Глава 27

Понедельник

В офис я вернулась с дрожащими пальцами и еле преодолимым желанием забиться куда-нибудь в угол и спрятаться ото всех. На обед не пошла, несмотря на то, что Светка была крайне настойчива. Оставшись одна в кабинете, я невольно предалась унынию, хоть и старалась держать себя в руках. Внутри меня всё разъедало от ядовитой горечи и разочарования в самой себе. Предчувствуя очередную порцию рвущихся наружу рыданий, тряхнула головой и сжала посильнее кулаки. Я всё исправлю. Не знаю как, но исправлю, спасу свою семью… и плевать чего мне это будет стоить. Наступить на горло собственным желаниям? Легко, не привыкать. Нужно просто напомнить себе, за что именно я когда-то полюбила Славу, и помочь ему вспомнить, каким он когда-то был. Я смогу. Ради Ванечки. Ради себя.

В памяти тут же появился образ разочарованного Дамира, то, каким он был, когда я ему сказала своё “Да”, но явно не на тот вопрос, на который ему бы хотелось. Знаю, он сдерживался, глуша эмоции, но вот разочарование, полыхнувшее в его глазах, было ни с чем не перепутать. И это неожиданно пробирало… до самых остовов.

Еле дождалась окончания рабочего дня и буквально умчалась забирать Ваньку из садика. Как никогда хотелось быть ближе к ребёнку, глуша в себе подкатывающее чувство вины за то, что собиралась сделать.

Ванька попросился погулять, и, припарковав машину на стоянке, мы пошли бродить с ним по дворам. У Славы сегодня был тренажёрный зал, поэтому мы с сыном могли особо никуда не торопиться.

Долго не решалась начать разговор, оттягивая момент как можно дольше, каждый раз осторожно отдёргивая руку от вихрастой детской макушки, которую так и не решалась погладить.

Но Вано сам подвёл меня к нужной теме, спросив, на все ли тренировки он идёт на этой неделе.

Сделав глубокий вдох и закусив губу, я немного помедлила, а потом начала очень издалека.

-Вань, а какое время года через неделю начнется?

Детёныш задумался, но вполне скоро выдал:

-Осень?

-Осень, - подтвердила я. - А знаешь, что это означает? - тот пожал плечами, и я быстренько воспользовалась моментом. - А означает, что уже через неделю вы в садике переходите в новую группу, подготовительную.

-Почему подготовительная?

-Потому что вас к школе готовить будут. Дополнительные занятия и всё такое.

Ребёнок задумался, но потом кивнул головой, давая знать, что понял.

-Поэтому нам придётся с сентября тренировки поменять, - выпалила я, подавляя в себе желание зажмурится, чтобы не видеть расстройство, тут же вспыхнувшее на лице сына.

-Как поменять?! - застыл он на месте.

Я тоже остановилась и присела на корточки перед ним.

-Заяц, у нас никак иначе по-другому не получается по времени, - врать было тяжело, каждое слово приходилось буквально выдавливать из себя, при этом пытаясь ещё и улыбаться одобряюще. - Но зато мы сможем по субботам ходить на шахматы. Тебе же они нравятся. И… дедушка договорился, что в другие дни ты походишь к его другу в другую секцию.

Детёныш не отвечал, с недоверием смотря на меня и до последнего не желая верить в услышанное.

-Ванюш… - попыталась погладить его по плечу, но он сделал шаг назад.

Долго и внимательно смотрел на меня, а я молчала, давая ему возможность свыкнуться с мыслью.

Наконец сын отмер.

-Это… это потому что у меня не получается, да? - чуть ли не шёпотом со слезами на глазах проговорил Ванька, разрывая моё сердце на лоскуты.

-Нет, что ты. Никто тебя никуда не выгоняет… Просто так получается.

Не могла понять, слышит он меня или нет, готовая сама тут же разрыдаться. Поймала ребёнка в свои объятия, зацеловывая его в мокрые щёки. И как заведённая повторяя: “просто так получилось”.

* * *

Слава приехал поздно вечером, к тому времени Ваня уже подуспокоился, но всё равно ходил по дому бледной тенью, погружённый в себя.

-Что с Иваном? - полюбопытствовал муж, ожидая того момента, когда я накрою на стол.

