Глава 29 (Дамир)
Пятница
Несмотря на то, что настроение к утру не улучшилось, со звонком будильника я виновато поплёлся к брату восстанавливать мосты доверия. Рома не оценил, мелодраматично заявив, что как минимум до наступления девяти часов утра я ему не то что не брат, а вообще, он меня не знает.
Но я был упрям и настойчив в своей попытке вытащить его на пробежку, поэтому, обнаглев вконец, сдёрнул с него одеяло.
Брат тут же пронзительно завизжал, театрально обхватив грудь руками.
-Так-то я тут голенький сплю! - возмутился он.
-На пробежку пошли, - миролюбиво предложил ему.
Посмотрев на меня с прищуром и поскребя свой подбородок с утренней щетиной, Рома изрёк:
- Чё, совсем не в моготу?
-Совсем, - по-простому кивнул я головой.
Пробежка вышла занятной. Я отважился притащить брата в тот самый сквер, в котором ещё совсем недавно гуляли с Катей. Ромка выдохся после первого же круга, поэтому бегал я в одиночестве. А это чудовище, как порой именовал его Стас, сидел на лавочке и поедал мороженое, за которым не поленился сходить в ближайший круглосуточный супермаркет.
Москва потихоньку просыпалась, на улице появлялось всё больше людей, гудели машины, а я наматывал свои километры, стараясь изгнать из себя всю дурь. Ночь не уменьшила накала всех тех переживаний, что бурлили во мне, но зато пришла убеждённость, что за своё счастье нужно бороться. Теперь оставалось только понять, а являлось ли моё счастье тем же самым для Вани и Кати. Но чёткого ответа я так и не нашёл.
Окончательно выбившись из сил, я приземлился на скамейку рядом с Ромой. Тот с невозмутимым видом протянул мне бутылку с водой. Я оценил.
-Прости за вчерашнее, - попросил его.
Ромка лишь хмыкнул.
-Так-то я привык. Все обычно считают, что у нас в семье нервный я, но на самом деле можно поспорить. Вы со Стасом вечно всё в себе таскаете, а потом взрываетесь. Он чаще и сильнее, ты реже и сдержанней, что, впрочем, ещё не означает, что ты этого не делаешь.
-Ценное замечание, - попытался подколоть его.
-Какое замечание? Правда жизни!
Спорить было бессмысленно, поэтому я молча сидел и пил воду, пока Рома сам не спросил:
-Всё настолько плохо?
-Ещё хуже, - обречённо откликнулся.
-Хреново, - всё-таки они со Стасом были до ужаса похожи.
-Хреново, - повторил за братом.
-Она хоть стоит твоих страданий?
-Она стоит всего на свете.
-Ну слава тебе господи, - опять затеатральничал Рома. - Хотя бы не по мелочам страдаем. А то вы со Стасом себе вечно проблем на ровном месте найдёте.
-Хочешь сказать, что у вас с Сонькой не так? - не подумав ляпнул я.
Рома кинул на меня короткий взгляд, приспустив свои авиаторы на нос, после чего непривычно серьёзно сказал:
-А мы с Соней слишком давно вместе. Нам с ней либо жениться, либо расставаться.
От фразы “Когда в ЗАГС” я сумел воздержаться, давая Роме возможность пояснить самому.
-Всё сложно, - по итогу заключил он, спрятавшись за нашу универсальную отмазку.
-Вы же…
-Мы же… А что мы? А мы на расстоянии трёх тысяч километров друг от друга.
-Ну так езжай к ней, а то ты из себя всё лето коренного петербуржца строишь.
-Спасибо, - скривился брат. - Сам бы в жизни не догадался.
-Ром…
-Что Ром? Ну не можем мы вместе… Она никогда не уедет оттуда, а я… я задыхаюсь там. От беспомощности задыхаюсь, что ничем помочь не могу, от обстоятельств этих грёбаных задыхаюсь, от безнадёги, её, своей. От того, что она ещё больше загоняется, когда видит моё состояние. Вот и остаётся нам торчать в разных городах, чтобы была хоть какая иллюзия того, что все страдания не зря, типа так надо. А на самом деле… Хочешь совет? Сегодня бесплатно. Пока у тебя есть хоть какая-то возможность, борись за неё. Зубами вгрызайся, ногтями… даже в самую призрачную. Иначе вообще вилы.
