Глава 44

Владимир

— Женя, — отрубаю телефон, убирая в карман, как будто отсутствие его в зоне видимости, может стереть последнюю минуту нашей жизни. — Мне нужно уехать.

— Вов, ты говорил про Антона? Я слышала… поэтому он недоступен? — отступает она назад, опираясь на стену. — Это всё из-за меня! — падает её голос, руки нервно взлетают к волосам, хаотично их приглаживая, и я вижу, как её начинает трясти.

— Жень, всё будет хорошо, — придаю своему голосу максимальную уверенность и спокойствие. — Я всё улажу, — отрываю её от стены, полностью скрывая в своих объятьях.

Частые, беспокойные выдохи мне в грудь.

Бл*ть! Ей же нельзя волноваться!

— Вов, мы же не успели рассказать тебе про проблемы с Ланой, и ещё этот Морозов со своим Глобал! — уже всхлипывает она. — Оно почему-то всё, как снежный ком.

— Что с ними? — спрашиваю и почти сразу же понимаю, что прокололся в своем желании во всем разобраться самостоятельно.

Идиот. Несколько вопросов Антону ещё вчера и сегодняшней херни можно было бы запросто избежать.

Выслушиваю сбивчивый рассказ Жени о том, что, бл*ть, эта каша, похоже, заварилась ещё с самого начала организации ее собственного бизнеса. А Морозов попер в наступление только сейчас, в качестве завершающего триумфального аккорда…

Убью тварей!

— Милая, мы со всем разберемся, — приподнимаю, зажимая между ладоней её лицо, вынуждая смотреть прямо мне в глаза. — Антон умный, он точно продержится. Ребята скоро будут там.

— Вова, зачем он им? А если они его… — срывается она в рыдания.

— Никаких "если", детка. У меня не бывает "если". Ты же мне веришь?

— Да, Вов, — поджимает губы она, пытаясь сдержать всхлипы.

— Жень, сейчас ты должна позаботится о себе и ре… маленьком, — крепко прижимаю к себе, целуя в висок. — Я вызову доктора, чтобы проследил за твоим состоянием, а сам…

— Нет, Вов, пожалуйста! — внезапно умоляюще, но очень настойчиво просит она. — Я с тобой.

— Нет.

Её пальцы заключают мою ладонь в замок, и Женя прикасаясь губами к тыльной стороне руки, уже почти стонет:

— Вов, я не смогу остаться здесь, пожалуйста, родной.

— Детка, ты с мамой и под охраной. И мне, и Антону так точно будет спокойнее. Здесь ты в безопасности.

— Мне не нужна безопасность без вас. Во-о-ов, — её дрожь становится ещё сильнее.

— Хорошо, — мгновенно принимаю решение я. — Собирайся. Какое успокоительное тебе можно?

— Спасибо, Вов! Я очень быстро, — берет она себя в руки, напрочь игнорируя мой вопрос.

Женщины!

— Эрик, что там? — выхожу я из спальни, вновь подключая связь.

— Ещё двенадцать минут, и мы будем на месте. Сигнал устойчивый. Никаких перемещений. Всё оборудование в наличии, начнём с тепловизора, заброшенность объекта нам на руку. Вы?

— Буду… с Женей.

Эрик замолкает на несколько мгновений. От его рекомендации будет зависеть дальнейший план действий.

— Принято. Если ситуация изменится, вас подстрахуют. Но я могу прислать Захара прямо сейчас, в положении Евгении Викторовны лучше не рисковать.

— Эрик, это вопрос доверия. Она меня не простит.

— А если случится что-то серьезное?

— Без "если". Под мою ответственность.

— Понял. Но Захар с вами.

— Спасибо.

Оборачиваюсь, натыкаясь на Женину мать. И тут же из коридора вылетает её полностью собранная дочь.

— Мам, мы быстро, — чмокает Женя её в щёку, на два счёта надевая спортивные ботинки.

— Хорошо, доченька. Удачи, Вова… — нейтральным голосом желает Арина Станиславовна и тут же добавляет: — Я жду вас втроём.

Пауза.

Мой кивок в ответ, Женина рука поднятая на прощание, и, уже выходя в дверь, я замечаю лёгкое крестообразное движение рукой нам вслед.

Спасибо… мама…

— Детка, ты в порядке? — ещё раз уточняю я, когда машина моей охраны срывается с места.

— Да, Вова, спасибо, что позволил… с тобой… — прижимается всем телом к моей руке Женя, а я, наконец, опознаю, что за бумажку всё это время она сжимала в своем кулачке.

Это журавлик Антона…

***

— Владимир Николаевич, здесь целый заброшенный комплекс, плюс этажи. Сигнал рассеянный. Периметр чист. Но нужно больше времени. Я передал парням, вам удобнее будет подъехать со стороны развилки. Мы как раз движемся вам навстречу.

— Понял.

Ещё один взгляд полный затаенной надежды.

Вот почему женщина должна сидеть дома, и не видеть весь этот блядский процесс борьбы с врагом и охоты на мамонта. Потому что большая часть из этого времени и есть долбанное ожидание момента для решающего удара.

Принимаю ещё один звонок из отдела безопасности фирмы.

— Жень, я на минуту, — прикрываю микрофон рукой, получая её согласие, и выходя из машины вместе с одним из моих охранников.

— Владимир Николаевич, всё! Мы перекрыли все каналы! Даже неполной информации хватило, чтобы понять всю последовательность. Они не видят нашего вмешательства, а значит, точно рискнут! Там всё на кону! Антон Алексеевич идеально сработал.

Тишина. Они в курсе операции и тоже ждут.

— Да. Ждём.

— Удачи.

Уже столько, что пора бы ей перейти в качество!

Хлопок двери и…

— То-о-оша-а-а! — оглушающий крик Жени.

И она уже дергающаяся в захвате охранника, перехватившего её на бегу.

Перенимаю эстафету, отдавая безмолвное разрешение, и устремляю взгляд на темное пятно лежащее у входа в одно из отдаленных зданий, куда ещё на добрались мои парни.

— Жень, тихо, родная. Ты уверена?

— Вов, — воет она, не сбавляя громкости, — он стоял на ногах и упал! Я ему нужна!

— Тихо, милая, сейчас мы всё узнаем, — усиливаю захват я, сдерживая её порывы и пристально наблюдая за появлением основной части нашей оперативной группы.

Звонок.

— Живой. Огнестрельное ранение в бок. Кровопотеря. Но жизненные показатели удовлетворительные, а значит, органы не задеты. Не переживайте, сейчас мы его подлатаем, Владимир Николаевич, будет, как новенький, — радостно сообщает мне Захар, уже открывая двери подъехавшего мобильного госпиталя.

Всё…

Спасибо!!!

— Детка, с ним всё хорошо.

И её прорывает, но уже от облегчения.

Господи, я оборзел, но дай мне сил, чтобы выдержать ещё и слезы любимой женщины…