Глава 10 · ТИМ И ВАМПИРЫ
Ирэлъ, 10-е число.
День почетного донора
Граница у Аркхарии была внушительная. Впечатляющая, я бы даже сказал. Неудивительно, что все вменяемые крестьяне поспешили убраться от нее подальше. А невменяемые, видно, и послужили стройматериалом.
В десяти локтях от нас от травы исходило легкое красноватое свечение, обозначающее магическую границу королевства, а сразу за ней покачивались на коротких палках в полусажень высотой и постукивали на ветру желтоватые человеческие черепа, местами даже с живописными остатками волос. Палки стояли примерно на расстоянии в два аршина одна от другой и в целом навевали жизнеутверждающие мысли.
— Господин, вы уверены, что стоит туда идти? — вкрадчиво полюбопытствовал Саэл.
— Ну, — я пожал плечами, — эльфийских-то черепов я здесь не вижу.
— Да они, поди, ненастоящие! — Гил, напротив, был исполнен оптимизма.
Он подскочил к черепушкам и ткнул в ближайшую пальцем. Та, недолго думая, за этот палец его и укусила. Гил взвыл, Саэл поморщился, а я с интересом уставился на чудо магической мысли. В том, что это было именно оно, я не сомневался. В конце концов, ну чем еще заниматься расе, в которой все поголовно маги, да к тому же живущие пару сотен лет. Только магическую мысль и продвигать. Ну и развивать изощренную фантазию.
Черепушка задумчиво подвигала челюстью так, словно пережевывала откушенный палец полуэльфа (тот на всякий случай внимательно изучил кисть на предмет наличия оного), и скрипуче выдала:
— Роменгил Эрнорский, правонарушений не замечено, проход через границу разрешен.
Гил неуверенно оглянулся на нас.
— Проходи, говорю! — закипающе повторила черепушка. — Иначе зачем приперся! Сковородки на вас, полукровок, нет…
Гил бочком-бочком переступил красноватую линию. Громов с молниями не последовало, и он облегченно выдохнул.
— Нам что, тоже пальцы ей в рот совать надо? — озадачился я.
— Это негигиенично, — возмутился Саэл.
Черепушка высокомерно смерила нас взглядом пустых глазниц с ног до головы.
— Нужны вы мне больно. Эльфы! Чего приперлись? Насчет вас информации нет. Имена, цель прибытия?
— Тим Виллар и Саэл Вилльенна, в Греморе объявлен отлов эльфов, а возвращаться в родные пенаты не очень хочется. — Я широко улыбнулся. Могу быть обаятельным, когда захочу.
Интуиция (и сковородка) меня не обманула. Где-то за темными провалами глазниц скрывалась ранимая девичья душа. Желтоватые скулы порозовели, черепушка опустила очи долу и кокетливо сдула упавшие на глазницы три волосины.
— Ну проходите тогда… общие правила знаете? После заката на улице не показываться, останавливаться в тавернах только со знаком солнца, ни в коем случае не заходить в лунные. Вампиров уважать, любить и почитать, кровь нам ваша даром не нужна, у эльфов не кровь, а травяной настой какой-то… да, собственно, главное правило — не задерживайтесь здесь, мы чужих не любим. Все, проваливайте.
Саэл опасливо преодолел красную черту, а вот меня она почему-то остановила. Я недоуменно покосился на черепушку. Та загадочно улыбнулась и промурлыкала:
— А ты, красавчик, можешь посетить улицу Лунного Цветка и спросить Орлину.
Одарив меня страстным взглядом, черепушка заткнулась и обвисла на палке.
— И что это было?! — тут же прицепился Гил, стоило нам отъехать на несколько шагов.
— Таможня у них такая, — усмехнулся я. — Мне Вел рассказывал. На самом деле, эти черепушки изготовлены из пробкового дерева, оно хорошо звук передает. За границей наблюдают несколько магов. Они-то и ведут переговоры. Скучно им, не так уж и много желающих в Аркхарию со стороны Гремора въехать, вот и развлекаются как могут.
Гил надулся, как хомяк, и, обернувшись, бросил обиженный взгляд на черепушки, погрозив им укушенным пальцем.
— Куда мы направимся, господин? — в свою очередь, полюбопытствовал Саэл.
— В город. — Я пожал плечами. — А там посмотрим.
Мне еще не доводилось бывать в Аркхарии. Да и ее коренных жителей — вампиров — видел всего несколько раз на межрасовом приеме, который Велимир устраивал раз в пять лет и не явиться на который было бы совершенно неуважительно. В остальном они не очень-то стремились поддерживать дружеские отношения с близлежащими странами. Особенно после очередной смены правителя, которого за полсотни лет только сами аркхарцы, наверное, и видели.
Впечатлить вампиры меня не впечатлили, на злобных монстров, коими их описывали некоторые человеческие учебники, они походили меньше всего, хотя определенные хищные элементы в строении тела наличествовали. Из любопытства я проштудировал как-то всю литературу, хоть косвенно касающуюся вампиров. Более-менее адекватную информацию сообщал только один учебник: «Вампиры — результат экспериментов мага, ныне уже неизвестного. Он выяснил, что человеческая кровь, потребляемая внутрь, значительно усиливает диапазон возможностей мага. Однако обычный человеческий организм отвергает кровь, даже собственную. И маг занялся преобразованием своего тела, а его ученики продолжили начатое им. В результате возникла новая раса. Вампиры — маги, абсолютно все без исключения, но не равные по силе. Вопреки распространенному убеждению человеческая кровь не заменяет им пищу, она необходима лишь для увеличения магических возможностей, кроме того, приятна на вкус. Отличительными чертами расы являются клыки и когти на руках, предназначенные изначально для предоставления более быстрого доступа к крови жертвы, а ныне являющиеся формальным внешним признаком вампира».[39]
Что же касается Аркхарии… вот мне и представилась возможность с ней познакомиться.
— Куда путь держим, чужаки?
Здрасте, очень приятно.
Дорогу нам преградил вышеупомянутый результат магических экспериментов в количестве пяти штук, точнее, я бы даже сказал, злобно оскаленных морд. Что у нас тут? Формальные внешние признаки в наличии и готовности.
— Прямо, — хмыкнул Гил, с любопытством их изучая.
— В город, — уточнил Саэл.
— И не страшно? — прошипел один из вампиров.
— А должно быть? — эхом откликнулся я.
Вампир поморщился, сообразив, что, во-первых, мы эльфы, а значит, вампиров не боимся, и, во-вторых, трое против пяти, на самом деле, не такой уж пугающий расклад. Если упустить тот факт, что пятеро — маги.
— Ладно, отбросим пустые разговоры, Лита завещала делиться, Дейм отбирать, Лоо[40] плюнул на всех с высокой колокольни, так что…
— Можете начинать делиться, — закончил полуэльф.
Шутку не оценили, компания как один ощерилась ножичками-сабельками, в свободных ладонях зажглись огни пульсаров разных цветов. Я заинтересованно подался вперед. Чувство опасности, оскорбленное моим периодическим к нему пренебрежением, молчало. Странная ситуация: пять вампиров, два с половиной эльфа (пол-оборотня я считать не буду), то бишь силы совершенно отчетливо неравны в количестве два к одному. Пустая дорога, густой лес, помощи ждать неоткуда. И только почему-то совершенно не ощущается угрозы.
Вампиры по неведомым причинам не торопились нападать, а мы обороняться. Так и стояли несколько ударов сердца, прежде чем до нас начало доходить, что что-то не так. Как всегда, первым не выдержал Гил. Соскочив с лошади, он бесстрашно подкрался к ближайшему вампиру и… помахал у него рукой перед носом. Я уже представил себе красочное отсечение конечности полуэльфа… но ничего не произошло. Со стороны вампиров. Зато слева от нас в лесу раздались подозрительные звуки, словно на дорогу рвался приличных размеров медведь верхом на лосе…
Но никак не совершенно хрупкая на вид девица, тянущая за собой упирающегося всеми четырьмя копытами единорога. Вампирка сквозь зубы что-то разъяренно шипела, благородное животное мотало головой и столь же разъяренно фырчало. Однако стоило его копытам коснуться дороги, как оно тут же присмирело. Девушка от души засветила единорогу по рогу и наконец соизволила обратить внимание на скульптурную композицию «эльфы изумленные и вампиры околдованные». Карие глаза поочередно оглядели каждого из нас и даже, как мне показалось, слегка расширились в удивлении.
