Слушай своё сердце
Папа
По-моему, в жизни каждый ход продуман до мелочей, но не нами… Многие судьбы связаны узами, о которых мы никогда не узнаем. Находясь в шаге от измены, возможно ли не поддаться чувствам? Если я сегодня предам, не заплатит ли завтра за это кто-то дорогой мне, и посильна ли будет расплата?
Я могла и не родиться вовсе: мама пришла в больницу, чтобы сделать аборт. Она подписала все необходимые бумажки и сидела, ожидая, когда её пригласят… убить меня. Интересно, я тогда уже могла почувствовать боль? Мне бы было страшно? Была ли у меня душа или что там, возможно, на втором месяце от зачатия?.. Задержись отец на несколько минут где-то — и всё, не было бы меня, этой истории, ничего этого…
Вечером снова поехала к отцу. Он переживал, но я постаралась его успокоить:
— Всё будет хорошо, папа. Я тебя люблю. Ты мой ангел-хранитель. Понимаешь, ты нужен был мне и маме в тот момент, и появился, чтобы я на этом свете жила… Мой биологический отец, наверное, думал, что совершил ошибку, а ты даже не представляешь, какое совершил чудо… Ты не просто дал мне жизнь, ты меня спас, а потом всегда был рядом… Ты подарил брошенной девушке счастье стать матерью. Несмотря на твой диагноз, ты стал отцом, самым лучшим, и никакого другого мне не надо. Я до конца своих дней буду молиться за тебя и за маму… Всё будет как и раньше, обещаю. Вместе мы справимся, мы это переживём…
Мачеха расплакалась, глядя на нас, а я сегодня впервые назвала её по имени. Больше не ревную. Я ей благодарна. Оказывается, она всегда знала, что я папе не родная дочь.
О связи матери с Сергеем Андреевичем сообщить отцу я пока не решилась.
***
Сегодня вернется Саша. Мне придётся первой говорить с ним об этом. В два часа ночи он написал: «Уже в аэропорту и взял такси». Переживала, думала, как начинать разговор? Не дождалась и заснула в кресле, обнимая свой дневник…
Сны будоражат мою память, в них я вижу прошлое.
Мы с Сашей, наше первое утро после свадьбы, нелепая ссора, его признание:
— …я тебя не одним лишь телом, всем своим сознанием хочу, каждым нейроном мозга. Ты сама понимаешь, как это получается?
— У меня пока ещё, по-моему, ничего не получается… — тихо сказала.
— Это не вчера началось. Ещё при нашей первой встрече и тогда, вечером, когда я тебя из клуба увёз. Хотел пошутить, обнял, но меня словно током прошибло, необъяснимая сила к тебе влечёт. Не мог понять — я влюбился так мгновенно или это химия у тебя какая-то особенная. Теперь уверен, что люблю…
Любовь ли это…
Я злюсь на свёкра из-за поединка Саши и Кости.
Будь моя мама жива, она и замуж бы меня не пустила! Взяла с полки нашу с ней старую фотографию, бережно протерла рамку. Вспомнила сон о маме, задумалась, представляя её. Раздался звонок в дверь. От неожиданности я вздрогнула и уронила портрет, рамка разбилась вдребезги. Пришлось торопясь убирать стекло, я даже порезала палец — глупая неосторожность. Бережно спрятала фотографию в стол и пошла открывать дверь… Это был Сергей…
Кто-то коснулся моей руки и поцеловал. Я проснулась.
— Саша, приехал! — бросилась крепко его обнимать.
— Ты почему заснула здесь, козявка, пошли в постель, — он меня на руки подхватил и понес в спальню. — Я скучал безумно, теперь спать тебе не дам!
Забыла обо всём на свете. Счастливая. Голову опустила на его плечо… А может, плевать? Пусть всё останется, как прежде, мы любим друг друга и ни в чём не виноваты, даже если брат и сестра…
Резко открыла глаза. От страстных поцелуев в голове туман, и Саша уже с меня трусики стягивал. Шустрый какой! Сердце застучало, как у птички.
Оттолкнула его.
— Уйди! Перестань! Нам поговорить надо!
— Даша… какие разговоры сейчас? Давай после…
Он меня не отпускал, а я отчаянно брыкалась, коленом ему в пах заехала…
— Бог мой, Даша! — Любимый загнулся от боли. — Чёрт! Что происходит с тобой?!
— Прости, я не хотела…
— Больно же!
