18

— Куда мы едем?

Этот вопрос я задала сразу же, как только машина в которую меня посадили сорвалась с места. Но вместо ответа услышала просьбу.

— Можно ваш телефон?

Нахмурившись, я несколько мгновений с сомнением смотрела на протянутую в требовательном жесте руку старейшины, который расположился рядом со мной на заднем сидение автомобиля.

— Зачем?

Даже понимая, что на мой вопрос вряд ли услышу ответ, все равно не смогла удержаться, чтобы не задать его.

— Вы мне не доверяете?

Отвечать вопросом на вопрос не очень вежливо, но, по-видимому, Осипов или этого не знал, или ему наплевать. И что-то мне подсказывает, что из двух вариантов, верным будет именно второй.

Расставаться с телефоном не хотелось. Все-таки это была моя единственная ниточка связи с внешним миром. Но, настойчиво протянутая рука не оставляла ни единого шанса оставить подарок брата у себя. Не выполнить приказ старейшины, это бросить ему открытый вызов. А ведь даже Фролов себе такого не позволяет и это с расчетом, что он непросто полноценный оборотень, он — довольно влиятельный и сильный альфа большой стаи. Что уже тогда говорить про меня, оборотня-одиночку, самку, слабую полукровку — медведицу. Печально вздохнув, я полезла в карман ветровки и, достав новенький аппарат, протянула его Осипову. Ободряюще мне улыбнувшись, старик забрал мой телефон, после чего, не стесняясь моего присутствия, быстро пробежавшись по менюшке. Я и возмутиться-то не успела такому самовольству, как пожилой мужчина, открыв окно, выбросив мою мобилку прямо под колеса едущей рядом с нами машины.

— Что за…?

Разозлиться мне не дали, впрочем, как и высказать все то, что я думаю о произошедшем.

— Так будет лучше для вашей безопасности. Вы же не хотите, чтобы вас выследили по телефону?

— Да кому я нужна, чтобы меня выслеживать? Зато теперь я не смогу связаться ни с сыном, ни с братом.

— Тасенька, не преуменьшайте свою значимость. И не переживайте так, с Драгожем все в порядке, его уже выпустили из участка принеся искренние извинения, а ваши данные удалили из списков пропавших без вести. За сына так же можете не волноваться. Уже в скором времени вы будете вместе. Я же вам обещал.

Именно последнее меня беспокоило больше всего. Не то чтобы я не хотела увидеть сына, но все же, на данный момент, выходя из сложившихся обстоятельств, предпочла бы, чтобы он оставался там, где сейчас и находится, под защитой Фролова. Только ведь этого вслух не скажешь. Пока я делаю вид, что играю на стороне старейшин и позволяю себя использовать, ни мне, ни Владу, открыто вредить не будут. Разве что использовать. Но еще неизвестно что хуже. У меня еще свежо в памяти, как с молчаливого согласия совета Савельев издевался над Катюшей и Ольгой. Вот только если я начну артачиться, еще неизвестно, как все повернется и не покажется ли мне то, что произошло с парой и дочкой Фролова, цветочками.

И что самое обидное, защитить-то меня особо-то и некому. Да, все знают кто мой отец, но официально в семью Петреску я не вступала, поэтому и не могу рассчитывать на их защиту, опять же официальную. Нет, они меня не оставят и попытаются предпринять все возможное, чтобы мне помочь. Вот только дело в том, что вряд ли у них что-то получится. Нет у них ни необходимых связей, ни влияния. Вон, даже с Фроловым они мне, открыто, ничем помочь не могли. От защиты последнего, я так же отказалась, покинув его стаю. Волк меня, несмотря на все наши разногласия, наверняка, постарается вытянуть из этой неприятности. В конце концов, это в его же интересах, чтобы я как можно меньше распространялась о его жизни. Уверена, желающих подпортить ему репутацию найдет, более чем, достаточно и без совета старейшин. Но это приводит меня к еще одному печальному выводу — Фролову выгоднее, чтобы со мной что-то случилось, и я навсегда исчезла с его горизонта. Уж слишком много доставляю ему головной боли. И так было с первых дней нашего знакомства. Вот и получается, что защищать меня некому. В мире оборотней это могут делать только члены твоей семьи или стаи. У меня же нет ни одного, ни другого. Будь я простым человеком, все было бы проще. Например, можно было бы попытаться затеряться в толпе. Хотя, будь я простым человеком, то всего этого и не знала бы. Я же оборотень, у которого теперь еще и зверь есть. Но, о последнем лучше помалкивать.