— Неблагодарное животное, — выдала она, глядя на Гила.
Мы с Саэлом вытаращились на полуэльфа.
— Я ее первый раз вижу! — тут же замахал руками тот.
— Да не ты, — отмахнулась вампирка, приближаясь. — Еще одна такая выходка — и отдам девственницам человеческим, затискают до полуобморочного состояния — мигом шелковым станешь, — кинула она через плечо. Единорог, нарочито невинно хлопая глазами, принялся ощипывать придорожную траву. Вампирка снова перевела взгляд на нас: — Попались, голубчики.
— Мы ничего противозаконного не совершали! — возмутился Саэл.
— Да не вы. — Вампирка закатила глаза, изображая крайнюю степень обреченности. — Я за этими молодчиками уже вторую неделю по всем трактам гоняюсь. И так иноземцев по пальцам пересчитать можно, так эти еще нам репутацию портят на международном уровне. В последний раз удалось по следу «сетку»[41] пустить. Да только они, видимо, заметили и сбежали. Хорошо, что наводку успела сделать. Вот она их и догнала…
Только теперь я обратил внимание на то, что у нее на груди на куртке вышита серебристая аркхарская звезда,[42] а в ухе покачивается длинная сережка с рубиновой капелькой на конце, о чем-то мне должно это сказать…
— Вы стражница? — первым догадался Саэл.
— Ну и? — видимо, тон, которым эльф произнес эту фразу, не убедил вампирку в наших выдающихся умственных способностях.
— А это единорог! — Гил восхищенно ткнул пальцем в благородное животное.
— Не угадал. Это упрямая тупая скотина, которая катастрофически не может понять, что звезда, — она ткнула себя в грудь, — должна быть сверху, а не спереди, сбоку или где-либо еще!
Единорог ответил ей укоряющим взглядом вроде «ты тоже не Лита, но я же тебе это в упрек не ставлю». Вампирка вздохнула и принялась вязать налетчиков. Любопытно выглядело это действо: короткое прикосновение ко лбу — и вампир валится в пыль, алая вязь в воздухе — и его руки сплетены за спиной. Следующий. Вот что значит раса магов.
Для стражницы она выглядела на удивление молодой. На вид я ей дал бы лет двадцать, не больше. Хотя в Вилее, да и в Греморе, насколько мне известно, женщин вообще не брали на службу в городской страже, так что сравнивать было не с чем.
— Вы надолго к нам? — поинтересовалась вампирка, задумчиво переводя взгляд с кучки несознательных тел на своего коня. Единорог все понял правильно и предусмотрительно попятился.
— Как получится. Может, тебе помочь? — поинтересовался я, сжалившись над животным.
— Это было бы очень кстати, — согласилась вампирка, осмотрев меня с ног до головы так, что мне сразу захотелось начать оправдываться во всем, что я совершал и не совершал тоже. Однако затем ее взгляд потеплел. Она перекинула через плечо длинную, туго заплетенную косу и протянула мне руку. — Кий эо Ланна, можно просто Киа.
Мы помогли стражнице доставить преступников до городского отделения в Пограничье, за что получили горячую благодарность и указание прямой дороги к ближайшему межрасовому постоялому двору.
Там обнаружились в основном гномы, пара людей, хватающихся за оружие при каждом шорохе, и один оборотень. Что, впрочем, неудивительно. Самую протяженную границу Аркхария имела как раз с Алмазными горами, которые облюбовали для себя гномы. Они же славились как непревзойденные мастера заготовок для артефактов и амулетов, а кому, как не магам, наделять эти заготовки силой.
Комната для нас нашлась, правда на самом чердаке, но выбирать не приходилось. Забросив в нее вещи, мы спустились к ужину. Гил, как всегда, первым делом заказал выпивку, чем спровоцировал на свою голову очередную нотацию от Саэла, и парочка погрузилась в высоконаучный диспут о преимуществах и недостатках потребления алкоголя.
Я слушал их краем уха, жуя баранину и рассеянно поглядывая на входящих и выходящих. Дверь трактира распахнулась в очередной раз, впуская сначала до дрожи знакомый голосок, а затем и обладательницу оного.
— Ну и как мы их будем тут искать? Эти вампиры скалятся, словно мы им должны, — возмущалась Никтаэль, обращаясь к своему спутнику.
— Нет, малышка, они всего лишь прикидывают, когда тебя лучше съесть: до ужина или после.
— Не смешно! Даже простоэльфинам известно, что вампиры не пьют эльфийскую кровь.
Вслед за ней в трактир вошел высокий светловолосый мужчина. Поначалу я и его принял за эльфа, но, приглядевшись, заметил такой знакомый золотисто-серебряный оттенок волос. Еще один демон?
Благо мы по моей старой привычке сидели в самом темном углу, и заметить меня с ходу девчонка никак не могла. Подавив желание сползти под стол, я натянул капюшон на самый нос и пихнул локтем Саэла, побуждая его сделать то же самое. Эльф сначала недоуменно обернулся, сдавленно ойкнул «di’ess[43] Никтаэль» и попытался гневно вскочить, я так полагаю, чтобы высказать все свое возмущение как по поводу вида эльфийки, так и по поводу ее сопровождения. Я едва успел остановить это действо, прошипев «заткнись и исчезни».
Иногда все-таки хорошо быть принцем.
— Хей, в чем дело? — возмутился Гил, правда, оценив мои манипуляции, шепотом.
— Уважаемый, — голос Никтаэль снова зазвенел в зале, лишив меня возможности ответить. — Мы разыскиваем одного эльфа. Темный, роста среднего, глаза желтые, на щеке, ближе к уху три родинки.
Трактирщик, словно припоминая, устремил взгляд в наш угол. Я отрицательно качнул головой и продемонстрировал вампиру золотой.
— Нет, госпожа, не встречалось мне такого.
— Вы уверены? — полюбопытствовал демон, выкладывая на стойку серебрушку.
— Уверен, — даже не взглянув на нее, ответил трактирщик.
— А девочку не видели? Светловолосая, светлоглазая, звонкая, — продолжил он допрос. — На вид лет двенадцать. На меня похожа, только ростом не вышла.
А вот это уже интереснее. Неужто родственнички ищут Полли? Но как его в Аркхарию-то занесло, если ее здесь отродясь и не было?
Трактирщик вновь отрицательно качнул головой, на этот раз совершенно правдиво.
— Комнаты иль еду заказывать будете?
— Будем, — вздохнула эльфийка.
— Комната только одна. На чердаке слева от входа, серебряный за ночь. На ужин утка с яблоками или баранина в соусе, — монотонно перечислил вампир.
— Давай и то и то, — буркнул демон, направляясь к свободному столику. Никтаэль возмущенно распахнула рот:
— Ты с ума сошел?! Я не буду спать с тобой в одной комнате! Это… это… неприлично!
— Придется тогда тебе переночевать на улице. Или искать другое жилье, — невозмутимо отозвался ее спутник. — Только учти, что серебрушкой ты уже не отделаешься. Это самое приемлемое заведение в городе…
Дальнейший их разговор заглушила ввалившаяся компания гномов навеселе. И я, продолжая опасливо коситься на особу багровых кровей, соизволил ответить Гилу:
— Это — моя невеста.
Полуэльф распахнул глаза во всю ширь и изумленно забулькал элем.
— А какого хрисса она тут делает?!
— Видимо, ищет меня…
— Не повезло тебе, друг, — Гил сочувственно похлопал меня по плечу. — Хотя на вид она ничего. А что за хмырь рядом с ней? Уж больно морда наглая.
— Понятия не имею, — буркнул я.
А Никтаэль изменилась. Неуловимо так. Но очень заметно для того, кто знает ее с пеленок. Она была сестрой моего лучшего друга, и сначала родители заставляли Локсли «присматривать за ребенком», а затем уже сам ребенок решительно не желал от нас отставать. Половина детства прошла в бесконечной игре «кто лучше спрячется от Никтаэль». А потом нас еще и поженить решили. Наверное, она вовсе и неплохая девушка, красивая к тому же, эльфийский эталон: волосы — плавленое каштановое золото, глаза карие с зеленоватыми отсветами, фигура — загляденье, но гонору-у-у… на три эльфийских эталона хватит. Правда, гонор этот, кажется, начинает переплавляться в нечто иное. По крайней мере, мне трудно представить ее прежнюю в дешевой таверне в компании безродного демона. А ничего, сидит. Донельзя возмущенная, но абсолютно непохожая на избалованную особу багровых кровей, которая уже только потому, что ей под ноги тут не бросили ковер, устроила бы скандал. Вот только с чего она вдруг решила броситься на мои поиски, да еще и в гордом одиночестве? Демона она, скорее всего, как и я, подцепила где-то в дороге, я совершенно уверен, что среди прежних знакомых подобных типов не водилось. Тоже сбежала?
