Глава 31 (Слава)
Четверг
-Я тебе изменила.
Я моргнул. Показалось. Показалось же?
Потому что это Катя, и она просто не могла сказать такого. А уж тем более сделать, потому что… это Катя.
Непонимающе смотрел на жену и думал о том, что если это шутка, то какая-то хреновая шутка. Но она не улыбалась, даже наоборот, шокированно прижимала пальцы к своему рту, будто бы сама не верила в то, что сказала.
Она не верила! А мне тогда что с этим было делать?
Потряс головой, пытаясь выкинуть оттуда остатки алкоголя, что ещё буквально минуту назад так приятно дурманили мозг.
И опять на Катьку посмотрел. Странная она. Бледная, замученная… Ошалевшая. И взгляд… пустой и незнакомый, словно перегорело в ней что-то.
-Ещё раз… - попросил, давая нам обоим возможность повернуть обратно, но у жены вдруг обнаружились совсем иные планы.
Хихикнула. Ни разу не весело, скорее уж нервно и истерично.
-Слава, - опустив голову, сказала она. - Я тебе… изменила.
И лишь после этого посмотрела на меня. И вот только тут я понял вообще, о чём она...
Мозг работал медленно, пытаясь осознать… непонятное. Тело же отреагировало быстрее. Лицо налилось кровью, а зубы заскрежетали от гнева.
Катя виновато закусила губу и встала с кровати на ноги. Сглотнула. Мы оба тянули время. Дышал учащённо, стараясь понять, что она пыталась мне сказать.
-Мне жаль… мне очень жаль, - зачастила она, глотая половину звуков. - Я не хотела… Понимаю, что оправдание так себе… Но… мне было плохо… очень-очень плохо. И я… тебе изменила…
-Хватит! - рявкнул в ответ. - Хватит уже это повторять!
Катя побледнела и невольно отступила назад, я же сжал кулаки, пытаясь хоть куда-то деть гнев, зарождающийся внутри меня.
На языке вертелось множество вопросов, и я ухватился за самый понятный для себя.
-Кто?!
Катя помедлила, а потом мотнула головой.
-Это не имеет значения…
-Я. Спросил. Кто, - мне же это как раз казалось наиболее важным. На кого, блять, променяла меня моя же жена?!
- Слав, правда…
Собственное имя больно резануло по ушам. И стало обидно. Прям так по-детски, как бывает, когда тебе показали большой такой красивый подарок, о котором мечтал, а потом… бах - и отобрали. Вот и сейчас. Смотрел на Катьку и чувствовал обиду пополам с разочарованием. Я же ей верил. Даже мыслей таких никогда не было, что она сможет выкинуть нечто подобное. Я ведь хороший выбор сделал, правильный…
-КТО? - как заведённый повторил я.
И сам глазами по комнате рыскал, ища хоть что-то… Но всё время в Катю утыкался. Она обхватила себя руками… Беззащитная такая. Кому-то, может быть, пожалеть бы захотелось. А меня вот страсть как… придушить её тянуло.
Видимо, что-то такое прочитала у меня на лице, потому что ещё шаг назад сделала, наткнувшись спиной на трюмо. Оттуда что-то рухнуло, и по полу покатились шахматные фигуры. Те самые, за которые она отвалила кучу денег, потакая капризам сына.
Щёлкнуло. В мыслях. Будто пазл сложился.
-Это тот мальчишка?! Ванькин тренер… как его там… Дамир?!
Вот теперь Катя стала буквально белой, доказывая, что я прав. Но держаться решилась до конца, что бесило до ужаса.
-Это правда не имеет значения. Просто…
-Что просто?! Ты с ним спала?!
Молчала. А внутри меня в этот момент что-то взрывалось. Стало противно… Она ведь даже толком оправдываться и врать не умела, всё читалось на этом милом личике, которому я когда-то верил. Сейчас тоже верил… Но уже как-то иначе. Знал же, что несмотря на все вывертки, правду скажет.
С психу пнул по кровати, Катя от неожиданности подпрыгнула. В глазах отразился страх… А что мне её стах?! Что мне её извинения…
-И как? - хмыкнул. - Понравилось? Что он там, трахается лучше или как?!
