Глава 41

Владимир

Не могу до конца поверить в состоявшийся рабочий разговор, все слишком идеально, и я точно знаю откуда растут ноги.

Разрываю связь, удовлетворённо проставляя галочки в не менее, чем пяти делах, которые можно будет закрыть досрочно.

Но напряжение царящее в душе никуда не исчезает. Теперь мне нужно знать точно, во что Кати́ оценила свой подарок.

А через секунду я не могу поверить своим глазам!

Их нет! — со всей дури глушит меня пустота за столом, где Женя обещала меня дождаться.

Что она ей нахрен соврала?!!

Мгновенно жму вызов Кати́, опасаясь, что он отключен, и вылетая из зала в холл отеля.

Пусто. Взгляд на улицу. Машины нет, но есть соединение.

— Где она? — рычу я в трубку, не скрывая своей злости.

— Кто? — как ни в чём не бывало, спрашивает Кати́.

— Женя!

— Она осталась ждать тебя, — громко, четко и с паузами между словами отвечает она. — Гранин, спокойно! Я не сказала ей ничего, из-за чего она могла бы сбежать! Скорее наоборот! — уже озадаченно добавляет она. — Ты проверил номер?

— Всё, — отключаюсь я.

Врать мне ей действительно незачем.

Консьерж сообщает, что в ближайшее время отель никто не покидал. И я немного успокоившись нажимаю на вызов лифта, но бросив взгляд на табло с самым последним этажом, решаю что по лестнице, пожалуй, будет быстрее.

Похоже пробежка сегодня нужна не Антону, а мне, оцениваю я количество адреналина выплеснувшегося в мою кровь.

Вхожу в номер.

— Женя, ты здесь?

Ну, конечно же, здесь, где ей быть ещё?

Но тишина вновь начинает нагнетать только-только отступившее напряжение.

— Антон, — ударяю я в стекло душевой кабины, после того, когда обнаруживаю телефон Жени так и лежащий ещё со вчерашнего вчера на столе. — Женя не возвращалась?

— Ну-у-у… Тут её нет, — обматывается он полотенцем, широко распахивая дверь. — Она опять сбежала? Что теперь? — слова в его привычной манере, но вот голос замерзает на лету.

— Она не выходила из отеля.

— Как показал вчерашний вечер, ей не обязательно далеко уходить.

— Я вызову ребят и спущусь в службу безопасности.

— Подожди, Вов, — отбрасывает он полотнце, которым вытирал волосы, быстро влезает в футболку и джинсы и открывает уже лежащий на кровати ноут. — Ненавижу все эти бега… Вчера я надел на неё маяк…

— В цепочке?

— Заметил?

— Тош, я не слепой.

— Я знаю. Спасибо, что воздержался от "сними".

Хотелось. Но возможность "навесить" и что-то своё, нравилась мне больше.

Тем временем карта на мониторе увеличивается, и мы видим значок, указывающий местонахождение Жени.

— И какого хрена? — непонимающе выдает Антон, запуская ещё одно приложение.

— Что там? — опираюсь я на стол обеими руками, рассматривая опорные координаты.

— Она вот здесь, — указывает Антон рукой на проем окна, — но, да, может быть на любом этаже. Сейчас… секунду, проверю удаленность. Бл*ть, Женька, ну что ж ты такая скорая!

И пока он отстукивает пальцами по клавишам ноута, я подхожу к открытому окну, высовываюсь чуть ли не на половину и осматриваю все окна под нашим, уделяя особое внимание участку под первым этажом.

Нет, ничего необычного.

Поднимаю голову вверх и…

— Твою ж мать!!! Сука!!! Антон!!! Службу безопасности, быстро! — уже вылетаю из номера я, выкрикивая в трубку приказы своей охране и пытаясь абстрагироваться от отпечатка образа наполовину свисающей из проема верхнего этажа Жени с мужской рукой на её шее и талии.

Перепрыгиваю сразу через несколько ступеней, и уже через минуту толкаю дверь технического этажа с явными следами взломанного замка.

Шаг внутрь.

— … правильно не стоят они того. Знаешь ли, Евгения, свои мозги в черепной коробке лучше, чем они же размазанные по асфальту. Поэтому я ещё раз спрашиваю, когда именно моя жена наняла тебя на подмену? И как давно у неё связь с Граниным?

— А почему бы тебе не задать этот вопрос мне, Вадим Анатольевич? — делаю шаг навстречу человеку, встреч с которым избегал уже долгое время.

На секунду он теряется. Реально не ожидал, что их обнаружат?

— Гранин… А ты быстро! Что, наемная шлюха оказалась лучше, чем моя женушка? Переживаешь? — нервно выставляет он плечо вперёд, реагируя на моё движение.

— Пусть отпустит её, и мы поговорим, — не останавливаясь, шагаю по направлению к окну, у которого охранник этого урода продолжает удерживать Женю.