— Прости…
— Скажи ещё, что нам до свадьбы нельзя! — в его голосе сарказм.
— Нет, Саша… я должна рассказать… кое-что ты должен… знать…
Мне каждое слово с трудом давалось. Он с мучительным выражением лица осуждающе смотрел на меня.
— Давай, говори уже, за что я по яйцам получил?!
— Прости… Твоя мама… была у нас…
— Даш, какого… нашла время!
— Это серьёзно, ты обязан меня выслушать!
Между нами возникло напряжение. Саша не хотел ссориться и поэтому держал себя в руках. Он приехал поздно ночью домой, мы три дня не виделись, всё должно быть иначе: поцелуи, ласки, секс… А я собираюсь грузить его разговорами о матери. Удивительно, как мой любимый сразу не взорвался…
— Хорошо, рассказывай, — сдержанно согласился он и сел в кресло.
— Она… я Ирину приглашала к нам… — осторожно начала, наблюдая за его реакцией. Он строго смотрел на меня и молчал. — Помнишь, она говорила о женщине, с которой Сергей Андреевич ей изменял?..
— Помню, — процедил сквозь зубы.
— Она утверждает, что это моя мать!
— Что?!
— Саша, к сожалению, это правда! Я очень расстроилась после её визита. Поговорила с твоим отцом, он признался, подтвердил её слова. Сергей Андреевич знал мою мать и встречался с ней, а погром в нашей квартире устроил потому, что увидел мамин портрет и всё понял!
Саша был взбешён. Он ходил по комнате, возмущённо жестикулируя руками, и кричал, что ему глубоко безразлично на связи наших родителей, и он не хочет больше никогда ничего об этом слышать!
— Зря вообще разрешил тебе встречаться с матерью! Запрещаю это делать отныне! Ясно?!
— Это не всё… — я обречённо прошептала, держась из последних сил.
Нужно рассказать, но… не могла, заплакала. Саша думает, я слёзы лью из-за того, что он вспылил. Обнял меня:
— Даш, я поговорю с отцом, если хочешь…
— Тебе придётся говорить с ним в любом случае… — всхлипнула. — Ирина убеждена, что мама мной забеременела от Сергея Андреевича, а папа сказал мне, что никогда не мог иметь детей и женился на маме беременной… Моего настоящего отца он не знает… Сергей Андреевич приедет завтра утром… Он договорился с лабораторией, нам нужно сделать тест ДНК… всем троим…
Никогда не забуду выражения лица Саши. Сначала он молчал, а потом начал смеяться, как и я, в первые минуты осознания…
— Это ерунда какая-то, не верю! Таких совпадений в жизни не бывает! Успокойся, Даша, и не плачь. Вот увидишь, это просто глупое недоразумение…
Не знаю, насколько Саша сам в это верил, только остаток ночи он смотрел телевизор и даже не поцеловал меня. Заснул, видимо, под утро и спал крепко.
***
Я выключила будильник, приготовила кофе. Сергей Андреевич отправил за нами машину. Пришлось Сашу разбудить, он встал в подавленном настроении.
Анализ сдали без участия матерей. Результат нам обещали сообщить на следующие сутки. Весь день после поездки в клинику Саша пропадал на работе, вернулся очень поздно, я уже спала.
Он избегал меня.
***
Последние минуты ожидания казались невыносимо долгими. Мы почти не разговаривали, я сидела, опустив голову, Саша что-то читал или ходил по коридору, Сергей Андреевич вел бесконечные переговоры по телефону.
Появился парень из лаборатории, пригласил нас пойти в кабинет и предложил всем удобнее расположиться в креслах.
— Вы сдавали ДНК анализы на установление отцовства… — он внимательно просмотрел заключение и, улыбаясь, окинул нас взглядом. — Согласно вашим результатам, Сергей, вы биологический отец и Александра, и Дарьи. Вероятность выше девяноста девяти процентов в обоих случаях. Соответственно, вы, Александр и Дарья, единокровные брат и сестра. Матери у вас разные, об этом вам известно. Можете ознакомиться с результатами…
Он передал бумаги в руки Сергею, но мой «новоиспечённый отец», по-моему, был не в состоянии соображать…
Тишина.
Боялась посмотреть на Сашу. Наверное, парень посчитал, что мы именно это хотели услышать, я видела, как улыбка медленно сползла с его лица, когда ответной радости не последовало. Саша встал и молча вышел из кабинета. Сергей отправился за ним почти сразу, а я не знала, что мне делать, за кем идти. Осталась сидеть неподвижно, потупив взгляд.