-Не говори так…
-А что я должен сейчас говорить?! - закричал. - Что?! Может быть, я должен радоваться?! И благодарить тебя?! Спасибо тебе, любимая, что рассказала… Поделилась. Надеюсь, тебе там хоть хорошо было… а то вот обидно-то будет, что всё похерила, а удовольствия не получила.
-Всё не так! - на удивление твёрдо произнесла она. - Не своди всё к…
Потерялась, подбирая нужное слово.
-Траху? - услужливо подсказал. - Ещё скажи, что у вас чув-ства.
Катя с вызовом вскинула глаза, но не отвечала. Получалось, что да. Чувства. Грёбаные чувства, в которые она с охотой верила. Хотя кто бы сомневался. Моя высокоморальная жена и не смогла бы иначе. И тут же сам усмехнулся своим мыслям. Высокоморальная...
-Давай поговорим, - медленно и будто бы заторможено попросила моя “неверная”.
-Поговорим? - переспросил. - Поговорим?! - и собственный голос показался истерично-несдержанным. Впрочем, было откровенно пофиг. - По-моему, ты как-то припозднилась, родная.
Она виновато поморщилась, совестно ей, что ли, было… Совестно - это хорошо, жаль, что сильно поздно.
- Ну и чего тебе не хватало? Вот скажи?! Заскучала?! Романтики захотелось? Ванильки? Быт заел? Ах, ну да, помню-помню. Трудно было… И что он сделал, этот твой Дамир-то? Выслушал и пожалел? По головке погладил…
В Катькиных глазах выступили слёзы, и это неожиданно лишь подстёгивало мои нападки. Потому что самому вдруг стало больно и обидно. Что предала, что обманула, что… всё разрушила. И чем тяжелее становилось самому, тем больше всего лилось из меня на женщину, которая оказалась совсем не той, какой я ожидал.
-Я же тебя спрашивал. Что не так… Предлагал варианты. А ты всё своё талдычила. Устала. Настроения нет… А потом нос свой воротила, когда я тебя касался… Всё ждал, когда ж растаешь уже, когда отпустит тебя.
Презрительно усмехнулся.
Пазл всё продолжал и продолжал складываться, и вырисовывающаяся картинка выходила стрёмной и отвратной.
-Если ты всё видел, что ж тогда молчал? Что ж ты со мной не поговорил? - сведя брови, спросила Катя, поменявшись в лице. Нет, она всё ещё была бледной и испуганной, но я видел, что вина во взгляде уже начала меняться на что-то другое. Пока неведомое мне.
-Я же спрашивал…
-Нет, Слав, - покачала она головой. - Спрашивать - ещё не означает разговаривать. Потому что у тебя, как всегда, на всё были свои ответы. Что-то не клеится? А давай ещё ребёночка родим. Устала? А давай мы на море слетаем. Ты хоть раз спросил, а чего я хочу? Или Ваня?
-Ну с твоими желаниями, как выяснилось, всё понятно, - не удержался от сарказма. - Оказывается, всё дело в том, что я плохо спрашивал? А ты у нас, видите ли, ни при чём.
-Я виновата, - тут же отозвалась Катя. Как-то по-простому. - Виновата. Тут не оправдаешься, никак. И мне стыдно, что… всё получилось так. Что я слишком долго молчала и запустила ситуацию… до такого.
-И что бы ты такого сказала мне… раньше?
Слова будто не желали лезть в горло, застревая где-то на подходе. Мне вообще как-то совсем не по себе стало. Бросало то в жар, то в холод.
-Я устала. Я правда устала. Но не от работы, не от дома, не от быта… Я устала быть со всем этим одна.
-КАТЯ, я работал! - с ходу заорал я, поражённый тем, что она ставила мне это в упрёк.
Она всхлипнула и замотала головой.
-Славка, ну я же не об этом. Мы же тебе мешаем… Я… ребёнок.
-Херню не неси!
-Да посмотри же ты! - крикнула она в ответ. - Я вечно не такая, какой ты желал бы меня видеть…
-Потому что не надо фигню всякую творить!
