Искоса метнула взгляд на блондина, пытаясь угадать, слышит ли он сейчас мои мысли. По его лицу вновь пробежала снисходительная ухмылка.

- Тарини, вы можете не переживать, что я читаю ваши мысли. Во-первых, один маг всегда чувствует вторжение другого. Вы непременно испытаете неприятный холодок в голове, если кто-то попытается проникнуть в ваше сознание. Во-вторых, Высокие Рода охраняют своих членов от постороннего вмешательства. Тарро непременно снабдил вас надлежащей защитой. В-третьих, я ни за что не осмелился бы нарушить тайну ваших мыслей и чувств.

- Но вы же узнали, что я переживаю, - буркнула недовольно.

- Поверьте, это легко понять без чтения мыслей, - усмехнулся Тейвин. – Как и львиную долю всех людских сокровенных помыслов и чаяний.

Чертовски хочется верить, что блондин не врет. И самодовольно считает, что я стыжусь девичьего интереса к взрослому красивому мужчине. Пусть и дальше не подозревает, что у меня есть секрет поважнее розовых грез.

После этого Тейвин заставил меня зажигать свечу силой мысли, двигать предметы, а главное – создавать их из ничего, как сам создал карту.

- Не рассчитывайте на скорый успех, тарини. Практика создания псевдореальности – одна из самых сложных в магическом мастерстве. Но начинать ее нужно как можно раньше. Даже если видимых успехов не будет.

Их не было. Но я старательно выполняла все, чего требовал от меня Тейвин. Он мучил меня несколько часов. И я чуть не заплясала на радостях лезгинку, когда он наконец объявил, что урок окончен. И отвесил цветистый комплимент моим успехам.

- Когда вы окончите академию, Дорамон будет счастлив принять вас, тарини

- Дорамон?

- Мой орден. Я буду счастлив лично стать вашим наставником.

Я усмехнулась. Личным наставником?... Когда я закончу эту Академию, буду уже взрослой девушкой. Почти ровесницей себя нынешней… а Тейвин… вряд ли он станет выглядеть старше. Останется таким же красавчиком. И у нас будет шанс… Если мне оно надо. Может, к тому времени я уже встречу другого, не менее симпатичного мага. Помоложе.

Тейвин наконец распрощался, и вскоре Се'Неро прикатил нам обед. Перекусив, я вознамерилась с чистой совестью передохнуть от напряженных занятий магией. Не тут-то было.

Мы только-только закончили обедать, как дверь снова открылась. Вошел Се'Неро, забирая поднос с пустой посудой. А за ним – сухонький старичок с седой бородкой. Он представился наставником грамотности.

Усталость слетела с меня за долю секунды. Грамотность это топчик! Я тут же обескуражила почтенного наставника, заявив, что со мной будут заниматься мать и сестра. Тот округлил глаза и залопотал:

- Но, тарини, грамотность – удел высокородных таров! Нолы могут заниматься, только если одарены магически, и проходят обучение в Ордене…

- Значит, по-вашему, мать и сестра высокородной тарини недостойны вас? – заявила безапелляционно. – Хотите, чтобы я доложила об этом тарро? Между прочим, вы сами – нол, у вас имя с лустом! Откуда же знаете грамотность?

Я тут же пожалела о сказанном. Старичок посерел лицом, и я распереживалась, что его хватит инфаркт. Магом-то он не был… Се'Неро, который в этот момент катил тележку с посудой на выход, ухмыльнулся.

- Не советую перечить тарини, достопочтенный мэтр! Она умеет настаивать на своем.

Старичок сдался, не пытаясь согласовать изменение в количестве учеников с моим отцом. Урок прошел вчетвером. Мели схватывала все на лету, как и я. Ло’Ар чуть медленнее, но вполне успешно. Через два часа почтенный мэтр покинул нас – как и Тейвин, рассыпаясь в похвалах.

Я снова надеялась отдохнуть – и снова зря. Едва старичок вышел – как тут же зашел мужчина лет пятидесяти. Он катил перед собой тележку… но не с едой. А с самым настоящим глобусом, больше метра в диаметре!

- Тарини, к вашим услугам Ре’Оно, наставник истории и географии. Буду счастлив поделиться моими знаниями с дочерью высокородного тарро Делари!

- Счастлива знакомству, достопочтенный мэтр Ре’Оно. Моя мать и сестра будут заниматься с нами.

Мэтр ожидаемо выпал в осадок, а Ло’Ар запротестовала:

- Мели устала… Карина. Нам незачем изучать эти предметы. Это и верно для благородных, а мы – нолы.

- Мам, отойдем на секундочку.

Лицо женщины скривилось – как всегда, когда я называла ее мамой. Сама она всячески избегала звать меня именем погибшей дочери. Сейчас, произнеся «Карина», она как будто выдохнула с облегчением. Похоже, так она отделила в своем сознании меня от родной дочери. Так ей стало проще обращаться ко мне.

Я схватила ее под локоть, завела в одну из спален и зашептала на ухо:

- Ло’Ар, я понимаю, что вам тяжело во всех отношениях. Но эта учеба жизненно необходима вам и Мели. Вы обе не в безопасности здесь. И если придется бежать – лучше знать, куда. И знать порядки разных стран и регионов. Поэтому возьмите себя в руки и учитесь. Если Мели будет тяжело – учитесь сами. Вы в ответе за нее.

Женщина широко раскрыла глаза, в очередной раз шокированная моим участием в жизни ее и Мели. Никак у нее не уложится в голове, что для меня они обе – не чужие люди. Что я чувствую ответственность за обеих, хоть они и не родные мать и сестра.

Мы вернулись в гостиную. Я повторила мэтру Ре’Оно, что он будет учить нас втроем. И тут же, не позволяя ему возразить, если он собирался, бросила свысока беспрекословным тоном:

- Проследуйте за мной в кабинет и начнем занятие!