Глава 13

Жабоподобные бронзовые монстры холодно глядели на нас, пока в алом полумраке треугольной комнаты нарастала вонь как от стухшего, кишащего червями мяса, неделю пролежавшего под палящим солнцем.

Скрежет когтей по булыжникам тоже стал более отчётливым, вылетая из узкого коридора, приковавшего к себе напряжённый взор Владлены.

— Зверев, — неожиданно прошептала она, искоса посмотрев на меня, — а я ведь так и не поблагодарила тебя за то, что ты не дал демону с копьём убить меня. Спа… спасибо.

Одно короткое слово из семи букв далось ей тяжелее, чем подъём босиком на гору, усыпанную битым стеклом. Она даже смущённо отвела взгляд, будто произнесла нечто постыдное.

Впрочем, Владлена нашла в себе силы тихонько продолжить:

— Почему ты сделал это? Ты просто был уверен, что не погибнешь?

Она снова посмотрела на меня. Теперь прямо, без утайки. На дне её глаз забрезжило желание услышать один определённый ответ. Такой желанный для каждой женщины.

А я подумал, что совсем не был уверен в том, что выживу. Просто надеялся и верил, метнувшись под копьё, вдохновлённый каким-то странным чувством.

Вслух же я произнёс, криво усмехнувшись:

— Конечно был уверен, что выживу. Железно уверен, как и в том, что ты до самого смертного одра останешься той ещё ведьмочкой.

Владлена испустила короткий смешок, а на её лице промелькнули грусть и толика разочарования.

Лучше так, чем взращивать между нами более тесную связь. Зачем? Мне скоро придётся покинуть тело Зверева и продолжить свою ведьмачью деятельность в других мирах. Для чего привязывать к себе Владлену? Чтобы она рыдала над гробом Игнатия Николаевича? Нет, пусть лучше она грустно улыбается, вспоминая о пережитых нами приключениях.

Ну, ежели переживём их, а то ведь когти продолжали скрежетать по камню, медленно, но верно приближаясь. Запах тухлятины забивался в ноздри, заставляя желудок совершать кульбиты.

А в густом сумраке коридора проявились очертания человекоподобного монстра метра три в высоту. Он боком пробирался между стенами, сверкая громадными, как плошки, жёлтыми глазами. И в них бушевал такой голод, что у меня аж живот забурчал, заставив Владлену нервно вздрогнуть.

— После битвы надо будет перекусить, — прошептал я, плотнее стиснув тёплую рукоять кинжала.

— Если выживем, — выдавила магичка, немного сгорбив спину и вскинув правую руку, объятую изумрудным туманом магии жизни.

— Твой пессимизм меня расстраивает, — пробормотал я, не отрывая внимательного взгляда от коридора.

Мышцы под кожей напряглись в ожидании скорой битвы, по венам забегал жидкий огонь адреналина, а во рту знакомо пересохло.

— Хар-р-р! — вдруг утробно прорычал выметнувшийся из коридора монстр, неожиданно ставший весьма шустрым и подвижным, будто врубил пятую скорость.

Сумрак в ужасе отшатнулся от его болезненно худого тела, обтянутого пергаментной кожей. Выступающие рёбра, мосластые ноги и длинные, почти до пола, руки с двумя парами локтей. Серые загнутые, как у птицы, когти украшали узловатые, длинные пальцы. И такая же серая пыльная набедренная повязка скрывала его чресла. На тонкой шее со вздувшимися венами красовался кожаный ошейник с обрывком ржавой цепи, а раздутое грушеобразное пузо оказалось непропорционально большим. По нему аж разбегалась тонкая сеточка голубых жилок.

Пузо заколыхалось, когда монстр, шлёпая ногами, кинулся на нас. Он с шипением раскрыл широкую пасть, разрезающую безносую вытянутую лысую башку. Блеснули три ряда мелких острых зубов. Между ними показался слюнявый длинный язык с красными нарывами. Повалил густой смрад тысяч разложившихся трупов, едва не выбивший у Владлены слезу.

Та сделала резкий шаг к монстру и с выдохом швырнула в него магию, приправленную справедливым пожеланием сдохнуть.

Чудовище неожиданно ловко отпрыгнуло в сторону, звякнув цепью на шее. Магия угодила в стену, расплескавшись по ней зелёной вспышкой. Тварь болезненно зарычала, рефлекторно прикрыв глаза рукой.

