Глава 4

«Альк» на древнем наречии дакриона значило «Исполняй!» Приказ, отданный господином слуге. Шли годы и века. В царстве формировалась особая культура служения, скрепленного магией крови. Вышколенные воины тренировались с малых лет не только искусству боя, но и навыкам внимать господину, улавливать его желания и повеления с полу-взгляда, полу-жеста.

Повеление «Альк!» отпало за ненадобностью. И превратилось в современном дакрионе в наименование отдельной касты. Воинов-телохранителей, связанных с господином магией крови. Альк не мог предать. Он защищал господина ценой собственной жизни – потому что после смерти хозяина неминуемо умирал сам. В тяжелейших мучениях.

И неважно, умер хозяин по вине и недосмотру слуги или по иной причине, даже от болезни или старости. Альк неизменно уходил следом. Разве что господин успевал отпустить его, расторгнуть привязку, зная о грядущей смерти. Но такая милость оказывалась алькам нечасто. Поэтому они сызмальства готовились и к тому, чтобы уйти вслед за хозяином.

Се'Неро служил Оралиму Делари почти тридцать лет, с тех пор как оба были подростками. За все это время не насчитать и дюжины раз, когда он разлучался с хозяином. Место алька – подле господина, прикрывать его собственным телом от любых опасностей.

Хозяин отсылал алька лишь в одном случае. Когда мог довериться лишь себе самому – и могиле. Так Се'Неро отправился на другой край Дакрии, оставив Оралима под защитой бога – и Пращура.

Тарро подробно проинструктировал слугу, что он должен найти и привезти. Точнее, кого. Се'Неро, как и Оралим, хорошо помнил события семнадцатилетней давности. Его господин был тогда наследником, а Родом управлял его отец.

В лесах на юге владений Делари обнаружился запрещенный ведьмовской ковен. Государь повелел разогнать еретиков, и Оралим возглавлял карательный отряд. Альк, разумеется, сопровождал хозяина.

У отряда не было приказа истребить всех ведьм под корень. Ковен исповедовал мирные убеждения, не нападал на окрестные села или на заблудившихся путников… Но чем-то он не угодил высочайшим иерархам магических орденов, приближенным ко двору. Кто-то из них убедил государя избавиться от безобидного ковена в лесной глуши, у самой тайги.

Оралим с отрядом ворвались в маленькую деревушку ведьм. В ее центре стоял большой дом, где жили старшие чины в ковене – сами они называли себя Первые Сестры. Зимой там же проходили ведьмовские ритуалы. Остальные ведьмы жили в нескольких простых, но добротных избах вокруг него.

Воины Оралима обрушились на деревню ночью, запалили деревянные избы. Ведьмы выбежали наружу, они хватали их и… развлекались. Что еще делать с несколькими десятками баб, которые вбили себе в голову какую-то еретическую чушь?

Мужчины понимали, что подобный рейд не принесет им ни чести, ни славы. Они просто исполняли приказ царя и Оралима. Старых и уродливых расстреляли сразу же. Молодых и красивых пользовали как хотели, в свое удовольствие. А потом тоже убивали… или бросали в лесу, на милость судьбы и дикого зверья.

Оралим ни в чем не отказывал себе в ту ночь. И выехал из разоренной ведьмовской деревни с девчонкой поперек седла.

Ей было лет шестнадцать или семнадцать. Бледная, невзрачная моль. Но чем-то она запала в душу господина, несмотря на молодую жену, уже принесшую первенца.

Се'Неро запомнил, что девчонка ни разу не закричала. Ни когда резали ее товарок, ни когда Оралим насильно лишил ее девственности… Ни позже, когда он забрал ее с собой в ближайшее селение. На постоялом дворе увел ее с собой в комнату… и не выходил оттуда весь день и весь ночь. Се'Неро лишь приносил ему еду, предварительно пробуя на яды.

Сам слуга занимал соседнюю комнату… и не слышал за стеной ни звука. Наутро Оралим разбудил его чуть свет. Спустился вниз, швырнул монеты на стол трактирщика – и ушел.

Се'Неро думал, что девчонка осталась лежать в комнате с перерезанным горлом. И он считал это разумным решением – натешившись, тарро ни к чему оставлять следы. И вот нынче тарро призвал его и дал поручение. Самое странное из всех, что альку приходилось исполнять за всю свою долгую службу.

Он ничего не обдумывал и не осуждал. Снарядил цуисса в долгий путь и отправился на запад. Через неделю он достиг окраинного села на западном рубеже Дакрии. У его жителей он выведал, что местная знахарка жила с двумя дочерьми в избе на отшибе, у самой таежной кромки. Диких зверей не боялась, отпугивая чарами.

Был у знахарки и муж, и сын – но оба сгинули полтора года назад в пограничной стычке. Словоохотливые селяне поведали альку, что пара молодцов из деревни сватались к ней, готовые взять вдову с двумя детьми. Ло’Ар отказала.

Ло’Ар. Так Се'Неро впервые услышал имя той девчонки, которую семнадцать лет считал павшей от руки его хозяина. Оралим тоже не знал этого имени, поручив выяснить альку. Чем бы он ни занимался с ней на верхнем этаже постоялого двора – имени не спросил.

Се'Неро подробно расспросил сельчан, как проехать к избе знахарки. Разведав дорогу, направил цуисса к таежной кромке. В ближайшем городе альк предусмотрительно приобрел крытый экипаж. По лесной тропе он не проехал бы, так что пришлось отстегнуть цуисса и оставить экипаж на обочине тракта, запечатав охранным амулетом.

Проехав несколько миль по лесной тропе, Се'Неро остановился перед добротным срубом на два этажа. Похоже, селяне ценили свою знахарку, раз построили ей такое жилище. Или ее муж при жизни был знатным мастером.

Се'Неро спешился. Ступил на крыльцо, постучал. Через пару минут дверь распахнулась и в щелку высунулась чернявая девочка лет десяти. Младшая дочь, догадался он.

- Господин желает видеть целительницу? – живо спросила она, глядя ему в глаза без капли испуга или робости.

Се'Неро кивнул. Девчушка повернулась в глубь избы и позвала мать. Еще несколько минут – и дверь распахнулась шире. Лицо женщины, вышедшей навстречу, озаряла доброжелательная улыбка… но лишь одно мгновение. А потом она узнала его.

Вместо улыбки на лице проступил ужас и потрясение. А в следующий миг Се'Неро ослеп.

- Бегите! – крикнула женщина. – Это враг! Спасайтесь!