Глава 2

Проснулся я уже ближе к полудню, когда солнце взобралось на серый безжизненный небосвод. Разлепил веки и уставился в деревянный потолок, где в углу деловито плёл паутину паучок.

Мрачно уставившись на него, прохрипел, не отрывая затылка от подушки:

— И кто я теперь? Кем меня сделал кинжал? Молчишь? Так оно, в общем-то, и лучше. Хуже было бы если б ты начал мне отвечать.

Усмехнувшись, я поднялся с кровати и немного опасливо полностью открыл шторы. А вдруг мне теперь нельзя находиться на солнце? Но нет. Кожа не воспламенилась и даже не покраснела. И я не сгорел, оставив после себя смрадный дух и кучку золы.

Нет, я, конечно, не верил, что кинжал сделал из меня какого-то вампира со всеми вытекающими. Но он не убил меня, не выпил душу, хотя пронзил сердце. «Вампир» полностью излечил меня, позволив выбраться из развалин фабрики.

Я никогда прежде не ощущал в себе такой силы и энергии. Вот только был один громадный, как эго Владлены, минус — мой магический дар не отзывался. Нет, он никуда не исчез, не сгинул, а просто отгородился от меня, закрыл дверь, словно обиделся. И шут его знает, что творится за этой дверью.

Меня дико пугала мысль, что магия может не вернуться. Но я не поддавался панике — всё-таки ведьмак, а не хрен собачий.

Внезапно на столе запиликал мой телефон. Цапнул его и увидел щекастую физиономию Павла с надписью «внук».

— Слушаю, — бросил я в трубку, почесав ягодицу крепкими ногтями.

— Дедушка, привет! Как у тебя дела? — раздался его взволнованный голос на фоне шума голосов и проносящихся мимо машин.

— Бывало и лучше.

— Что-то случилось? Ты опять подрался с кем-то?

— Естественно. Тут с развлечениями негусто. Но давай лучше перейдём к тебе. Чего звонишь?

— Мы со Славой были у графа Пугачёва.

— О, вот это интересно, — оживился я. — И что, видели его подвалы с пыточными принадлежностями? Может, наткнулись на кабинет с развешанными по стенам планами по свержению монархии? Или хотя бы нашли мишень для дартса с моим лицом?

— Нет, ничего такого. Мы просто посидели, попили чай, послушали графа, поговорили с другими участниками. Всё было чинно и благородно.

— Ты меня расстраиваешь. Неужто Пугачёв даже не пытался охмурить Вячеслава?

— Нет. Он его никак не выделял среди остальных приглашённых. Может, ты всё-таки не прав в отношении графа?

— Ты глупости-то не говори. Когда это я могу быть не правым? Нет, Пугачёв тот ещё гад, но гад хитрый и коварный. Он ещё проявит себя. Так что ты приглядывай за Вячеславом. А я сегодня к вечеру вернусь домой или ночью, а может, и утром. Смотря на чём придётся выбираться из этого медвежьего угла. Возможно, на собаках или оленях. Ладно, пока.

Сбросив вызов, я зевнул и посмотрел на свою грязную рваную одежду, на которой даже побрезговала бы спать дворняга.

Пришлось первым делом отправиться на поиски нормального костюма.

Ясное дело, что сегодня магазины не работали. Однако мне всё же удалось раздобыть джинсовый костюм, а затем я ещё договорился с парой офицеров, и меня в ближайший город с аэропортом отправили на вертолёте! Вот что делают «корочки» животворящие! Быть спецагентом тайной канцелярии не так уж и плохо.

Прибыв в город, я купил билет на рейс до Северной Пальмиры. До вылета оставалось ещё два часа, посему я зашёл в одну из неоправданно дорогих кафешек, расположившихся в почти безлюдной части второго этажа здания аэропорта.

Внутри оказался всего пяток столиков и хмурая дама на раздаче, которая будто отбывала здесь тюремный срок, а не работала. Она, не меняясь в лице, посчитала мне щи в глубокой тарелке с нарисованными цветочками, сметану, зелень и чай с ватрушкой.

Я уселся за пластиковый столик возле стены и принялся за горячие наваристые щи, благоухающие так, что желудок едва не взвыл. Алюминиевая ложка так и мелькала в моих руках, пока глаза на всякий случай следили за входом. А там остановилось прекрасное видение — длинноволосая молодая блондинка в короткой юбке, не скрывающей стройных ножек. Её грудь едва не рвала облегающий голубой свитерок. Волосы оказались немного растрёпанными. А взгляд чуть напуганных синих глаз пробежался по кафе, на миг остановившись на мне.

