Глава 33

Алан

Еще с утра, когда увидел ее я понял, что она странно изменилась. И да, в ней пробуждалась магия, которая визуально ее меняла. Дара преображалась и мне как истинному волку было хорошо это заметно. Но к вечеру все полетело к чертям.

Через весь зал я слышал ее запах усиливающийся с каждой секундой. И любой дурак. Маленькое уточнение — волчий дурак, поймет, что это течка.

Вот только понять, как такое возможно в ее случае я нихрена не мог. Совершенно не понимал. Мне пора к мозгоправу. Потому что прошлые устои и убеждения рушились, глядя на нее. Все происходило естественно, но очень удивляло.

Я бы не сказал, что это была сильная фаза у нее. Возможно, большого пика не будет, так как она не в полной мере волчица, однако ее «Я тебя хочу» и меня выводили жестко из колеи.

Мне нужно удовлетворить свою пару без главного орудия. Да и самому сдержаться. Как, блядь я это сделаю?

Родные с обеих сторон чисто по ее взгляду, которым она окатила всех, стоило нам выйти из туалета поняли, что к чему. А еще ехидно улыбались.

Сгрузил любимую ношу на заднее сидение от греха подальше и рванул в одно единственное место, где она может лезть на стены и орать по разным причинам, будь то оргазм или недооргазм.

Мой небольшой домик в лесу. Сам построил. Еще есть недоделанные моменты, но в основном он просто отлично нам подойдет.

— Алан, куда мы едем? В мотель? Скорее прошу, — добивает тонким выдохом.

Расстегиваю штаны, потому что становится не на шутку больно. А нам еще потомство с ней не раз создавать. Лучше не рисковать. Еще и запах ее, который сконцентрировался в этом пространстве, хоть кондиционер включай, но я же мазохист.

Смотрю в зеркало заднего вида и быстро отворачиваюсь.

Дара приспустила лямки платья и соски сжимает.

«Сильнее», — не удерживаюсь и прошу мысленно. Пусть играет с сознанием.

— Что ты сказал? Сильнее? — глубоко дыша переспрашивает.

— Я молчал. Сядь ровно. Если нас остановит патруль, они заберут тебя в участок за неподобающее поведение.

— Нам нельзя за решетку, — хнычет, грая с грудью, уже полностью ее сжав, — но только если с тобой. У меня так мокро между ног. Даже бедра… Алан, я сейчас умру.

— Это я умру, если ты продолжишь.

— Нет, — сдвигается вперед и обнимает, скользя пальчиками под мою рубашку.

— Дара, — уже сам начинаю стонать от муки и… — Нет, туда не лезь.

Перехватываю ее руку, которой она пыталась забраться в мои трусы.

— Почему? Я же ни разу не видела это…

— Это, — смотрю как она тушуется краснея, но ненадолго.

— Ты понял, о чем я, — целует в шею, лизнув кожу.

— Ты боишься назвать член — членом?

— А… Я не боюсь, просто это слово оно… Ну не знаю.

— Его можно назвать — пенис, но мне больше нравится первый вариант.

— Эм… Ну да, так звучит лучше, наверное, — снова принимается обсасывать мою мочку уха.

Как же приятно, черт. А ехать еще минут тридцать.

— Как?

— Ну, как ты сказал. Не отвлекай, — расстегивает пуговицы одну за другой.

— Как же мне нравятся твои татуировки, — обводит языком ту, что на затылке.

— Сейчас приедем, сделаешь так же со всеми, что есть на мне.

— Хочу тоже такие. Но может не так много.

— Парочку отметин мы, итак, оставим на твоем теле, — ухмыляюсь самому себе, думая о брачных метках.

Аж зачесалась шея в предвкушении.

— Ты весь такой загадочный, знаешь? — водит носом от плеча по шее к уху и назад, задумчиво и медленно. — И плевать почему твои глаза меняют цвет.

Удивлен тому, что она только сейчас об этом говорит.

— И что ты говоришь в моей голове постоянно, — напрягаю мышцы, но она тут же успокаивающе гладит руками. — Не стоит. Я давно поняла, что ты не такой. Слишком странным казалось то, что я испытывала в твоем присутствии. Когда злишься и тут бах, легкость наступает. Когда тоска, внезапно сменяется счастьем, потому что тебя просто увидела. А еще, ты слишком сильный и, кажется, читаешь мысли.

«Охренеть!»

— Я не глупая и читала известные на весь мир художественные книги о подобном. И твои вопросы во время фильма. Но если честно, я сейчас в таком состоянии, что у меня будто зуд изнутри. Зуд по тебе. Такое возможно?

— Конечно, у меня такой же, — улыбаюсь, склонившись щекой к ней.

Чувствую укус. Не скажу, что он сильный. Но ощутимый. И укус с правой стороны. Там обычно ставится первая печать. После первого предлунного ритуала. Когда вожак стаи представляет пару, которая готова вступить в брак как истинная. Такие союзы в почете и отмечают их два дня. Так вот в первый вечер я поставлю ей такую же. Моя слюна смешается с ее кровью и истинность станет крепче.