Забавная ситуация получается…
Задумавшись, я прихлебывал из первой попавшейся кружки и спустя некоторое время с удивлением заметил, что кружка оказалась с элем, Гил подливает мне вторую порцию, а в голове возникает приятная легкость.
Тем временем Никтаэль со спутником, переругиваясь вполголоса, исчезли на лестнице. Я не удержался и зло фыркнул. И тут Саэл додумался внести свою лепту:
— Она ведь любит вас, господин.
Я залпом допил эль. Я знал, на что злился. На то, что мое прошлое, от которого я уже несколько месяцев ношусь по всем окрестным государствам, нашло меня снова, едва я пересек границу Аркхарии. Это знак, что от него не убежишь? Но, хрисс побери, я не хочу возвращаться! Однако от предположения Саэла сделалось смешно. Никтаэль? Любит кого-то? Всем шуткам шутка.
— Любит, ага, — в голос рассмеялся я. — Ну просто жить без меня не может!
— Она же разыскивает вас, — уточнил эльф, не понимая причины моего веселья.
— Чтобы продолжить доводить до белого каления, — согласился я. — Это не любовь, это чувство собственности и обида за нанесенное ей побегом оскорбление.
Мы с Гилом согласно чокнулись. Саэл укоряющее вздохнул:
— Господин, мне кажется, вам стоит приостановить столь бурное потребление…
— Чего он говорит? — не понял полуэльф.
— Пить, говорит, хватит.
— А! Давай споем тогда, что ли?
— Дорожную?
— А хоть и дорожную.
Внушительно прокашлявшись и тем самым заставив заткнуться весь народ в таверне, мы затянули на два голоса: гиловским глубоким и моим хрипловатым. Звучало это, должно быть, немного дико, но проникновенно. Иначе с чего бы им всем так на нас пялиться?
Нам бурно поаплодировали гномы, скупо вампиры, люди так вообще испуганно забились по углам. Впрочем, они такими были еще и до того, как мы начали петь.
— Хорошо, — вздохнул Гил и опрокинул в себя остатки эля.
Я окинул взглядом опустевшие тарелки-кружки и решил, что пора спать. Саэл поддержал не только это благое начинание, но и меня, когда я вознамерился уронить стул, стол и парочку недорослей.
Однако полуэльф вдруг бодренько направился в совершенно противоположную сторону, то бишь к выходу.
— Ты куда?
— Пойду… воздухом подышу, — не оборачиваясь, ответил он.
Путь до чердака показался мне бесконечным, а поэтому я рухнул на кровать и сразу провалился в сон, стоило нам попасть в комнату.
Разбудило меня звонкое, чересчур звонкое, даже практически громогласное «ой!» и последовавшее за ним шелестящее «ты чего?». Я распахнул глаза. Потребовалось несколько ударов сердца, чтобы понять, что разговор ведется отнюдь не у меня над ухом. Просто слышимость в чердачных номерах оказалась хрустальной. Видимо, трактирщик сильно поскупился, когда ставил перегородки.
— Сережку обронила!
— Так подними.
— Я не знаю, где именно, но ее нужно найти!
— Предлагаешь повторить весь наш двухмесячный маршрут в поисках одной жалкой побрякушки?
— Нет, — голос зазвучал по-детски капризно. — На подходе к этому клоповнику она еще была на мне!
— Или на входе в город. Или на въезде в Аркхарию…
— Нет! Я точно потеряла ее уже здесь, и найти ее нужно! — последние три слова эльфийка буквально отчеканила.
Узнаю сестренку Локсли. Ее упрямству можно позавидовать.
— Ну иди и ищи. Или ты моего разрешения хочешь спросить?
Послышался скрип и шуршание. Похоже, демон улегся.
— Кай, а давай ты сходишь посмотришь?
Ага, значит, его зовут Кай. Как мило!
— Я?! С какого перепугу? Тебе надо — ты и ищи. А мне надо поспать.
— Но ты же в темноте видишь лучше и вообще…
— …и вообще ты уже не представляешь, как жила без меня все эти долгие годы?
— А, хрисс с тобой, сама пойду! — Нервно притопнув, девчонка направилась к двери.
— Не споткнись, — буркнул ей вслед демон.
Дверь громко хлопнула. Никтаэль всегда негодовала, когда ее прихоти не бежали исполнять по первому же писку. Было слышно, как возмущенно девчонка топает по ступенькам и все еще что-то бубнит, а демон за стенкой ехидно посмеивается.
Подавив в себе совершенно мальчишеское желание ринуться за ней с воплем «сюрприз!!!», я перевернулся на другой бок и уже собрался продолжить смотреть сны, как понял, что Гила нет в комнате. На ближней ко мне кровати посапывал Саэл. А дальняя была пуста. Странно. Даже если прошла всего четверть вески, этого времени полуэльфу вполне могло хватить, чтобы «подышать воздухом». А прошло, судя по всему, куда больше.
Стоило мне спустить ноги на пол, как проснулся Саэл. Вот где магия, а не эти швыряния пульсарами! На вопли парочки за стеной — ноль реакции, зато стоило мне пошевелиться… Где его такого нашли?
— Куда вы, господин?
— Гила нет до сих пор. Пойду поищу его.
— Я с вами!
— Может, ты меня и до кустов провожать будешь?
— Если понадобится — буду, — невозмутимо отозвался эльф. — А вы, похоже, забыли, что в Аркхарии ночами иным расам запрещено появляться на улицах.
Хрисс! И правда ведь забыл! Надо найти Гила как можно скорее… пока не поздно. А если поздно, то найти его надо еще скорее.
В этот самый момент с улицы раздался дикий визг, а затем вопль «да как вы сме…», и все стихло. Я подорвался с места и вылетел в коридорчик между комнатами одновременно с полуголым демоном. Мы столкнулись, дружно почти кубарем скатились по лестнице, умудрились приземлиться на ноги и даже, бегом преодолев зал, вывалиться на улицу. А на ней царила умиротворенная и сонная ночная тишина.
Демон что-то рыкнул, сунулся было в один проем между домами, другой и зло треснул кулаком по стене. После чего обратил внимание на меня. Надо признать, его фигура в слабом свете бледно-фиолетовой Соро[45] выглядела довольно зловеще.
— А ты кто такой? Чего надо?
— Кричали. — Я пожал плечами, проигнорировав первый вопрос. Да и второй, по сути, тоже.
— А тебе какое дело?
— Терпеть не могу, когда кричат. Хотел пристукнуть.
Демон открыл рот. В этот момент из дверей трактира вывалился Саэл.
— Еще один криконенавистник? — Кай саркастически ухмыльнулся.
— Вообще-то у нас друг пропал. Мы собирались идти его искать.
— Понятно.
Что ему было понятно, я не знал, но демон потерял к нам всякий интерес и начал задумчиво осматривать улицы. Как назло, трактир стоял на перекрестке. Так что выбор для направления поисков нам представлялся обширный.
— Господин. — Саэл неслышно подошел сзади и наклонился к моему уху: — Мне кажется, раз существует такой запрет, то наиболее вероятно, что ваш друг и di’ess Никтаэль были захвачены именно местными властями. Возможно, стоит найти для начала каких-нибудь служителей закона и расспросить их?
— Иногда ты говоришь умные вещи! — обрадовался я и, не дав эльфу времени обидеться на это «иногда», зашагал по первой попавшейся улице, рассудив, что стражников, как и разбойников, в ночном городе пруд пруди.
Они не замедлили подтвердить мою теорию в следующем же квартале. Не было никаких вам «стоять не двигаться» и «какого хрисса вы тут бродите». Двое стражников просто молча направились в нашу сторону. А мы запоздало спохватились, что не взяли никакого оружия.
Впрочем, нам это не сильно помешало.
Схватка была короткой. Главным образом потому, что, когда стражники оказались в сажени от нас, что-то вспыхнуло, грохнуло и они разлетелись в разные стороны в глубоко бессознательном состоянии. Из-за угла вышел Кай.
— Иду. Смотрю — бегут. Думаю — дай помогу, — зачем-то пояснил он.
— Спасибо, — не стал изображать уязвленную гордость я и присел на корточки рядом с одним из вампиров.
