Глава 28

Амалия сидела, откинувшись на спинку сиденья своего автомобиля, прикрыв глаза и думая о том, что хорошо все-таки, когда тебе не надо за руль садиться.

Нет, так, пожалуй, и привыкнуть недолго к тому, что у тебя есть личный водитель. Удобно, что уж и говорить: утром, по дороге на работу, успеваешь почту пробежать глазами, вечером – вот просто расслабленно посидеть.

Тяжелый день. Столько лет прошло после смерти мамы, а все равно тяжело вспоминать о том, как она умерла, и до сих пор непонятно то, зачем она это сделала. Даже ведь записки не оставила. Амалия домой вернулась и обнаружила мать в ванне.

Зачем? Почему? Что стало тому причиной?

Телефон в сумке завибрировал входящим, и тут же поплыл звук сигнала вызова по салону автомобиля.

Да чтоб его! Телефон когда-то был настроен Амалией на громкую связь. Это удобно, когда сама за рулем, но не когда у тебя водитель. Как же она все время забывает об этом?

Нет сил ни с кем говорить, да и вечер уже. С работы она только что уехала, ничего непредвиденного там не должно случиться, с Розой они тоже уже сегодня разговаривали, и с тётей Сарой поговорили. Соболезнования и искренние слова поддержки Амалия от них выслушала, а больше-то, собственно, и некому так поздно ей звонить.

– Амалия Эдуардовна, это Демид Петрович звонит, – раздался спокойный голос Петра.

Точно! Имя звонящего высвечивается на приборной панели. Удобно, если ты за рулем. Вот парень и увидел.

Так. Стоп. Звонит Демид? Сейчас?

Амалия вздохнула и, вытащив телефон из сумки, сменила опцию “звонок на динамик” на опцию “звонок на телефон” и ответила:

– Слушаю.

– Амалия, ты в порядке?

Интересно, это он такой наблюдательный нашелся на ее голову, или она так устало ему ответила?

– Устала. Петр домой везет. Дёма, что-то срочное? – она и сама не обратила внимания на то, как сократила его имя, а вот мужчина, похоже, очень даже заметил. Порывистый выдох был тому подтверждением.

Проигнорировав ее вопрос, спросил:

– Скажи, где вы сейчас проезжаете?

Глянув в окно, назвала место.

– Хорошо, – и положил трубку.

– И зачем звонил?

Амалия проговорила это уже в замолчавший телефон, убрала аппарат в сумку и только потом подняла глаза на зеркало заднего вида. Петр молчал, но смотрел на нее вопросительно. Амалия уже научилась понимать его скупые эмоции, а потому ответила на немой вопрос парня:

– Сама не поняла, что это сейчас было. Домой едем, домой.

Петр кивнул, принимая ее ответ, и вернулся взглядом к дороге.

А спустя буквально несколько минут, стоило им заехать во двор дома, стал понятен короткий звонок Демида. Знакомый дорогой автомобиль стоял на парковке. Амалия вздохнула, увидев, как из машины вышел сначала верный Игнат, а потом и сам Демид,  – как всегда безупречно элегантен, отстранен и неприступен – стоило лишь показаться ее автомобилю.

Игнат открыл багажник, достал из него два пакета, переложил их в одну руку и замер рядом с Демидом.

– Неожиданно, – Амалия усмехнулась, наблюдая за всем из окна своего автомобиля.

Дверцу ей открывал Игнат, подав знак Петру, чтобы тот не выходил из машины.

– Демид, сегодня не самый лучший день, я устала. Извини, но давай не сегодня? – попыталась было сказать Амалия шагнувшему к ней Демиду.

Он все-таки подошел, поцеловал в щеку и неожиданно прошептал:

– Нас снимают. Скрытно. С двух ракурсов. Один с коляской сидит на детской площадке, второй – из окна третьего этажа. Поэтому выбирай: или поднимаемся к тебе в квартиру, или едем ко мне. В любом случае эту ночь нам придется провести вместе. Не похожи они на простых репортеров.

– Пошли ко мне, – Амалия вымученно улыбнулась и шагнула к подъезду.

Игнат занес пакеты с продуктами в квартиру и вышел.

– Раздевайся, располагайся, – Амалия открыла дверцу шкафа-купе, стоящего в прихожей, и протянула Демиду плечики. – Тапки?

– Нет, спасибо.

Он помог ей снять пальто, а потом удивил тем, что развернул ее к себе лицом и обнял. Просто обнял, прижав к своей груди. Так обнимают только близкие и родные, когда желают поддержать.

Амалия замерла в его руках, а потом, вдохнув полной грудью запах его эксклюзивного парфюма, уткнулась носом ему в шею и поняла, что напряжение сегодняшнего дня отпускает. В объятиях этого закрытого от всех мужчины ей было уютно. Да чего уж там, она скучала по его объятиям, и да, по ласкам тоже скучала и хотела их. Обняла его в ответ и осталась стоять.

– Ну все? Отпустило? – услышала шепот у виска спустя несколько секунд.

Было тепло и хорошо, слишком интимно даже, несмотря на то что  они стояли оба в костюмах и все еще в уличной обуви. Стояли, не двигались и просто дышали друг другом.

– Да. Спасибо.

Амалия подняла взгляд на его лицо и поняла: а ведь ему тоже нужны были эти объятия. Выходит, и у него был не самый легкий день сегодня. И в подтверждение своих слов услышала:

– Позволишь умыться? Сложный день сегодня. Много всего случилось. Не только сегодня, а несколько лет тому назад. Мне кажется, пришло время все тебе рассказать, как считаешь?

– Пойдем, я выдам тебе полотенце. Гостевая ванная в полном твоем распоряжении. Могу закинуть твою сорочку в стиралку и выдать халат, – уточнила поспешно, усмехнувшись одними губами, – мужской. Новый. Ни разу никем не надеванный. Не пригодился.

– За халат и душ спасибо. С удовольствием воспользуюсь твоим предложением. Хочется смыть с себя этот день. А вещи мне сейчас Игнат привезет, если ты, конечно, не будешь против того, чтобы в твоей квартире были мои личные вещи. Да-а-а… Не думал я, что меня ТАК будут проверять.

– Не против. Сама не люблю утром надевать несвежее белье.

Кивнула согласно, не углубляясь в подробности, кто и почему проверяет Демида. К тому же он ведь сам пообещал, что расскажет, так к чему торопить события, верно?

– Понял. Значит, и в моем доме должны быть твои, – улыбнулся одними губами и невесомо поцеловал в висок. – Веди, хозяйка, показывай, где тут и что у тебя имеется.