Я не мешкая, чуть ли не на инстинктах, кинул в монстра кинжал. Тот свистнул по отравленному вонью воздух и с костяным хрустом вонзился точно в центр узкой, впалой груди чудовища. По самую рукоять.

Болезненный рык прокатился по комнате, отразившись от стен. А сам монстр закачался, блеснув голодными жёлтыми глазами. Он сделал неуверенный шаг, протянув к нам когтистые руки. Те быстро сморщивались, будто из них выкачивали всю плоть. Кожа повисла на нём мешком, буркалы запали в череп. Он совершил ещё один шаг, споткнулся и грохнулся на пол, где безжизненно замер, превратившись в мумию.

Звенящая тишина воцарилась в комнате, ставшей свидетельницей скоротечного боя.

— И это всё? — ошарашенно пробормотала Владлена, с недоверием глядя на труп. — Такой грозный монстр умер столь быстро?

— Сам немного разочарован. Но надо отдать ему должное, он бросился на нас, как с цепи сорвался. Ты оценила каламбур? Он же и вправду с цепи сорвался, — ухмыльнулся я и выдернул кинжал из тела, украшенного обрывком цепи. — А если ты хотела побегать от него, вопя от ужаса, то могла бы и предупредить. Я бы чуть позже укокошил его.

— Я не воплю от ужаса, — насупилась та, пронзив меня недовольным взглядом исподлобья. — И убил его не ты, а твой чудовищный артефакт…

Она с ненавистью посмотрела на «Вампира», передёрнув плечами, как от налетевшего холодного ветра с могильников.

Помнит, помнит, как чуть не коснулась его. Только чудо уберегло её от лютой смерти.

— Прелестный артефакт, — не дал я в обиду кинжал, хотя и был немного расстроен, что он поглотил душу чудовища. Но у меня просто не было времени своими руками убивать его.

Красотка ещё раз мрачно глянула на клинок, но не стала развивать эту тему, а задумчиво проговорила:

— Интересно, что это за чудовище? Оно вырвалось из каких-то местных лабораторий?

— Или зверинца, — предположил я и приглашающе махнул рукой. — Владлена, пойдём. У нас осталось минут сорок пять, а то и меньше.

Магичка бросила последний взгляд на тварь и энергично двинулась за мной. А я перешёл на лёгкий бег, буквально наяву слыша тиканье часов, отсчитывающих минуты до того момента, когда этот мир с наслаждением маньяка примется потихоньку выдавливать из нас жизнь.

К счастью, когда наш дуэт промчался по узкому коридору и круглому залу, нам в прямоугольной комнате со стульями у стен повстречалась четырёхметровая статуя дракона. Изваяние устрашающе раззявило каменную пасть, раскинув крылья. Задние лапы находились в круглом бассейне с прозрачной водой, где плавали красные рыбки, вооружённые такими зубами, что иные пираньи позавидуют.

Их вид заставил Владлену скривиться. Зато от дракона она пришла в восторг.

— Мы на верном пути! — улыбнулась магичка, поправив мешковатое платье, сбившееся на одну сторону. — Теперь направо через комнату с чучелами.

Наш дуэт рванул туда. И там действительно находился овальный зал, украшенный лепниной, красующейся на потолке, где неярко мерцали шары-артефакты. Их свет падал на гобелены, изображающие внутреннее строение тех или иных созданий, которые в виде чучел рядами стояли на дубовых отполированных постаментах с медными табличками, рассказывающими, что это за существа: гномы, эльфы, пауки, минотавры… люди. Последние особенно сильно привлекли внимание Владлены.

Та нахмурила брови и глухо проговорила, идя справа от меня по ковровой дорожке:

— Мы для демонов всего лишь трофеи? Невиданные зверушки?

— В том числе. Но в первую очередь — источник душ. Они им нужны для усиления магического дара. В обществе демонов правит сила. Вот все и стремятся стать сильнее.

— И им наплевать, что мы разумные существа?

— Так и коровы отчасти разумны. Разве нет? Но мы их едим, да ещё с таким удовольствием. Вот и демоны считают всех остальных кем-то вроде говорящих зверей. Вон испанцы когда-то спорили — следует ли индейцев считать людьми, — невесело усмехнулся я, открыв высокую светло-коричневую дверь, украшенную резьбой, изображающей лапы.

