Глава 12.

Сегодня меня в спортзал должны были отвезти Том с Тимом. Макс с вечера отоспался и хорошо восстановился. Утром поцеловал меня в засос и убежал на работу под ворчание Стаса. Коты должны были приехать в половину десятого, а сейчас уже без двадцати, а их до сих пор нет.

— Засада, — прорычал Том, смотря на пробку, в которую они попали.

Впереди поломался светофор, и образовалась очень длинная тянучка.

— Не спроста это.

Они не стали ждать и сразу отписались в мужской чат моим парням, что попали в пробку. И что-то она как-то слишком удачно возникла. Братья не верили, что светофор мог поломаться просто так — именно сегодня, именно сейчас, когда они были недалеко от нашего дома. А я дома была одна, очень удачно.

— Я побегу, ты остаёшься в машине, — сказал Тим. — Пусть это будет наша паранойя.

Трой, прочитав сообщение о пробке и что Тим побежал ко мне, посмотрел на коллег в своём кабинете.

— Что-то ты слишком мрачный, — заметил Матвей.

Он показал сообщение.

— Не нравится мне это, — проворчал Трой. — Анита пока спокойна, но я уже нервничаю.

— Поехали к ней. Я тоже считаю, что не спроста всё это. Она же сильный менталист, как Николас.

— Хм, нужно Ника предупредить, чтобы был осторожным.

Трой предупредил и побратима, и коллег попросил присмотреть за менталистом.

Я заподозрила неладное, когда парни не приехали вовремя. А когда дверной замок щёлкнул, то бросила телефон на диван за подушки и убежала в свою комнату. Спряталась в углу за шторами. Именно в этом углу была небольшая ниша, и с моей худобой в неё можно было до половины спрятаться. А если не шевелиться, то за шторой меня было и не видно. Один раз проверила в шутку на парнях — они знатно понервничали, пока искали меня.

Услышала, как открылась дверь. Кто-то зашёл не таясь.

— Ищи девчонку, она точно дома.

Я старалась даже дышать потише. Потому что кто-то зашёл сразу в мою комнату. Шторы, к счастью, закрывали окно, и если не знать секрета, то казалось, что за ними невозможно спрятаться.

Слышала, как минимум двое прошлись по всей квартире и проверили её. Слышала, как они шуршали в гардеробной. Судя по возгласам, нашли какие-то подарки, припрятанные моими парнями.

— Да где же она может быть?! Может, за шторой?

— Ты совсем дебил? Штора впритык к окну идёт, я за неё заглядывал — там негде спрятаться.

Было ощущение, что сердце уже в горле стучит.

Тем временем Николас хотел покинуть участок, в котором провёл три ментальных считывания, и поехать в другой. Его перехватил один из следователей.

— Куда собрался?! Ты что, забыл, что тебе Трой говорил?

У мужчины стало задумчивым лицо, а потом виноватым.

— Но мне нужно в двадцать пятый участок.

— Проведу тебя.

И благодаря этому детективу Ник избежал пули. Его вовремя отдёрнули и затащили под защиту стены.

— Твою налево, — выругался следователь.

— Что у тебя там за дело?

— А я знаю? Утром написали, чтобы приехал.

Стрелка поймали быстро, а после беглого ментального прочтения Ник мрачно сказал:

— Дилетант. Но он подельник того, кого я должен был читать. На свободе ещё четверо. И что-то сердце у меня не на месте. Блин, вот я отбитый! Анита!

Копы опять перехватили Ника.

— Сиди тут! Трой уже поехал к вам домой с Матвеем.

А я уже с трудом дышала: двое бандитов стояли недалеко от меня и о чём-то переговаривались. У меня от страха свело живот, и начало дико хотеться в туалет. Отвлёк их лёгкий шум от двери. Услышала, как они вдвоём вышли из моей комнаты. А потом там завязалась какая-то борьба. Страх немного отпустил, потому что я ощутила присутствие Тима. Даже живот отпустило.

