Глава 29

Виорика ри-Анор

Просыпаться было трудно: тяжёлые веки открывались и закрывались снова, погружая меня в беспокойный сон, но ближе к вечеру я окончательно очнулась.

— Ррика, ты проснулась? Только не плачь, — просил мой бесконечно добрый великан, с сочувствием глядя на меня своими прекрасными глазами.

Я не привыкла к тому, чтобы меня жалели. От слов Мира наоборот захотелось снова разреветься в голос, погружаясь в воспоминания о друзьях, которых больше не увижу.

— Алир придумал, как спасти твою подругу. Он мне толком не рассказал, но попросил успокоить тебя, если проснёшься раньше, чем они с Трэем вернутся от Ри-Атонов, — сказал Намир, притягивая меня на свои колени.

Надежда робким угольком тлела в груди. Алир никогда не говорил того, в чём не был уверен, это немного успокоило меня. Раса уже не вернуть, но подругу я просто не могу так потерять.

— А где близнецы? — спросила я, зарываясь лицом в длинные волосы мужа, рассыпанные по его груди.

— Они заканчивают обустройство общей спальни. Наверняка скоро придут с ужином. Ты уже сутки голодная, — переживал о таких пустяках Мир.

— Это мелочи. Бывало такое, что я не ела больше недели. Помнишь, я рассказывала, как мой шаттл подбили?

Намир вздрогнул и крепче прижал меня к себе.

— О таком никто из нас не забудет: ты могла погибнуть, и тогда ничего бы у нас не было, — сказал муж, покрывая моё лицо нежными поцелуями, без намёка на секс.

— Не преувеличивай. Просто нашли бы другую ваиру и любили бы её так же, — не задумываясь, сказала я, но Мир моментально прижал меня собой к постели, гневно глядя мне в глаза.

— Ничего бы не было. Ты наш подарок судьбы, наше счастье. Только ты смогла принять нас всех и заслужить любовь каждого из нас. Никогда не сомневайся в том, насколько ты особенная, — строго сказал муж, накрывая мои губы требовательным, властным поцелуем.

Такой стремительный и уверенный Намир интриговал и возбуждал, заставляя забыть обо всех проблемах и потерях. Из способа убеждения поцелуй быстро перетекал в прелюдию.

— Так хочу тебя, — простонал Мир, потираясь об меня внушительным доказательством своего желания.

Подлые симбионты уже ретировались, поэтому от слов до действий оставалось немного. Мы жадно целовались, не в силах остановиться.

Никогда раньше за собой не замечала такой несдержанности. Было немного стыдно, что мне достаточно хриплого шёпота и голодного взгляда синих глаз мужа, чтобы я забыла обо всём, мечтая поскорее соединиться с мужчиной.

Я выгнула бёдра, открываясь для Мира. Второго приглашения мужу не требовалось, он медленно погрузился в меня, растягивая и наполняя своей твёрдой плотью.

— Люблю тебя, — шептал Намир, двигаясь всё скорее и резче, заражая меня чувственным безумием.

Я царапала мускулистые плечи, стонала и вскрикивала, не в силах сдержаться. Эмоции и удовольствие переполняли меня, доводя практически до исступления. В такт движениям массивного члена я выгибалась, стараясь прижаться ещё теснее, ещё глубже, растворяясь в таком же диком и безудержном желании моего мужчины.

— Не могу… пожалуйста, — молила я, не в силах выдержать чрезмерности ощущений.

Огромная ладонь мужа сжала мою ягодицу, теснее прижимая меня к сильному телу. Наши рваные движения превратились в агонию страсти. Безумное напряжение росло, пока оргазм не прошёл по телу сладкой судорогой, заставляя меня кричать и корчиться от острого, невыносимого наслаждения.

Хриплый рёв Намира и его разрядку я ощущала, паря в розовых облаках блаженной неги. Тяжёлое тело накрыло меня, не причиняя неудобства, наоборот, даря чувство правильности и защищённости.

Приходя в себя в объятиях мужа, я вспомнила его признание. В пылу страсти люди часто говорят то, о чём не думают, но в искренности именно этого мужчины я не сомневалась.

— Я тоже люблю тебя, Мир, — тихо сказала я, поглаживая расслабленные черты мужественного лица.

Намир буквально сошёл с ума от моего признания, покрывая жаркими поцелуями моё лицо, шею, опускаясь ниже. Моё пресыщенное, казалось бы, тело незамедлительно отреагировало на чувственный посыл и, вероятно, благодарность мужа плавно перетекла бы в новый раунд умопомрачительного секса, но нас прервали.

