Глава 28

Мирослава – И?! Куда именно ты бы меня послала? Просто на хуй или с эпитетами? Осеклась и продолжила молча поедать салат. Как ни грустно это признавать, но Ковальский просчитал меня и каждый мой шаг. Это как шахматная партия, которая мной давно проиграна. Моя установка на табу рабочего интима была неприкосновенна. И где-то на краю сознания босс меня привлекал, хотя бы чисто физически, но и это я осознала в полной мере лишь после первого секса. Уж слишком был фееричным тот момент. Медленно жевала, стараясь выиграть время и разобраться с кучей эмоций в моём теле. Владислав Владимирович – принц загадочный, порочный и очень изворотливый, тут с плеча вообще рубить нельзя. Если он мне тут беременность по щелчку пальцев замутил, то на что ещё способна его любовь ко мне?! – Почему сейчас? Ну, прошло больше двух лет, – спросила первое из роя вопросов, кружащих в голове. – Устал. – От меня? – Нет, Мир. От себя. Ничто не может длиться вечно. – А зачем этот ход с расставанием? Не понимаю. Ты же, вроде, шёл к другой цели. Ковальский нахмурился ещё больше. Его словесный понос как-то резко прекратился, будто этот гад ещё на пару партий вперёд шаги вымеряет. – Посоветовали – пока ты на меня работаешь, то нормальным отношениям между нами не быть. – О! Снова советы. И кто же это такой одаренный тебя консультирует. Вот таки хочется встретиться с этим человеком и в глаз дать … с ноги… если получится. – Отец. Поперхнулась помидоркой. – Твой отец в курсе меня и твоего беспредела?! Тяжёлый вздох и тёмный взгляд прошёлся по мне, останавливаясь на глазах. – Да. У меня с ним доверительные отношения. Последний год он чаще болеет, и мне приходится тащить весь его бизнес практически в одного. Ну теперь хоть стало понятно, чем именно занимался мой бывший босс. Столько работ и командировок для обычной адвокатской конторы всегда мне казалось подозрительным. – В день твоего собеседования должен был быть мой отец, но его самолёт застрял из-за непогоды в другой стране. Меня вызвали на замену. – В конторе только я такая неинформированная? – Правду знает лишь несколько человек из бухгалтерии и отдела кадров, а остальные также не в курсе моей частной жизни. Я не любил афишировать связь с отцом, но сейчас и этот факт меняется. Лишь головой покачала, пытаясь принять всё новое об этом человеке. – Мирослава, прекрати думать. Лучше ешь, – неожиданно посоветовал мужчина, вынуждая поднять на него взгляд. – С моим, как ты выразилась, беспределом надо разбираться постепенно. – А история с моим гинекологом и предохранением – это разве не беспредел? – снова заводясь, напомнила мужчине его прокол. Его прямой и уверенный взгляд с чертовщиной на дне явно не говорил о раскаянии своего хозяина. – Нет. И даже могу повторить. – Значит, мне пора начинать бояться? – В смысле? – В том, что гинеколога купил, меня обдурил, желая своего, а если я сейчас заявлю об уходе, то ты что? Свяжешь и в келью? Мы оба молчали, меряясь взглядами, а мой вопрос как гильотина висел в воздухе над нашими головами. Ковалький плотно сжав челюсти, резко подскочил со стула. У меня от неожиданности даже вилка выпала, громко задевая край тарелки. – Уходи, – коротко, как выстрел, отчеканил мужчина и столь же стремительно отошёл к большому окну, в которое недавно любовалась я. – Вот так просто? – уточнила я, что всё вышло так легко. Казалось, Влад будет сражаться до конца. – Да. Просто. Водитель внизу, отвезёт, куда скажешь, а чемоданы через час по тому же адресу доставит. – А как же твоё «люблю, не могу» и ребёнок?! Всё прошло? Ну вот люблю я закрутить все гайки до упора. – От ребёнка не отказываюсь. Всё, что позволишь, приму с благодарностью. А насчёт первого … это только мои проблемы. Его голосом можно лёд раскалывать на мелкие кусочки. Спина прямая. Плечи напряжены. Руки в карманах. Так эта картинка выглядит так, будто ему всё равно – останусь я сейчас или нет. Поднялась, нарочно громко отодвигая стул. Влад дёрнулся, но тут же замер. Подошла к дверям, неспешно открыла замок. Ковальский так же, как памятник Ленину, стоял у окна. Хорошо. Открыла двери. – Тогда прощайте, Владислав Владимирович! Тот даже звука не издал. Громко закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, стараясь дышать максимально тихо. Я, зайчик мой, тоже люблю ставить экскременты. Влад наконец-то ожил. Вцепляясь обеими ладонями в волосы и нервно натягивая их, а потом один короткий удар в стену и там дыра в гипсокартоне. Охренеть! Резко выхватывая телефон из заднего кармана брюк, он что-то быстро тыкает. Пока ожидает соединения, разворачивается в мою сторону. Замечая мою скромную персону, застывает. В трубке что-то говорят, но Ковальский отвечает с задержкой. – Нет, Миш. Пока ничего, – и сбрасывает вызов. – Хотел мне машинку оформить? – тихо спросила его, отмечая, как он быстро и тяжело дышит. А эти глаза… хотелось в эту секунду заглянуть в его мысли. – Да, – хрипло отозвался он. – Я вот решила задержаться. Тем более ужин отличный. Может, несчастного какая болезнь поразила, но он с застывшим лицом совсем не двигался. Подошла к нему, аккуратно поправила галстук и в конце провела раскрытой ладонью по его груди со стороны сердца. Бьётся. – Мир, лучше не прикасайся ко мне сейчас. – А то что?! Сплошная провокация на новые приключения.