Глава 6

Внезапно входные двери башенки со стуком распахнулись, впустив внутрь Владлену Велимировну, мужичка-носильщика с кучей сумок и парочку симпатичных девушек. Жаль, среди них не оказалось ни одной рыженькой.

— Экх, — почти неслышно выдохнул Шрам, похотливо уставившись на Владлену. — Хороша, чертовка!

Вот дурачок! Он будто кролик, положивший глаз на удава.

А «удав» в этот момент окинула взглядом зал. Осталась довольна произведённым впечатлением и встретилась со мной взглядом.

Мне тут же пришла в голову отличная идея.

Я гримасами, потиранием пальцев и кивками на людей попытался объяснить Владлене, что их надо бы лишить части денег, заключив пари. А то ишь чего, сволочи, не верят, что мой уровень выше пятидесятого.

Конечно, Велимировна вряд ли испытывает нужду, но мимо такого развлечения она точно не пройдёт.

Владлена вроде поняла мою молчаливую пантомиму и азартно полыхнула глазами, а затем тоном глупенькой блондинки обратилась к ближайшему мужчине, оказавшемуся тем самым потным толстячком:

— Будьте добры, сударь, поведайте, что здесь происходит.

— Всенепременно, всенепременно, — затараторил тот и быстро ввёл её в курс дела, после чего мрачно добавил, промокнув лоб платочком: — Эх, зря я поставил на тридцать третий уровень. Вы поглядите на него. Совсем старик же, будто с того света. Ошибся я, ошибся.

— Ага, ошиблись вы, сударь, — просюсюкала Владлена, бросив на меня картинно изучающий взор. — Этот дворянин имеет минимум пятидесятый уровень.

— Да вы что⁈ — ахнул толстячок, выпучив зенки. — Какой пятидесятый?

— Постойте, постойте, — тут же оттёр толстяка плечом высокий мужчина с хитрым взглядом. — Я случайно услышал ваши слова, милейшая сударыня. И мне подумалось, раз уж тут все делаю ставки, то не хотите ли и вы вступить в нашу игру? Говорите, пятидесятый уровень?

— Да, — кивнула декан, хлопая глазками. — Заключим пари?

Конечно, хитрозадый дворянин с радостью заключил с ней пари. Да и не только он…

К Велимировне чуть ли не очередь выстроилась из желающих поспорить. Особенно разошлись дамы. Они делали приличные ставки, пряча гаденькие ухмылки, да довольно потирали ручки. Помимо денег они жаждали утереть нос, как им казалось, глупенькой красоточке, возомнившей себя экспертом.

А тут, как по заказу, из-за двери показался и простолюдин с уровнемером, похожим на наручные цифровые часы с ремешком.

Глаза всех так и вспыхнули, как у вампиров при виде свежей крови, а пальцы от нетерпения сжались в кулаки.

— Давай сюда! — выдохнул сероглазый аристократ и вырвал из рук подчинённого прибор.

— Быстрее, да быстрее же! — выпалил кто-то из зрителей, обступивших нас.

— Попрошу вашу руку, сударь, — с подчёркнутой вежливостью пропел Шрам, злорадно глядя на меня.

— Ишь чего… руку он мою хочет. Я не из таких, хотя и понимаю, что донельзя красив и вообще хорош собой. Но ищи себе другого, проси у него руку.

Павел захохотал, вторя смеху Владлены Велимировны и её девочек. Зрители тоже загоготали, ну, те, что были посообразительнее. А некоторые так и не поняли, что слова сероглазого прозвучали, как предложение выйти за него замуж. Да и сам он далеко не сразу смекнул, что умудрился брякнуть. А уж когда понял, побагровел до такой степени, что аж задыхаться начал.

Всё же Шрам справился с собой и рявкнул, перекрыв угасающие смешки людей:

— Руку!

И следом нацепил уровнемер на моё морщинистое предплечье, увитое толстыми синими венами.

Тотчас народ уставился на аппарат, где на небольшом экранчике появилась изломанная линия, похожая на пульс.

— Сейчас ты ответишь за все свои остроты, — прошипел мне в ухо сероглазый, обдав горячим дыханием, пахнущим табаком.

— Сильно сомневаюсь. Даже боженька не спросил меня за них.

— Вот-вот уровень появится! — с апломбом выдал потный толстяк, снова промокнув лоб платочком.

— Появился! Ну как я и гово… — осёкся на полуслове Шрам, увидев цифру пятьдесят два.

Все ахнули, вытаращив глаза и раскрыв рты так, что челюсти массово упали на пол. Ухмылки исчезли, оставив лишь глупую пустоту и шок. Глаза многих в панике забегали, отказываясь признавать очевидное. Губы затряслись. А кто-то начал бочком-бочком двигаться к выходу.

