Глава 26

Мне пришлось ждать в гостиной минут пять, прежде чем меня провели в кабинет князя Вяземского.

— Добрый вечер, Игнатий Николаевич, — чуть ли не равнодушно проговорил князь, оторвав взгляд от документа. — Присаживайтесь.

Он указал на стул перед его массивным рабочим столом, где громоздились горы бумаг и папок. Когда-нибудь они все рухнут на Вяземского и похоронят его под собой. Пока же он преспокойно восседал в большом кожаном кресле, чья спинка была значительно выше его макушки, украшенной жидкими пепельными волосами.

— Благодарю, ваше сиятельство, — кивнул я и уселся.

Стул оказался до того неудобным, будто его специально сделали таким. Не хватало только кандалов и пары проводов с электричеством.

— Итак, господин Зверев, я не отниму у вас много времени. Мне лишь нужно сопоставить кое-какие факты. И это очень важно для того, чтобы найти человека, пытавшегося отравить вас, — проговорил князь, взял документ и, откинувшись на спинку кресла, стал бегать взглядом по строчкам. На меня он будто и не смотрел.

Хм, знакомый приём. Директор школы-интерната ведьмаков тоже так делал. На самом деле князь пристально следил за мной. А я, по его задумке, должен слегка расслабиться, перестать контролировать каждый жест, мимику, взгляд. На меня же не смотрят.

Да и помимо Вяземского, за мной наверняка наблюдают камеры видеонаблюдения.

— Я с радостью вам всё расскажу. Признаться, мне страстно хочется, чтобы отравителя изловили, — проговорил я, добавив в голос чуточку праведного гнева.

— Тайная канцелярия делает всё, что в её силах, — заверил меня князь.

Я благодарно кивнул и принялся рассказывать о том вечере во дворце князя Боголюбского. Мол, заметил, что официант странно себя ведёт, поглядывает на меня и настойчиво предлагает шампанское. А когда официант смекнул, что начал вызывать подозрения, то решил спешно ретироваться. Я посчитал нужным проследить за ним. Тот запаниковал и скрылся в туалете. А там между нами произошла скоротечная драка, после которой отравитель сумел сбежать.

— Интересно, — протянул Вяземский, вернув документ на стол. — Выходит, вы не сумели задержать злоумышленника? На вас это не похоже.

— Гад уже успел отравить меня, но не сильно, яд был в пирожном, скорее всего. И из-за него у меня пропала связь с даром. Так что пришлось драться тем, что под руку попало. Этим оказался какой-то нож, — соврал я, смекнув, что специалисты тайной канцелярии уже наверняка осмотрели туалет, где произошла схватка. А там остались следы от «Вампира» как минимум в двери и на косяке.

— Яд был разделён на две дозы? Вторая, которая была в шампанском, добила бы вас? — потёр подбородок двумя пальцами князь, задумчиво хмуря брови.

— Верно. Первая должна была укорениться в организме, чтобы потом сработала вторая. А ежели бы меня сразу попытались отравить чем-то мощным, то я бы вполне вероятно ощутил вкус яда в угощении. Мне так кажется. В любом случае правду мы узнаем, только когда поймаем отравителя.

Вяземский покивал и взял другой документ, снова углубился в чтение, но я заметил, как на миг поджались его губы. Что-то ему не понравилось в моём рассказе. Точнее, заставило задуматься. Но что именно? Дерьмо! Ежели я провалюсь, меня ждут большие проблемы…

— Что же было дальше? — спросил князь, но уже, кажется, без особого интереса. Видимо, он услышал то, что хотел.

— Владлена Велимировна с помощью магии вывела яд из моего организма, после чего мы взяли вино и пару часов катались по городу в ненастье. Снимали, так сказать, стресс. Владлена в тот вечер тоже была… кхем… на взводе. Она порвала с бароном Лейбом, да ещё у всего высшего света на виду… — аккуратно перевёл я тему и продолжил рассказывать, как Велимировна вытерла ноги об беднягу барона.

Однако на князя мой душераздирающий рассказ впечатления не произвёл. Он даже не покачал осуждающе головой, а лишь бросил на меня короткий мимолётный взгляд, но такой въедливый и проницательный, что мне аж стало не по себе. Но не от самого взгляда, а оттого насколько он не вязался с внешностью князя. Это как если бы младенец соской вскрыл горло нянечке, да ещё так профессионально, что она даже рта не успела бы раскрыть. Так бы и бухнулась на пол, заливая всё кровью.

Даже показалось, что на столе Вяземского блеснули капли крови, но это оказались едва заметные капельки кофе.

— О, простите! — тут же выдохнул князь, заметив, куда упал мой мимолётный взгляд.

Следит, следит за мной, да ещё как!