-А что, по-твоему, фигня? Что в твоём понимании фигня?! Мнение моё? Ванькины желания? - слёзы катились по Катькиному лицу, но говорила она всё уверенней, если не сказать, что отчаянно. - Да мы просто мешали тебе жить! Всё было хорошо, только когда мы соответствовали… Понимаешь? Когда подходили твоим взглядам на жизнь. А всё остальное время… ты снисходительно терпел… мою неразумность!
Я зарычал, повторно врезав ногой по кровати, на этот раз стало больно, но мысль об этом прошла как-то мимо моего сознания. Другое сейчас было важнее...
-А какие тут ещё могли быть варианты? Катя, я с двадцати лет для вас наизнанку выворачивался! Работал, впахивал… Заметь, я создал вам ВСЕ условия, о которых только мечтать можно было. Ещё скажи, что я был плохим мужем! Ты хотела ребёнка - мы родили. Ты…
-То есть это только я хотела ребёнка?! - с небывалой силой взвилась жена, даже слёзы пускать перестала.
-Я не это хотел сказать…
-Но сказал!
Между нами повисла тишина. Оба тяжело дышали, сверля друг друга злыми взглядами.
-Так в этом всё дело, - в итоге не удержался я опять. - Тебе, видите ли, одиноко стало?
-Считай, что так… - отмахнулась от меня Катя, желая поскорее окончить весь этот разговор. - С жиру беситься начала, со скуки, с одиночества… Считай, как хочешь.
Она говорила монотонно и будто бы устало, явно уже не веря в возможность что-либо решить или исправить. Злило. Очень. Израненному самолюбию хотелось иного.
Катька была сегодня другой. Не было в ней той покладистой девочки, в которую я когда-то впервые влюбился. Но меня напрягало даже не отсутствие её покладистости и желания перечить. Пугало то, что в ней не было ни единого намёка на стремление сохранить то, что было у нас.
Это лишь усилило тот ад, который закипал во мне. До меня наконец-то дошло: она не планировала что-то спасать или сохранять… Я сильно не задумывался о том, собираюсь ли её прощать. Но Катя была моей женой, провинившейся женой, и логично было бы ждать от неё, что она начнёт молить о прощении. Но ей, как всегда, было наплевать на логику. Ничерта она не собиралась извиняться, скорее даже наоборот, сама злилась и закипала, высвобождая из себя обиды, которые, должно быть, давно копила.
-Как ты могла?! - в конце концов обиженно выдал я. - Как ты могла?!
Катя лишь жалобно всхлипнула.
-Получается, что могла...
Пятница
Спать я лёг в гостиной на диване, хотя до ужаса хотелось уйти, громко хлопнув дверью. Но собственнические чувства вдруг взбунтовались. Испытывал необходимость сохранить иллюзию, что хоть что-то в этом доме ещё находится под моим контролем. Да и страшно было, что если я уйду, она тоже уйдёт… к нему.
Утром я проспал всё на свете. В квартире было тихо, а голова гудела. То ли от выпитого накануне, то ли… от всего остального.
Вчерашний вечер казался каким-то сюром. Я даже малодушно пытался убедить себя, что спать на диване мне пришлось из-за того, что я с алкоголем переборщил. Но нет, блядская память подсовывала обрывки случившегося разговора.
Кати с Ванькой уже не было. На кухонном столе услужливо ждал завтрак и записка, написанная Катиным почерком с завитушками: “Ушли. Будить не стала. Давай попробуем поговорить вечером. Без эмоций”.
Я расхохотался. Если у меня ещё и оставались какие-то иллюзии, то сейчас они рассеялись окончательно. Она мне изменила. Она спала с этим мальчишкой… Моя жена посмела лечь в постель к другому мужику…
Гнев снова набирал обороты.
Тарелка с бутербродами полетела в стену, рассыпалась на осколки, содержимое же разлетелось по всей кухне, оставляя жирные следы. Вот так. Как и в нашей когда-то чистенькой семье, здесь теперь творилось полное дерьмо.
Легче не стало, для этого, видимо, надо было переколотить весь сервиз, подаренный моими родителями на нашу свадьбу, и я даже знал, об чью голову.