Я украдкой глянул на Владлену и слегка кивнул на «беглецов».

Она заметила моё движение и сразу выпалила, словно дрессировщик, щёлкнувший хлыстом:

— Куда это вы, господа и дамы⁈ Сперва отдайте мой выигрыш, а потом ступайте на все четыре стороны.

— Надо ещё раз проверить дар! Вдруг аппарат сбоит! — выдал один из «беглецов» давшим петуха голосом.

— Без проблем, — с улыбкой сказал я и надел уровнемер на другую руку.

Но и там он показал цифру пятьдесят два. Превосходный прибор, чтоб его! И выглядит простеньким, такой, наверное, даже изолентой починить можно.

— Не может этого быть! — выдала незнакомая шатенка, схватившись за голову. — Аппарат неисправен!

— Исправен! На нём стоит отметка имперского проверяющего! — злорадно выдал Павел.

Он стащил с моего запястья уровнемер и всем показал заднюю крышку. Там красовалась подпись и гордо распахнул крылья двуглавый орёл.

— Батюшки святы, — в ужасе пробормотала шатенка, метнув на довольную Владлену лихорадочный взгляд.

Дамочка уже понимала, что проиграла декану кругленькую сумму.

— Господа и прекрасные сударыни, позвольте окончательно развеять все ваши сомнения, — произнёс я, озаряя мир улыбкой. — Вот вам «клинки», открывающиеся на пятидесятом уровне.

Поднапрягшись, я вызвал умение, но не стал его швырять. Оно просто заклубилось вокруг моих пальцев, как насыщенный голубой туман.

— И вправду «клинки»! — выдал толстячок, ошарашенно таращась на мою руку. — Я сам маг воздуха, и узнаю это умение из тысячи.

Мне, конечно, не хотелось тратить выносливость на магию столь высокого уровня, но оно того стоило! Ух, как у всех потрясённо вытянулись рожи, аж начали напоминать козлиные.

В последний раз на меня так смотрели, когда я на балу отказался танцевать с одной баронесской, считающейся эталоном красоты. Но какой она эталон, раз блондинка, а не рыжая⁈

— Ну? — многозначительно посмотрел я на Шрама.

Сотворённые мной «клинки» вбили последний гвоздь в крышку гроба всех его надежд. Он осунулся и обвис, будто выжатая тряпка. Сломленным взглядом уставился на меня. Глаза молили рассказать, почему судьба так жестока к нему.

— Недооценка противника, — покровительственно похлопал я его по плечу. — Не всегда стоит верить тому, что видят глаза. Будет урок. А ещё тебе придётся извиниться за все твои хамские словечки и насмешливые взгляды.

Сероглазый шумно сглотнул, опустил голову и начал бормотать извинения, будто провинившийся школьник перед учителем. Каждое слово давалось ему с трудом, словно царапало нутро горла, как битое стекло.

— Молодец, поступок настоящего дворянина. Аристократы не бегут от извинений, ежели они не правы, — подсластил я горькую, как яд, пилюлю, получив от Шрама удивлённый взгляд, перетёкший в благодарный. — А теперь проводите нас с внуком к проходу в Лабиринт.

Аристократ судорожно кивнул своему подчинённому. А тот мигом перестал хлопать глазами и быстро повёл нас с Павлом в соседнее помещение, косясь на меня, как на императора.

— Эх, можно было бы ещё в холле постоять, — досадливо прошептал внук, бросив взгляд через плечо на толпу. — Подольше бы насладились твоей победой.

— Надо уходить на пике, а не рожей торговать до тех пор, пока она всем не осточертеет.

— Может, ты и прав, — вздохнул пухляш. — А чего ты этого аристократика-то не добил? Ну, в моральном плане. Даже похвалил.

— Включи мозги, Павлуша. Зачем плодить врагов? А так этот непочтительный гад где-то глубоко в душе даже благодарен мне.

— А-а-а.

— Впитывай мою мудрость, — усмехнулся я и почувствовал спиной злые колючие взгляды. Жаль, от ревматизма они не вылечат.

Конечно, меня такими взглядами угостили участники пари. Они нашли виновного в их поражении. Ведь я не оправдал их ожиданий — не оказался слабаком с полудохлым даром. Вот они и скрежетали зубами. А внутри меня растекалось удовольствие. Всё вышло просто замечательно! Никто даже не стал кричать, что это какая-то подстава.

Я позволил себе улыбку и посмотрел на провожатого. Тот с поклоном открыл металлическую дверь, пропуская нас с Павлом в небольшое помещение с ещё тремя дверьми: на двух красовались таблички, означающие, что слева раздевалка для мужчин, а справа — для милых дам.