Владлена с мрачно поджатыми губами выскользнула из зала, оказавшись в очередном коридоре. Отсюда до лазарета было уже рукой подать.

Мы без проблем добрались до двери с табличкой «Лазарет». Из-под неё пробивалась полоска света, так что я очень осторожно приоткрыл её и сунул голову в образовавшуюся щель.

Перед моим взором предстала небольшая комната с парой мягких диванов у обитых деревянными панелями стен. В углу возле кадки с карликовым деревом прикорнули резные шкафы и журнальный столик с парой книг в кожаных переплётах. А за стойкой, вроде больничной, кто-то спал, положив на неё голову. Разметавшиеся чёрные волосы поблёскивали в свете шаров-артефактов, а мерное дыхание свидетельствовало о том, что нас не заметили.

Мы друг за другом проскользнули в комнату и подошли к стойке.

Демоница в белом халате спала на стуле, слегка приоткрыв чувственный рот, пуская слюни на журнал с именами. Её длинные ресницы подрагивали, а на симпатичной смуглой мордашке застыло какое-то детское выражение, словно ей снились пони и сладкая вата.

Однако вот-вот её сон обернётся смертельным кошмаром, ведь объятая магией рука Владлены потянулась к её щеке, украшенной каплей чернил.

Магичка решительно сжала губы в тонкую линию, а в её глазах звенел мечами гнев. Она без сомнения прикончит девицу. Её пальцы уже почти прикоснулись к демонице, мягко застонавшей во сне.

— Нет, — тихо выдохнул я, перехватив руку Владлены.

— Ты серьёзно? — процедила она, играя желваками. — После всего, что видел в этом замке?

— Мы не убийцы. Точнее, убийцы, но не хладнокровные, — проговорил я, сжимая предплечье красотки возле локтя.

Та попыталась вырвать руку, но я крепче сжал её и притянул магичку к себе. Её горячее дыхание коснулось моего подбородка, а злой взгляд уставился снизу вверх.

— Ты просто мягкотелый любитель баб. Будь на её месте волосатый мужик, ты бы даже не пикнул. Сам бы убил его, — прошипела она, всё-таки развеяв магию.

— Не исключено, — сознался я, крепче прижав к себе Владлену.

Жар от её тела проникал сквозь мешковатое платье, касающееся моей разукрашенной шрамами обнажённой груди.

— Бабник, — выплюнула декан, скрипнув зубами. — Эта сука лечит тех, кто убивает ни в чём не повинных разумных. Может, она выходила сына того ублюдка, что изнасиловал твою мать.

— Какой подлый приём — бить в самое больное, — скривился я и мотнул головой в сторону посапывающей девицы. — Конкретно это демоница скорее вредит, чем помогает своим. Чувствуешь, в воздухе витает лёгкий запах алкоголя? Она выпивает на работе. Уверен, что где-то возле её стула или в ящике лежит початая бутылка.

— Отпусти меня, — жарко бросила Владлена, вздёрнув точёный носик.

Я выполнил её желание. Она отошла от меня, сложив руки на груди, и принялась наблюдать, как я неслышно зашёл за стойку. В её глаза вспыхнула робкая надежда, которая тут же сменилась осуждающей гримасой, стоило ей увидеть открытую бутылку в моей руке.

— А чего? Я есть хочу.

— Это алкоголь, причём крепкий, кажется, что-то вроде рома, — резко проговорила Велимировна, втянув ноздрями воздух.

— Да какой это алкоголь? Так, горькая водичка, — резюмировал я, сделав пару глотков. — Ладно, ладно, оставлю её здесь.

Бутылка тихонько звякнула, коснувшись журнального столика, а взгляд женщины победно сверкнул.

Пусть, пусть радуется. Так она будет поменьше ворчать из-за того, что я не дал ей грохнуть демоницу. На то и был мой расчёт. Всё-таки два раза был женат, знаю, как обходиться с дамами.

Мысленно довольно улыбнувшись, я приоткрыл очередную дверь и вместе с Владленой двинулся по пустому коридору с дверьми, ведущими в палаты.

Лару, по словам демона, поместили в самой последней, довольно роскошной по сравнению с остальными. У неё даже дверь отличалась, оказавшись из розового дерева с красными прожилками и позолоченной ручкой.