Вяземский стер капли салфеткой и швырнул её в корзину под столом, после чего глянул за окно, где воцарился глубокий вечер. Потом вздохнул, потёр лоб и медленно спросил, словно только сейчас вспомнил:

— Нынешним утром вы, кажется, оказались втянуты в схватку с оборотнями, вырвавшимися из блуждающего прохода. Верно, или я что-то путаю?

— Наги и дриады. Именно они вырвались из прохода, возникшего возле ресторана «Императрица», — с улыбкой проговорил я, глядя прямо в глаза князю.

Он наверняка уже всё прекрасно знал об утреннем происшествии, просто опять играл в свои психологические игры.

— Расскажете? — вскинул бровь Вяземский, привычно зажав между пальцами ручку.

Он принялся что-то писать на гербовой бумаге, а я выложил ту же версию, которую поведал внукам.

Князь выслушал меня, не перебивая, словно и не слушал даже, а был полностью поглощён документом. Однако, когда я закончил, он помассировал подушечками пальцев глазные яблоки и прямо посмотрел на меня.

— Как удачно совпало, что через проход прошёл элементаль огня.

— Они нередко забредают на территорию Великого Болота.

— Угу, угу, — медленно покивал он, впервые столь пристально изучая моё лицо, а затем вдруг широко улыбнулся и указал на меня ручкой: — Вы всё-таки большой везунчик, дорогой Игнатий! Слышали поговорку, на ловца и зверь бежит? Так вот вы не ловец, а настоящий охотник. Охотник на монстров. Они сами к вам бегут.

Он испустил сухой смешок, бросив ручку на стол и откинувшись на спинку кресла.

— Что-то в этом есть, ваше сиятельство. Я ведь всегда в режиме охотника.

— И это мне в вас нравится, — подмигнул князь. — Вот такие люди нужны империи: в любой миг готовые к схватке, честные, преданные и неподкупные. Вы один из немногих, кто радует меня. А то остальные, оказавшись на этом стуле, пытаются юлить и недоговаривать. И конечно, подобное поведение, к моему сожалению, приводит подобных людей совсем не туда, где бы они хотели оказаться. К счастью, вы не такой. Что ж не буду более вас задерживать. Доброй ночи, господин Зверев.

— Доброй ночи, — всё с той же улыбкой пожал я его руку и вышел вон.

В коридоре меня встретил сопровождающий и повёл к выходу.

Я шёл за ним, приподнято глядя на картины, статуи и коллег. Но внутри меня бегал и сталкивался целый полк мыслей.

Князь, сука, что-то знает! Он чуть ли не прямо сказал, что меня ждёт тюрьма, ежели я что-то скрываю. Но что именно? Даже я уже не помню, сколько всего утаиваю от императора и прочих.

Но в первую очередь, естественно, стоит подумать о «Вампире», моих неординарных способностях и договоре с Ларой. О чём-то из этого стало доподлинно известно Вяземскому? Или он просто пытается вывести меня из равновесия своими недвусмысленными угрозами? Князь рассчитывает, что я запаникую и наделаю глупостей? Как-то раскроюсь? Или побегу перепрятывать кинжал, который, вполне возможно, искали в моих домах именно его ребята?

Ежели Вяземский и вправду рассчитывает на это, то его ждёт жестокое разочарование. Паника и я — это две параллельные линии, которые, как известно, никогда не пересекутся. По крайней мере, хочется в это верить.

Однако впредь всё же нужно действовать осторожнее, чтобы не давать повода для новых подозрений. И конечно, стоит держать в голове, что Вяземский совершит в отношении меня ещё какой-нибудь шаг.

Пока же я быстро изгнал остатки волнения и вышел из здания уверенным шагом человека, который мгновенно засыпает, а не мучается бессонницей из-за нечистой совести.

На улице меня встретили пожелтевшие клёны и сумрак, пытающийся поглотить кованые фонари, разбрызгивающие жёлтый свет. На жестяной крыше соседнего дома каркнула ворона, глянув на меня чёрным глазом.

Я покосился на неё, запахнул пальто и двинулся прочь. Такси вызвал только через квартал отсюда.

Пока ехал домой, размышлял над своими дальнейшими планами. Заодно попытался почувствовать душу шофера, тихонько подпевающего радио. И мне удалось. Душа у него оказалась простенькая и незамысловатая. Тяготеющая к отдыху и развлечениям. Потому-то он, наверное, особенно активно подпевал, когда из динамиков понеслось что-то застольно-разудалое.

Хм, и почему одни души читаются, а другие нет? Души магов точно сокрыты для меня, а среди немагов хорошо если половину могу почувствовать.

Между моими бровями пролегла складка, а мозг снова погрузился в размышления.

Правда, мне за время поездки так и не удалось нащупать хоть один правдоподобный ответ. Эх…

Выйдя из такси возле своего загородного дома, я миновал ворота и двинулся к особняку. Тот уже по большей части спал. Только на первом этаже за двумя окнами горел свет. Кто-то был в гостиной и на кухне.

