Глава 4

Падение вышло эпичным и до ужаса громким, поскольку я умудрилась зацепить неведомо откуда взявшееся металлическое ведро.

-Мама!!! - завопил Ванька.

Я дёрнулась, чтобы встать, но неожиданно почувствовала, как чужие руки подхватили меня вверх. Попыталась сопротивляться, смущённая всем случившимся, но, кажется, никто не собирался обращать внимание на моё сумбурное сопротивление, потому что тихий голос с едва уловимым акцентом велел:

-Подождите...

И я вдруг послушно стала ждать, совсем не понимая чего именно. Надо мной мелькал тёмный потолок, кружили стены, а потом бац, и в следующий момент меня уже усадили на что-то твёрдое, но я могла думать лишь о том, не задралась ли моя юбка, из-за чего начала предательски краснеть. В лицо своего “спасителя” я предпочитала не смотреть, только уткнулась взглядом в мужской торс в бордовом джемпере, находящийся прямо передо мной. Выручил Ванька, налетевший со всего разбегу и хорошенько впечатавшийся в меня. Получилось более чем ощутимо. Я даже пискнула.

-Эй, эй, парень, спокойней, маме может быть больно.

Но на Ивана это подействовало с точностью до наоборот. Услышав, что мне может быть больно, сын прижался лишь сильнее. И не ясно, откуда в моём субтильном ребенке столько сил, потому что своими ручками-палочками он умудрился выжать из меня весь дух.

Дамир сделал шаг вперёд, чтобы помочь, но я покачала головой, впервые посмотрев ему в глаза.

“Сама”, - прошептала одними губами, на что он понимающе кивнул, но назад не отступил, готовый в любой момент прийти на помощь. Мы оба ждали, пока перепуганный Ванька придёт в себя, всё это время я гладила его по курчавым волосам, периодически чмокая в висок.

-Ты опоздала, - наконец-то сын вспомнил о главном - а именно почему мы, собственно, сегодня все здесь собрались.   

 -Прости меня, заяц, на работе задержали, - покаялась я.

Ванька немного насупился, но хватку не ослабил. И если честно, не знала я, что делать с ним таким. На языке мужа это означало - потакать.

-Поехали домой? По пути за мороженым заедем? - я всё-таки пересмотрела своё отношение к идее подкупа.

Сын шмыгнул носом и совершенно неожиданно заявил:

-Мы в шахматы не доиграли.

И я, озадаченная замечанием Ивана, подняла свои растерянные глаза на ещё одного человека, разбавляющего нашу славную компанию в этот вечер, про которого уже немного успела позабыть. Он тоже смотрел, пристально, с интересом, но при этом предельно мягко и вежливо, из-за чего во мне опять появилось совершенно иррациональное желание отнести малознакомого человека в разряд “своих”. Бывает такая категория людей, рядом с которыми расслабляешься почти сразу же, ощущая себя если не в полной безопасности, то уж однозначно в мире и покое. Так вот, если собрать всех этих людей вместе, Ванькин тренер стал бы у них во главе по силе производимого впечатления. Но именно это, наоборот, меня обескуражило и оказало противоположный эффект, потому что лично я тут же начала напрягаться. Боже мой, это не Катя, а какой-то кот Шрёдингера, зависший в двух состояниях!

-Вань, мы с тобой в следующий раз доиграем, - пообещал ему Дамир.

-И часто вы играете?

-Случается, - вежливо улыбнулся тренер, но видя моё непонимание, пояснил.- У вас порой бывают несостыковки с расписанием. 

-Ваня не говорил, - с лёгким упрёком повернулась к ребёнку, который, почувствовав, что накосячил, оперативно спрятал своё лицо у меня на плече.

-Думаю, что ему просто нравится… играть. У него хорошо получается. У Ивана аналитический ум.

-Понятно, - сухо бросила, поражённая тем, что, оказывается, у собственного сына имеются тайны от меня, а я такая курица и не заметила.

-Я на вашем месте его ещё бы и на шахматы записал, - не оставлял тему тренер, видимо, пытался сгладить возникшую неловкость. А я вот внутренне завелась и разозлилась, вроде как на себя и свою невнимательность, но всё равно часть досады так или иначе перенеслась на Дамира. 

-Спасибо, мы поняли, - пробурчала, не смотря на возвышающегося передо мной мужчину, и по возможности бережно отстранила сына от себя, чтобы встать на ноги. - Вань, домой пора, собирайся.

-Но…

-Домой.