— Я тоже ищу друга. Мне кажется, наши цели схожи, и мы можем друг другу пригодиться, — словно невзначай бросил нежданный помощник.
— Как подсказывает мой жизненный опыт, демоны в равной степени могут быть как крайне полезны, так и крайне вредны, — хмыкнул я. Вышеупомянутый демон настороженно вгляделся в мое лицо, и я поспешил отвернуться, бросив через плечо: — Я Тим, а это Саэл.
— Кай. Что вы собираетесь делать?
— Для начала расспросить этих молодчиков. Выяснить, где могут находиться наши друзья. А там посмотрим.
— Можно не допрашивать. Я знаком с аркхарскими порядками. Всех задержанных ночью отводят в ближайшее отделение стражи, где их досматривает специальный маг. После этого нарушителей или оставляют до утра, а затем отпускают, или маг забирает их с собой. И тогда шансы однажды увидеть их снова становятся ничтожно малы.
Где находится место заключения, демон тоже знал. Возникал другой вопрос: как вызволить оттуда Гила и Никтаэль? Можно было, конечно, в лучших разбойничьих традициях влететь в здание, всех поубивать, схватить друзей и улететь обратно, пока никто не опомнился. Вот только в данном плане возникало столько «но», что от них в глазах начинали плавать звездочки.
Идею подал Кай:
— А что, если вам двоим позаимствовать у стражи одеяние? А я буду нарушителем.
— Хорошо, — согласился я. — Но ты забываешь, что мы категорически не похожи на вампиров. Ты, кажется, маг? Можешь навести морок?
Демон отрицательно качнул головой. Ну еще бы! Он же разрушитель, а не созидатель.
Оставалось надеяться на то, что, заметив кольчуги стражи, к нам не будут приглядываться слишком уж сильно, благо и я, и Саэл темные, уши прикроют шлемы, а глаза лишний раз постараемся не поднимать. Кай критически нас оглядел и махнул рукой:
— Сойдет.
Во время недолгого пути до расположения местной стражи мы успели более-менее обсудить детали нашего плана. Он основывался на том, что Пограничье — крупный город и здесь было шесть домов-под-звездой,[46] так что вряд ли стражники все так хорошо знают друг друга в лицо, особенно тех, кто относится к другому району патрулирования. А это давало нам крохотный шанс, что сразу нас не рассекретят.
Звезда на флюгере напомнила мне отличительный знак кошачьего пристанища, интересно, кто у кого идею позаимствовал, коты у вампиров или вампиры у котов, ибо эта греморская мафия могла бы посоперничать с кровососами в давности своего существования.
На первом этаже здания уютно горел свет. Покрикивать на демона и переругиваться между собой мы с Саэлом начали еще на подходе, так что нас там уже должны были ожидать. Я пихнул Кая в дверь, не удосужившись ее открыть, за что получил от него пожелание долгой жизни, полной самых восхитительных мучений. Стража, сидевшая вокруг грубого деревянного стола и коротавшая ночное дежурство за игрой в карты, дружно на нас уставилась.
— Принимайте, — холодно бросил Саэл, кивнув на демона. — Полгорода за ним оббегали, до чего прыткий гад.
Кай старательно вырывался, мы так же старательно его удерживали, чтобы вампиры не могли сосредоточиться на наших лицах.
— Вы кто такие? — опомнился один из стражей, судя по серебряному шитью — капитан.
— Да мы с соседнего округа, отлавливали этого беловолосого. Он больно упертый. Назад к нам тащить долго, да еще сбежит, поди, изворотливая гадина, — ответил я, наигранно вытирая пот со лба, — приютите у себя, а?
— Где нашли?
— Да уж и не помню, а поймали здесь, в паре кварталов.
— Хорошо. Кейлен, отведи его к остальным. И чего сегодня расшастались, всем же человеческим языком сказано: не выходить. Маг недавно ушел, этого придется здесь до завтрашней ночи держать.
Рослый вампир с суровым взглядом направился к Каю. Мы с Саэлом за ним.
— А вы куда?
— Тэр,[47] разрешите проводить. Говорим же, та еще бестия, а ну как сбежать надумает!
Капитан только рукой махнул, мол, валяйте, и вернулся к игре.
Мы спустились в подвал за вампиром. Там была всего пара дверей, причем одна распахнутая настежь. Кейлен достал ключи, и я тут же ласково взял его за шею и слегка пережал сонную артерию. Стражник почти сразу закатил глаза, и Саэл бесшумно уложил его на земляной пол. Я подхватил ключи и направился к закрытой двери.
Слегка скрипнул замок, и стоило толкнуть створку, как навстречу мне устремился ослепительно-белый шар, я машинально прикрыл глаза рукой, не успевая уже никуда деться с его пути…
Но эльфийская реликвия не подвела и на этот раз. Что-то гулко, почти неслышно бумкнуло, и все подполье погрузилось в абсолютную темноту, лично для меня окрашенную веселенькими зелеными кругами.
— Какого хрисса? — ошалело выдал я, мотая головой.
— Кто здесь? — тут же прорезался голосок малышки Никтаэль. — Я требую, чтобы меня немедленно выпустили отсюда! Я особа багровых кровей и не позволю, чтобы меня содержали в этом клоповнике как какую-то бродяжку! Я требую…
— Детка, заткнись, — дружелюбно посоветовал демон. — Нам нужно выбраться отсюда.
— Кай! — В темноте раздались неуверенные шаги, что-то пихнуло меня в сторону, и послышался примерно такой звук, какой издает впечатанный в стену демон. — Так и знала, что тебя совесть заест и ты за мной кинешься!
— На самом деле, хотел позлорадствовать, как тебе здесь сидится, а тут эти доброжелатели-освободители явились. Пришлось и тебя спасать за компанию, — неубедительно отвертелся тот.
Саэл кашлянул.
— Госпожа, а с вами не было полуэльфа по имени Гил?
— Был, — отозвалась эльфийка. — Но пришел маг, проверил нас каким-то амулетом, и его увели.
— Куда?
— Не знаю…
— Выбираемся и будем импровизировать, — решил демон и первым ломанулся наверх по ступенькам, как будто темноты для него не существовало. Судя по сдавленному ойканью, эльфийку он потащил за собой.
Стражники поплатились за свой азарт. Дело в игре близилось к развязке, и они были так увлечены, что опомнились, только когда вновь прибывший нарушитель, не тратя времени на раздумья, ударил по ним целым каскадом мелких молний. Некоторые потеряли сознание сразу, другим помог я, воспользовавшись их ошеломлением.
Задерживаться здесь мы не стали.
— Надо торопиться, если хотите вызволить друга. Очевидно, его уже забрали в городскую тюрьму, — окончательно раскомандовался демон. — Время поджимает, в любое мгновение может вернуться какой-нибудь патруль, тогда такая каша заварится.
И тут раздался неуверенный голос моей бывшей невесты, заставивший меня вздрогнуть: я почти про нее забыл.
— Ну, мы скоро уже на свет выйдем? Надоело на ощупь передвигаться!
Нам хватило нескольких ударов сердца, чтобы сопоставить заявление крошки Никтаэль с тем, что произошло в подвале.
Кай подскочил к ней, приподнимая ее подбородок и всматриваясь в глаза, которые выглядели теперь несколько жутковато: сплошной белок без намека на зрачок и радужку.
— Видимо, камеры здесь заговорены, — вынес вердикт демон. — Так иногда делают. Помимо собственно ключа, нужно еще заклинание-ключ. Мы им не воспользовались, и сработала ловушка.
— Я ослепла? — голос девчонки задрожал, но выдержка ей не отказала. Пока что.
— Вряд ли. Не думаю, что кто-то будет столь кардинально наказывать пытающихся сбежать. Скорее всего, через пару весок или дней заклинание само развеется. — Кай вдруг решительно подхватил эльфийку на руки. — Идем уже.
Реакция Никтаэль, точнее, ее полное отсутствие меня поразили до глубины души. А где возмущенные вопли? Брыкания и лягания? Обещание четвертования за неуважительное отношение к особе багровых кровей? Что происходит в этом мире…
Я абсолютно уверен, что наш безумный план не был бы столь успешным, если бы сами вампиры не соблюдали этот дурацкий закон насчет запрета появления на улицах после заката. А стража, сколь бы многочисленной она ни была, не может одновременно контролировать каждый переулок. Так что, зная, чего ожидать, и послушно пропуская мимо себя патрули, мы добрались до тюрьмы. Остановились и дружно почесали в затылках. Лично мне вспомнилась детская загадка: дом без окон, без дверей, полна горница людей. Тот, кто отвечает, что это огурец, просто не видел аркхарской тюрьмы. Приблизительно четырехэтажное квадратное здание из серого кирпича с полным отсутствием вышеозначенных отверстий. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что некое подобие окон все же существовало: стена была местами прорезана длинными горизонтальными щелями, обеспечивающими, вероятно, приток воздуха внутрь. А вот дверей не было.