Мы с внучком, ясен пень, вошли в мужскую. Там быстро достали из спортивной сумки берцы и военную форму чёрного цвета. Павел ловко надел её и придирчиво глянул на себя в зеркало. То висело на стене, отражая свет единственной лампы.

— Как я выгляжу? — спросил внук, пригладив светлые волосы. — Пузо не торчит? Не лохматый? Физиономия не помятая?

— Ты перед кем так прихорашиваешься, как шестнадцатилетняя девица? Перед девочками-студентками Велимировны? Ты мне это брось! Ты же мужчина, аристократ, воин! Ну-ка, быстро принял упор лёжа и сделал двадцать отжиманий. Хотя нет, лучше десять. А то я не хочу, чтобы ты прям тут и помер.

— Я сорок раз отжимаюсь без проблем, — насупился уязвлённый паренёк, принявшись надевать берцы. — А ты сколько?

— Все, — ухмыльнулся я краем рта и принялся рыться в сумке.

Надо глянуть, чего туда Павлушка наложил. Ведь далеко не всё работает в Лабиринте. К примеру, простенькие фонари вполне себе светят, а стрелка обычного компаса вертится, как Пушкин в гробу, когда его путают с Есениным.

Да ещё некоторые материалы, особенно искусственные, в Лабиринте растекаются как слизь и пропадают со смрадным духом. Но хоть порох вполне себе работает. Потому-то Павел и прихватил «калаш» для себя и два револьвера для меня — это было излюбленное оружие Игнатия.

Я взял один и прицелился. М-да, рука заметно тряслась, намекая, что я попаду белке в глаз только если это будет самый неудачный день в её беличьей жизни. Ну или если белку привязать прямо к стволу револьвера. Тогда да, попаду.

Всё же я надел пояс с револьверами и рассовал по карманам патроны. А затем прицепил к поясу кожаный футляр с набором зелий и повесил мешочки с прочими нужными вещицами.

— Дедушка, не будет перевеса? — спросил Павел, внимательно глядя на моё обмундирование.

— Нет, — уверенно ответил я, зная, что в Лабиринт можно пронести не так уж и много неживой материи.

Её вес рассчитывался от массы тела того, кто её несёт.

Павлик вон с его ряхой, может, наверное, и пару «калашей» взять. Да только зачем? В проходе второго ранга нас вряд ли будут ждать сильные монстры. Ну, ежели всё пойдёт по плану.

Холл башенки, Владлена Велимировна

Декан купалась в лучах людского гнева и жгучей досады, терзающей дворян, проигравших пари. У неё аж щёчки разрумянились, как на морозе. И каждый брошенный на неё колючий взгляд лишь заставлял её улыбаться всё шире и шире.

— А Зверев-то — голова. Замечательно всё придумал, — прошептала она себе под нос, искренне дивясь хитрости Игнатия.

— Сударыня, как вы умудрились догадаться, что у того мерзкого старика такой хороший дар⁈ — пропыхтела подскочившая к декану шатенка, пошедшая красными пятнами.

— Опыт, — сказала Велимировна и следом окатила женщину холодным взглядом, способным заморозить пламя. — И вам не стоит называет его мерзким… да и стариком тоже.

Шатенка отшатнулась, метнув ладонь к груди. Она судорожно дёрнула губами, что-то виновато протараторила и торопливо отошла к креслам возле стены.

— Девочки, за мной! Иван, не отставай! — приказала Владлена Велимировна и, покачивая бёдрами, двинулась к двери, ведущей в соседнее помещение.

За ней пошли две студентки и носильщик. Они под негодующими взорами миновали холл. И вскоре представительницы прекрасного пола уже оказались в раздевалке. Каждая в своей кабинке. Носильщик же покинул башенку.

— Владлена Велимировна, а если кто-то из проигравших узнает, что вы знакомы со Зверевым? — спросила одна из девушек, натягивая на стройные ножки форменные штаны чёрного цвета.

— Да и пёс с ними! — весело фыркнула декан, придирчиво глядя в зеркало на своё обнажённое тело.

Высокая грудь могла похвастаться идеальной формой, крутые упругие бёдра манили изяществом, а подтянутой попке и осиной талии завидовали даже молоденькие девицы из индустрии фитнеса.

— А кто такой этот Зверев? — продолжила расспросы девушка, надев штаны. — Когда я поступила в институт, он уже там не работал. А вот внука его я видела, он учится на один курс младше.

— О-о-о, дорогая моя, — с кривой улыбкой протянула Владлена Велимировна, начав шустро одеваться. — Зверев — это не человек, а явление. Его даже смерть к рукам не прибрала. Признаться, я его, кажется, недооценивала. Сегодня он открылся для меня с новой стороны. Умён, саркастичен, хитёр. Демон в человеческом обличье.