Раздосадованный Ваня вскочил с кушетки, на которой, как оказалось, мы сидели. И я последовала его примеру, резко вставая на ноги. Каблук вновь пополз в сторону, подворачивая всё ту же ногу. В этот раз я уже даже не запищала, а натурально завыла, пошатнувшись в сторону. И опять чужие руки подхватили меня, не давая упасть.

Ещё одно Ванькино: “Мама!!!”.

Я вроде бы слышала его, но всё как в тумане, потому что неожиданно стало больно. Очень больно. Всё те же руки усадили меня обратно на жёсткую кушетку, заставив поднять несчастную ногу выше. Дамир снял мою туфлю, и тёплые пальцы заскользили по моей лодыжке, пытаясь ощупать место травмы через нейлон чулок. И ощущение этой запредельной аккуратности, граничащей с нежностью… Которая наконец-то привела меня в себя, и я вздёрнула голову вверх, возмущённо глядя на парня. Он был сосредоточен, чуть-чуть обеспокоен, но только самую малость, если не присматриваться, можно было и не заметить. А я зачем-то всматривалась в его сведённые брови и внимательный взгляд, поглощённый моей лодыжкой, то, как он прикусывает нижнюю губу… Всё это настолько ударило по моим растрёпанным нервам, что я рефлекторно попыталась вырвать свою ногу из его руки… и тут же закряхтела от боли, которая новой волной вспыхнула в ноге.

-Тсссссс, - как ребёнка начал успокаивать меня Дамир. - Дайте мне посмотреть.

-Вы не врач!

-Но с травмами сталкиваюсь каждый день, - ответил спокойно, но безапелляционно.  

Ванька прыгал вокруг нас, тараторя все беспокойствия, и пусть мне очень хотелось ругаться и сопротивляться, усилием воли я сдержала рвущееся наружу раздражение.

-Вань, сбегай в фойе, там Лиза дежурит, попроси у неё аптечку, - обратился Дамир к моему ребёнку, на что тот с готовностью откликнулся и мгновенно стартанул в сторону выхода.

-Я в порядке, - попыталась отбиться от чужого пристального внимания, предпринимая очередную попытку вырвать свою ногу. При этом скрежетала зубами, потому что каждое движение отдавало сильной болью.

-Вы ногу подвернули, она опухла, может быть разрыв связок, надо в больницу поехать, - посмотрел прямо мне в глаза и спокойно пояснил.

-Я не могу в больницу, мне домой надо! - с новой силой взбрыкнула, испугавшись происходящего.

И вновь это “тссссссс”.

-Тогда дайте мне спокойно осмотреть вашу ногу, - очень медленно повторил свою просьбу, видимо, слабо рассчитывая на мою разумность.

И тут я сдалась, коротко кивнув головой.

-Екатерина… Алексеевна, - запнулся Дамир, а я невольно для себя отметила, что он помнит моё имя-отчество, хотя и не должен, ведь сколько у него нас - нервных родителей его многочисленных учеников. Он выдержал небольшую паузу и, кажется, даже покраснел, в полумраке тренерской особо было не разобрать. - Нужно чтобы вы… колготки сняли…

Ему сделалось неловко. А мне… А я была готова сгореть со стыда. В обычной жизни я бы, наверное, отшутилась, ляпнув что-нибудь из серии, что мы не настолько близко знакомы, чтобы раздеваться при нём… Но мой язык не просто прилип к нёбу, казалось, что смущённый мозг просто забыл, как это - работать… адекватно..

-Это чулки… - выдавила я из себя.

-Чулки, - согласился он. - Я отвернусь, а вы снимите… чулок… пожалуйста.

Должно быть, я зависла в своих мыслях, потому что Дамир неожиданно предлагает:

-Я могу помочь.

Предложил, и сам же стушевался, уже точно покраснел, даже до ушей дошло.

-Спасибо, я сама, - промямлила, готовая разреветься.

Он отвернулся, а я слегка подрагивающими пальцами начала стягивать свой чулок, зачем-то отмечая про себя, что несмотря на все сегодняшние приключения, сей предмет гардероба не пострадал. Ни единой зацепки. Значит, хорошие чулки, надо взять ещё, - нелепо подумалось мне.

Нога выглядела откровенно так себе, она опухла и покраснела.

-Я всё… - еле слышно произнесла, но Дамиру этого достаточно.

Он медленно развернулся, в несколько шагов преодолевая расстояние между нами, сел рядом и положил мою ногу себе на бедро, бережно ощупывая мою голень. Я пару раз дёрнулась, но уже не потому, что хотела вырваться, а потому что действительно было больно.