Грустные мысли вызвали у меня печальную улыбку. Опять придется самой выбираться из очередных неприятностей. Что-то мне не везет в этой жизни. И притом с рождения. Неужели так много нагрешила в прошлой? Скорее всего.

То, что мы приехали в аэропорт, меня не удивила. Подсознательно, чего-то такого и ожидала. Даже я понимала, как бы машина ни петляла, за ней все равно удастся проследить, что уже говорить тогда о старейшинах. Узнать же конечный пункт назначения самолета или вертолета, гораздо сложнее, особенно если они частные.

С тоской наблюдая за уменьшающимися в размере зданиями, я все думала, удастся ли мне когда-нибудь вернуться сюда, чтобы пройтись по любимым старинным улочкам и посидеть в «Кривой липе», вспоминая те немногие счастливы дни, которые были в моей жизни.

Отвернувшись от иллюминатора, я перевела взгляд на что-то активно печатающего на ноутбуке Осипова. Мне очень хотелось ему задать несколько вопросов, но, сейчас старейшина был занят. Поэтому, я не нашла ничего лучше, чем вздремнуть. Тем более, что истощенный организм требовал отдыха.

- Таисия, просыпайтесь, мы прибыли.

Меня аккуратно трясли за плечо, в попытке разбудить. Просыпаться не хотелось. Но ведь не отстанут. Пришлось открыть глаза, показывая, что я проснулась, поэтому хватит уже меня дергать. От неудобной позы, в которой проспала весь полет, все тело болело. Но выбора не было. Поэтому, потянувшись, медленно размяла затекшие мышцы, после чего быстро встала и направилась к выходу из самолета.

Выглянув наружу, я так и не поняла где мы. Но, наверняка где-то очень далеко от родных мест. С чего я это взяла? Ну, во-первых, на улице было уже далеко не утро, а вылетали мы глубокой ночью, значит, летели несколько часов. Хотя это и не факт. Меня вполне могли не будить некоторое время после посадки. Во-вторых, за оградой небольшого аэропорта, скорее всего, частного, виднелись пальмы, а не родные и привычные мне с детства сосны и елочки. Вспомнились слова старейшины, о домике у моря. Неужели меня привезли к морю? Вполне возможно. Вот только бы понять, к какому именно.

Белый лексус с затемненными окнами нас уже ждал у самого трапа. Оказавшись в машине, я задала тот вопрос, который меня интересовал, на данный момент, больше всего.

- Где мы и куда едем?

- В гости к другу. Не переживайте, Тасенька, здесь вас никто не побеспокоит. Пока мы будем решать ваши проблемы, вы сможете не только восстановить свое здоровье, но и хорошо отдохнуть. Что может быть полезнее морского воздуха?

Так и хотелось сказать: воздух свободы, но я промолчала, отвернувшись к окну. Чем дольше я буду прикидываться покладистой глупышкой, тем больше шансов свалить от старейшин с наименьшими неприятными последствиями. Возможно, вообще, стоит покапризничать, чтобы они сам захотели от меня избавиться. Это хорошая идея, но ее лучше отложить как запасной вариант. Сейчас же я с любопытством первооткрывателя рассматривала все вокруг, в надежде понять, куда меня занесло. Но, машина следовала какими-то объездными путями, так и не заехав в город виднеющийся в стороне. Вдоль всей дороги возвышались деревья, закрывая собой весь обзор на округу. Из-за чего, как я не старалась, ничего приметного или знакового заметить не смогла. Но вот машина свернула и тогда, видимая мной картинка изменилась. Теперь, вместо деревьев, с моей стороны машины, от дороги за которой шла узкая полоска пляжа и до самого горизонта, простиралась водная синяя гладь радующая глаз. А ведь я так никогда еще на море и не была. И вроде бы мне положено радоваться, что скоро сбудется мечта идиота, про возможность пожить в домике на берегу моря, вот только что-то не радостно у меня на душе, даже несмотря на открывающийся моему взору потрясающий вид.