— Так мы и знали, что кто-то подло воспользуется ситуацией, чтобы лишний раз получить ласку ваиры, — возмутился Вейс, разглядывая нашу голую композицию.

— Похоже, запрет Алира распространяется только на нас, — обиженно сказал Тайс, заставляя меня покраснеть.

— Прекратите смущать Ррику, — сказал Мир, подавая мне руку.

— Теперь наша очередь ухаживать за женой, — перехватил мою ладонь Вейс, стремительным рывком подхватывая меня на руки.

— Сначала душ, потом ужин, — с хитрой улыбкой сказал старший близнец, унося меня в ванную комнату.

Пара уверенных движений ловких рук — и на меня сверху полилась тёплая вода. Вейс быстро оголился, переступая высокий бортик ёмкости. Буквально через минуту с тихим шорохом отворилась дверь, и к нам присоединился Тайс.

— Ребят, простите, но я не хочу, — сказала я, стесняясь их двоих.

— Не хочешь мыться? — хитро спросил Вейс, намыливая пористую ткань мочалки, в то время пока Тайс невозмутимо забрался к нам, занимая своё место за моей спиной.

Дальше началась чувственная пытка под названием «купаться с близнецами». Пока Тай медленно массировал мне голову, промывая волосы, наглые, уверенные руки его брата скользили по моему телу, как бы невзначай задевая нежные местечки всё ещё сильно чувствительные после необузданного секса с Миром.

Я забыла и о своём горе, и о том, что стесняюсь сразу двоих мужчин, удивляясь собственной сексуальной озабоченности. Мысль о том, что я превращаюсь в нимфоманку, настолько поразила меня и расстроила, что я перестала реагировать на заигрывания близнецов. Они, обиженно надув губы с одинаковыми скорбными лицами, закончили банные процедуры, насухо вытирая меня тонкими, но хорошо абсорбирующими полотенцами.

Озадаченные каждый своей печалью из ванной мы вышли грустные все втроём.

Я рассеяно поцеловала подошедшего Мира, но была притянута на колени Тайса для очередного смущающего ритуала кормления. От беспокоящей меня неприятной мысли о собственном сумасшествии и озабоченности кусок не лез в горло, а на глаза навернулись глупые необоснованные слёзы. Обиженные лица близнецов стали последней каплей для начала совершенно идиотской истерики.

Я снова рыдала, злясь от того, что не понимаю причин собственного самочувствия. Попытки взять себя в руки провалились, когда мужья стали утешать меня и успокоить, шепча на ушко нежные слова. Растерянные парни нервничали, пытаясь понять, что со мной не так, а я, чувствуя свою вину, ещё сильнее заливалась слезами.

Этот театр абсурда прекратил спокойный голос Алира.

— Что здесь происходит? — холодно спросил он, обведя недобрым взглядом Намира и близнецов.

— Они не виноваты, — всхлипывая и икая от истерики, сказала я.

Сердитый блондин забрал меня с коленей Тайса и присел за стол. Трэй подал мне стакан воды, придерживая, чтобы я не захлебнулась.

— Рассказывай, — тихо потребовал Алир, вытирая длинными пальцами слёзы с моих щёк.

— Я не понимаю, что со мной. Мне так стыдно, но я не могу взять себя в руки. Сначала схожу с ума от страсти, когда это совершенно неуместно, а потом вот это, потому что сама обидела близнецов. Мне нужен психолог, а лучше психиатр, — сказала я, смущённо опуская глаза.

— Не говори глупостей. Это Намира и близнецов стоит лишить общения с тобой на неделю, чтобы они помнили о том, что волновать тебя в такой период нежелательно, — с нажимом сказал блондин, заставляя всех троих понуро опустить головы.

— В какой период? — не поняла я.

— Прости, я не успел сообщить: когда тебе стало плохо, приходил наш семейный врач, и он выяснил, что ним начал гормональную подготовку организма к зачатию. Поскольку ты человек, то нагрузка на организм, очевидно, значительная. Завтра мы отправимся в репродукционный центр, они проведут ряд исследований и, возможно, смогут облегчить твоё состояние, — сказал Алир, шокируя меня новостью.

— А можно немного повременить с этим… зачатием? — спросила я, но видя, как помрачнели лица парней, немного устыдилась вопроса.