Я сегодня расстаралась, приготовив на ужин “первое, второе и компот”. Я вообще сегодня молодец была: разочаровала единственного человека, которому было не всё равно на то, что творилось у меня на душе, разбила сердце сыну и приготовила шикарный ужин для мужа, чтобы хоть как-то заглушить муки совести. Ай да я, ай да молодец!

-Я ему сказала, что мы со следующей недели с греко-римской уходим.

-А мы уходим? - удивился Ларин, за что мне очень сильно захотелось дать ему ложкой в лоб.

-Ты же сам хотел, - осторожно напомнила я, пристально следя за своими реакциями.

-А ты против была, - тут же парировал Слава. - Тебе нравился тренер… как его, Дамир?

Сказано было между делом, а я переполошилась, выронив из рук заварник, который тут же разлетелся на осколки, встретившись с полом.

-Катя! - от неожиданности подскочил муж.

-Я уберу! - крикнула, начиная хаотично метаться по кухне, не имея ни малейшего понятия, что делать сначала: хватать тряпку или собирать осколки. Ну или же доставать пылесос. Так я и зависла на месте, не в силах выбрать нужное направление. Слава перехватил меня за руку и усадил на стул.

-Сядь! - велели мне, и я замерла на стуле, подобрав под себя ноги. Немигающим взглядом наблюдала за тем, как Ларин собирал остатки заварника, устраняя учинённый мною погром. Казалось бы, сиди и радуйся, что у тебя такой муж, однако я во всём этом видела лишь символ своей разбившейся на осколки жизни. - Катя, да что с тобой такое?!

-Голова болит, - чуть помедлив пролепетала. - Пойду прилягу.

И прежде чем Слава успел что-то ещё мне сказать, вышла из кухни, поймав в коридоре Ивана.

Долго с сыном просто лежали на его кровати, благо, что оба мелкие. Он никак не желал засыпать, впрочем, и привычную активность для таких случаев не проявлял. Просто лежал на боку, отвернувшись к стене и пускал тяжёлые взгляды в сторону ночника со звёздами.

-Всё будет хорошо, - убеждая неизвестно кого, прошептала я ему на ухо. - Всё будет хорошо.

Обоим верилось плохо.

* * *

Вторник

Со временем творилось что-то неправильное. Теряя всякий свой привычный ход, оно со страшной силой летело вперёд, бессердечно отмеряя минуты до того момента, как мне нужно было ехать в центр забирать ребёнка. При этом каждое отдельное мгновение тянулось невыносимо долго, вконец убивая мои и без того потрепанные нервы.

Опять не пошла на обед, отбиваясь от Светы тем, что мне нужно будет уйти пораньше, а для этого нужно поработать. Брагина с подозрением прищурила глаза, но в конце концов махнула на меня рукой.

Раньше уйти всё же не получилось, но хотя бы не задержали. До спортивного комплекса я ехала рывками, то разгоняясь, то скидывая скорость. Загадка, как это ещё никто не вписался в зад моего “Пыжика”, хотя материли меня прилично, через раз разъярённо сигналя из своих автомобилей. О штрафах, которые непременно должны были прийти, предпочитала не думать.

Несмотря на свой водительский кретинизм, до центра я доехала раньше обычного. Долго сидела в машине, разглядывая свои дрожащие пальцы. Мне не верилось, что ещё минут пятнадцать - и я встречу Дамира. Мы виделись только вчера, но пропасть между нами казалась огромной как никогда. От этого становилось так пусто, что было в пору начинать выть на Луну. Страшно было представить, что ждало меня в четверг, когда я привезу Ваню на тренировку в последний раз.

В холле было непривычно людно, вечно опаздывающая я почти всегда приезжала к тому моменту, когда всех детей уже разбирали. Я сидела в компании точно таких же ждущих родителей и считала плитки на потолке.

Дети начали появляться по одному или небольшими группками, видимо, кто с кем дружил. Я встала на ноги, готовая перехватить своего зайца, но его не было. Когда ряды ожидающих опустели, и я одна осталась стоять среди скамеек, не зная, что и делать: то ли идти в раздевалку за ребёнком, а где раздевалка - там, как известно, и до тренерской недалеко… то ли просто продолжать наматывать нервные круги на своём пятачке.

