Глава 10

Благодаря мягкому, умелому вождению моего итальянца, вхожу в состояние подобное медитации, прижимаюсь щекой к его спине, чувствуя потрясающую лёгкость и непередаваемое ощущение парения.

Как же хорошо! Мой маленький фрагмент личного рая. И он становится ещё более ярким и отчётливым, когда я начинаю улавливать невероятные, дурманящие ароматы трав и морской свежести…

Открываю глаза, утопая в разнообразии цветовой палитры, так контрастно отличающейся от городской.

Боже, только ради одного этого вида стоило пережить всё случившееся.

Лёгкий наклон, и мы сворачиваем с основной трассы, углубляясь в густую, благоухающую зелень прибрежной полосы.

Пять минут. Остановка перед кованными, ажурными воротами шикарной виллы.

— La mia casa, — сообщает мне мой спутник, накрывая мою руку своей ладонью и нежно поглаживая её пальцами.

— Прости, красавчик, но я ни черта не понимаю по-итальянски, — со вздохом сожаления признаюсь я.

— А на каком понимаешь? — на чистейшем русском, лишь с едва заметным акцентом, спрашивает он.

— На английском, — выдаю я ему самый логичный ответ.

— Ок, — принимает он мой ответ.

— И на русском! — поспешно добавляю я.

— Ещё лучше, — растекается бархатной нежностью звук его голоса вокруг, ворота раскрываются, и мы въезжаем на территорию поместья.

Минута, я спрыгиваю с мотоцикла и с восторгом лицезрею нереальной красоты особняк, полностью утопающий в зелени плюща.

— Потрясающе! — восхищённо шепчу я, протягивая руку к рюкзачку за телефоном, чтобы запечатлеть этот шедевр живой природы.

— Давай помогу, — скользят вдоль моих плечей его руки, подхватывая локти и приподнимая их значительно выше. Ракурс меняется и в кадр попадает действительно то, что я хочу.

Пара нажатий на экран, великолепные кадры, и я, целиком прикрытая спиной человека, имени которого даже не знаю.

— Как тебя зовут?

— Габриэль.

— А я…

— Женя, — продолжает он за меня, разворачивая к себе лицом и одаривая таким томным взглядом, что я забываю, о чем ещё хотела спросить.

— Кирилл, — умудряется испортить магию момента Габриэль, — сказал, что у тебя свободный выбор. Что предпочтешь — сценарий или импровизацию?

— А что с последней? Это как?

— Вот так! — внезапно подхватывает он меня на руки и быстрым шагом направляется в дом.

Согласна на импровизацию ❤️

— Хочешь есть? — мгновенно реагирует Габриэль на бурчание моего живота, рвущее в лохмотья всю намечающуюся романтику.

Смущённо подтверждаю кивком головы.

— Не вопрос, — меняет он направление своего движения.

Через полминуты мы оказываемся в огромной, просторной, светлой кухне, и меня выпускают на вольный выгул.

Ух ты! Моя мечта!

С восторгом осматриваю все рабочие поверхности и шкафчики.

— Здесь есть отдельная столовая и открытая зона на террасе, но сама кухня тоже задумывалась, как вполне активная зона для проведения романтических встреч.

— Она очень уютная, даже несмотря на размеры. Дизайнер молодец! — продолжаю искренне восхищаться я, касаясь керамической плитки в традиционном итальянском стиле и наслаждаясь ее полированной поверхностью покрытой глазурью.

— Хочешь что-то особенное? — Габриэль постановочно опирается на поверхность столешницы так, что ответ напрашивается сам собой.

— На твой вкус, я не привереда, — сообщаю я ему о себе чистую правду, забираюсь на стул рядом с центальной стойкой рабочей зоны и начинаю просто наблюдать, любуясь органичными, пьяняще вызывающими движениями шикарного мужчины.

Когда он достает продукты и, кажется, начинает готовить специально для меня, я судорожно ловлю и подтираю, капающую изо рта слюну.

Замечает, но пытается скрыть довольную, произведенным на меня впечатлением, улыбку.

— Почему ты не задаешь главный вопрос? — помогает мне выйти из ступора Габриэль.

— Э-э-э… Какой?

— Почему я так хорошо говорю по-русски?

— Почему? — как попугай повторяю я, все ещё не в силах оторвать взгляд от его рук, ловко промывающих зелень.

— Моя мама вышла замуж за итальянца, и родился я, — очаровательно подмигивает мне он.

— Но если ты жил всё время здесь, то уровень языка все равно был бы ниже.

— Ты права. Есть какие-нибудь предположения?

— Вы вернулись домой?

— Нет, тогда бы пострадал мой итальянский.

— Мама решила во что бы то ни стало сделать из тебя билингва?

— Да.

— Они развелись?

— Разница менталитетов.

— Сочувствую.

— Не нужно. У меня было очень счастливое детство именно потому, что я довольно рано был избавлен от их эпических скандалов и ссор, зато получил огромную родню с той и с другой стороны, готовую принять меня в гости в любое время.

— А работа? — задаю провокационный вопрос я.

Габриэль незаметно прикладывает палец к губам, а затем показывает им же по направлению террасы.

— Работа, как работа. Отличная оплата. Регулярные премии. Гарантированный соцпакет.

Он протягивает руку с кусочком брускетты через стол, отправляя мне её прямо в рот, и я опять проваливаюсь в мир наслаждений, пытаясь определить состав, дающий в миксе непередаваемую вспышку вкуса.

Жадно облизываю губы, намереваясь требовать добавки, и сталкиваюсь с горящими от восхищения глазами парня.