Еще полчаса езды и перед машиной открываются высокие кованные ворота, впуская нас на охраняемую оборотнями и закрытую от любопытных глаз высоченным забором, территорию. Лениво развалившаяся на траве недалеко от въезда и провожающая нас безразличным взглядом парочка огромных леопардов, прямым текстом мне сообщала, что выбраться, просто так, отсюда не получится. Или они следят только за тем, чтобы никто чужой не проник на охраняемую ими виллу? В это мало вериться, но проверить надо будет. Во всяком случае, пока, мне никто ничего не говорил, об ограничении меня в передвижении. Или это само собой разумеющееся? Не зря же забрали телефон. Все равно рискну. Чуть что буду падать на дурочку. Меня мало кто знает из оборотней, так как я особо ни с кем и не общалась. Благодаря чему, возможно, этот номер и прокатить. Артистка я еще та, не зря же несколько лет выступала в цирке. Ага, дрессировщицей. А вдруг мне даже удастся приручить здесь парочку зверей. Ну или хотя бы одного, но того, кто сможет помочь. Чего в жизни не бывает. Так что придется мне стать трепетной ланью, попавшей в беду. Вдруг прокатит. Мужикам же такие девушки нравятся. Они же себя, рядом с ними чувствуют рыцарями и супер мачо одновременно. Главное, не заиграться и не разбудить ни в ком темного властелина с комплексом собственника. Хватит с меня и Ионела.

Машина подъехала ко входу огромной белоснежной виллы. Нас уже ждали. Дверцу автомобиля со стороны старейшины открыл мужчина в самом расцвете сил. Пожилым или тем более стариком, несмотря на белые как снег волосы и бороду, а также сеть глубоких морщин у глаз, назвать его у меня язык не повернется. Несмотря на уже преклонный возраст, фигура незнакомца оставалась статной и подтянутой, плечи широкими, а взгляд цепким и убийственным. Как же я рада, что этот взгляд был направлен не на меня.

— Осипов, ты все же приехал?

— Это так ты встречаешь старых друзей? А где же ваше хваленое грузинское гостеприимство?

О, теперь я хотя бы знаю, в какую страну меня завезли. Уже хорошо. А когда хозяин представится, есть шанс еще и узнаю более точно мое местонахождения, а там, можно будет и телефон поискать, чтобы маякнуть Фролову. Уж где-где, а на такой огромной вилле, точно можно будет раздобыть мобилку или какое-нибудь другое средство связи.

Хозяин и, явно, если на настоящий, то бывший альфа местной стаи, промолчав, отошел в сторону, выпуская старейшину из машины. Я же решила не торопиться. Видно же, что нас не рады видеть. Вдруг еще придется уезжать отсюда, по-быстрому.

Выйдя из машины, старейшина отошел на несколько метров вместе с незнакомым оборотнем в сторону. В ту же минуту дверь закрылась и в автомобиле довольно громко заиграла музыка. Последняя-то и не позволила подслушать диалог двух старых «друзей». А мне этого ой как хотелось. Но как я не прожигала недовольным взглядом водителя, тише музыку он не сделал. Во всяком случае до того момента, как его босс не вернулся, открыв мне дверь и предложив выйти.

- Тасенька, позволь тебе представить моего старинного приятеля Малхази Резо. Некоторое время ты поживешь в его доме.

- Какое время?

Видя недовольно поджатые губы хозяина виллы, мне что-то не очень-то хотелось здесь оставаться. Тем более одной. Из слов старейшины я поняла, что он не останется. Не то чтобы мне так сильно хотелось лицезреть его рядом с собой, но, остаться в чужом доме одной, с абсолютно посторонними людьми, точнее оборотнями, которым тебя навешивают силой, то же не хотелось. Судя по угрюмому взгляду, бросаемому в мою сторону Резо, ему даром не нужна гостья в моем лице.

— Столько, сколько понадобиться для решения вашей проблемы, — мне не понравился ответ со столь расплывчатым отрезком моего времяпрепровождения непонятно где, с кем, в каких условиях и тем более на птичьих правах. И это не осталось незамеченным. — Не переживайте, я постараюсь не затягивать с вашим делом.

Именно последнее больше всего и напрягало. Кроме того, так и подмывало сказать, что у меня нет никаких проблем, поблагодарить за гостеприимство и свалить отсюда как можно быстрее и как можно дальше, чтобы не напрягать своим присутствием "радушного" хозяина. Но ведь не отпустят. Значит, нечего и начинать заранее провальный разговор. В этом случае, гораздо правильнее будет сменить тему разговора. Что я и сделала.

— Но я не могу здесь остаться, — я принялась активно хлопать ресницами, лелея надежду, на то, что на моем лице сейчас можно было прочесть растерянность вперемежку с огорчением, граничащим с отчаянием.