Пока я пыталась принять хоть какое-то решение, в конце коридора появился Ванька, который шёл, держась за руку Дамира.

  Ребёнок выглядел подавленным… а Дамир предельно собранным и серьёзным, я уже научилась отличать оттенки его настроения. Внешне он смотрелся просто собранным, но вот глазам не хватало привычного блеска.

Увидев меня, Вано тяжко вздохнул и безрадостно поплёлся обниматься с непутёвой матерью, уткнувшись мне в ноги. Погладила его по голове, и подняла осторожный взгляд на мужчину, что всё это время просто стоял рядом.

Еле уловимое движение плечами и лёгкий кивок головой. Отчего-то я восприняла это как знак к действию. Присела перед сыном на корточки.

-А я тебя заждалась, - из последних сил выдавила из себя улыбку.

Ещё один вздох Ваньки и спасительный взгляд в сторону тренера. Дам сделал шаг вперёд и положил ладонь на плечо моего сына.

-Мы немного заговорились, - ровным голосом пояснил он, смотря на меня, но не в глаза, а куда-то мимо. - Ваня переживает из-за своего перехода… А я рассказывал ему, что перемены - это даже здорово. Всегда есть возможность узнать что-то новое. Да, Вань?

Детёныш надул нижнюю губу и не стал ничего отвечать.

Неловкое молчание повисло между нами троими. Вот они, три одиночества с дырами в груди размером с маленькую вселенную.    

-Мам, а я смогу приходить в гости к Дамиру Русаловичу? - жалобно протянул сын.

Я опять бросила быстрый взгляд на Бероева.

-Не думаю…

-Конечно, Вань. В любое время, как тебе это будет нужно, - пусть Дамир и обращался к моему сыну, но я кожей чувствовала, что настоящий смысл был адресован совсем не мелкому.

-Спасибо, - поспешно выпалила я, подхватив ребёнка на руки, из-за чего тот знатно удивился, на людях я обычно так не делала. Даже рот приоткрыл. - Думаю, что нам пора…

И чуть ли не бегом бросилась в сторону ресепшена к выходу.

-Трусиха, - то ли донеслось мне вслед, то ли просто показалось.

* * *

Среда

Славы опять не было, задерживался на работе. И мы с Ванечкой вдвоём страдали, шатаясь по дому, ровно до тех пор, пока к нам не приехала Женя со своей дочкой Лилей. Лилька была немного младше Ваньки, в силу чего у них складывались неплохие отношения - сыну было тяжко со старшими детьми. Пока два довольных чертёнка громили детскую, мы с подругой засели на кухне с бутылкой вина.

-За свободу, - провозгласила Женька, чокаясь со мной бокалом. - Знала бы, что взрослая жизнь - это так муторно, в жизни бы не согласилась из садика выпускаться. Так бы и осталась там. А чё? Поел, поспал, покакал - красота, молодец, все тобой довольны. А не вот это всё.

-Устала?

-У нас ещё одна терапевт уволилась, и нам её участок раскидали. Можно подумать, мне своих пациентов мало было. А тут ещё счастье привалило. И знаешь, если бы просто привалило… Так-то это не проблема: принять, осмотреть, диагноз поставить, лечение назначить… Но нет, люди же в своём большинстве - идиоты. Хронический панкреатит. Десять раз человеку говоришь - жёсткая диета. Чуть ли не заклинаешь его. Через пару дней приходит. Доктор, я умираю. Что ели? Да так, сильно ничего. Кастрюльку пельменей с острым соусом вчера на ужин отведал, а так… ни-ни, я вам мамой клянусь. Кретины.

-За это надо выпить, - кивнула я, посочувствовав подруге.

-Так, ладно, - кивнула головой Женя. - Со мной всё ясно. Ты-то чего такая замученная? Случилось что-то?

Я попыталась отмахнуться, но Женька была непреклонна.

-Ещё на твоём дне рождения заметила, что ты не в своей тарелке. Со Славкой, что ли, поругались? Али ещё что?

Пока я обдумывала свой ответ, подруга потянулась за бутылкой и начала разливать очередную порцию алкоголя.

Честно собиралась соврать, типично спрятавшись за оправданием, что работы много. Но уже в следующий момент из моих уст слетело:

-Я мужу изменила.