Я выбралась из своего укрытия и на носочках пошла к выходу из комнаты. Тим один дрался с двумя бандитами, и было ему очень непросто. Пользуясь моментом, что одного откинули практически мне под ноги, я дотронулась до него и сразу передала ощущение, как человек задыхается и видит перед собой толщу воды и не может вдохнуть. Тим оттащил меня и одним ударом вырубил окончательно бандита.

— Ремня бы тебе дать, — прорычал он, — ты зачем вышла?!

У меня задрожали губы от обиды, и я поняла, что сейчас разревусь.

— Больше никогда так не делай! Не лезь к дерущимся. Поняла?

— Но я хотела помочь…

— Спасибо, конечно, но помогать нужно тогда, когда кто-то лежит пластом, а не когда кулаками машут. Потому что может не повезти — и твой защитник тебя заденет!

В квартиру влетел Трой, мельком глянул на двоих валяющихся на полу мужчин и быстро меня обнял.

— Ну-ну, всё хорошо, не плачь.

— Это уже я отчитался, за самодеятельность, — сказал сердито Тим. — Анит, ты точно всё поняла?

— Угу.

— Что она уже учудила? — спросил Матвей у побратима.

— Решила мне помочь. Но кто-то ещё не знает, что не на всех твоё внушение может подействовать моментально — и тебе просто успеют шею сломать.

Вот тут-то я окончательно расклеилась и расплакалась. Трой укоризненно посмотрел на Тима.

— Лучше о таком сейчас сказать. И пусть это будет обидно — лучше запомнит. К дерущимся лезть нельзя, а внушение может не сработать.

— И что мне нужно было делать?

— Прятаться, пока бы я тебя не позвал. Уж не знаю, куда ты залезла, но лучше бы там и сидела.

— Всё, не рычи, — сказал Трой коту. — Анита всё поняла, но очень напугана. А так безрассудно кидаются помогать только близким существам, например друзьям.

Лицо Тима так забавно вытянулось.

— Сегодня у тебя тренировки уже точно не будет. Так что поедешь сейчас со мной в участок — нужно с этой парочкой разобраться и узнать, кто за ними стоит. Тим, где твой брат?

Тот сразу позвонил:

— Уже подъезжаю.

— Тогда этих пакуем в мою машину. А вы с Анитой едете за нами. Родная, сделай бутербродов с собой. Сможешь?

— Помогу, — сказал Тим, видя, как я зависла.

Под удивлённым взглядом Тима и Матвея я обняла кота. Он сам опешил и едва касаясь погладил меня по голове.

— То, о чём я и говорил, — сказал Трой, — вы для неё больше, чем охрана.

Мужчина достал хлеб, сыр, колбасу и помидоры.

— Раскладывай на хлеб сыр, он, к счастью, порезанный. А я порежу колбасу и помидоры.

У нас получилась большая горка бутербродов.

— Кажется, перестарались.

— Ну вы же тоже будете? — спросила я у парня.

Мне мягко улыбнулись. Сложили порционно по два бутерброда и убрали в кулёк. После чего пошли с братьями к их машине.

— Не ревнуешь? — спросил Матвей у Троя.

— К твоим побратимам? Нет, — смеясь, ответил он. — Я же вижу: она их как старших братьев и друзей воспринимает. От них она больше заботы и тепла получила, чем от родных братьев. Они и защитят, и развлекут, и пообщаются. А с родными она и не общается — не о чем им говорить. Догадываюсь, что она обижена на них за их отношение и отсутствие поддержки.

В участке узнала, что Ник едва не погиб. Трой внимательно с лёгким прищуром посмотрел на котов:

— От Аниты — ни на шаг!

— Нужно жилеты одеть, — сказал Тим. — Попрошу ребят привезти.