А ещё возле крыльца курил один из охранников. Он торопливо выбросил сигарету и кивнул мне, изобразив суровую физиономию. Дескать, ни один комар мимо не пролетит незамеченным, ни одна мышь не проскочит.

Я улыбнулся ему и вошёл в дом. Снял ботинки, повесил пальто и по тёмному коридору двинулся в сторону кухни, ощущая под ногами мягкий ковёр. Тот мне почему-то напомнил шерсть Черныша. Интересно, где он сейчас? Что делает?

Тряхнув головой, отогнал непрошенные мысли о коте и вошёл на кухню. За столом мрачно жевал бутерброд с колбасой Павел, пытаясь одной рукой затянуть потуже пояс халата. Меня он не замечал.

— Кхем! — громко кашлянул я в кулак.

— Ой! — испуганно пискнул дёрнувшийся внучок, едва не выронив бутерброд.

Он уставился на меня широко распахнутыми глазами. А потом его взгляд стал осуждающим.

— Дедушка, ты чего так кашляешь⁈ — пропыхтел пухляш.

— Возраст такой, вот и кашляю. А ты чего хомячишь среди ночи?

— А я не ужинал. И знаешь почему? Владлена Велимировна лишила меня еды, сказав, что я теперь на диете. Представляешь⁈ Она и дня не провела в нашем доме, а уже командует. А слуги-то, слуги… слушаются её. Боятся! — выдохнул Павел, раздувая крылья носа.

— Так и ты слушаешься её. Не ужинал же. Будь мужиком, внучок. Где твои яйца? — усмехнулся я, открыл холодильник, взял куриное яйцо и протянул его Павлу. — На, хотя бы одно будет. Глядишь, на ужин сможешь выбить себе булку с маком.

— Вот тебе смешно, а мне нет, — насупился он, не став брать яйцо. — Как я могу перечить Владлене Велимировне? Она же декан. Отчислит ещё. Может, ты поговоришь с ней?

На губах внука появилась заискивающая улыбка.

— Нет уж, пора взрослеть. Это твоя битва со Злом.

— Зло из-за тебя поселилось под нашей крышей, — пробурчал Павел, отвернувшись.

— Угу, но выгонять я его пока не буду. Так что приятного аппетита. Жуй. А я пойду в лабораторию. Вы отнесли туда чешую наги?

— Ага, — мрачно проронил внук, проводив меня жалобным взглядом. Но он не вызвал во мне никакого отклика.

Павлу действительно надо худеть. Да и ментально повзрослеть не помешает. А то всё дедушка, дедушка… А мне «помирать» через пару месяцев. Не буду же я задерживаться в этом мире.

Я спустился в лабораторию и щёлкнул выключателем. Под потолком с электрическим жужжанием разгорелись люминесцентные лампы, осветив длинный металлический стол, блестящий как сталь клинков. На полках возле стен заиграли бликами реторты, колбы и перегонные кубы. Тихо зашуршал вентилятор в вытяжке. Он включался каждый раз, но в лаборатории всё равно сильно пахло травами.

— Итак, приступим, — пробормотал я, скользнув взглядом по чешуе.

Та лежала на небольшом дубовом столике возле дальней стены. Внуки разложили одну чешую на другую. Получилось что-то вроде черепицы.

Однако чешуя меня не интересовала. Я принялся готовить сразу пару зелий. Одно должно было повысить мой уровень, а другое — связать меня с Ларой. Поставил два ковшика с водой на огонь и принялся за ингредиенты. Толок их в ступке, взвешивал, перетирал и понемногу засыпал в нагревающуюся воду.

Вскоре травяной запах ещё больше усилился, поплыв под потолком, а над ковшиками появился пар.

Ага, всё идёт хорошо! Жаль только кончились ингредиенты для зелья связи. Второе уже не получится приготовить, ежели напортачить с первым. А у меня были все шансы испоганить его. Ведь сейчас я варил чуть-чуть другое зелье, нежели то, что готовил для связи с Ирисом. Добавил больше листьев мухоцветки, чтобы направить сигнал прямо в лабораторию замка демонов. Его точное расположение я знал благодаря карте, висевшей на стене замка.

— Авось получится, — пробормотал я и снял с огня зелье повышения уровня.

Оно было уже готово. Надо только остудить его в холодильнике, что я и проделал. И уже через пару минут выпил зелье, почувствовав, как по телу пробежала горячая волна. Она осела в солнечном сплетении, подняв уровень дара до восемьдесят девятого.

— Замечательно, — довольно улыбнулся я и перевёл взор на зелье связи, принявшее насыщенный красный цвет.