Женя непонимающе глянула на меня, после чего осела на стуле, пару раз хлопнула глазами и потянулась к бокалу, сделав большой глоток.

-А теперь ещё раз. Ты что?

Облизала свои губы и повторила.

-Я Славе изменила.

-Зашибись, - икнула подруга, допив содержимое бокала до конца. - Как? Где? С кем? - ошалело пробормотала она.

-На какой из вопросов мне отвечать первым? - с несчастным видом уточнила я.

-Давай с того с кем, а там уже видно будет…

Я тоже пригубила вина, ища в нём хоть какую-то поддержку.

-С Ванькиным тренером, - отчаянно краснея, промямлила я.

Женины глаза расширились и сделались размером с пятак, причём советский. Она несколько секунд пялилась на меня, после чего потянулась за бутылкой, приговаривая:

-Какое счастье, что у вас садовника нет.

Мне неожиданно стало смешно, и я расхохоталась, правда, малость истерично, но  внезапно стало легче от того, что рассказала хоть кому-то.

Спустя час и ещё одну бутылку вина, я изложила подруге свою историю, она хоть и не переставала удивляться мне, но уже выглядела не столь шокированной.

-Постой, постой… - начала она, когда, как мне казалось, я завершила свою историю. - То есть ты воспользовалась тем, что парень на тебя запал… Пришла. Отвела душу. Получила порцию любви. И включила обратную. Разбив невинное юношеское сердце?

Я скривилась, недовольная её формулировкой.

-Ничем я не воспользовалась… Всё вышло… как-то само.

-Зашибись оправдание от взрослой тёти. Катька, сами только котята родятся, и то… нет. Всему есть причины, это я тебе как врач говорю.

-Вот если бы ты психиатром была...

-Если надо, то я тебе и психиатра найду. Хочешь?

-Ничего я не хочу, - нахохлилась порядком пьяная я. А потом сама жалобно спросила. - Женька, что мне теперь делать?

Подруга задумалась.

-А ты его любишь?

-Кого? Дамира или Славу? - зачем-то уточнила я.

-Тьфу на тебя, - покачала она головой. - Если ставить вопрос таким образом, то ответ очевиден. Если уж ты задумываешься о том, любишь ли ты мужа… то всё уже плохо.

-Просто… Просто… - до ужаса хотелось оправдаться, но слов не находилось. Поэтому я сказала совсем другое. - Понимаешь, если бы не Ванька…

-Оооооо, - протянула Женя. - Мы теперь за сына прятаться будем? Ты же сама говоришь, что Ванька обожает этого твоего Дамира.

-Так он его как тренера обожает, как друга… А не как… дяденьку, который шпилит его маму, - попыталась пошутить я, получилось так себе.

-Хреново, - подытожила подруга. Дальше мы пили молча, даже не чокаясь. Иногда забегали дети, воруя фрукты и сыр с наших тарелок. Я наблюдала за тем, как Ванька развлекал маленькую Лильку, и невольно думала о том, что, возможно, мысль о втором ребёнке не так уж и плоха.

Слава пришёл уже после десяти, окинув взглядом место нашей пьянки и шутливо заключив.

-Пьяная мать - позор семейства.

На что мы с Женей натянуто улыбнулись, зная о том, что у матери в этом доме пьянство - далеко не самый страшный грех. Пока муж переодевался, подруга очень быстро засобиралась и, подхватив недовольную дочь, буквально сбежала из нашей квартиры. Впрочем, я прекрасно её понимала - после того, что я ей рассказала, ей тоже было стыдно смотреть в глаза Ларину. 

* * *

Четверг

Этого дня мы с Ванькой ждали, затаив дыхание. Оба были как на иголках. Вот только сыну было позволено грустить напрямую, я же сходила с ума молча. На работе от меня сегодня было мало толку, от чего даже начальница нашего отдела с подозрением начала коситься в мою сторону. К моему глубокому сожалению, но у меня даже похмелья не было после вчерашних возлияний, на которое можно было бы немного переключиться.