Я нажал на неё и плавно потянул на себя. Несмазанные петли в тишине взвизгнули так, что у меня мигом взмокла спина, а взгляд тревожно пробежался по коридору в ожидании, что сейчас точно кто-нибудь выскочить из палаты. Начнётся крик, вой, и всё моё предприятие полетит псу под хвост.

— Кажется, никто ничего не слышал, — с облегчением прошептала Владлена, тихонько выпустив воздух изо рта.

Она всё это время не дышала, замерев, как статуя.

— Грёбаные петли. Масла, что ли, у местных нет? — еле слышно пробурчал я и аккуратно сунул голову в щель между приоткрытой дверь и косяком.

Палата действительно оказалась роскошной. Резной платяной шкаф монументально обосновался возле парчового кресла с гнутыми ножками. В позолоченной вазе красовались розы, пахнущие мёдом. Окно прикрывали тяжёлые бархатные занавески, пропускающие между собой луч алого света, падающий точно на пустую кровать с мягким изголовьем.

— Твою мать, похоже, опоздали, — вне себя от злости прошипел я и проскользнул в комнату, глянув за дверь. Вдруг там спряталась Лара?

Но там меня подстерегали лишь желтоватые обои.

— Её уже выписали? — пробормотала магичка, войдя следом за мной.

— Вряд ли, простыни скомканы. Она спала на них совсем недавно.

— А что, если та выпивоха из приёмной просто забыла прибрать палату? — вскинула бровь красотка и осторожно открыла дверцы шкафа. — Хотя нет… вот её одежда. Пфф, какая безвкусица.

— Может, она где-то здесь? Загляни под кровать.

Однако нам не пришлось никуда заглядывать.

За стеной вдруг раздался звук смываемой воды, а потом лёгкий шорох тапочек.

Владлена, повинуясь рефлексу, метнулась в шкаф и закрыла створки.

А я, еле слышно выругавшись, заскочил за занавеску, чувствуя себя каким-то идиотом-любовником, но зато отсюда мне была видна львиная доля палаты.

В одном месте стена вдруг разошлась в разные стороны, как двери в лифте. Появилась помятая заспанная Лара со всклокоченными чёрными волосами и осунувшимся лицом с аристократическими чертами.

Тут же двери за ней закрылись, слившись с узором обоев.

Мастерски сделано! И работает наверняка благодаря какому-то бытовому артефакту.

А ещё весьма мастерски местные маги жизни подлатали Лару. Если не считать выпирающих скул и худобы, она выглядела так, словно её и не сожгли до полусмерти на крыше швейной фабрики. Причём на лице не осталось ни одного шрама. Кожа оказалась гладкой, как попка младенца, а заново выращенный глаз ничем не отличался от своего коллеги.

Лара внезапно зевнула и скинула халат, оказавшись в полном неглиже. Потянулась, закинув руки к потолку и встав на цыпочки. Пышная грудь покачнулась, а на рёбрах натянулась кожа. Талия стала тоньше, а ниже чернел треугольник чёрных курчавых волос.

— Ах-х-х, — выдохнула демоница и забралась под одеяло, сверкнув голыми упругими ягодицами.

Даже стало жалко её убивать. Но с другой стороны, она умрёт с пустым мочевым пузырём, чем могут похвастаться немногие мои враги. Правда, сперва её надо допросить. Узнать, кому она рассказала обо мне. Для этого нужно пленить её так, чтобы она не воспользовалась магией. Лара ведь сильная магичка.

Подождать, пока уснёт? А вдруг её будет мучить бессонница? Нет, надо подкрасться и оглушить. Проверенный способ. Тем более Лара, словно помогая мне, повернулась к окну боком. Под одеялом обрисовалось её крутое бедро.

Я тихо снял ботинки и выпорхнул из-за занавески как невесомая птичка, обряженная лишь в драные на колене брюки. Сделал несколько коротких шагов по толстому ковру, скрадывающему звуки, а потом моих ушей коснулся скрип, раздавшийся внутри платяного шкафа. Клянусь, он в тишине палаты прозвучал как выстрел в библиотеке!

Лара мигом приподняла голову и заметила мой силуэт на фоне окна. Её глаза округлились, а рот распахнулся…