Блондинка поколебалась мгновение, а потом вошла, взяла кофе и уселась через один столик от меня, порой украдкой поглядывая в мою сторону.

И что она хочет? Познакомиться? Украсть мои щи? Ищет защитника?

Однако девица не делала никаких попыток встать и подойти. Просто пила мелкими глотками кофе, закинув ногу на ногу, будто хотела показать, какие у неё красивые нейлоновые чулки. Правда, в какой-то миг она вполне без утайки робко улыбнулась мне.

Моё рыцарское сердце сразу ударило копытом и заржало, требуя прийти даме на помощь. Но более прагматичный мозг посоветовал и дальше хлебать щи. Ежели надо будет, сама подойдёт.

А та со вздохом поставила пластиковый стаканчик на столик и устремила взгляд на двух парней, вошедших в кафе. Брюнета и блондина. Оба оказались широкоплечими детинами в клетчатых рубашках с подвёрнутыми рукавами, чтобы лучше были видны увитые венами мускулистые предплечья, так густо покрытые татуировками, как последняя парта матерными надписями.

Они подошли к блондинке, уселись подле неё и тихонько заговорили. Та стала жалобно шмыгать носиком и тыкать наманикюренным пальчиком в мою сторону. Те нахмурились, встали и подошли ко мне, нависнув как две скалы.

— Мужчина, как вам не стыдно, — процедил блондин, пока второй изучал взглядом мой билет, выглядывающий из паспорта, лежащего на столе.

— У меня укроп между зубами застрял? — вскинул я голову, мигом сообразив, что в который уже раз приключения сами нашли меня. Их прямо так и тянет ко мне. Может, тому виной моя святость?

— Вы буквально раздевали взглядом нашу сестру, — нахмурился тот, положив волосатые ладони на стол, дабы угрожающе наклониться. — Вам следует немедленно извиниться.

— Извините, — тут же мило сказал я и, глянув на возмущённо поджавшую губки блондинку, изобразил, как снимаю шляпу и куртуазно помахиваю, как при дворе императора.

Однако парней такой поворот не устроил. Они тут явно не за этим.

Брюнет презрительно усмехнулся, дескать, как ты быстро сломался, мужик. А второй пожевал губы и проронил:

— А этого мало. Вы, дворяне, уже переходите все границы. И пусть многие из вас беднее простолюдинов, однако ведёте себя так, словно вам всё позволено. Яков, доставай телефон. А вам, дворянин, придётся извиниться на камеру!

Он раскраснелся, распаляя себя словами. Блондинка согласно покивала, а дама из-за стойки скрылась в техническом помещении, чтобы не быть свидетельницей разборок.

— Молодые люди, — вздохнул я, отправив в рот последнюю ложку щей. — Давайте ближе к делу. К чему весь этот балаган? Вам нужны деньги? Думаете, если будете громко вопить, то я засмущаюсь и попробую откупиться? Подумаю, на кой хрен мне все эти вопли, когда уже скоро идти на посадку?

— Да за кого вы нас принимаете⁈ — возмутился блондин, тяжело задышав. Аж салфетка со столика улетела.

Но в его глазах мелькнуло удивление. А второй идиот на миг досадливо поморщился, таким образом подтвердив, что моё предположение попало в точку.

— За мошенников. Это же очевидно. Зачем такие глупые вопросы? — усмехнулся я, откинувшись на спинку стула, чьи ножки скрежетнули по плиточному полу.

— Ты переходишь всяческие границы, — прошипел брюнет, проткнув меня яростным взглядом.

Вены на его шее вздулись, а пальцы сжались в кулаки.

— Ты? Что за фамильярность? Я, вообще-то, дворянин, пусть сегодня и без парчового костюма с золотыми пуговицами. И более того, чтобы не тратить своё время, сразу сообщу вам, что моё имя Игнатий Николаевич Зверев. Да, да, тот самый. Можете найти мой светлый лик в интернете. Не стесняйтесь, ищите.

— А я тогда Железный Пётр, — ухмыльнулся блондин, показав жёлтые зубы.

А его коллега в этот миг схватил мой паспорт и развернул его, быстро пробежавшись глазами по строчкам. Его лицо тут же разрезала глумливая улыбка, а рот распахнулся в обидном гогочущем смехе.