— Анита, до того как тут налетят мои коллеги, — парочка уже стояла рядом, — ты должна почитать договор и подписать. Будет тебе официальная работа, как у Николаса.

— А других менталистов разве нет?

— Ещё трое школьников, — сказал один из детективов, что был рядом. — Один сможет начать работать только через год или полтора. Ещё двое — только лет через пять. Надеюсь, у тебя будет много детей, и у всех будет ментальный дар.

Ничего не сказала, хотелось огрызнуться. Договор читала вдумчиво, это заняло полчаса. Потом только подписала. Трой дал номер моей карты для получения гонораров. И меня ещё «обрадовали», что я должна буду заполнять бумаги после всех сканирований. Из-за заполнения бумаг сама стала огрызаться и отказываться от очередного сканирования, пока не заполню документы. Детективы с пониманием улыбались украдкой.

— Ты умничка, — проворковал Ник, жуя рядом бутерброд и подсунул мне, чтобы я откусила. — У меня не получается сразу заполнять.

— Я потом забуду. А так хоть отдохну немного.

Заполнив очередной отчёт, съела пару бутербродов рядом с котами. Те сегодня спасли меня во время одного сканирования. Преступник как-то смог высвободиться из оков и едва не схватил меня. Парни успели раньше и перехватили его.

На следующий день поехала с утра в бассейн. Тим купил один час, чтобы понаблюдать за мной. Тренер сразу понял, что это моя нянька-охрана, и задействовал его в моём обучении. Сначала мы вместе выполняли задания — по типу поплавка и полежать на спине. Тим не тонул, как и тренер, а у меня сразу тонули ноги, а потом уже и вся я.

Потом тренер попросил Тима поплавать, а меня понаблюдать за ним, и потом попросил повторить. Кажется, только сейчас до меня дошло, что от меня хотят — и я даже смогла поплыть. Уходила из бассейна очень довольная собой.

— Так-с, детки, кушать и в участок, — сказал Том.

— Брат, ты что-то попутал.

— Младший, помалкивай.

— Оу, я думала, вы вообще близнецы.

Коты переглянулись и расхохотались.

— С чего такие выводы?

— Вы себя в зеркало давно видели?

— Так это к погодкам относится. Он на полтора года младше. Но с близнецами ты почти угадала, у меня есть близняшка, - рассказал Том.

— Оу, здорово.

Меня легонько обняли оба кота, подбадривая. Они заметили, что при упоминании родни у меня периодически слёзы подступают. А Трой им шепнул, что обнимать меня по-дружески можно и нужно.

Сегодня я должна была побывать ещё в другом участке, не там, где работает Трой. Во втором участке детективов бесило, что я сразу заполняю бумаги, а не иду на следующее сканирование. А ещё их бесили мои охранники, которые не давали ко мне близко подойти.

— Вам же лучше: она пока бумаги заполнит — это минут пятнадцать между прочим, девушка немного отдыхает. И тогда она сможет дольше работать. Особенно если параллельно подкармливать и поить сладким чаем.

Чай мне сделали на месте, а подкармливали меня пирожком коты сами — отламывали по кусочку и запихивали в рот.

Детективы после третьего сканирования заметили, что я с такими перерывами действительно выгляжу бодрее.

— Ник обычно после третьего уже огрызается.

— Поговорю с ним дома, тоже будет делать перерывы.

У копов были такие забавно-удивлённые лица после моих слов. Ник вечером тоже удивился, когда я практически потребовала от него делать перерывы между ментальными считываниями.

— Как минимум заполнишь бумаги, они не будут накапливаться. А иногда и перекусить параллельно можно!

— Вот-вот, послушай жену, — сказал Трой и посадил меня к себе на коленки. — Обожаю тебя.

Молча поцеловала его в губы.

— Эй, не дразнитесь, — наигранно проворчал Ник, дома заполняя бумаги. — Буду делать, как ты сказала. А то сейчас вместо обнимашек с тобой я должен заполнить кипу бумаг!

