. Потому что этот дракон смог захватить мое трепетное сердце в свои лапы.
Я сомневалась в том, что последует за этим решением. В туманном будущем, о котором поведать мне могла только одна Герда.
Остановившись рядом с королем пламени, я вложила в его ладонь свои дрожащие пальцы и замерла, не веря тому, что все это происходит.
— Я хочу сообщить вам о том, что я просил руки Кассандры. И она согласилась.
Какой тогда был шум… сколько двор обсуждал эту новость…
Рвано выдохнув, я усилием воли вынырнула из воспоминаний и вернулась в сегодняшний день. Где стояла у окна, рассматривая унылый зимний пейзаж за окном, а Эмика шнуровала корсет белоснежного платья.
— Ох, так, — выпрямившись, она вновь закружилась вокруг меня юлой.
Обычно невест к торжеству готовила целая армия служанок, но я отказалась от этого. Не хотела подпускать к себе никого, кроме уже проверенной девушки. Девушки, которая за эти месяцы стала мне другом.
— Кассандра, где же ваши серьги? — она взмахнула руками и поспешила в спальню, искать шкатулку с украшениями.
А я лишь усмехнулась, наблюдая за ее волнением.
Сама я ни капельки не переживала. Наверное, это странно. Все невесты должны нервничать, но в моей душе сейчас царствовали мир и покой.
— Вот же они! — Эмика вернулась в гостиную бегом. — Ваши вещи я подготовлю к переезду ночью.
— Нет уж, — заспорила я, поймав служанку за руку и заставив на мгновение остановиться. — Этой ночью ты вместе со всеми будешь пить за наше с королем здравие, Эмика. А вещи… подождут.
Девушка набрала воздуха в грудь, будто собиралась спорить, а потом широко улыбнулась и кивнула:
— Как прикажете, ваше величество.
— Я не королева, Эмика, — осадила я ее с наигранным укором. — А даже если и будет коронация, как хочет того Торрин… Я не хочу становиться королевой пламени. Хочу быть просто его женой.
— Я вас не понимаю, — честно призналась она.
— Титул важен только тогда, когда ты несчастлив, — поделилась я с ней тем, что открылось мне не так давно. — А когда в твоем сердце мир и любовь, какая разница, королева ты или простолюдинка?
Она вздохнула, но ничего на это не ответила. Возможно, не поняла меня. Но разве это было важно?
Дворец шумел. Слуги выполняли приказы своих господ, подготавливали зал для церемонии. А потом все стихло. Резко, будто мир погрузился в огромный портал.
Это значило только одно — мне пора.
— Спасибо, Эмика, — с улыбкой поблагодарила я девушку, которая в десятый раз поправляла широкий подол моего платья. — Поспеши, или опоздаешь к началу.
Церемония была проста как мир. Она олицетворяла собой единение сердец, на которое никто не мог повлиять. Все гости и слуги замирали на своих местах, а невеста с женихом выходили из покоев и без сопровождения шли к залу.
Говорят, эту церемонию придумали в те времена, когда не существовало браков по принуждению. Это время дарилось людям для принятия последнего решения. Если есть какие-то сомнения.
У меня же сомнений не было ни капли.
Я шла медленно, слушая каждый удар своего сердца. И знала, что в это время Торрин тоже идет по коридору. Шаг за шагом приближая нашу общую судьбу.
— Остановись, птенец!
Голос. Высокий голос раздался прямо над головой.
— Не совершай ошибку!
— Ваши крылья разные!
— Ваше пламя слишком горячо!
Я не сбилась с шага:
— Это мое решение. И вы никак на него повлиять не можете.
Предки рода заговорили со мной во второй раз.
— Мы как подарили ему жизнь…
— … так можем и отобрать…
— …превратить в прах…
— …развеять его по ветру…
— Тогда сожгите нас обоих, — я не знаю, откуда взялась эта надменность в голосе.
— Остановись, птенец!
— Это мой выбор. И я не птенец, — процедила я сквозь зубы, проходя мимо трех служанок, склонившихся в поклоне. — Ваш род меня даже принять не захотел. А Торрина вы спасли моей же силой. Частичкой жизни. Потому что у самих сил нет.
К этому ответу я пришла сама. Так долго искала его все эти месяцы, перечитала множество книг и трудов… а он лежал на поверхности.
Никто не мог забрать у фениксов их способность к возрождению. Они попросту утратили ее за ненадобностью. Но когда в той была необходимость… настоящая необходимость, эту силу можно было призвать.
А еще ее можно было пожертвовать.
Кровь в венах неожиданно вскипела. Я шла против воли рода. Против той семьи, что стояла у корней моего древа.
Сцепив зубы, я сделала еще шаг. И еще.
— Он дракон, — шептали голоса мне в уши.
— Он погубит тебя.
— Это не твоя судьба, птенец…
От боли, которую они причиняли, у меня все плыло перед глазами.
И, чтобы выдержать, я сделала то же, что и они со мной в нашу первую встречу.
