Глава 15. Родительское собрание

-И снова здравствуйте! - непринужденно поздоровался он, словно совсем не смутился неожиданной встречей. - Мир, конечно, тесен.

-Не то слово, - улыбнулась Эсмигюль. - Значит, тоже на родительское собрание.

-Да, к дочке.

В груди кольнуло от того, что ее догадка подтвердилась: он женат, еще и дочь есть. Осталось только порадоваться за его супругу, потому что она чувствовала - он хороший семьянин. А то, что Муслим ей понравился, так это ничего страшного, она ведь живой человек, который вот уже десять лет ничего не чувствует.

-А вы? - спросил мужчина.

-Я - к детям. У меня двойняшки. Мальчик и девочка.

“Двойня, - подумал Муслим с досадой. - Наверное, в началке учатся. А по ней и не скажешь, что родила. Такая она стройная, ладная, красивая. Аллах, о чем я только думаю?! Она же чужая женщина”.

-Двойня - это здорово, - вслух сказал он и замолчал, внезапно осознав, как снова не хочет ее отпускать. Весь день о ней думал, всё порывался зайти в магазин, но боялся показаться навязчивым. И вдруг судьба их свела в школе, куда он перевел свою дочь.

-Да, - посмеялась она. - И весело. Ну я пойду?

“Аллах, дай мне уйти спокойно и больше не думать о нем, - сама себя наставляла. - Ну видно же, что женат, почему ты все еще стоишь?”

-Мне тоже пора. Я опоздал на собрание. Пробки.

-И я. Ну тогда до свидания.

-Удачи!

Эсми развернулась и пошла в сторону лестницы, а он неожиданно последовал за ней.

-Вам тоже на третий? - бросила через плечо женщина.

-Да-да. Триста пятый кабинет.

Эсми резко остановилась и развернулась к нему. А он опешил, взглянув на нее снизу вверх, и еще сильнее сжал перила.

-Вы в триста пятый? В 9 “А”?

-Да-а, - протянул он хрипло, отчего у Эсми по коже поползли мурашки. - А что?

-Так и я в 9 “А”.

“Пятнадцать лет? Ее детям по пятнадцать лет? - вспыхнуло у него в голове. - Как так, ей же на вид меньше тридцати?”

-Сколько вам лет? - сорвалось с языка. Муслим мгновенно пожалел об этом и поник головой. - Простите, это глупый, некорректный вопрос, я…

-Мне 38, - перебила Эсмигюль. - Я рано вышла замуж. Ну пойдемте уже, а то собрание закончится.

Она хорошо перевела тему и спокойно продолжила подниматься по лестнице Пока Муслим шел за новой знакомой, он сто раз проклял свой язык и хорошее зрение, позволяющее ему лицезреть потрясающий вид сзади на осиную талию, густые черные волосы, прикрывающие лопатки и округлые, плавно покачивающиеся бедра.

Дойдя до кабинета, Эсми постучала и сразу же открыла дверь. Классный руководитель - пожилая, но бодренькая и стильно одетая женщина лет шестидесяти, посмотрела строго поверх очков на парочку в дверях.

-Опаздываем, - только и сказала она.

-Нина Петровна, извините, пожалуйста. Пробки, - виновато улыбнулась Эсмигюль.

-Хорошо, садитесь, - взглядом она указала на класс, где за партами сидели другие родители.

Эсми с Муслимом сели за предпоследнюю парту в среднем ряду. Для Мамедова она была неудобной, потому как из-за высокого роста он не знал, куда деть свои ноги. Он широко их расставил под столом и невольно задел коленом ногу Эсми. Повернув голову, она посмотрел на него удивленно.

-Извините, - прошептал он, пока учительница рассказывала про новшества этого года.

-Ничего страшного.

Эсми окинула взором присутствующих и заметила, как в их сторону заинтересованно посмотрела председатель родительского комитета. Эсми никогда не была активисткой, но знала, что в чате класса эта мадам постоянно выступала с инициативами и вечно изображала бурную деятельность. Невооруженным глазом было видно, что ее заинтересовал новенький.

“Ах да, она же тоже разведенная, - хмыкнула про себя Эсми. - Я тебя расстрою, дорогая, он уже женат”.

-Как зовут ваших двойняшек? - тихо спросил Муслим.

-Ситора и Руфат. А вашу дочку?

-Лейли.

-Лейли? Вы - папа Лейли? Дети мне сказали, что в классе новенькая. Надо же.

-Кхм-кхм! Галерка! - Нина Петровна грозно на них посмотрела, заставив замолчать.

Эсми с Муслимом притихли и больше не говорили до конца собрания. Когда классная сказала долгожданное “На этом всё”, родители дружно засобирались и высыпали из кабинета со скоростью света. Мамедов хотел проводить Эсмигюль до машины, но пока он отвлекся на сообщение своего сотрудника, она подошла к Нине Петровне. Муслим хотел уже выйти и дождаться ее в коридоре, но дорогу ему преградила незнакомка:

-Здравствуйте, - пропела женщина, делая упор на букву “А”. - Вы новенький, да?

-Папа новенькой.

-Салима, - протянула она свою руку и он, нахмурившись, посмотрел на тонкую женскую кисть и пожал ее. - Председатель родительского комитета.

-Очень приятно. Муслим.

-О, как Магомаев. Вам идет.

Эсми стояла неподалеку и краем уха услышала этот диалог. Оборачиваться не хотелось, поэтому она чуть склонила голову на бок и напряглась, до конца не понимая, что именно ее коробит.

-Давайте я добавлю вас в наш родительский чат. Он у нас есть с учителем и без, - она уже приготовилась записывать его номер, как она сказал:

-Ну хорошо, добавьте меня, пока мама Лейли в командировке. Она у нас занимается школьными вопросами.

-Ах, мама занимается. Тогда пока добавлю вас. Но вы ей потом все передайте.

“Мама Лейли, - повторила про себя Эсмигюль. - Что и требовалось доказать. Он женат. Я была права. И это хорошо. Это очень хорошо”.

И все бы действительно было хорошо, если бы не одно но: впервые за десять лет ее потянуло к мужчине, а он несвободен. Женатые мужчины - это табу. Значит, надо подавить к нему симпатию любым способом. Но что делать завтра, когда она снова придет к нему на прием?