— Нет. Прости, — в этот раз вызвался говорить Трэй. — Закон запрещает кому-либо воздействовать на ним с целью предотвращения беременности ваиры. Обычно это и так происходит нечасто. Нам нужно пройти ряд тестов, чтобы убедиться, что всё хорошо. Мы понимаем, как тебе всё это непросто, но просим не спешить отказываться от этого чуда. Мы возьмём на себя всю заботу о малыше и будем помогать и поддерживать в период ожидания, только дай нам шанс.

Я просто кивнула, не доверяя своим расшатанным нервам: я лишь однажды задумалась о детях и то чисто теоретически, а сейчас это стало вопросом ближайшего будущего, поэтому мне всё же немного страшно.

— Алир, что с Мирандой? Как тебе удалось решить вопрос с её переводом в десант? — задала я самый наболевший вопрос.

— Мы выкупили её так же, как и тебя. Папа полетел за твоей подругой и через несколько дней привезёт её к тебе, — ответил блондин, настороженно заглядывая мне в глаза.

— Спасибо! Спасибо! Спасибо! — совершенно по-детски пищала я, зацеловывая довольного мужа.

— Рад доставить тебе удовольствие, ваира, — с улыбкой сказал он, а потом обратился к близнецам: — Общая спальня уже готова?

— Да, всё подготовлено, — отозвался Тайс.

— Хорошо. Сегодня все вместе будем спать там. Только спать, — с нажимом произнёс Алир, сурово глядя на поникших близнецов.

После новости о том, что моя Миранда скоро будет рядом со мной, настроение значительно улучшилось. Я всё ещё помнила о Расе, но, наверное, так бывает всегда — после самых тяжёлых потерь бывают самые дорогие обретения. Друг наверняка не желал бы, чтобы кто-то из нас хоронил себя вместе с ним. Ему в моей памяти всегда будет выделена страничка, полная тепла и светлой грусти, но наша жизнь продолжалась.

Мысли о будущей беременности я решила отложить на будущее. Пока ведь она не наступила, а значит, и волноваться ещё преждевременно.

Ужин прошёл в тёплой, уютной атмосфере. Я начала привыкать к тому, что рядом со мной пятеро красивых сильных мужчин, каждый из которых стремился меня баловать. Будучи независимой и уверенной, я раньше не знала, как, оказывается, приятно просто быть женщиной. Это не означает быть слабой, просто иногда можно позволить мужчинам вокруг меня быть сильнее.

Общая спальня оказалась просторной, но при этом удивительно уютной комнатой. Я никогда раньше не жила в помещении с огромным окном вместо стены. Вид из него выходил прямо на крону одного из удивительных деревьев-гигантов, заинтересовавших меня ещё в аэролёте. Толстые ветви, покрытые большим круглыми листиками, красиво подсвечивали небольшие летающие фонарики, создавая ощущение сказки наяву. Хотя, наверное, мало кто из людей может похвастаться, что бывал на Раалии, поэтому отчасти для меня это было действительно чудом.

В обстановке самой спальни доминирующее место занимала огромная кровать, застеленная гладкой серебристой тканью с множеством подушек. Системы хранения, как и везде, были встроены в стены, но материал стен не был похож на привычный мне металл, скорее на редкое светлое дерево. В углу стояло то, что может принадлежать только женщине — небольшой изящный столик с большим настоящим зеркалом.

Я гладила рукой прохладную поверхность, не в силах найти слова восхищения.

— Отец подготовил для тебя украшения, но, думаю, ему будет приятно подарить тебе их самому, — сказал Алир, смущая меня.

Мужья и так давали очень многое, а я не приготовила им даже сувениров. Задумываясь о подарках для мужей, я поняла, что практически ничего не знаю о них самих. У нас не было времени толком узнать друг друга, но у меня появилось желание исправить эту оплошность.

— Мне неловко. Вы столько для меня делаете, а мне нечего вам дать, — призналась я под пытливыми взглядами моих мужчин.

— Ты ведь шутишь? — возмутился Трэй. — Ни одна ваира не делала столько для своего круга, сколько ты для нас: мой нум, свобода от родственников для Намира, сильный клан Алиру и для каждого из нас — любовь и надежда на будущее, которого у нас без тебя могло и не быть.

— Это не говоря о калибраторе из твоего чемодана и полученной хитростью императорской печати Талинора, — со смехом добавил Вейс, переводя на юмор ставшую немного пафосной атмосферу.

— Какой калибратор? — удивился Трэй.

Разместившись в огромной кровати кругом, в центре которого была я, мужья долго и с упоением рассказывали старшему принцу о наших приключениях на пути к Раалии. Под их дружный смех и удивлённые возгласы Трэя я и уснула с улыбкой на губах.