Её чуть слышный всхлип, и на глаза накатывает пелена ярости.

— Стой! — орёт этот недоносок мне и рукой приказывает своему прихвостню, опустить Женю ниже.

Ещё один сдавленный всхлип.

— Ты охуел?.. — замедляются до минимума удары моего сердца, и я со всей ясностью понимаю, что ему не нужна правда.

Им движет месть.

Мне.

За сделку пятилетней давности, ту, которую он просрал из-за собственной тупости, мозгов хватило только на то, чтобы назначить себе врага.

— Встань на колени и проси прощения! — требует этот мудак, но в его глазах я отчётливо вижу ярко пылающий огонь злорадства.

Он не собирается её отпускать, а теперь, кажется, и меня.

И нету нас нет времени.

— Хорошо, — отступаю на шаг я, замечая мелькнувшую тень возле входной двери и, совершив обманный маневр, наношу удар в шею бугаю возле окна, в последний момент перехватвая Женю.

— Держись, — кричу ей, стараясь удержать баланс и почти сразу слышу звук выстрела у себя за спиной.

Следом мат Антона и его же рука, помогающая окончательно втянуть Женю внутрь.

— Милая, всё нормально. Уже всё! — шепчу я ей, в часто-часто кивающее лицо, прижимаю к себе слишком сильно, но она только плотнее обхватывает меня руками, затихая.

Бросаю взгляд на валяющихся на полу двух ублюдков.

— Вов, ты затянул, он не собирался торговаться… — через силу делает вдох Антон.

— Откуда оружие? — касаюсь губами виска всё ещё дрожащей Жени.

— Мой травмат.

— Давай сюда.

— Зачем?

— Мне будет проще разобраться. Уходите, — отправляю я их и киваю нашим охранникам, появляюшимся в двери.

— Хорошо, — соглашается Антон, протягивая мне пистолет.

— Жень, вы ждёте меня с Антоном в номере, я возвращаюсь, и мы сразу же уезжаем, — с неохотой отлипляю я её от себя, передавая из рук в руки. — Я быстро, — обещаю, но по факту трачу целых два часа и, когда, наконец-то, заваливаюсь назад в номер, меня ждёт ещё один сюрприз.

Желание побыстрее вернуться, обнять и успокоить Женьку мечется в груди с такой силой, что кажется я слышу хруст собственных ребер, и только то, что с ней рядом Антон, позволяет провести мне все юридические процедуры сразу и до конца!

Никаких закрытых разборок!

Нахер!

И обязательно проследить, чтобы без проволочек. Хотя всё равно будет долго!

Подожду, главное, что кошмар уже позади!

Влетаю в номер, с намерением побыстрее убедиться, что Женя в порядке, собрать вещи и также быстро отсюда убраться!

Но при первых звуках, долетающих до меня из гостиной, понимаю, что нет, придется притормозить, потому что это неприлично бодрый и, как всегда абсолютно уверенный голос Кирилла.

Честно? Хочется дать ему пинка под зад! Но возможность разобраться со всем разом охлаждает мой пыл, и я вхожу в помещение.

Так…

Окидываю присутствующих взглядом.

— Где Женя? — сразу обращаюсь к Антону, игнорируя оставшихся.

— Спит, — отвечает он мне и секунду спустя добавляет: — С ней все в порядке, я проверил.

Последние слова успокаивают, я абсолютно уверен, что если бы что-то было не так, он не оставил бы её одну.

— Хорошо. Всё необходимое зафиксированно. Юристы подключены. Ваши с Женей показания позже.

Антон прикрывает глаза, подтверждая согласие.

— А теперь, — оборачиваюсь я к своему партнеру и… другу, — Кирилл, рассказывай, какого хрена ты тянул с этим до последнего?

Перехватываю его злобный взгляд брошенный на Антона.

— Да, ладно, ты, реально, думал, что я подтвержу проигрыш в споре, не выяснив, как она появилась в туре? И ты, похоже, забыл, что все ТВОИ работники ПОКА и МОИ тоже?

Один звонок в офис и мне дали расклад по всей той херне, которую ты одобрил. Одобрил, бл*ть, заведомо проблемный случай, когда можно было закрыть его одним отказом.

ОДНИМ НАХРЕН ОТКАЗОМ!

Лубнёв, ты позволил психопату следить за объектом и надеялся, что он оставит всё просто так?

— Не строй из себя святого! — огрызается Кирилл в ответ. — Если бы ты не стал трахать девчонку, у него бы не было повода к тебе придраться!

— Ты серьезно? — охреневаю я от его наезда. — То есть Олеся Вадимовна Захарова с пометкой в файле "проблема" из-за явного риска нарваться на её мужа, уже ищущего способ поймать её на горячем — это не повод? Повод — моя личная жизнь?

— А вот о "проблемной" тебе лучше спросить у своего нового друга, или как вас там теперь назвать? — ехидно ухмыляясь, указывает он на Антона.