— Захочешь славы, Женя, открывай канал на Ютубе, мокпан (трансляция поедания еды на камеру) — это твоё, станешь популярным биджеем (человек, который проводит трансляцию). А, и да… Не забудь плашку "18+", — бросает ещё один долгий, чувственный взгляд на меня он, подхватывает поднос с только что приготовленными закусками, протягивает руку, зажимая в ней мою ладонь и ведёт за собой на широкую, красивую террасу.

Первый укол в сердце. Это ведь всё просто игра, а как хотелось бы, чтобы было правдой. Моё первое свидание, искренность чувств, постепенное знакомство друг с другом, желание рождённое не только из-за ошеломляюще привлекательной внешности, но и понимания, что мне хочется узнавать его дальше, открывать и открываться самой…

Габриэль ставит поднос на стол, тут же откупоривая уже стоящую здесь бутылку вина и сразу наполняя бокалы.

Опускается в кресло, притягивая меня к себе на колени и вручая напиток.

— За знакомство!

— Чин-чин! — поддерживаю его я, но тут же порчу момент. — Надеюсь тут никакого "Актива"?

— Обижаешь, — показательно оскорбяется Габриэль. — Зачем дурить свой организм, если он не хочет? На меня откликается любой, — скользит он рукой, до этого спокойно лежащей у меня на животе, вверх, накрывая мою правую грудь, и начиная дразняще вырисовывать на ней круги, то и дело задевая мгновенно реагирующий на откровенные прикосновения сосок.

— Угу, — прерывисто выдыхаю я, начиная елозить по всей занятой мною поверхности Габриэля, пытаясь найти на нем идеальное для себя положение.

— Не торопись, тебе нужно нормально поесть.

— Давай в процессе? — предлагаю я, получая в ответ низкий, мгновенно проникающий в уши смех, вмиг заставляющий вскипеть кровь от возбуждения.

— Знаешь, Жень, чем ты отличаешься от других участниц наших туров? — внезапно решается он на откровенность.

— Чем? — с опаской интересуюсь я, потому что боюсь услышать в ответ какую-нибудь банальность типа общей ухоженности и внешнего вида.

— Ты искренне просишь. Они, даже находясь в подчиняющей по сценарию роли, требуют. Попроси меня ещё раз.

— Можно мне ещё кусочек? Закуски и их вкус невероятны, ты потрясающе сочетаешь продукты, — с легкостью выполняю я его просьбу, а ответом мне служит ощутимое шевеление и толчок прямо под попой.

— Когда завяжу с этой работой, открою свой ресторан. У тебя право почетной гостьи, — достается мне три жарких, протяжных поцелуя в шею. — Хочешь что-то узнать о туре? — его голос, словно переключается на более серьезный режим.

— В смысле? — не сразу понимаю, о чем речь.

— Это единственное место в доме, где нет прослушки. Ты мне нравишься. Алекс дал тебе точную характеристику — милая, искренняя, хорошая.

— Алекс? — становлюсь похожей на помидор я.

— У нас корпоративный чат для обмена деталями по клиентам.

— Я бы предпочла, чтобы он сказал хотя бы симпатичная, — говорю, и только потом понимаю, что сморозила.

— Красота, Женя, это очень относительная величина, поверь мне! — что от парня с его внешностью звучит почти, как издёвка. — Для первого впечатления безусловно, но, как только ты начинаешь давать людям второй шанс, жизнь внезапно сама наполняется красотой. Потому что по сути всё, всё равно идёт изнутри. Ты очень красивая… — произносит он и тут же начинает смеяться. — Это не из речи для неуверенных в себе клиенток, хотя если бы у нас такие были, я, возможно, и решил бы поделиться своими мыслями на свой страх и риск. Но нет, не тот контингент. Поэтому не переживай, это точно то, что я думаю сейчас и в соответствии с чем живу.

Что касается твоей ситуации, — меняет он тему, видя моё смущение. — Мужу клиентки, которую ты подменила, уже давно хочется получить развод, но не хочется терять деньги. На горячем её подловить не удалось, а запал остался И его нужно куда-то спустить. Агентство идеально подходит, но и тут ему обломилось. Судьба подкинула нам тебя, и на твоём месте, Жень, нужно постараться выжать из этой ситуации максимум.

Это он о чём? Вытягивается моё лицо, а Габриэль начинает смеяться ещё громче.

— Я не про секс, хотя если он для тебя определяющий, — в который раз меняет он тембр своего голоса, плотно прижимаясь ко мне и вновь включая мой с полоборота заводящийся механизм возбуждения.

— А что ещё? — быстро переспрашиваю я, опасаясь за адекватную работу своего мозга.

— Зоя потребовала произвести твой внешний апгрейд. Кирилл уточнил, что это все же по твоему желанию.

— И? — пугаюсь я того, что же стало окончательным вердиктом.

— Он главный. Но я рекомендую воспользоваться по полной. В первоначальном сценарии, это и так подразумевалось, как награда за согласие. В нашей импровизации, — подмигивает мне он, — мы можем с этого начать. Я так же в курсе, что у тебя есть бонус-карта на текущие расходы. Снимай всё. Это не тот случай, когда нужно проявлять скромность и умеренность. Никто не оценит.

— Спасибо за совет, — слегка пришибленно благодарю Габриэля я.

— Тебе, Женя, за возможность и на работе побыть собой. Доедай, — целует он меня в висок, пересаживая со своих колен на кресло. — Я распоряжусь на счёт машины. У меня есть свой список мест для посещения, но может у тебя будут какие-то особые пожелания? Не стесняйся, — бросает он последнюю фразу и уходит в дом, а я запихиваю в рот ещё один охренительно вкусный кусок брускетты и зависаю от страшной мысли, что это сон и вот-вот, как только все более-менее наладилось, раздастся сигнал будильника и моя сказка закончится.

Щипок.

А-а-ау!

Фу-у-ух… Не сон!