Отстранилась от своего тела. Ушла в себя. И неожиданно наткнулась на одно из воспоминаний.
Это случилось через три недели после смерти Исаль. Мы вновь обедали в трапезной с королем пламени. Ливетта мечтательно улыбалась, братья-близнецы переругивались, а я то и дело ловила взгляды Торрина. Ведь искра между нами начинала превращаться в пожар.
В тот день мне пришло два письма. Но открывать их сама я не хотела.
— Я хочу с вами поговорить, — произнесла я, когда обед подошел к концу, а мы с королем пламени остались наедине.
— Может, уже признаешь, что мы достаточно близки, чтобы перейти на «ты»? — улыбка, с которой он это произнес, заставила мое сердце затрепетать.
Но силой воли пришлось вернуть себе самообладание. Потому что имена, написанные на конвертах, меня пугали.
— Кассандра, что-то случилось? — Торрин будто почувствовал мое состояние, хотя и не обладал такими способностями.
— Случилось.
Я вытащила два конверта, которые до этого тщательно прятала в рукаве, и протянула дракону.
В первую секунду он ничего не сказал, а потом так зарычал, что мурашки по коже побежали.
Одно письмо было от Олафа. А второе подписанное императором фениксов Ренриром из Боливара.
— Я не хочу их читать сама, — признание в слабости далось легко.
— Хочешь, чтобы это сделал я? — в темных с алым пожаром глазах промелькнуло недоверие.
— Да, пожалуйста.
Это был первый раз, когда я по собственной воле решила остаться в неведении.
Затрещала бумага, в пустой трапезной стало тихо. Я даже не подняла глаз, чтобы узнать, чье письмо от читал первым.
Молчание затягивалось, я начинала нервничать. И тем неожиданнее стало то, что король пламени присел передо мной на корточки, сминая обе бумаги в кулак.
— Забудь, что тебе писали, — мягко произнес он, коснувшись моей руки пальцами без перчатки. И это не принесло мне боли.
Его ладони больше не жалили меня.
— Там что-то страшное? — одними губами спросила я, поднимая глаза на любимого мужчину.
— Пока я рядом, тебе бояться нечего, — произнес он. — Тебе никто и никогда не посмеет навредить. Я убью любого, кто даже подумает об этом. Клянусь, Каси.
Каси…
Да, то был первый раз, когда он так назвал меня. И это имело для меня особое значение.
Я больше не одна. Больше не должна бояться. И я счастлива.
Чего еще можно было просить у богов?
— Птенец!
Голос прорвался в мое сознание.
— Ты сильна.
— Ты рождена для другого!
— Ты не можешь решать сама.
— Не должна…
— Но я решила, — твердо произнесла я, сворачивая в полутемный коридор. Я вновь слышала стук своего сердца и шелест подола, тянущегося по серым камням.
Кровь успокоилась, боль утихла.
— И вы примете мое решение, — добавила я, сама не понимая, почему так уверена в этом.
А в следующее мгновение по глазам ударила вспышка света. За ней еще одна. И еще одна. И еще.
И только когда зрение вернулось, я увидела четыре огненные крылатые тени, которые кружили надо мной. Молча. Не издавая ни звука. Но я чувствовала их эмоции, будто были они живыми людьми.
Гордость.
Уверенность.
Покорность.
И поддержку.
Двустворчатые двери распахнулись, впуская меня в тронный зал. Алая дорожка тянулась к возвышению, где уже стоял Торрин фон Асфен.
Приглашенные замерли по обе стороны, провожая меня взглядами.
Меня. И четырех фениксов, которые зависли над моими плечами огненными сгустками.
— Ты не можешь без приключений, — усмехнулся дракон, когда я поднялась по ступеням и остановилась рядом с ним.
— Но так ведь интереснее, — заметила я и подняла глаза к огненным духам своего рода. К первородным, которые решили показаться мне и всем остальным.
— И не поспоришь, — согласился дракон, протягивая мне руку. А потом кашлянул и уже без смеха в голосе задал вопрос: — Кассандра де Волье, станете ли вы моей женой и королевой? Согласитесь ли делить радость и беды? Позволите ли заботиться о вас и оберегать вас? И станете ли со мной плечом к плечу, если настанет такой час?
— Да, — я заглянула ему в глаза и открыла свое сердце. — А вы, Торрин фон Асфен, станете ли моим мужем? Согласитесь ли отвечать и поддерживать? Позволите ли любить вас и молить за вас богов? И встанете ли со мной плечом к плечу, если настанет такой час?
— Да.
Дракон мягко привлек меня к себе, не страшась духов, что безмолвно закружили над нами, и поцеловал.
Гости наконец выдохнули, зашевелились, послышались аплодисменты и поздравления.
— И что, — прошептала я, разрывая поцелуй и заглядывая в темные глаза напротив, — все вот так и закончится?
— Каси, — усмешка мелькнула в уголках его губ. — Все только начинается. Для нас.