— Тебе не нужно нас называть, Лубнёв, тебе нужно следить за своими делами, а не надеяться, что работники разрулят всё сами, что в принципе они уже и делают. Так тогда вообще не суйся и тем более запрети это делать своей жене, — перевожу взгляд на притихшую в кресле Зою.

— А причем тут моя жена? — с вызовом бросает мне он.

— При том, что пометку "проблема" оператор не заметил именно по её приказу.

— Что за чушь? — кривится он.

— Зоя? — давлю на неё я.

— Она дала мне рекомендации для участия в женском закрытом клубе, — начинает тараторить его супруга, нервно прокручивая кольца на обеих руках. — Мне было нужно! Откуда я знала, что у неё такой хвост?

— Оттуда, что оператор зачитал при тебе информацию по ней.

— Да пошли вы! — нагло отпирается она. — Имею право! Я такой же акционер, как и вы!

— Пусть уйдет! — хмурится Кирилл, исподлобья глядя на Антона.

— Зачем? Моему новому другу будет полезно послушать, как ловко проворачивают дела за чьей-то спиной.

— Вова! — уже в открытую рычит Лубнёв, но мне, если честно, пох*й. Теперь окончательно.

— Видишь ли, Кирилл, перевод части акций на Зою это не единственная твоя проблема. Проблема в том, что твоей жене всегда что-то "НУЖНО" и то, что ты прихватил её с собой, чтобы, я так понимаю, перевести на неё мою долю, нам на руку. Услышим из первых уст, кому принадлежат двадцать процентов из твоих сорока.

— Что?.. — чуть ли не давится своим вопросом Кирилл. — Зоя?!! — цедит сквозь плотно сжатые челюсти он.

— Что?!! Это залог!!!

— Уже нет, — комментирую я.

— Гранин, почему ты всегда все портишь? Всегда!!! — выкрикивает она и тут же раздается непривычно низкий, тихий голос Антона.

— Хватит орать, разбудите Женю и я вышвырну вас в два счёта.

— Что?!! — звереет Кирилл.

— Что слышал, — затыкаю я его и, вновь обращаясь к его жене, повторяю вопрос, на который сам не успел найти ответ: — Кто новый акционер?

— Ты дура? — все ещё не может отойти от шока её муж. — Нах*я тебе такие бабки?

— У меня бизнес, у меня поклонники, я должна соответствовать!

— Зоя, кто? — перебиваю я их перепирки.312367

Опускает глаза, нервно елозит в кресле, откидывает волосы назад, меняет положение ног.

— Фролова. Мне требовалось быстрое вложение. Ты, Кирилл, послал меня подальше, в долг давать никто не хотел… — опять со скоростью пулеметной очереди строчит она.

— Кто это?!! — почти выкрикивает свой вопрос Лубнёв.

А меня, как ни странно, отпускает, потому что я понимаю, что уж этот новый совладелец не спустит им ни одного нарушения.

— Кати́, - отвечаем мы Кириллу в три голоса.

— И мою долю получит она, я помню наш договор, — добиваю его я.

— Вов, ты этого не сделаешь!

— Скажи спасибо, что я не втянул тебя в эту историю с Захаровым. Всё. Свободны.

— Я всё оспорю!

— Я видел документы, Катя в отличие от твоей жены, отнеслась к сделке очень серьезно, — выхожу из гостиной, не прощаясь и направляясь прямиком в спальню, физически ощущая, как осыпается с моих плеч этот уже порядком надоевший, если не сказать осточертевший груз, и я делаю нормальный, полноценный, глубокий вдох. Вдох уже моей новой жизни.

***

— Привет, — смотрю на только что проснувшуюся Женю.

Непонимающе осматривается по сторонам.

— Мы куда? — хрипло произносит она, и Антон тут же подносит стакан с водой к её губам.

Глоток. Ещё один. Она с жадностью за раз выпивает почти половину.

— Не торопись, Жень. Если захочешь я налью ещё, — улыбается он.

— Горло совсем пересохло. Сколько я спала?

— Шесть часов, — отвечаю ей я и уточняю: — У нас скоро приземление. Амстердам полностью наш. Никакого тура. Я помню, что ты хотела посмотреть.

— А… там?.. — закрывает она глаза, мгновенно напрягаясь.

— Всё улажено. Расскажу, что захочешь.

— Хорошо, — нервно облизыает губы она. — Но я сама виновата. Не надо было…

— Же-е-ень, — тут же прерывает её Антон, — даже не начинай!

— Идём ко мне, — встаю, подхватывая её из кресла, чувствуя, как она бережно цепляется за мою шею, и опускаюсь обратно в своё, одновременно разворачивая его так, чтобы оно располагалась прямо перед креслом Антона. — Больше не уйдешь, — шепчу ей на ухо я, охреневая от разливающегося по телу тепла и понимая, что я впервые в жизни чувствую себя настолько цельным.

Замкнуть.

Сохранить.