-В больницу бы…

Категорично покачала головой, на что он тяжко вздохнул, собираясь что-то сказать, может и вовсе отчитать меня, но в этот момент к нам вернулся Ванька, таща за собой приличных размеров аптечку.

-Герой, - улыбнулся ему тренер. - Вань, попроси у Лизы ещё льда.

И сын крайне исполнительно побежал обратно.

-И не стыдно вам ребёнка гонять? - проворчала я, недовольная тем, что чужой человек так легко управляется с нашим сыном.

-Пусть побегает, - ухмыльнулся Дамир Рустамович. - В такие моменты лучше быть при деле и знать, что ты приносишь пользу. Это самое тяжёлое, чувствовать беспомощность, когда твоим близким плохо…

Голос всё так же оставался ровным, но я вдруг поняла, что он точно знает, о чём говорит.

Его пальцы ощупывающими движениями продолжали скользить по моему голеностопу, и несмотря на всё смущение, я, к своему ужасу, поняла, что расслабляюсь. Вернее, это относилось к ощущениям тела, внутри же меня  творилась такая мешанина, что оставалось только удивляться, как это я ещё могу сидеть на месте ровно.

Ваня победоносно принёс мне грелку со льдом, которую Дамир, обернув в чистое полотенце (и как оно только нашлось в этом бардаке?), приложил к моей ноге.

-Больно? - спросил Ванька, прижимаясь ко мне с другого бока.

-Терпимо, - улыбнулась ему, понимая, что мне действительно становится легче.

Сын понимающе кивнул головой и выглянул из-за меня, с любопытством наблюдая за действиями тренера. И Дамир, замечая это, начинал пояснять:

-Холод должен снять отёк, потом мы намажем ногу мазью и в конце наложим повязку.

-Мама сможет ходить?

-Сможет, только не сразу. Сегодня-завтра лучше не нагружать ногу и поберечь её.

-А как же мы попадём домой? - с неподдельным ужасом спросил Вано, как если бы нам с ним действительно грозила перспектива заночевать в спортивном комплексе.

-Вас сможет кто-нибудь забрать? - этот вопрос Дамир адресовал мне.

-Да. Муж, - отчего-то хрипло ответила, словно была поймана на чём-то неприличном. И чтобы скрыть очередной приступ смущения, попросила Ваню. - Заяц, телефон подай, он в сумке.

Телефон действительно нашёлся там, где и положено, вот только был разряжен.

-Вань, а что с твоими часиками? Я тебе звонила.

-Тоже разрядились.

Зашибись просто.

-Сами доедем, - как можно более самоуверенно заявила я Дамиру. - Я на машине.

-С такой ногой? - приподнял он бровь, опять посмотрев на меня как на неразумную.

-Справлюсь, - как можно более жёстко отрезала я, опять пытаясь убрать свою ногу с его бедра. И тут же поморщилась от боли.

-Боюсь, что вы сейчас даже стоять нормально не сможете, не то что водить, - без всякого превосходства заметил он.

-Одной ногой на педали жать буду, - продолжила артачиться я.

-И рискнёте Ваней?

Шах. И мат.

-Тогда закажите нам такси, - потребовала я, но потом чуть смягчилась. - Пожалуйста.

Дамир ничего на это не ответил, полностью переключившись на мою ногу. Лёд, наконец-то, был убран. После чего в ход пошла мазь, которую он уверенными движениями растирал по моей ноге. Я старалась на него не смотреть, ибо мне уже начинало казаться, что всё происходящее тут крайне интимно. Катя, ты точно дура!!! О чём ты вообще думаешь? О чём-то разговаривала с Ваней, вполуха выслушивая его ответы, лишь иногда не очень в такт качая головой.

Когда с мазью было покончено, еле сдержалась, чтобы не вздохнуть от облегчения.

Повязку Дамир наложил мастерски: выверенно и уверенно. Вот теперь я смотрела во все глаза, словно бы загипнотизированная таинством сего действия.

-Всё, - подытожил тренер. - Не сильно туго?

Отрицательно покачала головой, собираясь встать с кушетки, но уже знакомые руки мягко меня остановили.

-Посидите ещё.

И пока мы с Ванькой разглядывали мою перебинтованную ногу, Дамир ходил по тренерской, собирая какие-то вещи. Когда я уже была готова предпринять ещё одну попытку побега, он вернулся к нам с перекинутой через плечо спортивной сумкой, которую всё это время и собирал. Наклонился вниз, поднимая с пола мои туфли, и, бесцеремонно закинув их уже в мою сумку, протянул её Ваньке.