Рабочий день был обречён заранее. Сосредоточиться на чём-либо толком так и не получалось.
Зачем-то вспомнил наши с Катей отношения. То, как всё начиналось.
Она понравилась мне сразу. Весёлая, лёгкая и… красивая. У нас вообще с ней всё было просто. Встретились, понравились, стали встречаться. У обоих первые отношения, вместе открывали себя и свои границы. Было сладко и… авантюрно, что ли. Прогуливали пары у неё в общаге, пока соседки были на занятиях. Наверное, окажись мы чуть-чуть поглупее, то и из универа бы вылетели. А так… а так мозгов всё-таки хватало и на пары ходить, и сильно долгами не зарастать. Но оторваться друг от друга было сложно.
Катя была… податливо-мягкая и до ужаса отзывчивая. Меня это всегда подкупало.
Моя мать по характеру более стальная. В Кате же я смог разглядеть свой идеал женщины.
Взрослая жизнь началась как-то резко… Вышли из универа и оказалось, что нужно думать обо всём… Мир был полон возможностей, и мне хотелось заполучить их все. Катя не возражала, хотя амбиций в ней было в разы меньше. Впрочем, меня устраивало и это… Мне же, как мужчине, были необходимы победы, а её, видимо, устраивал наш тихий очаг. Я дал ей всё это. Дом, сына, стабильность.
Ты ведь этого хотела, любимая, не так ли?!
Катька вообще идеально подходила на роль жены. Для неё интересы семьи всегда были на первом месте. Всегда поддержит, всегда примет правильные решения… даже несмотря на всю дурость, которая порой рождалась в её голове. Я предпочитал всё это списывать на её импульсивность и увлекающуюся натуру. Значит, моя роль как мужа состояла в том, чтобы держать её в рамках разумного.
Когда же всё изменилось?
Я не совсем дурак, чтобы не понимать, что в последнее время у нас как-то туго всё шло. Но это казалось каким-то закономерно-правильным. Мне и самому становилось скучно, в том укладе жизни, в котором мы существовали. Хотелось общения с людьми, встреч, посиделок. Тогда я шёл к друзьям. А она, как оказалось, к другому мужику. От этого тоже жгло. Что она… а не я себе бабу нашёл. Словно переиграла меня на каком-то из поворотов.
Несмотря на то, что была пятница, и полное отсутствие желания работать, я торчал на работе до самого поздна. Просто не мог представить себе, как приду домой, а там она… и Ванька. Про сына вообще думать было ещё сложнее. Я в принципе так и не научился его понимать. Диковинный у меня ребёнок был. С широко-распахнутыми глазами и переполошенный. Но сегодня меня волновало совсем не это. Я вдруг понял, что… Иван никогда не встанет на мою сторону. А хотелось…
Тоже нечестно. Предала она, а за бортом оказался я. Усмехнулся, с чувством ударив кулаком по столу. Хотелось действий и крови… Пока что ещё без разницы чьей. Его… своей.
Из офиса вышел уже после напоминания охраны, что пора бы. По пути заехал в магазин, схватив первый попавшийся алкоголь и… киндер для Вани.
Пить начал ещё в машине, припарковавшись на своём привычном месте. Коньяк средней паршивости тяжело падал в желудок. И это тоже казалось насмешкой судьбы. Не могло мне под руку что-то приличное попасть? Словно весь мир сегодня был против меня.
Домой ввалился до обидного… трезвым. Пусть и походка была нетвёрдой, и язык заплетался. Но голова ещё работала, отказываясь терять чёткость восприятия и вытравливать из памяти ненужные воспоминания.
Катя нашлась на кухне. Опять сидела и смотрела в одну точку. Я уже начинал ненавидеть эту её позу. Все эти её страдания… ЭТО МНЕ ИЗМЕНИЛИ.
В квартире было тихо, видимо, Иван уже спал. Это тоже вдруг взбесило. Почему это он спит… когда я ещё не пришёл. Воспринималось это так, словно не было ему никакого дела, есть я в этом доме или нет.