Надежды больше нет, а я ни кричать, ни плакать не могла…
— Простите, — парень заговорил. — У вас троих одна фамилия, вы сомневались в отцовстве, но тест подтвердил, что вы родные отец, брат и сестра. Почему эта новость всех огорчила?
— Это сейчас мы: отец, брат и сестра, а до входа в ваш кабинет были — свёкор, муж и жена… О возможном родстве узнали случайно, а теперь вот… результат девяносто девять процентов…
Поражаюсь, насколько спокойно я с ним разговаривала, и откуда у меня на это силы взялись.
— Редкий случай. Невероятно… У вас есть дети? — вдруг спросил.
— Что?.. Нет.
— Решать, конечно, вам, вы имеете право не разглашать эту информацию…
— Быть мужем и женой?
— …Только насчёт детей… Обязательно проконсультируйтесь по этому вопросу со специалистами…
Он продолжал что-то говорить, я его не слушала. Лихорадочно вспоминала, когда должны начаться критические дни… Три-четыре дня назад…
Ещё до всей этой истории я надеялась на положительный результат, но так и не сделала тест, а теперь у меня похолодели пальцы от одной только мысли, что я могла забеременеть… от брата.
***
Нужна…
Первая любовь. Кому повезло так, чтобы один раз и на всю жизнь вместе? Это чудо. Ребёнок, рожденный в любви, для мамы и папы — чудо. На свете много чудес и они случаются каждый день.
А нам была уготована такая судьба. Удивительно, как порой мы не хотим верить своим глазам, ушам и логике. ДНК сдавали ещё раз — результат был аналогичный.
Мы однажды потеряли ребёнка, тогда наши гены распорядились избавиться от беременности, а что будет сейчас, если всё же… Я боялась повторения истории и не могла сама принять такое решение. Осуществить — тем более…
Я его полюбила, всем своим существом принадлежала ему и думала только о нём. Мысль о разлуке невыносимо больно сдавливала грудь. Саша… К чему привела нас наша любовь… Разве могли мы подумать? Боялась измены, боялась, что разлюбит, боялась потерять…
Уехала из клиники сразу к Юльке, она ждала от меня новостей.
— Ну что вам сказали?! — спросила с порога.
— Юль… Саша… мой брат.
Она все слова разом забыла и села. Я за неё тоже волновалась: восьмой месяц беременности пошёл, а тут мы со своими проблемами.
— Капец, Дашка…
— Я за эти дни прожила все эмоции, какие существуют в человеческой природе… выгорела до дна… Осталось отрешение, пустота и страх потерять его навсегда…
— Так! — бодрым голосом заявила подруга. — Не расклеиваемся! Вы в чём виноваты?! Ни в чём! Никто не знал этого!
— Теперь знаем…
— И что?! — Юлька убедительно настаивала. — Если нам с Максом такое сообщат, я с ним не расстанусь! И ты не вздумай жизнь свою рушить, не слушайте никого! Столько ждала его! Сашка тебя любит, и ты его тоже! Вы полюбили друг друга раньше, чем узнали о родстве! Значит, так и должно быть, Дашка, это и есть ваша судьба!
— Юль, я не знаю, что делать. Он ушёл оттуда, ничего не сказал. Наверное, к отцу поеду… Если я нужна Саше, он меня найдет.
— Естественно, нужна! Дай ему время, пусть немного оклемается от такой новости. Побудь у меня лучше…
— Макс вернётся, а я тут. Ему мои сопли надоели уже…
— Ничего страшного, потерпит! Сейчас я ему позвоню, пусть он Сашку найдёт, поговорит с ним. Друзья для того и нужны…
Макс обещал найти Сашу. Я не осмелилась сказать ей о задержке… Почему? Нельзя терять время, нужно сделать тест… или сразу поехать на приём к гинекологу? Сказала подруге, что мне нужно поговорить с отцом, она поверила и отпустила.
Приехала в частную клинику, здесь всё платно, быстро и никто меня не знает. Медсестра сказала, что врач подойдёт через несколько минут, я могу пройти в смотровой кабинет.
— Даша. Ты ко мне? — знакомый голос за спиной.
Я обернулась, не могла поверить своим глазам:
— Макс?! Почему ты здесь?!