Оно побулькивало в ковшике, распространяя характерный запах прелой листвы. Один пузырь лопнул, и от него полетели горячие брызги, упавшие на плиту, где уже поблёскивали такие же.

Всё, пора выключать огонь. Погасив его, вооружился медной палочкой и стал постукивать по бортику ковша. Поверхность зелья сразу пошла кругами, сложившимися в послание — «это твой новый партнёр».

— Поймёт, не дура, — пробормотал я.

Однако даже спустя пять секунд ответ не пришёл. Я отправил ровно такое же послание. Но опять не получил ответа.

— Дерьмо. У неё нет никого в лаборатории, чтобы следить за подобными зельями? — вслух возмутился я, чувствуя, как напряжение забралось под кожу. — Даже у Ириса есть такой подручный. Или я всё же неправильно сварил зелье?

Сердце застучало чуть быстрее, а взгляд метнулся к шкафу с открытыми дверцами. Нужных ингредиентов на полках не прибавилось. Они появятся лишь завтра, когда их привезёт доставка. Тогда и смогу сварить второе зелье. Но к тому времени пройдёт уже несколько часов, а в нашем безумном мире за это время может многое случиться…

— Порази тебя чума, Лара, — процедил я, мрачно уставившись на быстро остывающее зелье, которое уже скоро станет непригодным.

Внезапно по поверхности побежали круги, сложившиеся в сообщение, которое я быстро прочитал вслух, ощутив облегчение:

— Это Лара. Я послала к тебе своего агента. Как он выглядит?

Пришлось описать ей блондинку, чтобы она убедилась, что я — это я. И под конец присовокупил ещё пару предложений:

— Больше никому и никогда не говори обо мне. Поняла? И блондинку убери. Не желаю её видеть. Мы поняли друг друга?

— Да, — пришёл короткий ответ и следом появилось очередное сообщение: — Совет клана Каас удивлён тем, как люди оперативно отреагировали на рейд, устроенный кланом в городе Ратиборск. Возможно, основной удар будет отложен или перенесён на другой город. Кто-то из членов совета настроен убить тебя. Тот отравитель — только первая ласточка.

— Выясни кто это, — выстучал я, по привычке проговаривая послание вслух. — И держи меня в курсе касательно того, где и когда будет основной удар.

— Я хочу поговорить о своём отце.

— Нет времени. У меня зелье остывает, а второе сварить сейчас не могу. Мы можем встретиться в Лабиринте в локации «Забытые пещеры» возле зелёного пруда. Завтра в восемь часов по времени имперской столицы.

— Хорошо, — передали круги, пробежавшие по зелью.

Буквально через миг оно совсем остыло. Фух, успел.

Я смахнул капельки пота со лба и принялся переваривать полученную от Лары информацию. Если она правдива, и клан действительно перенесёт направление основного удара, тогда мне как-то придётся объяснять императору, откуда я об этом знаю. А учитывая нынешний разговор с князем Вяземским, подобными речами я разбужу в нём ещё большие подозрения, которые мигом могут трансформироваться в уютную камеру с видом на тюремный двор.

К слову, меня больше заботила именно эта проблема, нежели сообщение Лары, что кто-то из клана вознамерился грохнуть меня. Я всегда хожу по острию ножа. Ничего нового.

— Просто очередной враг… — пробормотал я вслух и едва не подпрыгнул, когда в дверь кто-то требовательно забарабанил.

Это кто себе может позволить такую дерзость?

Я не успел обернуться, как дверь резко распахнулась и на пороге появилась Владлена в короткой атласной чёрной ночнушке с кружевными оборочками. Телефоном в руке и недовольством в изумрудных глазах.

— Полковник Барсов звонит! — выпалила она, влетев в лабораторию как вихрь, с растрёпанными волосами. — Я уже уснула, а тут он! Говорит, нечто срочное! На!

Она сунула мне новенький мобильный. И я сразу цапнул его, не ожидая услышать ничего хорошего.

— Артур Петрович?

— Игнатий Николаевич, происходит какое-то сумасшествие! — выпалил он, едва не давясь воздухом. — Проходы! Они открылись! Да-да, те самые, которые временные. Появился и тот, коим вы интересовались, ведущий в «Руины разбитой головы». И самое странное, проходы «живут» всего пару часов, а потом закрываются. Маги, поняв это, начали ломиться в богатые добычей проходы как безумные. Думаю, желающих успеть побывать в «Руинах разбитой головы» хоть отбавляй.

Вот дерьмо! А у меня даже нет уровня, позволяющего пройти в «Руины разбитой головы». Всего восемьдесят девятый, а нужен девяносто первый!

М-м-м… зубы сами собой сжались, а во рту появился вкус крови от прокушенной губы.

Неужто весь мой многолетний план со свистом летит псу под хвост? И мне не суждено поймать девяносто девятую душу и обезопасить свой мир от набегов демонов? Разорви меня дракон!