-Вааань! - закричал с порога. Катя тут же выскочила в коридор и зашипела на меня, будто бы у неё было на это хоть какое-то право. Но я лишь отмахнулся от неё, извлекая из кармана киндер. - Папу встречай, я тебе подарок принёс…
Но отчего-то сын не торопился. Зато вот Катя удивила, с силой схватив меня за лацкан пиджака и потащив в кухню, не забыв плотно прикрыть дверь за нами. Сука. Прикрыть. А я бы вот шарахнул… Потому что плохо. Потому что больно… Потому что…
-Ты что творишь?! - закричала она на меня, правда, шёпотом. - Злишься на меня? Злись. Но Ваню в это не вмешивай.
-Он и мой сын тоже!
-Вспомнил. Ура! Пойду сейчас в календаре пометку сделаю, - она язвила, остро и ядовито. Не узнавал в этой женщине свою жену. Так и хотелось попросить эту бессердечную стерву вернуть мою Катьку. Понятную и знакомую.
-То есть я не только как муж - говно. Но я ещё и отец дерьмовый?
Катя вздохнула, зажав переносицу пальцами, всем своим видом говоря мне: “Как же я устала...”. Ха! Устала она. Можно подумать, что я не устал. От этого вечного упрёка в её глазах и постоянных попыток что-то сотворить у меня за спиной.
На всякий случай оглянулся назад, не стоит ли там кто… Например, этот её… Дамир… Не стоял. И пусть не стоит. Пусть у него там вовек ничего не стоит… вообще. Пусть только попадётся на глаза… я ему покажу, как чужих жён трахать.
Мысли в голове путались, меняясь как в калейдоскопе.
-Ты нормальный муж был. И отец тоже нормальный. Не идеальный, но…
-А он, значит, идеальный?
-Дам вовсе здесь не причём.
Презрительно захохотал. Значит, уже Дам.
-Слав. Не получилось у нас семьи, - чуть ли не шёпотом произнесла Катя, из-за чего мне до последнего казалось, что я ослышался.
- У нас?!
- У нас…
Я с шумом упал на стул, с почти ощутимой ненавистью посмотрев на жену. Она обхватила себя руками. Опять. Так и хотелось заорать, что меня достали эти её тонкость и уязвимость. Но я отчего-то молчал, ожидая неведомо чего.
Катя тоже села, тихо и аккуратно опустившись на краешек стула, что стоял по ту сторону обеденного стола.
-Иди спать. Сегодня уже разговора не выйдет.
-Не хочу завтра, - абсолютно по-ребячески засопротивлялся я. - Сейчас хочу.
-Это опять ругань и крики будут.
-Это в любом случае ругань и крики будут.
Она бросила на меня виноватый взгляд. Ну хоть так...
И опять наступила тишина. От которой блевать было охота… Возможно, мне действительно стоило послушаться её и отправиться спать. Но я просто был не в состоянии воспринимать Катькины советы.
-И что дальше? - бросив на стол злосчастный киндер, который уже начинал таять в моих руках, поинтересовался.
Она пожала плечами.
-Я не знаю…
-То есть… Ты всё разрушила. Рассказала мне всё это… потому что твоя совесть вдруг не выдержала. И дальше простое "не знаю"?!
Катин взгляд скользнул по мне, а потом её пальцы неожиданно коснулись моей руки, на которую я опирался, сидя за столом.
-Я не хотела сделать тебе больно. До последнего боролась, сопротивлялась…
-Вот сейчас прям легче стало, - фыркнул, прикрыв глаза в надежде, что эта дрянная сцена куда-нибудь денется. Но нет. Мы всё ещё сидели на кухне, задыхаясь от собственных эмоций. - Что же ты наделала?!
Последняя фраза вырвалась сама собой.
А Катя, как и следовало ожидать, опять заплакала.
-Наделала, - дёрнулась она. - Наделала, да. Если хочешь… можешь меня ударить, если легче станет.
-Божеее, - почти взвыл я. - Какая же ты дура!
И вновь сказать было нечего.
Сидели долго. Просто сидели, я на неё даже смотреть не мог. Сходил за остатками коньяка, но продолжить пить так и не решился, просто катал бутылку по столу.