Парни ему посочувствовали, а меня унесли в спальню для взаимно приятного дела. Через час Ник присоединился к нам и тоже получил порцию ласки и удовольствия.

Следующий день прошёл спокойно. Сначала тренировка, немного поработала в участке. Ричард вернулся домой сегодня пораньше, уже думал отпустить братьев домой, когда я получила сообщение от сестры. Он ощутил, как у меня сжалось всё внутри. А то, что я стала голосом набирать сообщение и его содержание, насторожили троицу мужчин.

— Не вздумай с ними никуда ехать! Это они едва меня не убили, и я оказалась в больнице.

Отправила сестре сообщение, а потом дописала про то, что перед тем, как попытались меня убить, они хотели меня изнасиловать. Потом еще дописала:

— Сиди там и никуда не иди с ними. Если что — кричи!

Ричард забрал телефон и увидел фото, что прислала сестра.

— Это та троица? — я кивнула, было дико страшно.

— Ричард, езжай к ней и отцу позвони, пожалуйста. И Тима с Томом возьми с собой. Может поймаете их, и Трою скажи про них.

— А ты?!

— А я двери никому не открою. Стас же заменил замки и ещё задвижки поставил — такие, что просто так двери не откроешь.

— Уверенна?

— Ты издеваешься сейчас? Ей ещё восемнадцати нет! Её вообще не должно было быть на том мероприятии! И она должна была уже к родителям вернуться!

— Спокойно! Я всё понял, мы поехали. Приготовь пока салатик парням, отвлечёшься. Или книжку с рецептами полистай, или фильм включи.

Видя мой хмурый взгляд, парни быстро выбежали из квартиры. В первую очередь Ричард позвонил моему отцу. Тот, услышав, где его вторая дочь, воскликнул:

— Что?! Где?! Выдеру нахалку!

— Я туда уже еду. Там та троица, что Аниту похищала, они подсели к Тине.

В трубке послышалась ругань, и отец тоже побежал к машине. После этого Ричард позвонил Трою.

— Понял, если что задержи их. Можете мордобой устроить, но не калечить и не убивать! У самого руки чешутся. Это ж надо — такая наглость! Они в розыске, а явились на вечер знакомств.

Тина отправила мне фото под предлогом похвастаться сестре. Но, получив мой ответ, побледнела.

— Что сестра пишет? Завидует?

— Не то слово — ругается.

— Пошли, погуляем, — сказал Олег.

— Нет, — сказала спокойно Тина и убрала телефон в маленькую сумочку. — Вы мне не настолько нравитесь, чтобы я с вами пошла.

— Ты слишком много о себе возомнила, сучка.

Глен схватил её крепко за руку и попытался увести из зала. Тина сделала то, что я порекомендовала — закричала:

— Отпустите! Нет! Помогите!

Троица парней опешила от её реакции. Они дёрнули её на себя, думая, что всё же удастся увести. Но как только Тина закричала, вскочило несколько парней, и трое сразу же кинулись к ней, а потом подскочил ещё один. А там и охрана подоспела.

Четвёрка парней, что к ней подскочила на помощь, оттеснила троих "хулиганов", и те быстро смылись. А эта четвёрка поняла две вещи: они собрали примерно половину круга и они нашли своё сердце.

— Всё хорошо, — попытался успокоить один из парней, подавая Тине салфетку. — Может, тебя куда отвезти?

Тина испуганно замотала головой, хотя тоже ощущала к парням доверие. У неё зазвонил телефон, на экране высветилось одно слово: «Папа».

— Ты где?

— Я ещё в зале, их прогнали, — сказала Тина, чуть заикаясь. — Со мной всё хорошо.

Она снова села за свой столик. Парни подсели к ней.

— Буду через десять минут, не вздумай ни с кем уйти. Как вообще додумалась пойти на вечер знакомств?!