— Э-э… я по вторникам и пятницам тут работаю…
— У меня в этой жизни когда-нибудь настанет белая полоса?! — Я почти вспылила. — Почему мне так «везёт» последнее время?! Юля просила тебя с Сашей поговорить?!
— Я поговорил, он был с Сергеем Андреевичем. Знаю про результат теста… — Макс не смог подобрать слова, чтобы высказать переживания, и просто сменил тему. — Они тебя потеряли, перезвони. Твой телефон отключен. Я сказал, что ты у нас… А ко мне зачем приехала?
— Я не к тебе! То есть… — пыталась придумать что-то, но не могла.
— Ты на консультацию? — догадался сам.
— Да… — растерянно призналась. — У меня задержка…
Макс моментально из друга превратился в доктора и начал свой профессиональный допрос:
— Сколько дней задержка?
— Четвёртый день…
— Тест делала?
— Нет…
— Сейчас готова?
— Думаю, да…
Он мне тест дал и отправил в туалет со словами:
— Давай, сначала тест посмотрим, а потом тебя.
— Меня не надо! — Я недовольно уставилась на мужчину.
— А я считаю, что надо!
Даже спорить с ним не стала, всё равно он меня не заставит. Принесла ему тест.
— Отрицательный, — сказал Макс.
— Да… вижу. Кажется, пронесло. — Мне стало легче дышать.
— Не факт, — доктор сомневается, — задержка почему-то есть.
— Макс, я на твоё кресло не полезу! Позови кого-нибудь другого, пожалуйста.
— Даша, пойди в лабораторию, кровь сдай. — Он что-то написал. — Через час позвоню тебе и скажу точно.
Забрала у него листок.
— Спасибо. — Торопилась уйти.
— Даша…
— Что?
— Если месячные начнутся, — предупреждает он, — поставь меня в известность, иначе я за тобой бригаду вышлю и в больницу положу.
Кулаки сжала и пулей из кабинета.
Поехала домой. Телефон разрядился. Вышла из лифта, а соседка у нашей двери крутится.
— Ой, Дашенька, а я думала, ты дома! Что ж они так шумят? Из-за чего ругаются?
За дверью слышно голоса. Проигнорировала её, вошла в квартиру. Будь у неё нос подлиннее, я б его точно дверью зажала.
— Я встретил девушку и полюбил! — Саша на повышенных тонах разговаривал с отцом. — Не наша вина, что ты её где-то на стороне сделал! От этого я не перестану её любить, и я женюсь на ней, даже если мне придется весь мир перевернуть с ног на голову!
— У тебя с ней…
Сергей Андреевич не успел договорить — я вошла в гостиную. Саша сразу бросился ко мне:
— Где ты была?! — Схватил меня за руки, привлекая к себе, обнял крепко.
— Мы полгорода на уши подняли… — глянул недовольно Сергей. — Позвоню, отменю розыск.
Оставил нас, ушёл в кабинет и дверь за собой закрыл.
— Розыск?! — я посмотрела на Сашу.
— Я переживал, Даша. Думал, ты с собой что-то сделала. Исчезла из клиники. Заехала к Юле, обещала ей, что вернёшься к отцу и пропала! Где ты была всё это время?!
— Это вы оба исчезли, — упрекнула его, — ушли и оставили меня там одну!
— Где ты была, я спрашиваю?
— Я… Саша я у врача была… у гинеколога.
— Зачем?
— Хотела узнать… мы с тобой не предохранялись…
— Ты беременна?
— Вроде нет… я кровь сдала, мне перезвонят, тест был отрицательный.
Он говорил без тени сомнения:
— Даш, если ты беременна, я хочу этого ребёнка, знай! И быть с тобой. Мы поженимся, как и собирались. Я люблю тебя!
Сбылась моя мечта. Больше всего на свете я хотела услышать от него эти слова… Хотела, когда он ещё не был моим братом…
Саша твёрдо стоял на своём, он не намерен со мной расставаться. Вспомнила его спор с отцом.
— Я всё понимаю, и я люблю тебя. Больше жизни люблю, — тихо ответила ему. — Но Сергей Андреевич не хочет, чтобы мы были вместе, я слышала…
— Чего хочешь ты?
Мы смотрели в глаза друг другу.
***
Слушай своё сердце
— Чего хочешь ты? — повторил вопрос Саша.