— Ваш типаж! — весело вставила другая студентка.

— Миронова, после нашего возвращения из Лабиринта отправишься на стадион и будешь бегать два часа, чтобы глупости не говорила, — холодно произнесла декан, собирая волосы в хвост на затылке.

— Как скажете, Владлена Велимировна, — мрачно шмыгнула носиком девушка и поспешила сменить тему: — А что вы сделаете с выигрышем?

— Первым делом отдам половину Игнатию. Если бы не он, ничего бы я не выиграла.

— Думаете, возьмёт?

— Если ему в голову ударит благородная моча, и он откажется, то выставит себя полным дураком, подставит свой и так бедствующий род.

Переодевшись, мы с Павлом вернулись в помещение, где справа обосновалась женская раздевалка, а впереди грозно поблёскивала массивная металлическая дверь с красной сигнальной лампой. Над ней мигал цифровой таймер, намекающий, что осталась всего минута до забронированного нами времени входа в Лабиринт.

— Идут, — взволнованно пискнул внучок и втянул пузо до самого позвоночника.

Дверь женской раздевалки со скрипом открылась, и оттуда вышли три настоящие амазонки, вооружённые пистолетами-пулемётами.

Владлена Велимировна, видимо по привычке, приняла эффектную позу, глянув на меня. Но она не дождалась ни восторженных взглядов, ни слюней изо рта, ни комплиментов.

Декан недовольно хмыкнула и язвительно проронила:

— А вот ты прекрасно выглядишь, Игнатий… даже не скажешь, что ещё утром в гробу лежал.

— А то! Это всё постельный режим. Пару месяцев вообще не вставал. Вот потому такой красавец. Хочешь сфотографироваться?

— Пожалуй, обойдусь. Знаешь, Зверев, при всех твоих многочисленных минусах, ты сегодня умудрился дать целое представление в холле этой башенки. Любо-дорого было посмотреть. Половина твоя. Как ты вообще это придумал?

— Подсказали два ангела, сидящие на обоих моих плечах. Они нашептали, что алчных гадов надо учить. Считай, мы с тобой богоугодное дело сотворили, — проговорил я и глянул на таймер.

Тот дошёл до нуля, и сразу же загорелась сигнальная лампа, после чего что-то щёлкнуло в двери.

— Идёмте! — возбуждённо выдохнул Павел, легко открыл дверь и галантно добавил: — Дамы вперёд.

— Правильно, внучок, а то вдруг монстры нас прямо за дверью поджидают. Зверевых-то немного, а дам — полно.

— Ты неисправим! — фыркнула Владлена, не сумев подавить улыбку. — Куда перевести твою часть выигрыша?

— Павел тебе напишет, — бросил я и первым вошёл в пустой круглый зал.

Всё в нём было обшито бронеплитами, а под потолком висели пулемёты, трубы огнемётов и камеры, смотрящие точно на металлическую арку. В ней едва заметно подёргивался сгусток воздуха, похожий на горячее марево над песком, — это и есть стационарный проход в Лабиринт, способный переносить по пять магов каждые полчаса.

Понятное дело, что проход возник не в башне, а возможно, посреди улицы. Здание построили уже вокруг него, а затем установили и арку, и оружие.

— Кхем, — кашлянула Владлена и подошла ко мне. — Ты даже не спросишь, о какой сумме идёт речь?

— Не люблю забивать голову мелочами.

— Ты погляди на него, — удивлённо хмыкнула декан, помедлила и подняла руку, переведя взор на девчонок. — Минутку внимания, девочки и мальчики. Вы все уже не раз бывали в Лабиринте, но короткий инструктаж никому не повредит. Первое: у нашей группы будет всего два часа. По истечении оных Лабиринт начнёт сводить нас с ума, делать агрессивными и раздражительными. Так что мы должны вернуться в наш мир к назначенному сроку. Второе: данный проход выбросит нас непонятно куда, но локация не будет превышать второй ранг по имперскому справочнику. Третье: помните, для чего маги ходят в Лабиринт — нам нужны трофеи и опыт…

Брюнетка продолжила говорить что-то ещё, а я подумал об опыте. Он был одним из трёх китов, на которых стояло развитие дара: медитации, зелья и как раз опыт. Его в меньшей степени могли дать тренировки, и в большей — сражения, где противники мрут как мухи. И чем сложнее и опаснее будут враги, тем больше опыта получит дар. Однако если ты на кулаках завалишь даже дракона, то хрен чего получишь. Нужно использовать магию.

— Зверев! — вырвал меня из раздумий голос Владлены, — что-то добавишь?

— Ага. Главное — слушаться дедушку и… не бздеть. За мной, будущие великие маги!