Глава 31

Подъезжаю к заброшенному зданию, выключив фары. Матвей примерно в десяти минутах езды отсюда. Остальные тоже нагоняют. Но я не могу их ждать. Мне нужно уговорить Марата отпустить Леву. Я предложу ему обменять его на себя.

На дворе уже ночь. Все погружено в темноту.

Пробираясь по кустам к главному зданию, замечаю слабый огонек, льющийся из широких дверей стоящего чуть поодаль ангара.

Подкрадываюсь ближе и сквозь щель вижу их. Прикидываю, могу ли я сделать выстрел из укрытия. Но это слишком рискованно. Марат сидит совсем близко к Леве. Когда он немного отодвигается и открывает мне полный вид на малыша, мое сердце разрывается на части от увиденной картины. Он привязал Леву к стулу и засунул ему кляп в рот. Видимо, чтобы тот перестал плакать. А он плакал. Его глаза красные и опухшие от слез. Сопли текут из носа ручьем.

Сжимаю кулаки в гневе. Да, пистолет и нож при мне. Но мои руки — это все, что мне понадобиться. Мне просто нужно подобраться поближе.

Мне требуется вся сила воли, чтобы не броситься к Марату и не убить его прямо на глазах трехлетнего ребенка. К тому же, я замечаю лежащий у него на коленях обрез из охотничьего ружья.

Жаль, что здесь нет Ильи с его снайперской винтовкой. Если кто и смог бы снять Марата при таких условиях, то только он. Но я не могу ждать, пока они приедут. Это может заставить Марата почувствовать себя в ловушке, и тогда он использует мальчика как щит.

Мне нужно действовать осторожно. Вхожу в ангар с высоко поднятыми руками, раскрывая себя.

— Я пришел один. Спокойно, не надо нервничать, — сглатываю, когда он хватает обрез. — Хочу предложить тебе сделку. Отпусти мальчика. Возьми меня.

— Мне проще пристрелить тебя.

— Я более верный вариант для заложника. За мальчишку мои друзья не дадут тебе ничего. Он им никто. За меня получишь свой миллион.

— Эта сука натравила вас на меня. Она должна ответить.

— Я тот, кто тебя искал. Я тот, кто тебе нужен. Поступи правильно со своим сыном, — продолжаю говорить, тщательно подбирая слова. — Отнеси его в машину Авроры. И возвращайся. Пусть он поспит на заднем сиденье. А мы обсудим план, как ты сможешь забрать свои деньги.

Мне нужно, чтобы он отнес его в машину. И потом я надеюсь отвлечь его достаточно долго, что он даже не заметит, как Матвей увезет Леву подальше отсюда. Что дальше по плану? Я не продумывал. Буду действовать по обстоятельствам. Конечно, мне хотелось бы выбраться отсюда живым. Но это не главный мой приоритет сейчас. Вернуть Леву живым и невредимым Авроре — вот, что самое главное.

Перевожу свой взгляд на малыша и заставляю себя улыбнуться ему ободряющее. Его заплаканные глазки впиваются в меня. Я не уверен, кажется мне или нет, когда слышу приглушенное «Давид», доносящееся из-за кляпа.

Когда Марат ничего не отвечает, лишь поигрывая ружьем в руках, добавляю: — Ты можешь связать меня. Я не буду сопротивляться. Ты получишь свои деньги, только если отпустишь мальчика.

Каждая клеточка моего тела восстает против предложения связать меня. От одной мысли об этом в глазах темнеет. Но я заставляю себя сконцентрироваться на Леве. Я должен бороться с этой паникой.

Наконец Марат начинает двигаться, подбирая с земли веревку, такую же, которой привязал Леву к стулу.

— Бросай сюда оружие. Я знаю, оно у тебя есть, — Марат указывает на землю у своих ног.

Медленно вытаскиваю из кобуры пистолет и бросаю его на землю. Марат придвигает ногой его к себе ближе и нагибается, чтобы взять его.

— Теперь подойди к тому столбу. Встань к нему спиной и заведи руки назад. Я свяжу тебя.

Я послушно делаю то, что он сказал.