Обострятся наши чувства, эмоции. Связь изменится, став более глубже, сильнее. Я буду чувствовать Дару на еще большем расстоянии.

На следующий день уже самый важный момент, как и первая ночь.

Мы стараемся жениться обычными браками волчьими, после определенного возраста, чтобы каждый успел отучиться. Быть может сделать то, что планировал. А уже потом освободиться и быть готовым к рождению детей. Это все индивидуально.

К сожалению, сейчас у нас с Дарой времени нет. Первое семя после брачных клятв самое сильное и плодовитое. Уже через пять дней я почувствую своих детей. Или ребенка. Так что придется ей свои планы на учебу немного сдвинуть. Думаю, она поймет, когда все узнает.

Кстати, рассказ о себе я приготовил на праздник, но получилось, как получилось.

И вот сейчас кажется, что все пройдет проще. Она не пугается того, о чем сейчас говорила. Я почувствовал ее интерес. Значит все в норме.

Уже особо не помню, как мы преодолели оставшиеся километры, но приехав на место, Дара была похожа на зверя реального.

Вылезли из машины, и не успел я встать на землю, как она бросилась на мою шею.

Не стал отлеплять ее от себя и пошел с ней на руках в дом, кое-как открыв дверь.

— Скорее, умоляю тебя.

— Еще чуть-чуть сладкая.

Не отрываясь от ее губ, которые то и дело пытались взять все под контроль вваливаюсь в ванную и сдираю с нас обоих вещи, не заботясь об их сохранности совершенно.

Включаю душ и на нас льется чуть теплая вода.

— Ааа, — пищит и выгибается, чтобы быть подальше от холодных капель. — Зачем душ? Не хочу ничего. И тут холодно.

— Со мной будет жарко, не переживай.

Ставлю Дару на ноги, рассматривая это «восьмое» чудо света. Ее глаза полны тумана страсти и секса. И мой долг помочь ей пережить эти несколько дней.

Вода постепенно нагревается, и я подталкиваю мою девочку ближе. Лью на ладони немного ароматного геля для душа растираю и прикасаюсь к ключицам.

Веду руками по красивым плечам, опускаюсь к груди. Обвожу оба полушария ущипнув за соски.

Очерчиваю охренительную талию, а не кости торчащие, медленно двигаясь к развилке ног.

Опускаюсь на колени смотря в глаза паре. Она дышит так глубоко, что грудь постоянно качается, рисуя острыми сосками в воздухе.

— Алан, — с придыханием произносит мое имя, когда я, аккуратно растягивая удовольствие глажу ее гладкий лобок и развожу пальцами половые губы. — Что ты…

— Сначала вымоемся, а потом остальное.

— Не уверена, что дождусь.

— Еще как дождешься.

Оглаживаю ее ножки, до самых пальчиков и разворачиваю к себе… о да, отличный вид.

Рассматриваю аппетитные ягодицы и не удержавшись сжимаю их обе, чуть разведя в стороны.

Дара прогибается в пояснице выпячивая попку назад.

Встаю, скользя по ее спине руками и останавливаюсь на шее.

— Теперь твоя очередь, — шепчу на ухо, потираясь членом между ягодиц.

Поворачивается, прислоняясь к стене, потому что я напираю. Самому бы не упасть.

Зверь беснуется, радуясь и завидуя одновременно.

— Ты хочешь, чтобы и я… — опускает вниз глаза, где в ее низ живота упирается член.

— Ты же хотела его потрогать? Приступай.

Сомнение ее длится буквально пару секунд.

— Ладно, — направляет руку с моей груди вниз, как это делал я.

Черт как же медленно. Но я стойко жду, и она касается головки. Так неловко. Одергивая сначала руку. Но возвращает на место. Оглаживает его от верха к основанию. Обхватывает своими пальчиками и успев сделать пару движений, я позорно кончаю. Стреляя так, что мог бы и стену пробить струей.

Не удержавшись, смеюсь, поглядывая из-за опущенных век на Дару, которая смотрит все туда же.

— Это значит, что мы не будем заниматься сексом?

— Нет, это значит, что у меня было очень длинное воздержание. А рядом с тобой вообще все чувства усиливаются в несколько раз.

— Тогда…

— Тогда мы быстро смываем с себя все, — в подтверждение слов беру лейку и поливаю нас обоих водой, — и идем в кровать, где ты покричишь знатно.

Застонав от предвкушения, Дара быстро выскакивает из душа и не вытираясь бежит голой из ванной, остановившись в центре гостиной.

— Алан, куда дальше?

— Дальше ко мне.

Смотрит на меня развернувшись и несется, запрыгивая на руки.

Совершенно голая, в моих руках… Кажется я готов кончить еще раз.