На душе стало ещё тоскливей (куда уж, казалось бы, сильнее?), но на этот раз, правда, уже не за себя, а за брата и Соньку.
-А если у меня тоже… обстоятельства, которые грёбаные и непреодолимые?
-Ну тогда иди и вешайся.
Я поперхнулся.
-Ну спасибо.
-А ты чего хотел? Варианта на самом деле три. Либо ты борешься, либо сидишь и страдаешь, но тогда уж молча. Однажды переболит, наверное. Ну а если не подходит ни один из вариантов, то только вешаться и остаётся.
Мы оба замолкли, уставившись немигающими взглядами на стайку голубей, прогуливающихся рядом с нашей скамейкой.
А потом я не выдержал и закинул руку на Ромину шею, притягивая к себе, а кулаком другой активно елозя по его волосам.
- Ааааа, - начал брыкаться он. - Чёлка!
-Как же я по тебе скучал!
* * *
Время на работе пролетело непривычно быстро. Весь день бегло посматривал на телефон, то ли ожидая весточки от Кати, то ли оценивал степень своего собственного безумия, подталкивающего меня самому позвонить или написать ей.
Ромкин совет всем хорош, особенно если учитывать, что у меня и зубы, и ногти чесались во что-нибудь вцепиться. Но при каждом моём порыве сделать хоть что-нибудь, в голове сразу же всплывал образ Ваньки и его убитое: “А я думал ты мне друг”. Я тоже так думал, Вань, я тоже...
Хотелось вернуться в своё уныние, отчего-то это казалось честным, но у жизни было совсем иное мнение на сей счёт.
Дом встретил не просто шумом… а целой палитрой голосов и толпой людей. Причём настолько эмоционально, что я чуть не вывалился за порог, когда на меня с разбегу налетела тринадцатилетняя Кристинка, стоило мне лишь открыть дверь.
Они были здесь все. Сашка, что-то бурно доказывающий Стасу и Роме. Саня, не выпускающая из рук агукающую Полинку. Вера, развлекающая Никитоса и о чём-то шепчущаяся с близняшками. Кир, с загадочным видом сидящий в своём телефоне.
Меня зацеловывали долго и упорно, даже Вера сказала, что может оставить свой штрих на моей щеке, вызвав тем самым у Стаса нервную икоту. Мы разобрали стол в гостинной, откуда-то взялась еда в неограниченных количествах, которой ещё с утра совершенно точно в моём доме не было.
Сидели до глубокой ночи, к тому моменту Стас уже успел увезти дочь Насте, а Саня - уложить младшего из детей спать в моей спальне.
Ели, болтали, шутили, безумно улыбаясь, не в силах скрыть чувства радости от того, что наконец-то собрались все вместе. Я тоже улыбался, и даже не через силу. Правда, периодически ловил на себе беспокойный взгляд матери и каждый раз виновато отводил глаза, подсознательно опасаясь того, что узнает, каких же дров я наломал.
В гостиницу родителей мы не пустили, решив, что вполне сможем разместить десять человек между двух квартир.
-Мальчики направо, девочки налево, - заключил отец, разведя руками. Из-за чего Вера побледнела и вцепилась в руку Стаса - оставаться наедине с Саней она пока опасалась, даже несмотря на то, что в семье её приняли как родную.
В итоге родители с Никиткой и близняшками уехали на квартиру к Стасу и Вере. А остальные остались у меня.
Девчонки, правда, надулись, уверенные, что пропустят всё самое интересное.
-Ну Кир же остаётся, - топнула ногой Викуля, надув губёшки.
-Ему уже почти восемнадцать, - заметила мама, многозначительно посмотрев на Рому, чтобы тот помнил, что ПОЧТИ, и следил за своим языком.
-Так-то мы тоже взрослые, - поддержала сестру Кристина. - Может быть, мы тоже хотим вести ночные разговоры о насущном!
-Только через мой труп! - сделал страшные глаза отец, прижимая к плечу спящего Кита.