-Нам с Ваней, наверное, завтра будет лучше уйти.
Лучше бы молчала. Лучше бы она просто молчала. Потому что… внутри меня всё взорвалось приступом бешенства, ненависти, боли… да всего на свете!
Вскочил на ноги, роняя стул, что было абсолютно похрен…
-Сбегаешь?! Сломала всё и сбегаешь… Как крыса?! Да? Такая вот трусливая крыса. Только знаешь что? А я тебе сына не отдам. Слышишь?! Мы завтра с Ванькой уедем к моим родителям, пойдём на рыбалку… И будем жить без тебя. А знаешь почему? Потому что они люди… А не ты… Мразь! - с языка слетало всё подряд. Говорил лишь бы говорить, выплёвая с каждым словом всю ту желчь, что разъедала меня самого изнутри.
Сам того не заметив, обогнул стол, сделав к Кате шаг. Она стояла на месте, зажав свой рот ладонью и глотая свои извечные рыдания. Хотелось пожалеть. Вот натурально. Хотелось подойти и погладить по головке, как девочку. И это добивало ещё сильнее.
Я орал и размахивал руками, ненавидя нас обоих. Ненавидя вообще всё живое.
Ещё один шаг, и я неожиданно наткнулся на преграду. Даже запнулся, рассеянно опустив голову вниз.
Непонятно откуда взявшийся Ванька стоял между нами, упираясь своими тощими ручонками в мой живот.
В глазах слёзы и… решимость, доселе мною не замеченная у него.
Катя тоже всполошилась, обхватив сына за плечи и пытаясь оттащить его от меня.
Но тот стоял, очень по-взрослому дёрнув плечом, чтобы мать ему не мешала решать “мужские вопросы”. Я по лицу его это видел… Что больше уже не ребёнок, а мужик… которого я так хотел в нём когда-то увидеть.
-Не кричи на маму, - голос чуть дрожал, до неузнаваемого требовательный.
-Иван, не вмешивайся, когда взрослые разговаривают, - чуть ли не приказал я, потому что просить не было сил. Да и речь получалась… ровнее. Не так стыдно, что пьян. - Спать иди!
-НЕТ!
-Ванечка, пожалуйста, - взмолилась Катя, теряя всю свою стойкость. - Мы сейчас тоже пойдём. Договорим - и спать.
Но сын проигнорировал её просьбу, повторяя своё:
-Не кричи на маму!
-Она всё сломала, - пожаловался я, как если бы он тут был взрослым, а я всего лишь глупым и несмышлёным ребёнком.
Иван закусил свою губу, с самым серьёзным видом обдумывая мои слова.
-Возможно... - кивнул он головой. - Но ведь мы все всё сломали?
Мы с Катей во все глаза смотрели на нашего сына, и он вдруг залился краской, испуганный таким вниманием, но всё равно оставался стоять на месте, сжимая полы моей рубашки.
-Ваня, ну не лезь ты, - на этот раз молил его уже я, проведя ладонью по лбу, который оказался ужасно мокрым от пота.
Он отчаянно замотал головой, и только сейчас я понял, что он уже вовсю заливался слезами, но стоял… до последнего.
-ИВАН, пожалуйста! - закричал я.
-Ты нас не любишь! - параллельно мне закричал ребёнок.
Я даже пошатнулся, сделав шаг назад. Мой сын не мог так думать, просто не мог.
-Ты нас не любишь, - ещё раз повторил он, словно вбивая первый гвоздь в крышку моего гроба. По крайней мере, переживалось это именно так.
Он всхлипнул, а Кате наконец-то удалось сдвинуть его с места, прижав к своему плечу. Сын разрыдался, а жена что-то там ему шептала и гладила по голове.
А я не верил. Просто не верил, что это всё творится с нашей жизнью.
Наши с Катей взгляды встретились, и мне нестерпимо, до дрожи в руках, захотелось, чтобы она обняла меня так же, шепча свои успокоения.
Я схватил недопитую бутылку со стола и ушёл из квартиры, так и не решившись хлопнуть дверью.
