= 29 =

*Карина*

На подземном паркинге всегда немного мрачновато и холодно, даже когда на дворе стоит июльское пекло. Оглядываюсь по сторонам, высматривая автомобиль Влада. Но так и не нахожу.

Холодок пробегает по спине, сковывая сердце тисками страха. Только сейчас до меня доходит, что мужчина, находящийся рядом со мной мне так, и не представился. Отлично зная мое имя свое, он не назвал, как и не сказал для чего меня куда-то уводит.

Мой мозг, сегодня очень плохо соображающий с момента пробуждения, сам решил, что таким образом Влад намерен не привлекать к нашей паре внимание и не разводить лишние сплетни в коллективе. Вот я и пошла, за этим, уверенным, немного грозным, большим и каким-то сурово-решительным человеком, как крыса на звук дудочки гамельнского крысолова.

— Вы, вообще, кто такой? — оцепенение слетает, словно жухлые листья от порыва осеннего ветра.

Резко выдергиваю локоть из его мощного захвата, морщась от легкой боли в руке. Мужчина тормозит, но не предпринимает попытки вновь схватить меня. Лишь достает из кармана автомобильный брелок, нажимает на него, и стоящая неподалеку машина отзывается характерным звуком при снятии с блокировки, подмигивая фарами.

— Я из личной охраны Владислава Аркадьевича, — спокойно поясняет он, — мне велено доставить вас домой.

— А где сам Влад… дислав Аркадьевич, — запинаясь в удивлении уточняю и крепче прижимаю к себе взволновавшегося сынишку.

Малыш так и норовит слез с рук и обследовать все, до чего дойдет. Но меня настораживает происходящее. Незнакомец пугает своей сдержанностью и внешним видом. Он словно скала, возвышается надо мной. Широк в плечах, высок ростом и неимоверно силен — судя по натренированному телу.

— Владислав Аркадьевич сейчас в Администрации города, возникли непредвиденные обстоятельства с переоформлением отеля в его собственность, — спокойно разъясняет мне мужчина, — это может занять какое-то время, а он не желает, чтобы вы сейчас находились здесь. Вас велено отвезти домой.

— Велено, значит? — испуг отступает и на его место, злобно щуря глазки, вскарабкивается раздражительность, на его очередное самоуправство.

Я ему не вещь, чтобы меня доставлять по прихоти хозяина, туда, куда его светлости задумается.

— А если я не соглашусь?

— На этот счет тоже есть указания, — уголки его губ лишь на мгновение вздергиваются с какой-то злорадной улыбке, но спустя всего пару секунд, лицо вновь приобретает нечитаемое выражение.

И что-то мне подсказывает, что эти самые ценные указания, касающиеся моей транспортировки, мне совсем не понравятся. И узнавать о них абсолютно не хочется. Да и пугать ребенка нет никакого желания.

Вздохнув, смиряюсь с обстоятельствами, ставя мысленно галочку припомнить муженьку данный момент и выскрести мозг чайной ложечкой.

Делаю шаг в сторону автомобиля, а услужливый охранник уже распахивает передо мной заднюю пассажирскую дверцу, придерживает ее и помогает нам с Васяткой комфортно разместиться на сидении. С удивлением отмечаю наличие детского автокресла и встроенного в спинку переднего сидения планшета. Когда успел подготовиться?

— Сколько времени займет дорого? — резонно интересуюсь я, — и мне бы домой заехать, за вещами и электроникой, — добавляю, прекрасно понимая, что под словом «дом» имеется в виду далеко не моя маленькая квартирка.

Внимательно наблюдаю за мужчиной, кстати, так и не соизволившего обозначиться более личностно, оставаясь безымянным, усаживающегося за руль. Он отгибает манжету белой рубашки, смотрит на недешевые наручные часы известного Швейцарского бренда, что-то прикидывает в голове и заведя автомобиль, отвечает:

— К обеду будем на месте. И чемодан с вашими вещами лежит в багажнике.

— Я рада, что он так заботлив, но мне нужны ни только эти вещи, — продолжаю настаивать я.

Еле заметный кивок дает мне понять, что меня услышали, но вот выполнят ли мою просьбу — остается под вопросом. А я не могу без планшета и ноутбука продолжить заниматься любимым делом. Да и документы кое-какие не мешало бы с собой забрать.

Машина плавно выезжает с паркинга и неспешно вклинивается в неплотный поток на незагруженной трассе, беря курс в сторону микрорайона, где я спокойно прожила полтора года. И дальше бы жила, если бы непоявление на горизонте моего, практически безоблачного существования не появился Влад Виннер. Злость на его наглость, накатила с новой силой, обрубая малейшее желание позвонить. Я даже на его звонок сейчас не готова отвечать.