— Я хочу… — мне говорить сложно — ком в горле, прижалась к его груди в надежде успокоиться.
Сергей вернулся, прервав наш разговор.
— Даша, ты поедешь со мной, — заявил мужчина приказным тоном.
Саше не понравилось требование отца.
— Зачем?! Она никуда не поедет!
— Предлагаешь оставить вас вместе и закрыть глаза на инцест?! — Сергей холоден и строг. В его взгляде нет ни тепла, ни сострадания. Он словно каменный и, казалось, готов на всё, лишь бы не видеть, как мы друг друга обнимаем. — Пока я жив, не будет между моими детьми никакой интимной связи! Даже поцелуй ваш омерзителен! Я запрещаю вам обоим. Ты — мой единственный сын, Даша — дочь! А если она забеременеет и родит от тебя?! Кровосмешение — это не просто моральный грех, неизвестно как оно отразится на ваших детях! Вряд ли они вам за это спасибо скажут! Ты мужчина и думать о будущем обязан! Да, так случилось, вы не виноваты, но незнание не освобождает вас от ответственности. Теперь знаете, и ещё не поздно! Возьмите себя в руки, смотрите трезво на ситуацию — спать тебе с ней всё равно, что с матерью!
— Отец!
— Разговор окончен!
Сергей грубо взял меня под локоть и притянул к себе. Я растерялась, не знаю, как реагировать.
— Саша… — зарыдала.
— Увезти её от меня, по-твоему, выход?! — Саша вспылил. — Ещё охрану поставь! Это смешно! Ты слишком поздно начал думать о будущем! Это твоя ошибка, а не наша!
— В таком случае я свою ошибку исправляю!
— Ты заботишься о своей репутации, карьере — только и всего! — Сын дерзил отцу. — Плевать ты хотел на родственные отношения и моральные принципы, иначе не изменял бы матери!
Сергей решил проигнорировать упрёк сына, но жёстко пригрозил:
— И ты будешь заботиться о репутации семьи, потребуется — заставлю!
— Как же?!
— Не ссорьтесь, прошу вас! — я почти закричала, не могла видеть их озлобленными друг на друга. Мужчины замолчали, а я посмотрела в глаза Сергею. — Пожалуйста… нам нужно остаться одним и поговорить… с Сашей…
— Поговорите завтра. Сейчас ты нужна мне. Ты рассказала отцу о ДНК?
— Нет!
— Значит, мы поедем с результатами к твоему отцу. Даша, — Сергей непреклонен, — я сделаю всё, что от меня зависит, но заключить брак между сестрой и братом не позволю! Регистрацию необходимо отменить, и твой отец должен знать причину!
Саша сомневался в намерениях отца:
— Ты не станешь предавать огласке этот факт.
— Не будь так уверен!
Оттолкнула Сергея от себя.
— Вы всё решили уже! Впрочем, как обычно! Вам надо, вы и разговаривайте с моим отцом, я не хочу вас видеть! Оставьте меня в покое!
Убежала и заперлась в комнате. Мужчины продолжали спорить, но я заткнула уши, чтобы не слышать. Сидела неподвижно минут десять, пока гул их голосов не стих…
Я подумала, что Сергей ушёл, и не ошиблась. Саша постучал в дверь.
— Даша, открой. Не бойся, отец уехал…
Бегом рванулась к двери, дрожавшими руками открыла замок и бросилась к нему в объятия. Долго плакала, не могла сказать ни слова. Саша не готов мириться с обстоятельствами и отказываться от меня.
— Нас никто не разлучит. Ничего не бойся и не слушай никого, слушай только своё сердце, Даша. Я люблю тебя. Скажи мне, чего хочешь ты, и так будет.
— Ты мне обещаешь?.. — заплаканная, смотрела ему в глаза.
— Обещаю.
— Пожалуйста, мне нужно поговорить… с твоей мамой.
Саша тяжело вздохнул. Я тянула с ответом, и ему это не нравилось. Он молчал с минуту, потом ответил:
— Хорошо, собирайся. Сейчас.
***
Ирина не ожидала нашего визита, была удивлена и взволнована. Женщина крепко обняла меня, сказала, что рада видеть. Они с Сашей встретились взглядами, возникла тяжелая пауза. Ирина первая не выдержала и призвала его в свои объятия: «Иди ко мне, дорогой». Саша послушно обнял мать, в её глазах заблестели слёзы.