— Что будем делать, господа? — поинтересовался Саэл.
— Не войти, не выйти… — пробормотал я.
— Если бы мы знали наверняка, где он находится, выход я бы обеспечил, — хмыкнул Кай.
Я задрал голову вверх. А что? Если эти дырки воздух пропускают, то, значит, и звук. И если этот балбес сейчас не дрыхнет, то у нас вполне может быть шанс до него доораться. Это не более идиотски, чем все то, что мы уже предприняли прежде.
Спустя десятка ударов сердца я понял, что мне решительно нравится город, где никому нет дела до четверых полудурков, наворачивающих круги вокруг места заключения преступников и то и дело вопящих: «Ги-и-ил, морда твоя полуэльфийская, ты где?!» Вернее, вопил я. Остальные решили, что они лучше побудут просто полудурками за компанию.
— Тим? Ты, что ли, остроухий, разорался среди ночи? — вдруг едва слышно донеслось до нас из-за стены.
Мы с Каем облегченно выдохнули. А Саэл поспешил нас «утешить»:
— Остается надеяться, что его сейчас не допрашивают в присутствии нескольких магических дознавателей.
Кай опустил Никтаэль на землю, и тут же прозрачную ночную тишину прорезал звук пощечины.
— А руки распускать тебе никто не разрешал, — безапелляционно заявила эльфийка.
А я недооценил мою несостоявшуюся невесту. Малышка повзрослела, и ее зловредность перешла на качественно иной, более высокий уровень. Какое счастье, что я на ней не женюсь.
Кай только закатил глаза, отвесил благородной эльфийке легкий подзатыльник и отскочил, так что кинувшаяся дать сдачи Никтаэль налетела на Саэла, и оба чуть не свалились.
— Госпожа, — Саэл придержал девчонку за плечи, — не стоит обращать свое драгоценное внимание на недостойных оного граждан.
Никтаэль замерла и прислушалась, словно ловила эхо отзвучавших слов.
— Я… где-то слышала этот голос.
Я сделал самые страшные глаза, на которые был способен, и Саэл смущенно кашлянул, понизив тон, ответил, что ей показалось, а заодно использовал гиловский «урок манер» и выругался. Подозрения в «знакомости» голоса тут же отпали. Тем временем «недостойный гражданин» очертил пальцем прямоугольник в стене, откуда предположительно донесся голос нашего пьянчуги, а затем стал проводить по нему ладонью слева направо и справа налево, словно стирая написанное. Практически так оно и было, кирпичи вслед за его рукой таяли, будто их и не было. В воздухе отчетливо запахло озоном. Соорудив отверстие, в которое легко мог пролезть даже не очень худенький человек, демон резко выдохнул и отступил на шаг, слегка пошатнувшись.
В тот же момент лохматая башка Гила показалась в проеме.
— Тим! Друг! Я знал, что ты не оставишь меня в беде.
Полуэльф радостно выпрыгнул, споткнулся и чуть ли не упал на меня.
— Но-но, только без страстных объятий, — отшатнулся я.
Гил ничего не успел ответить, потому что вслед за ним из проема выбрался один из разбойников, встреченных нами по пути в город. Вампир потряс мне руку, мелко кивая от избытка чувств. За ним последовали остальные четверо.
— Спасибо, век не забудем. Вы за недавнее зла не держите, мы ж не от хорошей жизни… Бывайте, если что, ищите в таверне «Сизый голубь», спросите Хана.
И разбойники шустро растворились в ночи.
— Валим отсюда, — только и смог констатировать я.
— Везет тебе на связи с преступным миром, — хохотнул Гил. — А еще принц!
Я в ужасе замер, но, слава Лите, Никтаэль в это время о чем-то шепталась с Каем и ничего не услышала. Я погрозил Гилу кулаком и кивнул на эльфийку. Тот только усмехнулся.
Мы не успели.
Не знаю как, но в тюрьме быстро обнаружили пропажу. Стража была оповещена мгновенно, всплыло и разбойное нападение на дом-под-звездой. Патрули с криками помчались по улицам. Мы едва успели спрятаться в каком-то подвале, как снаружи стало светло как днем.
Стража прочесывала город. Мы сидели, прижавшись друг к другу, скрючившись за мешками с картошкой. Сестренка Локсли задремала на плече у демона, тот неловко обхватил ее рукой. Трогательная картина. Гил беспечно задрых, а Саэл изображал недремлющую бдительность.
В «наш» подвал стражники тоже заглядывали, но ближе к утру, уставшие от беготни и уже совсем растерявшие внимательность, за мешками посмотреть они даже не потрудились. С рассветом суета утихла, вампиры стали выползать по своим делам, и страже пришлось обратить внимание и на другие обязанности. Но я бы не стал заблуждаться на тот счет, что теперь мы легко покинем город.
Из всей компании только мы с Саэлом были не сильно заметными личностями, а потому на разведку отправился я, проигнорировав возмущение темного, возжелавшего составить мне компанию. Один эльф привлечет меньше внимания, чем двое.
Я вылез из подвала и уже собрался было обойти весь город для выяснения ситуации, как мне в глаза бросилось название улицы. Лунный Цветок…
«А ты, красавчик, можешь посетить улицу Лунного Цветка и спросить Орлину…»
Недолго думая, я постучался в ближайшую дверь и поинтересовался у открывшего, где мне найти очаровательную леди по имени Орлина. Каково же было мое удивление, когда оказалось, что именно в подвале ее дома мы и засели. Это ж надо, из всех подвалов выбрать тот, над которым живет страж границы.
Орлина оказалась милой пухленькой вампирочкой, которая искренне обрадовалась моему визиту, усадила за стол пить чай и пересказала мне все окрестные сплетни без какого-либо моего давления. В Аркхарию редко въезжают со стороны Гремора, работа стража скучна и однообразна, поэтому неудивительно, что она обрадовалась собеседнику. У нее как раз сегодня был выходной, она собиралась съездить к тетке за город, но в связи с ночным происшествием усилили караулы и никому из стражей не разрешали покинуть город. Какая-то банда увела из-под носа магов-тюремщиков важного заключенного, поговаривают о заговоре против всей Аркхарии. Всех выезжающих из города проверяют, даже вампиров, так как двое из злоумышленников прикинулись стражниками. Когда я посетовал на то, что хотел сегодня отправиться по делам, но теперь, видимо, не успею с проверками, Орлина утешила меня тем, что всех иноземцев пропускают только через одни ворота, где дежурит стража, видевшая преступников в лицо. А вампиров — через трое оставшихся, но там никаких особых проверок нет, только на магическую маскировку.
Выяснив все, что нужно, я распрощался с Орлиной, поблагодарив ее за приятную компанию и содержательную беседу и пообещав обязательно зайти в гости, как только снова окажусь в городе.
Вампирка вознамерилась, стоя на крылечке, провожать меня взглядом, пока я не скроюсь из виду, поэтому вернуться сразу в подвал я не мог, пришлось идти куда глаза глядят, обдумывать проблему и разведывать ситуацию. Лишь бы Саэл не начал паниковать раньше времени и не отправился меня искать. Эксперимента ради я гордо промаршировал мимо парочки патрулей — ноль реакции. Значит, темные эльфы в списке подозреваемых не фигурируют, что радует. Наши уловки сработали, и толком разглядеть нас стражники дома-под-звездой не смогли. Хоть где-то на меня не охотятся, даже подозрительно. И приятно. Может, действительно в Аркхарии осесть, пока Вел за ум не возьмется и не плюнет на меня?
Мечты, мечты. Вроде бы какое мне дело до всей этой компании, засевшей в подвале. От эльфийки с демоном вообще стоит держаться как можно дальше, а то, не дай Лита, прозреет не вовремя — второй раз я от нее так легко не отделаюсь. Саэл мне, по сути, никто, а слуги мне не нужны. Про Гила вообще молчу, сплошная головная боль. А все равно не уйти просто так. Может, это то, что обычно совестью называют?