Внутри меня всё негодовало: как это так, я больше не увижу Дамира. Чувство было абсолютно эгоистичное, потому что если я вчера и поняла что из нашего откровения с Женей, так это то, что я сама разрушила всё что можно. И если бы это только касалось меня одной. Но нет. Я пришла к Дамиру в поисках поддержки, совсем не подумав о том, что для него это всё тоже будет не просто так.

Я люблю тебя. Как же мне хотелось прийти к нему и… пасть к его ногам. Чтобы просто сидеть рядом с ним и молчать, ощущая как его пальцы перебирают мои волосы.

В моей всеохватывающей печали мой идеальный “Давид” казался прекрасным как никогда. Прекрасным и несчастным. И этого я себе тоже не могла простить. Мне вообще начинало казаться, что я только и делаю, что несу боль дорогим мне людям.

Я планировала повторить свой вторничный фокус и выйти с работы вовремя, но на этот раз не сложилось, и я опять опаздывала. Вот только сегодня мне казалось это чем-то фатальным. Потому что с моих опозданий всё началось… неужели ими всё и окончится?!

Не хотелось никаких воспоминаний. Не хотелось никаких параллелей. Но стоя в пробке, я упорно вспоминала вкус его губ и прикосновения ласковых, слегка шершавых пальцев на своей коже, и акцент… тихий и едва различимый, но пробирающий до самых остовов.

В комплекс я вбежала уже запыхавшись, запнувшись на привычном месте. На этот раз обошлась без травм. Отмахнувшись от девочки на ресепшене, я пробежала мимо, краем глаза отметив для себя, что скамейки с родителями уже успели опустеть.

Я чуть ускорилась, сворачивая в коридор, который вёл к тренерской, и со всего размаху врезаясь в кого-то. Ойкнула и испуганно шарахнулась в сторону, чуть опять не полетев со своих шпилек. Ну вот ничему не учит меня жизнь!

Надёжные руки перехватили меня за талию, и я по инерции полетела прямо на Дамира. Впрочем, он не возражал, теснее прижимая меня к себе.

Знакомый запах вскружил мне голову, и я, готовая уже на всё, резко вскинула голову вверх, моментально растворяясь в глубине его глаз.

Взгляд его тут же потемнел, становясь практически чёрными. Губы слегка дрогнули.

-Привет, - одновременно выдохнули мы оба.

Сердце в груди пропустило удар.

Надо было высвободиться из его объятий, но вместо этого я протянула свою ладонь к его лицу, проводя по колючей щеке, словно не веря, что это действительно он.

Дам извернулся и коснулся губами основания моей кисти. Такой знакомый жест. Такой свой. Такой родный.

Мне казалось, что я готова разреветься опять, но его взор удерживал меня от такой глупости, потому что зачем тратить время на бессмысленные рыдания, если его и так почти не осталось ни на что.  

-Вот и всё? - прохрипел Бероев, чуть сильнее сжимая пальцы на моей талии.

Вместо ответа я закрыла рукой его рот.

-Молчи, просто молчи, - очумело приказала я Даму, оттягивая приход реальности хоть на чуть-чуть. - Я не должна была к тебе приходить. Ни тогда, ни сейчас.

Оправдание так себе, но это всё, что у меня было.

-Не должна, - подтвердил он, отводя голову в сторону. - Не должна. Но чёрт возьми, я так этого хотел!

Сказано было с таким неистовым чувством, что я даже рот приоткрыла от удивления.

Дамир, уставился на мои губы, предупреждающе рыкнув.

-Я тебя сейчас поцелую.

Я зачем-то облизала губу, заворажённая тем, что плескалось на дне его глаз.

-А я так боялась, что не захочешь…

Остатки самообладания в нём всё-таки ещё были. Дамир повернул меня к стене, давая опереться на неё спиной, а сам воровато осмотрелся. В коридоре мы были одни.

-Когда же это уже прекратится?! - неведомо кому пожаловался он и поцеловал меня.

Стенка оказалась очень даже не лишней, потому что у меня тут же подкосились ноги, но Дамир, нависающий надо мной, уверенно придерживал, не давая рухнуть со своих шпилек.

Внутри меня всё трепетало, полыхало и плавилось…

Время вновь потеряло всякое значение.

И если бы была возможность, я бы так и осталась с ним навсегда в том коридоре...

Но протяжное детское “Нееееееет” обрушилось на меня всей своей неотвратимостью.