— Помни, получишь деньги, только если вернешь мальчика, — я сильно рискую, разрешая себя связать, не имея никаких гарантий, что Марат его действительно отпустит.

— Не дергайся! Не забывай, мой обрез смотрит тебе в затылок, — чувствую, как веревки туго впиваются мне в запястья. — Одно лишнее движение, прикончу тебя и его заодно.

— Понял, — цежу сквозь зубы. Если бы не страх, что пуля может задеть Леву, я бы не сдержался. Развернулся бы и свернул ему шею одним движением.

Когда он проверяет, надежен ли узел привязывающий меня к столбу, я чувствую знакомое жжение в груди, предвестник панической атаки, которое мешает мне дышать. Пытаюсь стряхнуть его. Но это все сложнее сделать.

— Ты закончил? Развяжи Леву. Отведи его в машину! — мне нужно, чтобы он сделал это, до того как я провалюсь во тьму. Я не могу подвести Аврору и Льва.

Надеюсь, пока Марат на улице, я успею вытащить свой нож, висящий в кобуре на икре, и разрезать веревки.

— Да пошел ты!

Несмотря на начинающийся рев в ушах и потемнение в глазах, мне удается разглядеть, как он все-таки отвязывает его от стула и несет с кляпом во рту на улицу.

Мне нужно побороть панику.

Представляю себе Аврору в бикини, смеющуюся, поливающую ее маленький огород шлангом. Это помогает. Присаживаюсь на корточки и тянусь за ножом. Но у меня не получается обхватить его так, чтобы было удобно резать веревку. Запястья слишком туго привязаны друг к другу.

Черт. Я в ловушке. Это хрен умеет хорошо вязать узлы. Я не ожидал такого.

Марат возвращается. Слишком быстро. Я замедляю движение, но все еще пытаюсь резать по веревкам за спиной, надеясь, что ублюдок этого не заметит.

Никогда не делал этого раньше, но сейчас я молюсь. Молюсь о том, чтобы Матвей приехал вовремя и увез Леву. О том, чтобы он послушал меня и не стал рисковать им, пытаясь вытащить меня.

Жизнь Левы важнее, чем моя. Важнее всего.

Теперь мне нужно отвлечь Марата разговором.

— Как он? Он не ранен?

— Да все нормально с ним. Сидит в машине. Ты думал я и правда собираюсь его убить? Ну вы, беркуты, тупые. Я планировал оставить себе и деньги и его. Это же ходячий банкомат. Ты знаешь сколько бабла я могу заработать, манипулируя жалостью к бедному отцу-одиночке с мальцом на руках? Знаешь, сколько афер могу провернуть с ним? Втираться в доверие будет легче легкого. Не говоря уже о том, что он идеальный контейнер для переноски наркоты. Его шманать никто и не подумает.

— Он лишняя обуза для тебя. Возьмешь завтра деньги, как и договаривались, и уйдешь, — страх все больше закручивается во мне. Мне нужно тянуть время.

— Твои дружки наверняка уже летят сюда на всех порах. Я не такой идиот, чтобы рисковать и оставаться здесь дольше. С парнем на руках я и так заработаю нормально. Если будет сильно мешать, продам его. Все. Я сваливаю.

Он идет в сторону двери, потом оборачивается со злой ухмылкой: — Ах, да. Чуть не забыл. — и направляет на меня ружье. Прямо в сердце.

Мой конец близок. Я знаю. Но перед глазами не проносится вся моя жизнь. Нет.

Но все те дни, проведенные с Рори и Левой.

Когда Марат уже собирается нажать на курок, с улицы слышится какой-то шум. Мы оба поворачиваем головы в сторону двери ангара, хотя Марат продолжает удерживать обрез направленным мне в грудь. Поначалу я вздыхаю с облегчением, думая, что это парни приехали. Я правильно рассчитал время и вовремя увел Леву подальше от надвигающейся заварушки.

Но потом напоминаю себе, что они подкрались бы незаметно, не издав ни единого звука. Когда я слышу что-то похожее на велосипедный звонок, я на сто процентов уверен, что это не они. Тогда кто же это может быть?