* * *
На улице было темно, давно перевалило за полночь. Выходные. Я стоял на улице и пил коньяк прямо из горлышка. А ещё меня трясло. Упасть бы сейчас, и уснуть. Но желанное забвение никак не желало наступать.
-О, Славка! - обрадовался голос в темноте.
Нехотя оторвался от бутылки, всматриваясь за границы света. Это я стоял в свете подъездного фонаря. Голос же пока был за пределами моего виденья. Впрочем, говорившего это не сильно смущало. Вспыхнула зажигалка, выделяя из темноты обладателя голоса. Теперь у человека из темноты был не только голос, но и красная точка, тлеющая в ночи.
Я отсалютовал бутылкой.
-Вечееер... добрый, - фраза вышла плавающей и до неприличия пьяной. Да и пох…
Незнакомец хмыкнул, вступив в круг света и приобретая вид Андрюхи - знакомого из соседнего подъезда.
-Паршивый день? - заключил он, оценив мой вид.
-Ху…, - уточнил я.
-Ну так пошли, - кивнул он мне, подняв чуть выше такую же недопитую бутылку, что держал в своих руках.
Сначала мы просто сидели у подъезда, где каждый глушил своё пойло. Говорить было не о чём. Да мы особо и не были знакомы. Так, иногда пересекались. Разные сферы, разные интересы. Андрей работал в СТО недалеко от нашего дома, куда я пару раз в год завозил наши машины на техобслуживание. Наши...
-Чё хмурый-то? - обтекаемо заметил сосед.
-Да так… Хмырь один к жене моей пристаёт, - соврал я, не желая говорить правду. Признаваться в том, что мне наставили рога, было стыдно.
-Решаемо, - заверил меня Андрюха, делая очередной глоток из своей бутылки.
* * *
Суббота
Проснулся я в незнакомом месте. Башка раскалывалась нещадно. А ещё тошнило, и кружили вертолёты, ибо отпустило не до конца. Самым сложным оказалось вспомнить хоть что-то. А как вспомнил…. пожалел, что амнезия вышла временной.
Еле отодрав себя от чужого дивана, я отправился на поиски жизни. Андрюха нашёлся на кухне вместе с ещё одним мужиком. Память услужливо подкинула имя - Паха. Он присоединился к нашей компании уже под утро, подробностей я не помнил.
На местной кухне было накурено и… не убрано. Докатился.
Но зато мужики явно обрадовались, заприметив мою помятую рожу в дверях.
Долго умывался, мечтая о том, чтобы поскорее попасть в свою ванную и принять душ, скинув опостылевшую одежду. Но потом вспомнил, что дома у меня теперь вроде как нет. Или не так? Дом у меня есть, а вот семьи нет?
Зубы чистил пальцем, разглядывая перекошенного себя в зеркало.
Потом меня накормили жареной картошкой, от запаха которой откровенно мутило, но тем не менее, это помогло. И отстрелить себе голову если и хотелось, то уже не так яро.
-Ну что, едем херачить твоего хмыря, - жадно потерев руки, оживился Паха.
-Какого хмыря? - не сразу понял я.
-Того, что к бабе твоей лезет. Адрес-то знаешь? - подключился Андрей.
Узнать адрес - не проблема. А вот всё остальное… Я пристально посмотрел на мужиков. Они были простыми. Обычные работяги, которые привыкли идти по жизни напролом, будучи верными девизу: “Против лома нет приёма”. Но я был не уверен, что хочу именно в такой компании завалиться к Бероеву.
-Как хмыря-то зовут? - всё не унимался Пашка.
-Дамир.
-Хач, что ли? - с явным предвкушением в голосе уточнил он.
Я поморщился - ненавидел эти плебейские категории.
-Вроде как…
-Значит, точно ехать надо. Эти твари иначе не понимают. Нужно наказывать… А то вон чё удумали… Баб наших лапать.
Про лапать я ничего не говорил. Или говорил? В событиях сегодняшней ночи было слишком много белых пятен.
Я ещё какое-то время размышлял на тему, а что дальше, а потом наплевал на всё, решив пусть будет то, что будет.
Слава Богу, в машине нашлась запасная одежда. Переодеваться в Андрюхино я бы не пережил.
А всё остальное уже было делом техники…