Совершенно случайно я добрел до ворот, через которые выпускали иностранцев. Проверка там была такая, какая мне при дворе в обычные времена и не снилась. Создавалось ощущение, что они искали заколдованную мышку, потому что проверяли все, даже карманы. Зачем, видит Дейм, понятия не имею, а подходить уточнять я как-то не рискнул.
К воротам для вампиров я явился уже целенаправленно. Здесь искали не иголку в стоге сена, но на магическое прикрытие и правда проверяли исправно. Зато не прочесывали ни карманы…
Ни повозки.
Идея возникла совершенно случайно. Почему, собственно, мы должны во всем полагаться только на магию? И я даже знаю, как можно мою идею осуществить.
Первый же прохожий, которого я спросил про таверну «Сизый голубь», шарахнулся от меня, как от прокаженного, но махнул рукой в нужном направлении. Благо это оказалось недалеко. Но вид у заведения и правда был самый что ни на есть бандитский. Действительно, последнее время на связи с преступным миром мне определенно везет. Ко всему прочему на двери красовался сияющий знак луны, означающий, что невампирам вход сюда запрещен. Впрочем, особого выбора у меня не было.
На улице ярко светило солнце, а в помещении было почти темно, отчего несколько ударов сердца мне потребовалось, чтобы проморгаться. А потом я увидел, что в мою сторону грозно повернулась добрая дюжина хорошо вооруженных вампиров. И, прежде чем меня покромсали на салат, я поспешил провозгласить, что ищу Хана.
— Хана — это как раз то, что тебе сейчас будет, остроухий, — прорычал ближайший ко мне головорез, замахиваясь на меня кулаком.
Кулак просвистел мимо, а вампир отправился в полет, сбивая дальний стол. И тут же остальная компания кинулась на меня.
Видимо, зайти сюда все-таки было не такой уж замечательной идеей.
Второй раз я сглупил, когда вместо того, чтобы скрыться за дверью и слинять, я почему-то начал отбиваться. Вероятно, выхода потребовала накопившаяся злость на весь мир. А в особенности на тех, кто убил Аарона. И мысль о том, что он умер из-за меня.
Corali жег грудь и пульсировал в такт биению сердца. Мои движения были как никогда точны. Он мог бы мной гордиться, если бы видел. А может, видит. Я никого не убивал, но и меня убить никто не мог.
— А ну хватит! — гаркнуло вдруг где-то в стороне. Да так властно, что мы все машинально остановились как вкопанные. — Пшли на свои места, придурки!
Вампиры разбрелись, и предо мной предстал, я так понимаю, хозяин заведения — крепкий коренастый старик. Вампир, конечно, так что стариком он никак не выглядел, по внешности не больше тридцати пяти человеческих лет. Но вот по глазам было видно — старик. Причем много на своем веку повидавший. Он внимательно посмотрел на меня.
— Знай, если бы ты убил хоть одного, я бы не стал их останавливать. И даже подмогнул бы. Что здесь забыл, остроухий?
— Я ищу Хана.
— На кой ляд тебе сдался этот чудила?
— Он обещал мне услугу.
— Дай угадаю, это ты тот эльф, который сначала сдал его страже, а потом помог выбраться?
— Насчет сдал — это не я. А выбраться — верно.
— И какую услугу ты от него ждешь?
— Может быть, мне лучше обсудить это с ним?
— Не доверяешь? Правильно. — Вампир скривил одобрительную гримасу. — Идем. А вы, недоросли, забыли, что его тут видели. С одним остроухим не могут толпой справиться, идиоты…
Вампир провел меня в комнатушку, где я с некоторым облегчением обнаружил всю спасенную нами компанию. На удивление, они мне даже обрадовались. Меня живо усадили и пододвинули огромную кружку с пивом.
— Ты по делу или так?
— Мне и еще четверым надо выбраться из города. Срочно.
— Понимаю, — серьезно кивнул главарь. — Что скажешь, па?
Вот это номер, они, оказывается, с этим стариком близкие родственнички. Мне не просто везет на связи с преступным миром, мне просто невероятно везет. Знал бы об этом Велимир. А лучше Совет. Может, меня лишили бы права наследования? Это было бы весьма кстати.
Старик на несколько ударов сердца призадумался, а затем хитро посмотрел на меня.
— Есть у меня одна мыслишка. Утром приходите сюда. Без хвоста, разумеется…
— Йа-а-а-а капуста, — выдал Гил, раскинув руки и ноги, когда перестал валяться на земле, держась за живот от хохота.
Мы все, за исключением по-прежнему незрячей Никтаэль, уставились на него со смесью сострадания к больному рассудку и желания пристукнуть его чем-нибудь тяжелым.
— Какие-то вы скучные, ребята, — вздохнул полуэльф, поднимаясь и отряхиваясь. — Не дадут в роль войти как следует. Ну и где наши маскировочные бочки?
План, который предложили нам господа разбойники, оказался предельно прост: трепетно любимые контрабандистами бочки с двойным дном. Человек (эльф, полуоборотень, демон) забирается в бочку, сверху на него ставится «дно», а на это «дно» наваливается маскировочный товар. Конечно, такие изобретения давно уже не новость, но мы делали ставку на то, что вампиров из города выходит гораздо больше, чем иностранцев, и стража там, измотанная бесконечным осмотром, будет менее бдительна. К тому же привыкшие во всех будничных делах полагаться на магию, возможно, они не сильно задумаются о том, что спрятаться можно и без нее.
Больше всех подобному обращению не обрадовалась, конечно, Никтаэль. Бедняжку аж перекосило, когда она услышала, что ей, особе багровых кровей, придется путешествовать в грязной и вонючей бочке с капустой, как какой-то преступнице. После того как Кай напомнил ей, что сбежавшие из тюрьмы, по сути, преступниками и являются, а потом невозмутимо предложил пойти пожаловаться на нас властям, она еще и непреклонно скрестила руки на груди и объявила, что сама туда не полезет. Демон внял, подхватил ее под мышки и, не обращая внимания на возмущенные визги, утрамбовал в бочку и прихлопнул сверху крышкой.
Следом и мы поспешили притвориться овощами.
О том, что происходило дальше, можно было догадываться только по звукам. Нас плотно закупорили и сверху навалили подпорченной квашеной капусты, после чего кортеж двинулся в путь. Послышалась сдавленная ругань Гила и высокохудожественные проклятия малышки Никтаэль, да и я едва удержал в себе парочку крепких эльфийских словечек, когда тяжеловоз тронулся и я пребольно треснулся затылком. «Конвоиры» грозно постучали по крышкам и пообещали в таком виде и сдать нас страже, если издадим еще хоть один недостойный капусты звук.
Спустя где-то четверть вески я снова стукнулся, на этот раз лбом: повозка встала у ворот.
— Кто такие? Что везете?
— Ты что, с норта рухнул, Ренарх? Дядюшку Зора не узнаешь? — отозвался наш старик.
— Как не узнать-то, — почти виновато ответил стражник. — Но по приказу…
— У меня капуста сейчас окончательно скиснет, а ты мне про приказ! Годар, хрисса ему в жены, приволок мне товар с душком, а я, дурак старый, не проверил сразу. Надо его срочно людям отволочь, а то нашим я его уже точно не сбагрю!
— Бочку-то открой, — буркнул другой стражник.
— Да пожалуйста, — судя по тому, что голоса раздались совсем близко, выбор пал на мое убежище. — Вот смотри. Хотя… что смотри, ты понюхай! — Кажется, дядюшка Зор в порыве праведного гнева даже настойчиво ткнул стражника физиономией в эту злосчастную капусту, потому что в ответ тот только поспешно прогнусавил, что мы можем проезжать.
В леске неподалеку нас ждали Хан и его банда с нашими лошадьми и вещами. Вчера мы с Саэлом наведались в гостиницу и все оттуда утащили, пришлось, правда, приплатить хозяину, чтобы позволил забрать вещи и лошадей Никтаэль и ее демона… Впрочем, платил я все равно из кошелька Кая. Вот он не обрадуется, когда заметит. Остается лишь надеяться, это произойдет после того, как мы благополучно расстанемся. Но и мы не обошлись без потерь: лошадь Гила конфисковали на воротах как принадлежащую разыскиваемому преступнику.