— Так ты, млять, вообще простолюдин! — выпалил он, швырнув мне в лицо поддельный паспорт, выданный в тайной канцелярии.

Я документ поймал и сунул в карман, мысленно с досадой поморщившись. Вот и аукнулась мне роль простого и незамысловатого краеведа. И ведь что самое хреновое, магия-то моя спит, как налакавшийся алкаш. А так бы шуганул придурков да пошёл на посадку с гордо поднятой головой.

— Так, клоун, — наклонился ко мне лыбящийся блондин, продолжая упираться ладонями в стол. — Если не хочешь лишиться пары зубов, давай-ка вытряхивай из своих карманов компенсацию. И не надо врать, что у тебя нет денег. Ты же в столицу летишь. Значит, монета есть.

— Шустрее, пень старый! — прикрикнул второй, зашёл сбоку и сунул мне под нос кулак.

— Да, да, давай побыстрее! — вклинилась блондиночка, уже давно переставшая строить жалобные глазки.

Теперь она алчно усмехалась, нетерпеливо тиская в пальцах пустой стакан из-под кофе.

— Молодые люди… я… я бедный человек. Лечу к внукам малым. Один заболел. У меня деньги только на лекарства ему. Видите, даже чемодан не взял, чтобы не платить за багаж, — заканючил я, пытаясь проверить, насколько прожжённые передо мной твари.

— Смотри, как запел! — оскалился брюнет, ткнув другого в бок локтем. — Уже бедный человек.

— Деньги гони, падла, а внуку своему подорожник приложишь, — грубо выдал второй и захохотал.

Блондинка подхватила его смех, встав со стула. Она подошла к нам, тряхнув роскошными волосами, блеснувшими в свете лампы, разбрызгивающей свет под потолком.

— Деньги, — процедил блондин и схватил меня за рукав.

— Но внук… внук… он болен, — заскулил я дрожащими губами.

— Да плевать нам на него! — выкрикнула девка и попыталась пнуть меня в колено. Но я вырвал рукав из пальцев здоровяка и ногами оттолкнулся от пола, проскользив около метра на стуле, после чего вскочил с него, схватил за спинку и выставил перед собой.

— Ого, ты что, млять, драться с нами удумал? — искренне удивился брюнет.

— Ты реально клоун, — расплылся в весёлой улыбке блондин, глянул мне за спину и тут же ринулся на меня.

Стул полетел ему под ноги, заставив его с грохотом упасть прямо к моим кроссовкам. Дыхание с шумом вырвалось из груди здоровяка, когда его подбородок попробовал на прочность плитку пола. Закапала кровь, а в расширившихся глазах идиота вспыхнула боль вперемешку со жгучей досадой, сводящей скулы.

— Сука! Я убью тебя! — взвыл он дурным голосом и попытался ухватить меня за штанину. Но я сверху ударил его подошвой стопы по руке, припечатав ладонь к полу.

Блондин снова заорал. А его коллега выхватил из кармана перочинный ножик и ломанулся на меня. Во взгляде злость и решительность человека, который уже не раз использовал оружие где-нибудь в подворотнях или прочих местах.

Он полоснул ножом, целясь по моим глазам. Я лишь с трудом уклонился, пропустив его руку над головой, а затем метнулся в сторону, уходя от второго удара. Лезвие блеснуло буквально в сантиметрах от плеча, а мои ноги как в дешёвой комедии поскользнулись на недавно помытом полу. Руки нелепо взлетели, помогая телу удержать равновесие. И тотчас нож вошёл в моё плечо, заставив застонать.

— Допрыгался, герой хренов, — злорадно выхаркнул брюнет, выдернув обагрённый кровью нож.

— Сейчас ещё и потанцует! — взвизгнула блондинка, выхватив из небольшой дамской сумочки электрошокер.

Она попыталась ударить им меня прямо в перекошенное лицо. Однако хрен там плавал… я отпрыгнул, несмотря на боль в плече и уязвлённое самолюбие. Меня, опытного ведьмака, ранил какой-то гопник… Позор! О таком в мемуарах лучше не писать!

— Оставьте его мне! — взревел вскочивший с пола блондин, смахнув с разбитого подбородка кровь.

