Оралим окинул взглядом имение. Сновали взад-вперед слуги. Чинно расхаживали члены Рода и кланов. Носились мальчишки – кто проказничал, кто упражнялся.

Взгляд тарро упал на одного из пострелят. Мальчишка какой-то Младшей Ветви – Оралим видел его на одном из всеобщих собраний ветвей. Альк внимательно следил за взглядом господина. Когда тот прищурился, альк уже смотрел на него вопросительно. Оралим кивнул, отвернулся и начал спускаться. Позволил альку обогнать себя. И вернулся в подземелье.

В алькове возле грота он ждал, пока в дверной проем не влетел тот самый мальчишка. Взъерошенный, взбудораженный. Завидев самого тарро, согнулся пополам, едва не подметая длинным чубом каменный пол.

- Напомни свое имя.

- Ликас Сиули, тарро!

Оралим нахмурился. Неудачно для его задумки. Сиули – слишком сильный клан. Но искать замену некогда, да и тарро не хотел возиться. Как-нибудь разберется.

- Ликас. Я позвал тебя, потому что Роду нужен новый посвященный член. Я видел твои тренировки и счел тебя достойным этой чести. Ты готов доказать Роду свою ценность?

Глаза паренька алчно вспыхнули.

- Тарро! Буду служить всеми силами! Вы не пожалеете, что избрали меня!

- Ступай за мной.

Оралим встал и направился в грот. Постреленок, не веря своей удаче, ринулся следом. Застыл на пороге, ослепленный мощью и величием Пращура. Оралим не без горечи усмехнулся, шагая впереди. Беспечность и наивность юности. Честолюбие затмило разум. Дурачок даже не задался вопросом – как тарро не знал имени того, кого собрался посвятить перед Пращуром?

- Подойди, Ликас. Пращуру нужна твоя кровь. Дай ладонь.

Юный глупец доверчиво протянул ему руку. Оралим обнажил кинжал, замахнулся… и вонзил прямо в кадык парнишке. Хрипя и захлебываясь кровью, тот рухнул на алтарь. Обильные ручьи крови потекли к подножию статуи.

- Пращур, прими жертву. Эта кровь за другую. Эта смерть за другую. Помоги убрать врага, замыслившего преступление против Рода. Заглуши чужую магию.

Кровь лилась на алтарь, мальчишка бился в агонии. Когда он замер, статуя ослепительно вспыхнула. От нее откололся один из кристальных отростков и подкатился прямо к ногам Оралима. С благодарным поклоном тот поднял дарованное оружие и вышел из грота.

Альк уже ожидал в кабинете. Оралим положил перед ним кристалл. Ребра камня были такими острыми, что на пальцах тарро выступила кровь.

- Северянин, - молвил он лишь одно слово. – Сейчас.

Короткий кивок – и альк вышел. Оралим уселся в кресло в ожидании. Как неудачно вышло, что сукин сын задумал предать. Он был удобен. Впрочем, все его удобства были рассчитаны именно на такой случай. Никто не хватится изгоя. Никто не станет разбираться с его пропажей и не станет мстить. Тем более – связываться с Высоким Родом.

Мальчишка и тот представлял из себя бОльшую проблему. Можно объявить, что он услан с поручением, можно просто подбросить труп в канаву, а затем отловить и четвертовать пару головорезов. Но с главой ветви придется объясниться. И выплатить виру. Те, кто возглавляют кланы, не верят в басни. Иначе они не были бы на своих местах.

Оралим вздохнул. Будь его воля, заставил бы приблуду помучиться подольше, искупая смерть парня. И хлопоты с новым наставником. Придется брать кого попало. Но не из сильных Орденов. Подойдет кто-то из средней руки. Лучше даже Младший Магистр. Ноги Старших больше не будет в доме Оралима.

Тарро дождался, когда вошел альк с седельной сумкой. Раскрыв, вытряхнул прямо на стол. Рядом бережно положил осколок статуи Пращура. Оралим с холодным безразличием взглянул в мертвые глаза отрубленной головы, принадлежавшей при жизни Тейвину, Старшему Магистру Дорамон. Бросил альку:

- Свяжись с людьми в столице. Пусть найдут содержательницу борделя по имени Ми’Рен. Возможно, она – помощница, а не сама хозяйка. Выпотрошить по полной. Что знает о северянине, какие дела были с ним. Какие сообщения получала от него, что планировали.

Альк кивнул и шагнул было к выходу.

- Падаль сжечь, - приказал Оралим, и тут осек себя: - Впрочем, отставить. Запри его комнату от всех.

Новый кивок. Оралим махнул, отпуская слугу. Взял окровавленный кристалл, чтобы вернуть Пращуру. Бросил взгляд на отрубленную голову. Жаль, он не догадался повелеть альку сохранить ее на месте. Его посетила идея, как обернуть все к своей пользе. Целое тело послужило бы лучше… но придется обойтись безголовым.

Он направил кончик кристалла на голову. Хлынула огненная струя. На долю мгновения выжженные глазницы полыхнули алым – будто мертвый магик открыл глаза и метнул в Оралима огненный взгляд, полный багровой ненависти. А в следующий миг пламя стухло и осыпалось горсткой пепла на невредимый стол.