— Почему же? — мелькнувшее во взгляде Осипова раздражение из-за задержки, показало мне, что я на верном пути.

— У меня с собой нет ни одежды, ни сменного белья. Вы же не предупредили, что мы, вот так сразу, поедем к морю, — мне кажется, роль глуповатой блондинки мне удалась, так как во взглядах обоих мужчин, что стояли около меня, можно было прочесть облегчение, снисхождение и усталость. Последнее меня удивило больше всего. Неужели так достали своими просьбами и требованиями дамы из их окружения? По-видимому, да. Значит, будем на этом играть дальше. Открыв глазки пошире, перевожу растерянный взгляд со старейшины на хозяина виллы и назад, скорчив печальную моську, но уже через секунду начинаю радостно улыбаться, всем своим видом показывая, что мне в голову пришла гениальная идея, выхода из сложившейся ситуации, в которой я оказалась, — Так я же могу позвонить братику и попросить его привезти мне все необходимое. Он, наверняка, не откажет и как только сможет, сразу же приедет.

Продолжая счастливо улыбаться, в ожидании посмотрела на Осипова, при этом разве что не пританцовывая на месте от нетерпения. Но пожилой мужчина только отрицательно покачал головой. Вот же зараза! Я с трудом удержалась, чтобы не матюкнуться в голос от досады.

— Тасенька, это моя вина, что вы остались без вещей. Поэтому, позвольте мне сделать вам небольшой подарок, оплатив покупку нового гардероба. Выберете все что необходимо, и можете не ограничивать себя в средствах.

Номер не прошел. А жаль. С трудом удерживая на лице беззаботную улыбку, я, разве что не захлопала в ладоши, показывая, насколько сильно меня обрадовало неожиданное и столь щедрое предложение, при этом томно протянув.

- Вы сами мне это предложили. Так что потом, чур не ругаться, когда увидите счет.

— Не переживайте, я буду рад, если смогу не только помочь очаровательной девушке, попавшей в сложную ситуацию, но и с удовольствием порадую вас такой мелочью, как возможность приобрести приятные сердце мелочи. И да, на днях ждите меня в гости. Нам надо будет и поговорить, и подписать кое-какие бумаги. А сейчас, отдыхайте Тасенька и ни о чем не беспокойтесь.

Так, по-видимому, разговор со мной закончен. Сообщение о документах, которые кто-то там хочет, чтобы я подписала, еще и, наверняка, не глядя, напрягло. Надо будет постараться отсюда убраться до этого момента. У меня, правда, нет ни денег, ни документов, но, надеюсь, во время поездки в город за вещами, я смогу у кого-нибудь выпросить телефон, чтобы дать знать своим, где я. Да и в торговом центре можно будет попытаться, «случайно», заблудиться.

Когда старейшина уже собрался закрывать дверцу машины, чтобы уезжать, Резо, наклонившись, тихо спросил.

- Когда Нугзар будет дома?

— Завтра, максимум, послезавтра.

- Почему не сегодня?

— Малхази, ты прекрасно знаешь, на чью собственность твой сын покусился. Не так просто это дело замять. Да и сейчас у меня другие проблемы. Обещаю, твой сын скоро будет дома. Но ты его попридержи здесь, пока все не закончится.

— А когда закончится?

— Не раньше, чем я помогу девушке. Так что в твоих интересах проследить, чтобы на эту красотку никто не покусился и не увез в свою пещеру. Она должна быть счастлива и всем довольна, так, чтобы у нее даже мыслей не было уехать отсюда, без моего разрешения. И да, научи уже своего парня включать мозги и держать хозяйство в штанах, если он не хочет, в следующий раз, лишиться и того, и другого, вместе с жизнью.

Из услышанного напрашивался только один вывод: меня на вилле будут охранять пуще зеницы ока. Так как от моей несвободы, будет зависеть свобода сына Резо. При таком, неприятном для меня раскладе, сбежать с территории лепардов будет очень-очень сложно. Но когда это трудности и сложность задачи, меня останавливала? Правильно, никогда. Так даже интереснее будет.

Старейшина уехал, и «гостеприимный» хозяин отвел меня в предоставленные мне, на время проживания здесь, комнаты, предложив отдохнуть. И вот я уже рассматриваю свою новую клетку, в которой меня, в очередной раз, заперли, опять же лишив возможности связаться с родными и близкими. В этот раз клетка, можно так сказать, золотая, но разве это что-то меняет? Для меня, нет.