Вставал вопрос, куда двигаться дальше. Нам с Саэлом не с руки по Гремору разъезжать, но и из Аркхарии теперь надо исчезать по-быстрому. Не бросишь же этого полупьяного полуэльфа, которого скоро будут искать чуть ли не всей страной. Может, к гномам на рудники податься? Или к оборотням… и снова пилить через весь Тремор, что в свете новоявленного указа крайне неразумно. Утешает одно, если оно может утешать: разумностью я никогда не отличался.
Разбойники, жизнерадостно пообещав посильную помощь в любого рода преступных делах, свалили первыми. Повисло неловкое молчание. В свете всех событий как-то подзабылось, что ватага у нас местами подозрительная и малознакомая, а местами знакомая настолько хорошо, что предпочитающая это знакомство скрыть. Я откровенно желал поскорее отделаться от эльфийки и ее сопровождения, опасаясь разоблачения, поэтому первым нарушил тишину, отправив Саэла проверить вещи и подготовить лошадей. Никтаэль старательно ощупывала свою сумку на предмет потерь, а Гил крепко спал в бочке, которую ему даже оставили на память, потому что не смогли вытряхнуть оттуда.
Мы с демоном посмотрели друг на друга и, не сговариваясь, отошли в сторонку.
— Ты тот, кого ищет Никс, — произнес Кай спустя несколько ударов сердца, словно желая окончательно прояснить ситуацию.
Никс? Как это он умудрился выкинуть несколько букв из ее божественного имени и не испепелиться заживо?
— Ага, — беспечно подтвердил я. Если он меня до сих пор не сдал, то, значит, уже и не сдаст. Какой у него в этом интерес, я не знаю… да и знать, в общем-то, не хочу.
— А я ищу свою сестру. Она путешествовала с тобой. Где она сейчас?
Ах, вот оно что… видимо, эта парочка столкнулась, идя по нашим следам. Кай разыскивал Полли, Никтаэль — меня, вот только они в какой-то момент упустили, что демоница осталась в Академии.
— Если Полли не хочет, чтобы ее нашли, значит, я не вправе тебе этого сказать.
Кай одарил меня долгим пронизывающим насквозь взглядом, но взгляды на меня с малых лет уже не действовали.
— Она хотя бы в безопасности?
Эм… настолько, насколько может быть безопасным место, под завязку набитое малолетними магами-недоучками.
— В полной, — уверенно ответил я.
Кай пообещал мне, что присмотрит за мелкой особой багровых кровей, с легкой усмешкой заявив, что она его несказанно веселит. И мы разъехались. Парочка решила, переждав немного, вернуться в Пограничье, чтобы продолжить «поиски», а мы — все-таки проехать немного вдоль аркхарской границы. Даже если нам и предстоит вернуться в Гремор, уж лучше проделать часть пути по вампирской территории, нежели по человеческой. Тут мы еще не успели настолько красочно засветиться. Да и договора о выдаче между Вилеей и Аркхарией нет.
Гил, кстати, так и не проснулся. Мы все-таки выволокли его из бочки, и Саэл мужественно тащил его на лошади, как обморочную даму. Меня этот факт несказанно удивил, полуэльф и раньше мог заснуть при желании где угодно и когда угодно, но чтобы настолько… Но нас он не задерживал, так как спешить было некуда, поэтому мы просто махнули на него рукой.
День прошел без приключений, а вот наутро…
Гил таки проснулся. И когда он выполз из-под одеяла, мы втроем дружно уставились на него, вытаращив глаза.
Его недавняя фраза «йа капуста» оказалась на диво пророческой — радостной зелени его кожи мог позавидовать и молодой кочан.
— Вы чего? — озадачился полуэльф, глядя на наши изумленные рожи.
— Ты знаешь, Гил, не уверен, обрадует тебя это или огорчит, но… ты слегка позеленел.
— Это в каком смысле? — опешил тот.
— В самом что ни на есть прямом, — отозвался Саэл, удивленно изучая полуэльфа взглядом с ног до головы.
Поначалу мы заволновались. Сейчас он позеленел — а через веску копыта откинет? Но, судя по тому, что никаких других признаков вероятной скорой кончины не наблюдалось, Гил пил, ел и ржал, как обычно, мы успокоились и стали просто наслаждаться красочными ругательствами, которыми полуэльф награждал вновь приобретенный цвет кожи. Когда он смирился, что теперь как никогда ярко выделяется из серой массы разумных существ, мы перебрали кучу вариантов случившегося, начиная от «съел что-нибудь» и заканчивая «передышал испорченной капустой», но ответа так и не нашли.
Особенный колорит придавал ситуации тот факт, что если с кем-то иным мы могли бы предположить, что он словил некий вампирский магический вирус, то с Гилом эта версия мгновенно отметалась. Полуэльф был невосприимчив к магии. Мы с Саэлом об этом узнали, когда нас пытались отловить в одном из городов по дороге в Аркхарию. Стражник кинул в нас магической сетью, та влетела в Гила и исчезла, а маг получил по челюсти отобранной у менестреля лютней. На мое возмущение о том, что мог бы и заранее рассказать о такой способности, Гил пожал плечами и сообщил, что у него столько талантов, что извещать о них каждого первого встречного ему всей жизни не хватит.
Шутки на тему его нового облика постепенно иссякли, мы лишь изредка хихикали, кидая на полуэльфа косые взгляды, но стоило нам на мгновение отвернуться…
Гил посинел.
Наш дружный хохот и последующее бурное обсуждение этого факта, правда, не шли ни в какое сравнение с тем, что я услышал, когда мы проезжали одну деревеньку и решили купить там провизию. Когда я выходил от добросердечной вампирки, продавшей нам курицу и десяток яиц, до меня долетел разговор:
— Олена, видела парни в деревню недалече въехали!
— Что ж там за парни, что ты на них взор-то свой обратила?
— Да трое их, и один из них… голубой.
— Ты когда, мать, такие подробности-то разнюхать успела? — опешила Олена.
— Да тьфу на тебя, испорченная девка! По нему это издалека видно!
Я чуть не разбил к хриссу все купленные яйца, сползая по забору в приступе хохота.
Спустя веску Гил стал желтым, потом угольно-черным. Мы уже начали втихушку заключать пари. И когда полуэльф приобрел ярко-розовый оттенок, я выиграл у Саэла золотой.
— Ублюдки остроухие, прекратите на мне наживаться! — не выдержал друг. — Это не смешно!
— Гил, ты прости, конечно. — Я еле проглотил рвущийся наружу смех. — Но это действительно смешно…
Под вечер вид у недооборотня стал настолько несчастный, что нам наконец-то стало стыдно над ним хохотать. Но только до того самого момента, пока он не отошел за кустики по малой нужде…
Потому что спустя несколько ударов сердца кустики вспыхнули и из них, путаясь в штанах, вылетел ярко-оранжевый Гил с дикими глазами.
Мы разрыдались и улеглись спать подальше от него. Мало ли.
Утро принесло временное облегчение и нам, ибо от смеха уже побаливали животы и щеки, и Гилу, сначала не поверившему своим ушам, когда Саэл первым огласил:
— Господин, смотрите, он нормальным стал!
— Не спеши ликовать, он еще до кустов не дошел, — скептично отозвался я.
И оказался прав. Радовался вновь обретенной нормальности Гил только до тех пор, пока не повернулся к нам спиной. Я уже даже не мог смеяться.
— Гил, у тебя… хвост.
Он обернулся, обратив на меня полные вселенской скорби глаза:
— Какого цвета?
— Ну, темный такой, с сердечком на конце…
Тут даже Саэл откинул привычную сдержанность и подошел к полуэльфу, чтобы рассмотреть его приобретение поближе, но Гил схватил хвост, прижал груди и срывающимся голосом заявил:
— А ну руки прочь от интимных частей моего тела!
— А ты управлять им можешь? — из любопытства поинтересовался я.
— Еще одно слово, и, не переживай, я тебя придушу либо этим хвостом, либо — если не получится им управлять — голыми руками! А ну по коням, я мечтаю поскорее свалить из этой хриссовой страны с ее магическими вирусами!
— Гил, ну ты же не надеешься, что это из тебя, как похмелье, выветрится? — удивился я, вспрыгивая на лошадь.
В ответ полуэльф только бросил на меня хмурый взгляд.
В пути выяснилось, что управлять хвостом Гил не может. Он по-прежнему ехал на одной лошади с Саэлом, и в какой-то момент хвост кокетливо обвил ногу эльфа и отказался от нее отлипать, несмотря на ругань, шипение, рычание и даже вежливые просьбы. Теперь о том, что «это не смешно», мне твердили уже два голоса.