Мы рассказали Ирине о результатах ДНК. Она лишь убедилась в своих подозрениях. В отличие от Сергея, Ирина старалась нас морально поддержать, но получалось не очень… Саша позже вышел в подъезд, чтобы ответить на звонок Макса, тогда Ирина начала говорить со мной открыто.
— Теперь не знаю, как смотреть тебе в глаза, Дашенька. Я требовала от твоей мамы, чтобы она сделала аборт, но вот ты передо мной, спустя столько лет. Я признаю, какой грех против тебя совершила. Простишь ли ты когда-нибудь?..
— Я об этом и думать не хочу.
— Бедные вы дети, — она вздохнула, — за наши грехи, ложь и предательства своими чувствами расплачиваетесь. Сергей должен был знать о тебе с самого начала…
— Кем нам быть друг для друга теперь? Мужем и женой или братом и сестрой? — Я задала ей главный вопрос, который мучил меня, и ответ на который я хотела бы услышать только от матери, но моей мамы, увы, нет в живых. Поэтому я решила спросить об этом у Ирины.
— Будь твоя мама жива или я рядом три года назад, многое могло сложиться иначе, — она грустно сказала, — и вам не пришлось бы страдать, принимая решение… Это невозможно трудный выбор для вас сейчас, когда вы уже… вместе…
— Вы считаете, мы ещё можем что-то решать?
— Конечно. Только вы и должны, никто больше не вправе. Так распорядилась судьба, и вы, несмотря ни на что, прекрасная пара: верны друг другу, искренни… словно два ангела, спустившиеся с небес на нашу грешную землю…
— Два падших ангела… — я обречённо усмехнулась, понимая, что весь груз ответственности за решение только на мне и Саше. — Сергей наши отношения назвал омерзительными…
— Эгоист чёртов! — Женщина вспылила. — Прости, Даша. Ему стоит иногда думать о чувствах других людей, а не только о своей репутации!
***
Это был один из самых ужасных дней в моей жизни. Мы вернулись домой, я так и не ответила, чего хочу…
Макс прислал СМС: «Анализы нормальные, ты не беременна». Я сказала об этом Саше. Мы приняли решение ничего не менять до следующего дня, дали друг другу время подумать…
Нам теперь либо бороться и идти против законов и морали, либо смириться и расстаться… Саша хочет, чтобы всё осталось как прежде, и его желание подкупало меня — не хватало силы воли отказаться от любимого… Гореть мне в аду за мою слабость и любовь к нему. Только… у нас никогда не будет детей…
***
Саша ждал моего ответа. Размышляла об этом целый день, и, наверное, готова. Он действительно единственный мой самый родной человек на всём белом свете. Даже отец оказался не родным, а тем, кто воспитал. Но Саша — не просто моя любовь, он — моя кровь, моя боль, мое искушение. Я думала об этом, пока мы ещё не знали результатов анализа ДНК, и вчера, и сегодня… Его мама права: мы заплатили за грехи наших родителей своими чувствами, но этот порочный круг должен замкнуться, никто не должен больше платить, тем более невинные дети. Я принимала самое важное в нашей жизни решение — мы должны расстаться, он должен меня отпустить, а я его. Расстаться как любимые, но остаться братом и сестрой, теми, кем мы являемся друг другу на самом деле.
— Я думаю, неслучайно мы потеряли ребёнка тогда, три года назад. Наверное, нам с тобой нельзя иметь детей, это может плохо сказаться на их здоровье. Твой отец прав…
Саша смотрел мне в глаза.
— Тот ужасный токсикоз, помнишь своё состояние? Ты ничего не ела, была бледна, теряла сознание. Больше всего на свете я боялся потерять тебя. Мысленно ненавидел причину… Когда случился выкидыш и мне сообщили, что с тобой всё будет хорошо, я не жалел о ребёнке, даже облегчение испытал. Прости меня…
Прости. Закрыла глаза, по щекам потекли слёзы. Снова посмотрела на Сашу. Я догадывалась о его отношении к тем событиям, но боялась верить и не хотела знать правду.
— Я на тебя сейчас и злиться из-за этого не могу. — Плакала и улыбалась, касаясь ладонью его щеки.
Саша привлёк меня ближе к себе.
— Даша, не думай об этом сейчас. Это не значит, что мы не можем иметь детей, мы пойдём к специалистам, должен быть выход, мы не одни такие в мире…
Я прижала пальцы к его губам, он был вынужден перестать говорить. Смотрел на меня, в его глазах застыл вопрос.