Но брюнет с девкой даже не подумали его слушать. И они втроём дружно с энтузиазмом ринулись на меня, прижав к стене. Электрошокер затрещал в опасной близости от моего паха, сверкнул нож, а кулак блондина пролетел всего в миллиметре от моей скулы, намекая, что у меня есть все шансы оказаться на полу.

— Полиция! Полиция! — докатился до меня чей-то голос снаружи. — В кафе драка! Позовите охрану! Да где они⁈

— Стой и не дёргайся! — дал мне совет разозлённый блондин и вновь выбросил кулак, целясь в мою челюсть.

Я сумел сместиться в сторону в последний миг отбив его кувалду раскрытой ладонью, а затем ударил его пяткой в колено. Оно хрустнуло, и парень упал, дико закричав. Он принялся кататься по полу, держась за колено. А я отступил, переводя дух. Ноги дрожали, а дыхание с хрипами вырывалось из груди.

Девка в ужасе распахнула глаза, глядя на воющего блондина, чем я и воспользовался. Метнулся к ней, вырвал электрошокер и ударил им её, насмешливо пропев:

— А ты танцуй, дурочка, танцуй…

К несчастью, суровая реальность имела свои законы мироздания. Девка просто завалилась на спину как бревно. Никаких тебе активных телодвижений или интересных поз. Возможно, она и в постели была такой.

— Ты не мужик! — вскричал брюнет, после того как девка вышла из игры.

— Ну давай, пристыди меня. Это ведь не ты, здоровый молодой лоб, вместе со своим дружком напал на бедного дедушку, — язвительно усмехнулся я, крепко сжимая электрошокер.

Тот побагровел, скаля зубы. Да, неприятно осознавать, что ты дерьмо собачье. Однако такие люди, как этот брюнет, всегда найдут себе оправдание.

— Да завали ты его! — простонал с пола блондин, продолжая держаться за колено.

Но брюнет не спешил нападать. Он метнул тревожный взгляд в сторону выхода из кафе, откуда донеслись торопливые шаги. Вот и охрана. Не прошло и ста лет.

— Мы ещё встретимся, урод! — крикнул мне брюнет и побежал к выходу.

— Стой! Не бросай меня! — закричал его дружбан, брызжа слюной.

— Не бросит, — усмехнулся я, подхватил со стола графин с водой и швырнул его вслед бегуну.

Видимо, карма у него была совсем хреновой, поскольку мне повезло попасть. Графин угодил в затылок гопнику, заставив его растянуться на полу в осколках от моего метательного снаряда.

— Тварь! — простонал брюнет, рефлекторно положил ладонь на затылок, а затем поднёс её к глазам, увидев на ней кровь. — Убьют… убью.

— Вряд ли, — улыбнулся я, подскочив к нему с электрошокером в руках.

— Нет, нет… давай договоримся, — затараторил он, пытаясь уползти. — Я приношу свои извинения. Отпусти. Молю! У меня сын. Его надо кормить!

— Смотри, как запел, — передразнил я его и ловко ударил электрошокером в ногу.

Тот стукнул челюстями и неподвижно вытянулся на полу, а его мочевой пузырь расслабился. На джинсах появилось мокрое пятно, а в воздухе запахло мочой.

Поморщившись, я обратил свой хищный взгляд на блондина, сумевшего подняться с пола. Он с трудом стоял на одной ноге, кривя губы от боли.

— Мужик, просто вали отсюда, — процедил он, угрожающе наклонив голову. — Ежели что-то расскажешь полиции, клянусь, я найду тебя и выпотрошу как свинью. Понял⁈

— Боюсь-боюсь, — холодно усмехнулся я и нарочито медленно двинулся на него, помахивая электрошокером.

— Ты думаешь, я шучу⁈ — прорычал блондин, сверкая налитыми гневом глазами. — Я вычислю, где ты живёшь, и приду к тебе с братвой.

— Очень вряд ли, — бросил я и метнулся к нему.

Тот неуклюже выбросил вперёд кулак и грохнулся на пол. А я с радостью накормил его разрядом тока, чувствуя, как адреналин глушит боль от раны в плече. Да ещё так хорошо глушит, что аж подозрительно. Хм…

Я сунул пальцы в пропоротую ножом дыру в рукаве джинсовки и замер, ощутив вздутый шрам вместо свежей окровавленной раны. Офигеть! Тело само залечило себя, ведь артефактов у меня нет! И это явно последствия удара «Вампиром» в сердце!

Твою мать, кем же я становлюсь? Кощеем Бессмертным?