Глава 29. Навсегда
Больше мы не виделись, если не считать пары случайных встреч. Один раз оказались в магазине в соседних кассах. Другой — я шла в библиотеку мимо участка, где он работал со своей бригадой. Просто короткий обмен взглядами — после которого еще сутки ходишь, будто оглушенный.
Тетя переживала за меня. Считала, что мне здесь скучно и пыталась развеселить, как умела: таскала с собой на экскурсии, устраивала чаепитие в саду с долгими рассказами о своей молодости. Я соглашалась, чтобы сделать ей приятное, но, конечно, все это не веселило меня и не отвлекало от мыслей о Саше. Я ехала в экскурсионном автобусе и вертела головой по сторонам: вдруг случайно его увижу. Пила чай под яблоней и чувствовала каждым позвонком, что позади меня траншея, которую копал Саша. Он словно и сейчас стоял за моей спиной, опираясь о черенок лопаты.
Когда тетя предложила мне пойти на свадьбу внучки своей подруги, я по привычке согласилась. С тетиного разрешения выбрала одно из маминых платьев — белое, воздушное, до колена. На ночь накрутила на влажные салфетки волосы, чтобы к утру получились кудряшки.
Тетя разрешила мне пропустить роспись и всю эту скукоту с фотосъемкой, так что я пришла уже после официальной части.
Кафе находилось в парке, на берегу озера, недалеко от городского пляжа. Новобрачные и гости задерживались, я ходила по выложенным плиткой дорожкам под сенью дубов и кленов. Солнце с трудом просвечивало сквозь кроны, и на моих открытых руках, на белом платье постоянно менялся причудливый рисунок светотени.
Завопили сигналы машин: процессия шумно подкатила ко входу в кафе. Я стояла в стороне, дожидаясь тетю, и наблюдала, как гости поднимались по ступенькам на крыльцо: женщины в пестрых синтетических нарядах, мужчины в черных брюках и светлых рубашках. Потом появились невеста и жених. На невесте было классическое пышное свадебное платье, а вот жених… Я не знала, что на нем за форма, но выглядела она очень эффектно. Идеально отглаженный темно-синий китель с золотыми пуговицами, погоны с тонкими золотыми полосками, белоснежная рубашка со строгим воротником. В руке он держал фуражку с золотой тесьмой.
А потом я увидела Сашу.
Это был тот образ, который пробивает грудную клетку, вонзается в сердце и остается там навсегда.
Коротко пострижен, гладко выбрит. Выправка, как у солдата — или капитана круизного лайнера. Выправка и при этом солнечная улыбка… суровость и нежность. Какое-то крышесносное сочетание.
На нем был белоснежный китель с золотыми пуговицам, сверкающими на солнце, на плечах — широкие погоны с золотыми полосками. Под мышкой он держал белую фуражку с широким темным козырьком.
Я приросла к земле, впилась в Сашу глазами. Стояла, ошеломленная всем этим, такой нереальностью реальности. Он был просто невозможно, невероятно прекрасен…
Саша будто почувствовал меня, оглянулся на ступеньках. Мы встретились взглядами. Он на доли секунды застыл, потом вежливо мне кивнул. Я тоже ему кивнула, но Саша этого уже не заметил, потому что от шока я сделала это не сразу.
— Катюша, вот ты где! — раздался тетин голос.
Я сглотнула комок в горле и усилием воли заставила себя повернуть голову в ее сторону. Тетя, радостная, раскрасневшаяся, помахала мне рукой, подзывая к себе.
На ватных ногах я стала подниматься в кафе вслед за Сашей.