В квартире я проверяю все вентили на трубах, перекрываю холодную и горячую воду, закрываю газ и недовольно посматриваю на холодильник — продуктов в нем хоть и немного, но они скоропортящиеся. Быстро складываю все, что мне еще может понадобиться и с грустью закрываю входную дверь.

— Добрый день, Полина Михайловна, — приветливо обращаюсь к бабушке соседке, которая часто выручала меня, — я уезжаю на неопределенное время, оставлю вам ключи и там в холодильники продукты, заберите себе.

— Хорошо деточка, хорошо, — причитает старушка, — ты хоть вернешься? Или все с концами? Ты с тем красавчиком, что вчера приезжал? — строчит вопросы, как из пулемета, — хорош! — хвалит Влада и, перекрестив нас на дорожку, желает счастливого пути.

Путь и впрямь занимает не так уж много времени. Васятка с удовольствием смотрит мультики, а я, летая в каких-то путанных мыслях и раздумьях, слежу за красотой пейзажа за окном. Несколько раз берусь за телефон, намереваясь позвонить Ксю, но что-то останавливает, а когда решаюсь, то абонент оказывается не в сети.

Чувствую себя немного предательницей, что ли. Мы дружны с момента моего переезда. Она всегда поддерживала меня и было время даже жила в моей квартире, помогая с маленьким Васяткой. А я вот так вот взяла и уехала без объяснений.

А еще Павел. Ему я тоже ничего не сказала. Но в этой круговерти словно вычеркнула все из головы, забыла про то, что звала его замуж, про то, что он благоразумно дал мне время подумать. И сам так ни разу и не позвонил.

Боже, что же вокруг меня происходит? Такое ощущение, что мир закручивается в тугую спираль, утягивая меня в водоворот непоправимых изменений.

— Приехали, — раздается сухое оповещение от водителя-телохранителя.

Автомобиль останавливается около красивых кованных ворот, за которыми простирается выложенная булыжниками подъездная дорожка, в обрамлении зеленых лужаек и замысловатых альпийских горок. Вдоль ограды, исполненной в том же стиле, что и ворота, шелестя резной листвой, возвышаются клены. А в глубине, в окантовке всего этого великолепия виднеется дом — двухэтажный, бревенчатый с террасой по периметру верхнего этажа.

— Добрый день, — я и не заметила, как к нам навстречу вышла женщина в униформе и белом переднике, — Карина Егоровна, — улыбается добродушна она.

— Добрый день, — киваю приветливо, высвобождая Васятку из оков автокресла.

— Я домработница Владислава Аркадьевича — Дарья Ивановна. С утра Владислав Аркадьевич прислал сообщение о вашем приезде. Прошу, проходите. О багаже не беспокойтесь. Его сейчас занесут в дом.

Молчаливый мужчина следует за нами тенью. Доставлять все наши сумки и ни слова не говоря удаляется, а мы остаемся втроем в этом большом и абсолютно не знакомом доме.

— Я пробуду здесь до вечера, — продолжает бодро вещать женщина, — вы, наверное, голодные?

— Да, — не скрываю я, — все же завтракала я неохотно, а на часах уже далеко за полдень, — только можно вначале освежиться и где наша комната?

— Конечно — конечно, — спохватывается домработница, — пойдемте, покажу, — и торопливо спешит к лестнице, ведущей на второй этаж.

Просторное помещение с большой кроватью, несколькими комодами имеет свою ванную комнату и выход на террасу. Светлые молочно-шоколадные тона в отделке и текстиле наполняют ее теплом и придают уют.

— Мы спустимся минут через двадцать, — предупреждаю Дарью и опускаю Васятку на пол.

— Столовая налево от лестницы, — уточняет она и уходит.

Присаживаюсь на край кровати, осматриваясь и пытаясь перевести дыхание от закрутившихся ураганом стремительно меняющихся событий. Но телефонный звонок не дает расслабиться.

— Ты где? — без приветствия летит из трубки строгий вопрос от Влада.

— Как где? — недоумеваю я, — дома, как ты и велел своему человеку.

В динамике повисает пугающая тишина.

— Закрой все двери, на панели сигнализации набери специальный код, он в кабинете на самом видном месте и никому не открывай, пока я не приеду, — строго чеканит он. (3303c)

— Влад, что происходит?

— Пожалуйста, — его голос смягчается, — сделай, как я сказал. Я скоро буду. Там же в кабинете есть номер телефона Степана, на крайний случай.

Связь обрывается. Страх просачивается в каждую клеточку моего тела, вызывая оцепенение и только бубнящий что-то рядом Васятка заставляет шевелиться и неукоснительно выполнять все наказы Влада.