— Мне приглашение пришло, — тихо сказала Тина. — Тебе Анита позвонила?

— Почти. Её жених. Он тоже едет — поймать ту троицу уродов.

Тина, общаясь с отцом, смотрела на четвёрку парней — те всё хорошо слышали. Когда она закончила звонок, у неё спросили:

— Ты ту троицу знала?

— Нет. Я импульсивно сделала фото, чтобы сестре отправить, чтобы она порадовалась за меня. Она мне жизнь спасла…

Тина дала им прочитать то, что я ей прислала.

— Анита едва не погибла из-за них. Они её из машины выкинули.

— Как тебя зовут? – не выдержал один из парней.

— Тина.

— Я Георг.

— Лео.

— Кевин.

— Итан.

— Почему отец рассердился на тебя?

Тина мило смутилась.

— Мне нет восемнадцати, — вздохнув, призналась она.

— Ты позволишь нам ухаживать за тобой?

Она смущённо кивнула. Первым приехал отец. Заметив дочь с четвёркой парней, нахмурился. Парни сразу встали, как и Тина. Отец молча обнял дочь.

— Сэр, мы будем ухаживать за вашей дочерью.

— Потом поговорим, — прорычал отец.

— Папа!

— А с тобой я дома поговорю! – сказано было с обещанием порки.

— Папа, — прошипела Тина.

— Хорошо, под присмотром будете встречаться. Но ты сегодня же возвращаешься домой и больше такой херни не откалываешь! Хорошо хоть сестре написала.

Отец вывел Тину с мероприятия, четвёрка парней, что ощутили её своим сердцем, пошли следом. Отец ревностно посмотрел на них, но позволил дочери продиктовать свой номер телефона. Ричарда он встретил перед зданием. Тот, узнав, что троица сбежала, был зол и пытался выяснить у охраны, куда троица похитителей делась.

— Сбежали, падлы, — прошипел вышедший Ричард с Троем.

Отец, видя, что парни злы, решил их не трогать — и так понял о результатах. А я пока сидела дома, нервничала. Первым домой вернулся Стас, потом Арон и Макс, а вскоре и остальные мои парни.

Утром позвонил отец и поставил перед фактом:

— Погуляешь сегодня с Тиной. Ей назначили свидание её парни. Через пару часов в парке, адрес сейчас пришлю.

Сказав это, он просто завершил звонок. Мы уже не спали, завтракали на кухне. Положила телефон на стол и поняла, что слёзы катятся по щекам.

— Тим с Томом скоро приедут, составят компанию. И мы пораньше постараемся освободиться, — сказал Алек. — Если успеем, придём к тебе в парк.

Кивнула, было обидно. Натан обнял меня ласково и поцеловал в лоб.

— Всё будет хорошо, родная.

Я видела, что ребят тоже задело, что меня не спросили, а просто поставили перед фактом.

Тина была мне рада — сразу подбежала и крепко обняла. Её парни уже были в парке, но пока держали дистанцию и слишком близко не подходили к сестре.

— Спасибо, что согласилась! Братья слиняли сегодня рано утром по делам.

Не стала говорить, что меня и не спрашивали. Тим с Томом, как тени, были неподалёку.

— Что от меня нужно? – спросила тихо. – Походить с тобой за ручку или просто быть неподалёку?

— Быть свидетелем, что мы не позволяем себе лишнего, — сказал один из парней. — Из-за того что твоя сестра ещё несовершеннолетняя, она не может сама с нами встречаться. Но теперь я не уверен, что ты совершеннолетняя.

— Мне почти девятнадцать. Ладно, гуляйте, — сказала с натянутой улыбкой.

Сама взяла братьев котов под руки и тоже гуляла.

— Ты сегодня мрачная, что уже случилось?

— Меня перед фактом поставили, что я присматриваю за Тиной. Без «привет», «как дела» и тому подобное.