— Тихо. — Я снова улыбнулась, а предательские слёзы продолжали капать. — Я прощаю тебя, Саша, за те мысли о нашем ребёнке, и ты меня прости — не будет у нас детей…
Он на секунду закрыл глаза, потом посмотрел на меня с надеждой.
— Пусть так, но мы можем…
— Саша, нет! — Опять не дала ему сказать, сорвалась на крик — мне сложно, я сама себе не верю, едва дышу. — Мы не можем, ничего не будет. Я так решила. Мы должны расстаться.
— Должны расстаться?! Ты этого хочешь на самом деле?! — Он не готов меня отпустить. — Ты знаешь, как сильно я люблю тебя, мне больше никто не нужен!
Не думала прежде, что эти прекрасные слова могут причинять такую нестерпимую боль.
— Я тоже люблю тебя, родной мой, больше кого-либо на свете люблю. Помнишь, когда мы начали встречаться, ты сказал, будто знаешь меня всю жизнь и чувствуешь необъяснимое притяжение? И я переживала… чувство душевной близости, с первого дня… Сейчас осознала — мы всё перепутали, мы не так должны были любить… Это неправильно…
***
Я поморщилась. Утром начались критические дни, сильно болел низ живота, но я впервые была рада этой боли — она скрашивала мои душевные страдания…
— Что с тобой, тебе плохо?
— Нет, просто живот болит. Мы хотели ребёнка, но ничего не вышло… и это снова неслучайно, я уверена.
— Даш, забей ты на эти случайности…
— Я слушаю сердце, Саша.
Врала ему, глядя в глаза. Сердце не велело мне с ним расставаться, внутренний голос шептал: мы на всё имеем право, это не наша вина. И только мечта… Моя мечта о настоящей семье, о детях перечила внутреннему голосу и сердцу.
— И сердце говорит тебе, что мы должны расстаться?
— Нет… да… Саша. Наша любовь неправильная, это грех… Как мы пойдём против наших отцов, против мнения общества? В нас будут тыкать пальцами, но это я могу стерпеть… Мне страшно принять мысль о том, что у нас никогда не будет детей. Ещё страшнее думать, что если мы всё же решимся, дети за нашу любовь поплатятся здоровьем… Я всегда мечтала о доченьке или сыночке, и без этой мечты не представляю своей жизни. Если не будет у меня ребёнка… зачем я родилась тогда, зачем жила? И ты — единственный сын в семье, не имеешь права лишить себя счастья стать отцом. Я не могу пойти на эти жертвы. Пройдет время, и ты поймёшь…
Он долго молчал, потом нашёл в себе мужество, попытался снова переубедить меня.
— Я понимаю, но не представляю своей жизни без тебя, Даша. Каждый день будущего был связан с тобой, все мечты и планы…
— Прости… Мы должны были знать друг о друге с самого детства…
— Тогда всё было бы по-другому, но мы узнали друг друга так, как ты никогда забыть не сможешь. Как ты собираешься начать со мной родственные отношения после всего, что между нами было?! Я никогда не смогу смотреть на тебя как на сестру! Не уничтожай моё сердце, Даша!
Кусала больно губы. Саша — мой брат, я обязана помнить только это. Он притянул меня к себе и начал целовать. Я вытаращила глаза, не зная, как себя вести. Меня разрывали сомнения: правильно ли я поступаю с ним, с собой, с нами?!. Господи, дай мне силы сохранить наши души, не покориться страстному желанию отдаться ему сейчас…
— А я мечтала, чтобы у меня был старший брат и защищал меня от вредных мальчишек в школе, — уворачиваясь, говорила почти шёпотом.
Саша немного остыл, он даже грустно усмехнулся моим словам — не верил тому, что слышал. Я убеждала его и себя вместе с ним, но мы одинаково понимали — других отношений не будет.
Что мне делать?! Я не знала…
Помнила наши прежние ссоры и расставания — я часто злилась на него, но никогда не ощущала себя настолько беспомощной. Даже подписав развод и ожидая возвращения Саши со службы, боясь узнать, что его больше нет в живых, я не была в таком безнадежном отчаянии. Мы верили, что наша разлука не навсегда — мы любим и всё образуется: успокоимся, простим и вернёмся друг к другу. Понимали, что есть путь назад, а теперь, выходит, что его нет, и никогда не было.