Стас в очередной раз уехал, теперь уже провожать родителей и Ко. Мы же остались вчетвером, глушить пиво и играть в приставку. Вернее, пили только мы с Верой. Рома в принципе не упортреблял алкоголь, а Кирилл предусмотрительно заметил, что если мама узнает, что он сегодня пил, то голову не сносить… нам. И да, мы все единогласно решили, что ругаться с Александрой Сергеевной Черновой вообще не вариант.
Вернувшийся Стас поддержал наш сабантуй.
Засыпали как попало. Мы со Стасом вырубились на полу, к тому времени Вера уже давно дремала в кресле, Кира же сон сморил на диване. Один лишь Рома с гордо поднятой головой удалился в спальню и уснул на свободной кровати в позе морской звезды.
* * *
Суббота
Из дома я сбежал с утра. Растолкал Стаса и Веру, отправив их на кровать и укрыв Кира тёплым пледом.
Голова была ватная, сказывалось всё - и полубессонные ночи, и выпитое накануне пиво, и шумная встреча с семьёй.
Сегодня была утренняя тренировка с моими мелкими борцами. Отработали мы на славу, только меня всё время не отпускало затягивающее чувство пустоты от того, что Ваньки здесь больше не было.
В итоге ближе к обеду меня накрыло окончательно, и сорвавшись, я отправил сообщение: “Кать, как вы там? Как Ваня?”.
Сообщение дошло, а ответа не было. Поэтому плотно сжав зубы, я отправился домой, в надежде, что уйти в себя мне там не дадут, благо, что работал я сегодня только полдня.
У метро меня встретили Стас с Киром, и уже на подходах ко дворам мы увидели Рому и отца, который тащил в руках огромный арбуз.
-Лена повела маму и девочек по магазинам, - пояснил Кир. - Всеобщий сбор через полчаса у тебя на квартире.
-А вы чего вообще в Москву-то сорвались в последний момент? - поинтересовался Стас. - С понедельника же учёба начинается…
-А того и решили, что когда ещё встретимся. К тому же мама не теряет надежды, что меня вдохновит Москва и я решу здесь учиться.
-Что ж ты там такого натворил, что они тебя сюда сослать хотят? - хмыкнул Рома, оторвавшись от отца, который шёл чуть в стороне, страдая со своим арбузом.
-Собственно, ничего. Просто я решил пока никуда не поступать…
-Это как? - не понял я.
-Школу окончу, в армейку схожу, а там посмотрим.
-Как в армейку?! - воскликнули мы втроём.
-Ну кто-то же должен в этой семье. А не как вы, из дома сбежали и страдаете теперь со своей любовью, - хмыкнул Кир, утерев нам всем носы.
Мы хотели сказать что-то ещё, но тут Сашка, идущий от нас в паре метров, возмущённо поинтересовался:
-Скажите, в чём смысл был заводить такое количество детей? Чтобы потом, в старости, самому тяжести таскать?
-Вот как у тебя старость наступит, ты нам намекни, мы, может, и приедем со своим стаканом воды, - вяло отозвался Рома.
-Сейчас помогу, - притормозил я, разворачиваясь в сторону Сашки. Пока мы с ним возились с арбузом, парни ушли вперёд.
-Зубоскалы, - беззлобно покачал он головой, глядя в спины сыновьям. - И в кого вы у меня такие?
-Будешь бухтеть - старость наступит раньше времени, - подколол я его.
-И ты, Брут! - закатил Чернов-старший свои глаза.
Я поудобней перехватил огромную “ягоду”, и мы уже было двинулись в сторону дома, когда незнакомый хриплый мужской голос окликнул меня.
-Эй, чурка, вспомнил о своём предназначении?
Сашка отреагировал первый, резко крутанувшись на месте. Я же был привыкший к такого рода высказываниям. Поэтому попытался удержать отца от лишних геройств, но арбуз ограничивал меня в движениях. Поэтому пришлось повернуться тоже.
Их было трое. Двоих я видел впервые, а вот третьим оказался… Вячеслав Ларин.
Он стоял чуть в стороне, спрятав кулаки в карманы джинс, и с вызовом смотрел прямо на меня. Мрачный вид, играющие желваки, прожигающий взгляд… Он всё знал.