Помощь пришла, откуда не ждали. Мы остановились на привал в полувеске езды от границы. Разлепить Саэла и Гила так и не удалось, несмотря на все попытки. Дело начинало принимать серьезный оборот. Никакие мои ухищрения не действовали на «интимную часть тела» полуэльфа, равно как и уговоры, и попытки вручную ее оторвать. От моего флегматичного предложения «отрубить этот хвост к хриссу» Гил в панике отказался. Саэл, наоборот, был горячо «за». Перетягивание хвоста превращалось в кулачный бой, но тут мне пришлось их утихомирить. Я услышал странный шум, словно кто-то продирался сквозь кустарник в нашем направлении.
Слух меня не подвел, на поляну из леса вывалилось олицетворение аркхарского флага: уже знакомая нам стражница Киа верхом на своем упрямце-единороге.
— Ну наконец-то я вас нашла! — выдохнула она, спрыгивая на землю. Единорог тут же этим воспользовался и удрал на другой конец поляны, чтобы там встряхнуться и с гордым и независимым (нет у меня никаких хозяев, я тут случайно мимо проходил) видом начать щипать травку, кося на нас ярко-синим глазом.
— Чем обязаны? — осторожно поинтересовался я, невзначай сжимая покрепче klier.
Вампирка посмотрела на меня, собираясь уже что-то сказать, потом перевела взгляд на сладкую сросшуюся парочку и неожиданно широко ухмыльнулась:
— Так это вы устроили весь переполох в городе? Ну вы даете! За такой короткий срок наделать столько шума!
— Это единственное, что тебя удивляет? — возмущенно проворчал Гил. — Да что тут вообще происходит?!
— Вам сначала помочь, а потом рассказать или сначала рассказать, а потом помочь? — клыкасто усмехнулась стражница.
— Помочь! — в один голос заявили Гил с Саэлом.
— Рассказать, — свредничал я.
Но мой одинокий голос проигнорировали. Киа приблизилась к Гилу, начертила перед ним в воздухе несколько знаков. Нахмурилась.
— Только не говорите мне, что на этого недооборотня не действует магия.
— Э… — озадачился Гил. — Нам тогда промолчать?
— О хрисс! — Стражница скрестила руки на груди. — Поздравляю. Я тебе ничем не помогу. Через какое-то время оно само выветрится.
Гил обратил на меня победный взгляд.
— А ты говорил — не как похмелье! Ну хвост-то хотя бы можешь отцепить?
— Я похожа на специалиста по хвостам? — фыркнула Киа. — Бить не пробовал? Обычно со всеми работает.
И, не дожидаясь ответа, она легонько щелкнула ногтями по самому кончику. Хвост вздрогнул, отцепился от Саэла и отпрянул в противоположную от вампирки сторону, словно спрятавшись. Саэл поспешно отскочил от полуэльфа на добрых две сажени. Киа победно усмехнулась и посмотрела на меня.
— Ночью запрещено выходить из дома потому, что именно по ночам сильнейшие маги Аркхарии проводят свои наиболее масштабные испытания. На все дома наложены защитные чары, страже розданы амулеты. Потому что за всеми не проследишь. Они отлавливают тех, кому неймется. И если вампир или кто бы то ни было попал под действие чар, то… он становится лабораторной крысой. Маг, проверяющий отловленных, вероятно, разглядел в полуэльфе создание с иммунитетом, и ему стало интересно, как его организм отреагировал на чары, если те его задели. Если честно, я даже не знаю, какое именно заклинание могло дать такой эффект. А остальным очень повезло не попасть под раздачу.
Я на мгновение задумался. В словах вампирки мне показалось что-то не то. Она не обманывала, нет, но…
— Почему ты нас искала? А найдя — выдала секретные сведения четверым проходимцам?
— Ты не любишь ходить вокруг да около… dan’elle Риктимиан, верно?
Allanei. Приехали.
— Мне кажется, ты меня с кем-то путаешь. — Не то чтобы я верил в чудеса, но откреститься все-таки надо было попробовать.
— А мне кажется, что ты меня обманываешь. Я, может, и стражница, но королевских персон близлежащих государств знаю в лицо. Служба обязывает.
— Но почему тогда…
— Сразу тебя не сдала? А зачем мне это было нужно? — Она вскинула брови. — Путешествует эльфийский принц инкогнито, какое мне до этого дело? Я только донесла об этом своему начальству. Но за эту пару дней в Аркхарии кое-что произошло. И замешана в этом Вилея. Я не знаю, какой хрисс укусил в задницу твоего брата, но моему руководству очень хотелось бы, чтобы кто-то вставил ему на место мозги, и ты, знаешь ли, наилучшая кандидатура. А еще мы перехватили это. — Она протянула мне листок бумаги. — Это письмо было магически доставлено в гостиницу. И теперь у меня есть одно условие. Или ты обещаешь, что прекратишь маяться дурью и отправишься выполнять свой королевский долг. Или я вызываю свой отряд, и мы проводим тебя до Вилеи под твои белы рученьки.
Суровая дама. Саэл опасливо на меня покосился. Гилу было наплевать. Гил боролся с хвостом. Лично я вообще перестал понимать, что происходит в Вилее. И что она могла сделать Аркхарии, если их интересы вообще практически никаким образом не пересекаются. Но нравилась мне эта ситуация все меньше…
— Я могу для начала прочитать письмо?
— Конечно, — невозмутимо отозвалась Киа и даже показательно отошла в сторону.
На конверте причудливой эльфийской вязью было выведено: Dan’elle Riktimiann Dorian Alven-Vil’lare, eirinnae.[48] Почерк брата. Но чересчур официозно, все записки он писал мне обычно на человеческом, объясняя это тем, что от эльфийских каракулей у него глаза болят. А содержание письма в переводе на греморский было следующим:
«Дорогой Рик,
надеюсь, ты жив и здоров, впрочем, зная твой характер и воспитание, в этом можно быть уверенным. Я буду краток и скажу только, что признаю свою неправоту. Ты мне нужен. Возвращайся скорее, и мы решим все наши проблемы. Обещаю, что впредь действительно буду считаться с твоим мнением.
Я скомкал лист в руке.
— Я еду в Вилею. Клянусь.
— Мудрое решение, — кивнула вампирка. — Видимо, слово «принц» означает не только вздорный характер.
— А ты могла бы не язвить хотя бы четверть вески?
— Не могла бы, — усмехнулась она, хватая за поводья замечтавшегося, на свою беду, единорога. — Не задерживайтесь в Аркхарии. Очень скоро на ваш след выйдут, и тогда полуоборотню несдобровать. Созданий с иммунитетом к магии слишком мало, чтобы вампиры с такой легкостью выпустили его из когтей. А я, так и быть, не стану упоминать в докладе, что один из них мне повстречался.
Она исчезла, а Саэл посмотрел на меня серьезно и слегка испуганно.
Междустрочие. Раздраженное
Некромантка раздражала.
Мефисто Фель нервно, что, как правило, было ему несвойственно, прошелся из одного угла кабинета в другой. С ее появлением в Академии все пошло наперекосяк. А главное — ее поступки шли настолько наперекор логике и, что странно, провидению, что их практически невозможно было угадать. И, похоже, это оказалось заразно, потому что благополучно перекинулось и на декана Алмора. Хотя, может, это передается только при безответной мальчишеской влюбленности?
Так или иначе, это никоим образом не мешало его делам. Но раздражало. А для такой тонкой науки, как провидение, душевное равновесие — один из важнейших факторов, если не ключевой.
А еще она притягивала неприятности. Толпами. И будет притягивать. Жаль только, что он слишком сосредоточен сейчас на ином деле и не может отвлекаться, выясняя, в какую очередную беду вляпается и вляпает окружающих госпожа Дарк. Интуиция подсказывала, что на этот раз она может быть весьма масштабной. А интуиция мага-предсказателя — это гораздо вернее, чем пророчества цирковой гадалки.
Фель едва заметно улыбнулся, чувствуя некоторое моральное удовлетворение с капелькой превосходства.
Но сейчас лучше сосредоточиться на другом. Мефисто были жизненно необходимы выкладки лернского звездочета, но кто-то умудрился свистнуть их прямо из-под его носа. Коты, которых он отправил этим заняться, ничего не обнаружили. А без этих карт он не мог с большой точностью предвидеть то, что должно произойти при королевском дворе. Оставалось надеяться, что похитили их все-таки не для тайной коллекции и записи скоро всплывут. Надо только подождать…
А ждать он умел.