Сказала это и постаралась ещё покопаться в воспоминаниях своей предшественницы. Хотелось понять: родные и правда так себя с ней вели или это моё негативное восприятие.

— Давайте присядем, мне нужно в памяти порыться.

На удивление, на мою просьбу отреагировали даже кавалеры сестры.

— Мы до фонтана и обратно, — сказал один из её парней. — Будем на виду.

Просто кивнула им. Стоило устроиться на лавочке, на которую Том заботливо постелил коврик для пикника, я сразу прикрыла глаза и стала перебирать воспоминания. И то, что видела, меня не радовало, а бесило! Как можно настолько игнорировать своего ребёнка и быть такими бесчувственными?!

Я нашла все моменты, в которых Анита контактировала с братьями и сёстрами — и их было мизер. Они и правда пытались поиграть с ней, но быстро теряли интерес. Потому что до десяти лет их сестра могла только ползать и ничего не видела, пока не дотрагивалась до них. Потому мы смотрели вместе только мультики. И чаще с сёстрами. А потом их прогоняли.

— Чувствую, будь ты кошкой, уже бы шипела, — усмехнулся Том.

— В точку.

Стала дальше пересматривать воспоминания. Из-за того что братьев и сестёр от меня отгоняли, они перестали ко мне интерес проявлять. А в подростковом возрасте стали стыдиться. Пыталась найти: были ли от родителей объятия, общение? Но разговоры были только об учёбе и о том, что я должна очень хорошо учиться, чтобы не оказаться в приюте для отсталых. Об этом говорили всего несколько раз, но у моей предшественницы это стало подсознательным страхом. Потому она сутками училась.

Гулять выводили только потому, что это полезно. А чтобы меньше посторонних видело — выводили гулять на террасу, что есть в нашем доме, на крыше. Ближе к восемнадцати годам сказали уже не про приют, а то, что будет жить отдельно.

— Тебе не холодно? — спросил Том. — Я скоро зад отморожу.

— Так сидеть нужно на коврике! – шикнула на него и встала. — Разложи так, чтобы на троих хватало. А то не только зад отморозишь, но и то, что рядом с ним.

Парень покраснел от смущения.

— Что? Я уже не маленькая и знаю анатомию.

Коты рассмеялись. Заметила, что сестра с парнями уже идёт от фонтана. А через пару мгновений увидела, что к сестре подошла мать с одним из отцов.

— Неожиданно.

Братья тоже заметили мою родню. Родители мельком глянули в мою сторону.

— Мне кажется или один из парней Тины наезжает на твоих родителей. Хм, точно.

— Тебе сказать, что он им говорит?

— Поверь, я всё слышу.

Георга резануло поведение родителей их сердца. Он видел, как Тина была рада сестре, но сразу бросилось в глаза, что сёстры не сильно близки. И пока гуляли, сердечко им рассказала про сестру и какой она была в детстве.

— Сестрёнка очень сильно изменилась с того времени, как её отселили. Я попробовала жить одна, и это сложно. А у меня глаза нормальные и я всё вижу! А она же слепой была и ничего не знала о быте и о том, как жить одной. Она всему сама научилась. У меня порой ощущение, что это два разных человека, либо это из-за того, что она сильно повзрослела. Мы с ней только начали нормально общаться. В детстве нам не давали с сестрой играть. Только немного мультики смотреть.

— Каким образом? – спросил хрипло Георг.

— У сестрёнки сильный ментальный дар. Она может видеть чужими глазами и в детстве часто так делала. Потом научилась тактильно видеть даже с экрана. Операцию на глазах ей не так давно сделали, как и на ногах. Она же до десяти лет не могла ходить, хоть и чувствовала ноги. Ей эти ужасные системы поставили, чтобы она могла ходить. Она так плакала в детстве, нам с сёстрами было от этого страшно. А потом, я не знаю, что случилось — она перестала плакать, хотя боль никуда не делась. Ой, мама идёт.