- Понесёшь?

Сын с готовностью закивал головой. У меня уже начинало создаваться впечатление, что если тренер попросит у Ивана отдать ему почку, сын не будет раздумывать ни минуты, прибавив ко всему прочему и родительские органы.

Опустила ногу вниз, чтобы спуститься на пол, вот только дальше случилось то, чего я никак не могла ожидать… Дамир опять подхватил меня на руки и прежде, чем я начала брыкаться и возмущаться, кивнул ребёнку головой в сторону выхода.

-Идём.

И детёныш действительно с готовностью и моей сумкой в руках поскакал на выход.

-Да как вы смеете! - задохнулась я, но так и не смогла придумать никакого достойного продолжения. Пока я собиралась с мыслями, меня уже вынесли в коридор, а там как-то стало не до разборок, потому что в комплексе всё ещё было достаточно много людей, которые не упустили возможности поразглядывать нас.

Возле “Пыжика” образовалась неловкая пауза, когда Дамир потребовал у меня ключи. А я искренне пыталась сохранить остатки гордости, что было не так и легко, находясь в буквальном смысле в чужих руках, поэтому начала приводить сотню доводов, почему нет. Но Дамир оказался непробиваем. И уже через пятнадцать минут мы выехали со стоянки. Вёл он… нервно и местами неуверенно, должно быть, опыта не хватало, а я всячески сдерживала свой неуместный сарказм, что-то на тему о том, что даже на солнце бывают пятна.

Движение по нашему двору, где места для манёвров было откровенно мало, далось ему тяжко… Я с интересом наблюдала за капельками пота, выступившими на его лбу, пока он пытался подъехать к нашему подъезду. Сейчас он выглядел очень молодо. Впрочем, он и был таким… Просто там, в центре, на тренировках, он был Тренером, Учителем, и его возраст как-то забывался. А сейчас, когда Дамир сидел так близко и откровенно ощущал себя не в своей тарелке, в голове промелькнуло забавное “мальчик”. Забавное-то забавное, но мне оно совсем не понравилось, наверное, потому что в этот же момент я почувствовала себя неимоверно старой, хоть и была его старше всего лишь лет на пять. Но сейчас эта разница ощущалась как какая-то пропасть… Пропасть для чего?! Ответов у меня не было.

Когда мы всё же припарковались, Дамир с шумом выдохнул, вытер мокрый от пота лоб и повернулся к Ваньке, велев:

-Иди папу своего в домофон вызванивай.

И ребёнок, как всегда, послушался, оставив нас в машине вдвоём.

-Катерина Алексеевна, как ваша нога? - мягко поинтересовался парень, чем неожиданно нереально так взбесил. Уж больно это “Катерина Алексеевна” удачно ложилось на мои переживания относительно возраста.

-Почему вы всё время командуете моим сыном?!

Наверное, Дамир удивился. По крайней мере, он пару раз моргнул, после чего пристально посмотрел на меня. Воздуха в машине тут же перестало хватать. И я уже стала задыхаться не столько от возмущения, сколько  от… его чёртовой близости в моём пространстве.

-Извините, не хотел вас задеть, - проговорил Дамир, явно имея в виду не мою претензию относительно сына. Ощущение было таким, что он в принципе видит меня насквозь.

-Вам не передо мной извиняться надо, а перед Иваном, - упорно продолжала я гнуть свою линию. - Он вам верит… А вы… А вы говорите ему, что у него плохо получается!

Вот тут тренер сына действительно обалдел, даже рот приоткрыл.

-Катя, вы сейчас о чём?

Переход от имени-отчества до просто “Кати” оказался настолько резким, что я тоже открыла рот и совсем позабыла, какие, собственно, претензии у меня имелись к человеку, сидящему за рулём моей машины.

Скорее всего, я бы нагрубила, опять. Или опозорилась, сморозив очередную глупость. Но, к счастью, дверь машины распахнулась, и возле меня возник переполошенный Слава, за спиной которого маячил сын.

Дальше… дальше события обошлись как-то без моего участия. Дамир вышел из машины, пожал руку моему мужу, после чего обрисовал случившееся, дал какие-то рекомендации насчёт моей ноги, выслушал порцию положенной благодарности со стороны Ларина, кивнул на прощание Ивану, достал свою сумку с заднего сиденья, не забыв шепнуть мне: “До свидания, Катя” и удалился в неизвестном направлении.